я каждый день

Я каждый день ищу что-то новое

      Сережа - экспериментатор. Он не может найти себя в жизни, сколько ни ищет. Теряется в попытках сосчитать, сколько всего и всех перепробовал на все возможные качества. Не находит той самой изюминки и постепенно теряет вкус жизни. Но он ищет. Не отчаивается и ищет.

А ты всегда ни на что не похожее

      Ваня такой неприступный, отрешенный и осторожный. Это сначала даже немного пугает. А сразу после интересует особо любопытных персон. Серёжа такой не один, и прекрасно знает об этом. Ваня - загадочная личность, и многие вправе думать, что обожают разгадывать даже самые сложные задачки. Но Ваня неприступный, отрешенный и осторожный. Он не дает никому приблизиться к себе и даже маленьких подсказок в утешение не оставляет. Он манит, чарует и обламывает. А обламывает он очень жестоко. Все это знают. Сережа знает наверняка.

И как только это делаешь ты?

      Он сидит на стримах в маске, смеется без голоса, не оставляет ни одного шанса. А вроде как и не специально. Не похож он на того, кто из себя тайну будет строить. И как только это делаешь ты? Может, и правда такой. Но никто не знает его достаточно, чтобы утверждать точно. Ваня стримит всегда один и даже мельком своих друзей не упоминает. Максимум, веселые истории из детства может рассказать. Это цепляет и провоцирует. Самая явная провокация из всех возможных, думает Сережа и хихикает про себя. Ему безумно хочется стать исключением и икать каждый раз, когда Дипинс упоминает его, вещая милые истории из жизни.

Я каждый день ищу что-то новое

      Сережа рад, что может застать переход личных границ Вани и начало его стримов без маски. Он смущается, отводит от экрана взгляд и волосы свои дикие постоянно поправляет. Шаг за шагом себя принимает и превращается в стандартного фанбазового мальчика. Сереже обычно такое не по душе, вот только уходить со стримов Ваниных и кнопку "прекратить отслеживать" нажимать совсем не хочется.

А ты всегда ни на что не похожее

      Стримы этого Дипинса почему-то в самое сердце из автомата Калашникова стреляют. Причем не раз. И даже не два. У Сережи в сердце по ощущением искусстно очень прострелили залпом новое сердце и пули там же оставили. Оттого и колется часто, и биться быстрее начинает на каждую милую улыбку. Старается очень сильно пули вытащить, но не получается. Совсем не получается. Это так глупо. Еще более глупо, что они видимо в яду каком-то обмазаны были. Иначе как объяснить, что этот абсурд еще и улыбку счастливую вызывает постоянно?

И как только это делаешь ты?

      Сережа Ване в порыве эмоций пишет, совместные стримы предлагает, на ответ не надеется. Но Бессмертных, бессомненно, умеет удивлять. Отвечает в своей манере бессвязной, что за Жожо следит давненько и будет с огромной радостью. Только предварительно предлагает без эфира пообщаться, друг друга узнать получше. Сережа понять не может, это от доширака у него живот мутит или это те самые знамениты бабочки бунт устроили, которые по легендам обычно только школьницам являются. Сережа это ненормальным видит и на здоровое питание переходит. Не помогает. Странные ощущения и предвкушение постоянное никуда не уходят.

Все что мне нужно, это ты, это тыл

      Сережа в дискорде с Ваней общается и думает, чем такой чести заслужил. Пешков - самый обычный парень. От пуберта, правда, отойти долго не может. Смеется громко, шутит пошло и долго готов обсуждать тему говна. А Ваня смущается сильно, "борщ" периодически вкидывает и с говном глаза сережины сравнивает. Они разные до жути, но язык общий, на удивление, быстро находят. О стриме совместном договариваются и от звонка отключаются. Сережа долго потом на кровати в комнате темной лежит, в потолок смотрит и пазл в голове собирает. Картинка выходит неприятная. Там он тонет. Под тоннами воды тонет. И возможно в глазах еще ваниных. Безвозвратно.

И пусть Пусть я не знаю

      Их первый совместный стрим удивительно легко протекает. Парни этап неловкости пропускают и сразу топить друг друга начинают. То-ли в говне, по-дружески, то-ли в любви, совсем не дружеской. А может и не друг друга топят. Может это только в одну сторону работает? Сережа не знает, но маску клоуна стягивать не спешит и продолжает Ваню до, пуще прежних, заиканий доводить. Буквально отдельный вид искусства. Чат сначала недоверительно Жожо шутками про мать обидными посыпает, а потом волну подхватывает и стримеров на долгую волну шипперства уносит. Ваня после стрима в личку просит прекращать. Сережа лишь подмигивающий смайлик отправляет и понимает, что так просто от Дипинса уже не отстанет. Слишком долго ждал.

Что нужно мне

      Сережа в мыслях своих разбирается долго и неделями к выводам нужным приходит. Все это время неисправно с Ваней стримит и все больше по кусочкам его собирает. В голову откладывает. Сережа - экспериментатор. Но так далеко его эксперименты еще не заходили. Нужные выводы в уголок жмутся боязливо, боятся резко всем ненужными стать. Сережа влюбился. Влюбился впервые по-настоящему. Не ради эксперимента. И это еще больше пугает. Он парню со своими чувствами совсем не сдался. Это кажется более правильным выводом. Но по сердцу теперь еще и ножами, кажется, проходятся. Да так глубоко, что дышать больно становится. Ване его компания приятна вроде, он его за друга уже считает. Не более. Но это уже большое достижение. Сережа с этой мыслью мириться пытается, но сердце покалеченное с надрывом пищит что-то неразборчиво, отрицает громко и, опять же, больно.

Но чтобы я не искал

      Сережа отчаянные подкаты и комплименты оставить не может. А Ваня привыкает вроде. Улыбаться с принятием приятным начинает. В ответку дружеские подкаты отвешивает. Ну и подзатыльники тоже не забывает. Но они гармоничными становятся, совсем не болезненными. Да и руки ванины на голове кудрявого правильно смотрятся. Сережа не простит себе, если этого не заметит. В противовес, ему ногой живот прилетает несильно. Что ж, справедливо. Ваню Сережа загадкой больше не видит. Иногда только большим знаком вопроса на ножках. Слишком уж неопределенный. В словах, в чувствах, во взглядах.

Я всюду нахожу тебя

      Их отношения вне стримов сами по себе в более тесные перетекают. Ваня бить его перестает в ответ на приступы тактильности. Иногда даже отвечает по возможности. По кудрям неконтролируемым рукой проводит, ближе к себе тело прижимает. С любовью молчаливой в глаза напротив смотрит. Губы сережины на своих принимает отчаянно. Возможно, тот всю жизнь свою потребность в тепле отрицал. Но ему больше не позволят. Его лаской осыпят, в объятиях нежных от всего мира укроют и на ухо слова, совсем не пошлые, любовные прошепчут. Сережа отныне крест на своем звании "экспериментатора" поставит. А на ване крест "загадки". Они же просто обычные парни без заморочек. Им просто к этому прийти надо было. И к друг другу прийти надо было.