Когда звезды горят. Сияние

Сидя в главной библиотеке города, Сакура Харуно посмотрела очередное сообщение на телефоне. Саске развлекается: точнее, парню жутко скучно. Он вместе с братом и Мадарой на каком-то семейном мероприятии. Как девушка знала, и ее хотели пригласить, но Саске утверждал, что спас ее от семейных гляделок, отказавшись за нее. Впрочем, ее парень пока не знал, что Итачи пригласил их на ужин. Ее и родителей. Сакура не хотела, чтобы Саске еще больше сердился на брата, потому решила отложить эту новость на потом. «Что на тебе сегодня?» — не церемонился Саске. Сакура вздохнула, извиняюще поклонилась недовольной студентке, сидевшей напротив за широким столом, и, взяв телефон, ушла в укромный уголок книжных стеллажей, чтобы немного развлечь своего парня. Ей страшно нравилось говорить и думать «мой парень». Тем более про Саске. Нет — только про Саске. Она ему такое не скажет, но сама Харуно подсчитывала сколько раз он ее своей девушкой называл. Пока Учиха выигрывал, потому что Сакура включала стесняшки на полную и не готова была кричать о том, что у нее есть парень. Особенно после того, что между ними произошло на Окинаве. И тем более потому, что сейчас произошедшее обоими воспринимались как волшебные дни, передышка перед реальностью, которая укладывает тебя на наковальню и стучит молотом по голове своими бесконечными запросами. Сакура не жалела того, что стала женщиной с Саске. Она смущалась, но не жалела, что ее первый раз случился там, что так, а не иначе. Там произошел и второй, и третий раз. Саске, надо отдать ему должное, вел себя очень внимательно и максимально оберегал ее, что совсем на него не похоже. В смысле, едва ли кто-то знал такого Саске. Кроме нее, конечно. «Джинсовые шорты и футболка». — Сакура подумала и добавила интригующий смайлик. Пусть отношения для девушки в новинку, но тут и ежу понятно, что Учиха хотел узнать. Ну, не конкретизировал, вот и получил. Это как с Джинном — надо уточнять свои желания до запятой и точки. «Те, короткие?» — и недовольный смайлик из двоеточия и нескольких грустных скобок. Ее парень не сильно любит эмодзи, а вот она — дай только разгуляться. «Которые с карманами светлыми», — девушка продолжила притворяться непонимающей. «Сфоткай». Сакура закусила губу: вот что за вредина? «Я в библиотеке». «Жду!» — тут же ответил Саске. Ну вот… Сакура изучала разные направления медицины, психологию в том числе. В Саске наблюдалась эгоцентричность и нарциссизм. С ней он очень старался быть лучше, чем есть. Но стоит ей расслабиться, его характер может дать крен в сторону сначала тихого, а потом и заметного абьюза. Тот, где «сиди дома, носи, что я велю, слушай только меня». Влюбленная девушка сейчас порой плохо определяла, где она слишком послушна, а где нет. Оставаться собой — вот что ей хотелось в отношениях с любимым Саске. Но он ради нее старается быть лучше. А она ведь тоже не идеальная. Потому на все подобные заскоки своего парня Сакура искала компромиссы. Например, он сейчас думает, что ее шорты коротковаты, а вокруг много парней, которые непременно украдут-похитят соблазнительные ножки Харуно. Или же его безумные фанатки позавидуют и причинят ей вред. А она хотела, чтобы Учиха успокоился. Хотя бы на пять минут. И потому, оглянувшись, девушка навела на себя камеру смартфона и определила ракурс ниже, сконцентрировавшись на шортиках, а потом еще раз осмотрелась и потянула футболку вверх, открыв пупок, и сфоткала. Все равно у него есть фото ее голенькой, пусть там все и прикрыто, ее инфаркт обнимал, когда она только думала о том, что это фото увидят родители. Нажав «отправить», девушка приписала: «Мне нужно возвращаться. Хотя бы час займись чем-нибудь еще». Он прочитал, но Сакура все еще сидела и ждала ответа. Может фотка кривая вышла? Вроде нет. В конце концов она пошла продолжать свои посиделки. На самом деле, при ее планах, учебе, зубрежке, Сакура, за несколько недель отношений с Саске, от этого будто отвыкла. Или скорее: она отвыкла, что Саске нет под боком, пока она занимается. Обыкновенно он сидел или лежал рядом и играл в приставку или на мобильном телефоне. Уже даже не хватало звуков ударов его персонажей. Не говоря о том, что не хватает рядом даже его дыхания. И Сакура поняла, что скучает. Очень скучает по своему парню. Страшно признаться как. Ему точно не скажет, чтобы не возомнил себе и не понял, как теперь Сакура саскезависима. Впрочем, пока сможет держать себя под контролем — неплохо. Такие разлуки полезны. Но вот уже прошло полчаса, как она вернулась