Банально: ненавижу, потому что люблю

На следующий день Итан шёл в школу полностью морально готовый к тому, что его ждёт. Он хотел защищаться, но понимал, что у него может не хватить сил, или, наоборот, он сам нанесёт слишком серьёзные травмы. Любой нормальный человек на его месте решил бы немного отсидеться дома, чтобы избежать чужого гнева, но Торкио прямо рвался, желая увидеть этого парня и получить от него, ну, или вымазать ему, хотя в прошлый раз это не принесло особо сильного удовольствия. Итан не любил причинять боль и вред людям, он всегда пытался разрешить всё разговором, но там разговаривать не было смысла, Давид всё равно перевёл бы всё в драку. На следующее утро Итана в школе поджидали «Måneskin» в очень разозлённом виде, Дамиано стоял слегка сгорбившись, у него сильно болела спина после вчерашнего. Виктория прижималась к нему практически вплотную, и Торкио показалось, что они собирались поцеловаться, от чего ему стало как-то не по себе. Рядом, облокотившись на стену, курил Томас. Ребята находились в школьном коридоре, но все остальные уже разошлись на уроки, что ученики, что учителя, и сигарету у Раджи никто отбирать не собирался. Давид поднял глаза на Итана, который сам шёл им навстречу, точно самоубийца. Дамиано растянул губы в улыбке и направился к этому парню, у него уже кулаки чесались оставить синяков на этом милом личике. Только вот всё вышло не так, как предполагали ребята. Давид замахнулся посильнее, ударил Торкио в челюсть, но тому было хоть бы что, он не показывал, что что-то ощущает, и ровно стоял на ногах. Дамиано был откинут им в шкафчики, ударяясь тем же местом что и вчера и шипя от боли. Итан обратил на него взволнованный взгляд, проверяя не перестарался ли он, определённо да, но раскаяния не было. — Сукин сын, — Давид попытался подняться. Виктория и Томас сразу же подошли к Дамиано, покрывая Итана четырёхэтажным матом, и принялись выяснять, всё ли хорошо у их друга. Торкио тоже хотел подойти и помочь парню, но что-то его остановило и заставило просто уйти. Эту разборку кто-то заснял на телефон и распространил между учениками, что привело к ожидаемым последствиям. Авторитет «Måneskin» начал постепенно снижаться. Конечно же, ведь их предводителя смог избить какой-то  новенький. Торкио тоже это видео принесло проблемы. На следующий же день он был вызван к директору. — Ваше поведение не приемлемо для нашего учебного учреждения, мы выносим вам первое предупреждение, ещё два таких, и вы можете распрощаться с этой школой, — холодно и очень чётко объяснил ему мужчина. Торкио знал по слухам, что это отец Дамиано, и ему было понятно, почему в этой ситуации его выставили виноватым, хоть парень просто защищался.

***

Давид был зол, он не мог найти себе место, просто хотелось убить Итана из-за которого начались все их проблемы. — Что будем делать? — спросила у парня Вик. Она очень волновалась и за их репутацию, и за состояние Дамиано. — Я убью его, — пообещал тот. И принялся держать своё слово. Дрались с Торкио они практически каждый день, один на один, Давид всего себя вкладывал в это занятие, и Итану доставалось нехило, так же как и ему самому. Среди них не было победителя, теперь Дамиано бился до последнего, и под конец они оба еле стояли на ногах. Торкио мог просто не попадаться ему на глаза или бегать от этого, но он сам лез на рожон, будто ему нравилось, очень сильно. Давид начал постепенно замечать за собой, что после драки он часто задерживает взгляд на своём противнике и понимает, что даже со всеми этими синяками и фингалами тот выглядит очень привлекательно. Дамиано завидовал ему, свои повреждения он тщательно замазывал тоналкой, но с каждым днём тех становилось всё больше и больше, они были ужасны.