к книгам, а все что розововолосая делала — рисовала в тетрадке цветочки и сердечки, вспоминая моменты близости с Саске. Он другой там и как ей показалось — настоящий. Ранимый, но сильный, упрямый, но нежный, и бесконечно верный. При его популярности, Сакура не раз думала, что будет ревновать его. Но Саске очень просто развеял ее сомнения: просто у него мысли не возникало смотреть на другую, пока существовала Сакура. Вот и она не замечала, что вокруг нее много парней, пусть большинство, как и все, уткнулись в учебники и справочники, но они оставались мужчинами. Может кому-то приглянулась Сакура, ведь, как Саске недовольно сказал ей, когда они приехали с отдыха. — Ты стала еще красивее. — Это плохо? — довольно улыбалась Харуно. Он промолчал, обуздав своего зверя ревности и излишней опеки. Только Сакура понимала своего парня: он в себе уверен, а она вечно передумывает, учитывая, как начинались их отношения. И слишком гордая, стоит ей заметить угрозу своему достоинству, Харуно предпочтет выбрать себя. Так думал Саске. Но так уже не думала Сакура. Он стал слишком необходим. Сакура очень старалась медленно опускать поводки своей помешанности на парне, чтобы потихоньку привыкал, узнавал, смеялся, если надо. И боялась однажды не удержать и вывалить на него какую-нибудь неадекватную истерику, что он не туда смотрел, что она ему надоела, что с нее довольно. Потому приятно было, что Саске считает ее красивой. По сути дурнушкой Сакура не была никогда, просто на фоне подруги Ино и своей роли тени при Яманака, не так выделялась активностью. А вот отдельно Сакура и себе казалась интересной. С тех пор как произошла история с Ино, Харуно очень жалела, что они так расстались, но не считала, что не права. Видимо, теперь у нее есть только Саске. Подсознательно Харуно понимала, что обоим надо искать на стороне еще связи в виде дружбы или хотя бы знакомств, как дополнительного общения; ведь неумолимая статистика говорит, что они просто наскучат друг другу, если будут общаться только наедине. Потому она с радостью согласилась на встречу с Итачи — будет повод узнать поближе его брата. А ему будет возможность узнать что-то позорное про свою девушку от ее родителей… Снова на телефоне появилось сообщение и это была картинка. Отчего-то в голове еще невинной мыслями Сакуры возникло клише общения озабоченных подростков, где парни любили выпрашивать интимные фото девушки, а в ответ, или просто так, слали фотку своего члена. — Девушка, вам плохо? — спросили Сакуру, которая аж закипела от гаммы чувств: стыда, разочарования, любопытства, интереса, желания и вредности. Все сразу намешалось в один большой комок, и ей самой стало непонятно: хочет ли она, чтобы ее догадка подтвердилась? Прижав к сердцу телефон, Сакура снова сбежала из-за стола и уже в более темном и укромном уголке открыла сообщение Саске. Вот теперь точно разочарование накрыло: там был лайк, простой лайк, даже не сердечко, а большой палец вверх. «Почему так долго не отвечал?» — вроде ей бы радоваться, что все пошлые мысли остались мыслями, но теперь по ее коже отчего-то бегали мурашки воспоминаний, как губы и руки Саске касались этой самой кожи… «Могу позвонить?» «Я еще в библиотеке». «Я скучаю». Так просто выдал свои чувства. И это не общее чувство, он ясно дал понять, что скучает по ней. Это не Саске, которого знало большинство, ведь только с ней он настоящий, разве что сдерживает бурю внутри себя. Фокус в том, что так думает каждая влюбленная девушка: что знает своего парня лучше всех и только с ней он максимально открыт. Сакуре еще предстоит в подробностях узнать детали его жизни, но уж она-то знала точно, что с ней Саске не притворяется. Любовь захватывает, но слишком часто быстро отпускает. Пока же, Сакура и Саске слишком молоды, чтобы смотреть очень далеко вперед. Хватит глаз друг друга и звезд на небе. «Я тоже», — не стала играться и кокетничать Харуно. — «Очень хочу тебя увидеть, Саске». «Еду!» Сакура посмеялась и лайкнула его сообщение. Судя по тому, что говорил Итачи, они еще на пару дней задержаться в имении Мадары, обсуждая какие-то семейные дела. Едва ли Саске отпустят, если сам глава дома, чуть ли не наследником его хочет сделать. Как приехали с отдыха, пара не виделась уже три дня и этого оказалось более чем достаточно, чтобы Сакура плохо засыпала, когда под боком нет ее парня. Тот уже выдрессировал ее на то, что где бы она не спала, он спит рядом. А еще несколько не по себе. Здесь, дома, в Токио, у них ничего не было и ведь, если они будут наедине в его