***

Дамиано наконец-то удалось взять верх, он сидел на Итане, блокируя любое его движение и широко улыбался порванными уголками губ. — Попался, засранец, — Давид сдавил ему горло, не сильно, просто чтобы контролировать, и приблизился совсем к чужому уху, — С чем будешь прощаться, с зубами или с носом? — милым голоском пропел он, а потом слегка отстранился, наблюдая за эмоциями в чужих глазах. Он ожидал там страх, это бы означало его победу, но Итан пялился на него с интересом. Дамиано наклонился ещё ближе, не понимая, как такое может быть. Ему нужно было размахнуться и врезать этому парню хорошенько, только вот рука почему-то не поднималась. А Торкио только подлил масла в огонь. — Выглядишь так, будто поцеловать меня собираешься, — подколол Давида он, зная, что это будет тем воспринято крайне негативно. Он ошибся, потому что Дамиано это только навело на мысли. А что если он правда был не против это сделать? — А ты прям уже весь течёшь, — ответил ему Давид, — Нравится пожёстче, да? Он всё ещё сжимал горло Торкио и видел, что тот вообще не сопротивляется. Итан позволял и, похоже, специально. Дамиано это напрягало, но и в тот же момент забавляло, так же как и все их драки с этим парнем. — Могу то же самое сказать о тебе, — ухмыльнулся последний. Давид опять ушёл в свои мысли и слегка ослабил хватку, теряя контроль, в следующую же секунду Итан столкнул его себя, поднимаясь. Он бы мог остаться, продолжить, врезать Дамиано ещё, но Торкио особо что-то не горел желанием. Это был, наверное, первый раз, когда они относительно нормально поговорили, подкалывая друг друга и не выражая просто вселенскую ненависть. И, возможно, всё это могло завести куда-то дальше, только парни этого пока что не понимали. Дамиано мгновенно поднялся, не желая всё так быстро прекращать, он обхватил Торкио со спины руками, такая хватка больше походила на объятья, и прижал к шкафчикам. Итан опять же стоял, не двигался, ожидая его дальнейших действий. — Ненавижу, — Давид снова опалил его ухо горячим дыханием, и Итан вздрогнул, это всё больше не походило на драку, почему Дамиано его не бил? Так было проще. Торкио толкнулся назад, а потом заехал по чужим рёбрам локтем, заставляя противника согнуться и прохрипеть, — Блядь. Драка не закончилась, Давид опять полез на него с кулаками, а Торкио принимал удары и отвечал, получая от всего процесса даже какое-то удовольствие. Через несколько минут они снова устали и сползли на пол, чтобы отдышаться. — Мне нужно домой, — проговорил парень. Дамиано кивнул, так просто его отпуская, он знал, что завтра Итан вернётся и у них опять всё продолжится. Родители Торкио были в шоке от его вида, но то, что их ребёнок дрался, им казалось намного лучше того, что он в самом детстве играл вместе с девочками в куклы. Хотя бы ориентация у него была нормальная, и Итан вёл себя как мужик… Знали бы они, о чём думает Торкио во время того, как колотит Давида. А его мысли уже давно двигались совершенно не в том направлении.

***

Виктория и Томас постоянно просили Дамиано прекратить взаимодействовать с этим парнем, но Давид не слушался, ему это нравилось, он не хотел останавливаться. Подобное притягивало его к себе, подсаживало на свою иглу, как наркотик. Ему приносила удовольствие эта боль и свобода, которую давал ему Итан. Грёбаный бойцовский клуб какой-то, и как только Давид в это влип? Он точно не понимал, но отступать или прекращать не планировал, что бы там ни говорили друзья, отец или здравый смысл. Их стычки продолжались каждый день, и никто не останавливался. Постепенно удары становились вполсилы, не такие опасные, будто они начали заботиться о здоровье друг друга, ну конечно, а где ещё найти бесплатную грушу для битья, которая тоже даёт сдачи. Желание убить и наказать противника постепенно превращалось просто в эмоциональную разрядку. Авторитет Дамиано был подорван после того злосчастного видео, а Итану угрожали отчислением. Они рукоприкладствовали в основном после уроков, так что эти драки никто больше не замечал и парни были обезопасенными от чужого мнения и протеста. Дамиано так привык к этому, что начинал верить, что никто во время драки ему не нанесёт сильный вред. Давид ошибался. Рано или поздно это должно было случиться. Он зашёл в раздевалку после физкультуры, предвкушая, чем он займётся через несколько минут, но его там поджидали четверо крепких парней с явным намерением принеси как можно больше вреда. Дамиано знал их, они и раньше на него косо поглядывали из-за прикида и косметики. Эти люди являлись гомофобами и хотели Давида проучить за его слишком яркий образ. А сейчас, когда он перестал в школе быть таким популярным, это бы им практически не навредило. — Ну что, педик, наконец-то наступил этот момент, — один из парней хищно улыбнулся, приближаясь к Давиду, — Не кричи слишком громко, не хочу, чтобы нас услышали. Он схватил чужие руки, заламывая их за спину. Дамиано ещё несколько секунд назад нужно было бежать, но он сглупил, и теперь выбраться отсюда живым шанс имелся очень маленький.