квартире, то точно же… Как девушка, Сакура готовилась к этому: чтобы все было идеально в ней, чтобы она нравилась и вызывала желание. В общем, учеба никак не шла. Этого продуманная Харуно и боялась. В голове лишь то, что не скажешь родителям. Которые, удивительно, вели себя как ни в чем не бывало. Расспрашивали ее обо всем что видела, пробовала, о впечатлениях, о море, и лишь пару слов — понравилось ли Саске. Сакура думала, что достаточно скрыла, что это как бы все, чем занимались юные влюбленные наедине — гуляли и наслаждались молодостью. Но когда вечером к ней зашла мама и дала ей пачку презервативов, пунцовая Сакура моментально поняла, что они все знают. Как? Мысли прочитали, или это закономерно, или проще — Сакура их дочь, и став женщиной, она стала сиять иначе. Предпочтя, чтобы отец думал, что она до старости будет невинна, Сакура благодарно обняла маму. — Все хорошо? — лишь спросила Мебуки Харуно. — Да, — прошептала Сакура, кивнув. — Вот и славно. После сообщения Саске, Сакура решила: а вдруг. И мигом собралась — все равно учебное настроение сегодня в отпуске. Вот только ей позвонил Итачи, когда девушка находилась на полпути к квартире Саске — где же еще встретиться молодым любовникам? Выяснилось, что парень уходил со скандалом — так хотел увидеться со своей девушкой, что, наплевав на устои и традиции, вскочил посреди какой-то клановой церемонии, собираясь уйти. И вот его пленили, как со смешком выразился Итачи. Забрали телефон и Мадара долго говорил с племянником, выговаривая ему за все. А Итачи потом сказал ей, не скрывая веселого настроения: «Уж прости, Сакура-тян, но потерпите еще немного…» И Итачи догадался, что у них было? А вдруг за ними следили?! Этого только не хватало… Ужасно жалея, Сакура стала строчить поддерживающие сообщения своему парню и заодно извинилась, что ее слова побудили его на неудавшийся бунт. Но по тому, что сообщения никто не читал, она поняла, что телефон у Учихи правда отобрали. Бедняжка… Когда через два дня Саске вернулся, то решил это сообщить оригинально: не звонил, не писал, а просто пришел к ее дому и постучал в дверь. И ему открыл «само изящество» в трусах-семейниках и майке, Кизаши Харуно. Как бы озадаченная Сакура не была рада и взволнована встрече, ей пришлось очень нелегко, что обнять любимого, и пожалеть, что столько натерпелся — не может. А Саске уж очень долго пялился на нее, будто поставил взгляд на бесконечное сканирование. Они оба выдали себя с головой. Так как мама ушла к соседке, чтобы обсудить с ней перипетии судьбы дорамной героини, Сакура сидела за кухонным столом с Саске и отцом, который и не подумал хотя бы штаны надеть, не то что сменить вытянутую майку с каплей соевого соуса на пузе. — Ну, — Кизаши очень старался не выглядеть неловким, а Саске, который оделся как всегда стильно, прилагал все силы, чтобы смотреть на отца, а не его дочь. — Как ваше ничего? — Что? — растерялся Учиха, а хозяин дома, очень довольно рассмеялся своей же шутке. Почти полчаса Кизаши и спрашивал, и тут же шутил - и неизвестно, что было хуже. Сакура отвлекла себя от нескончаемого смущения тем, что приготовила всем чай, но когда вставала, поймала испуганный взгляд своего парня, который едва ли не молил «спаси». Бесполезно. От шуток отца никто не спасся. Хотя и не умирал, но невыносимые муки испытывал. Если уж начал ухаживать за дочкой мельника, не удивляйся, что когда-нибудь будешь ходить, обсыпанный мукой. В итоге Саске ушел, так и не поговорив со своей девушкой. Даже когда она сделала вид, что ей нужно показать Саске учебники в своей комнате, Кизаши очень громко сказал: я с вами. Вот и увиделись. Сакуре стыдно, Саске неловко, один Кизаши ржет — приехали-приплыли. Зато не успела за Учихой закрыться дверь, ей пришло сообщение: «Когда мы сможем увидеться?» Сакура в момент нашла решение. — Папа, я в магазин! — Я с тобой! — неожиданно вызвался отец. «Поздно мою честь блюсти, папа…» — лишь тоскливо подумала о том, что ей страшно хочется обнять Саске и чтобы он обнял в ответ. Ей пришлось идти в магазин и на ходу придумывать за чем. Папаша же был очень рад прогуляться с дочкой, видимо все еще видя в ней пятилетнюю малышку. Единственное место, куда отец не очень захаживал — библиотека. Потому после обеда, нацепив серьезную мину и строгость во взгляде, которая подразумевала завещание Ленина: «Учиться, учиться и еще раз учиться», Сакура честно дошла до библиотеки, уселась, обложилась книжками и тут же написала парню, чтобы летел к ней. Через полчаса он уже был тут, а через пару минут они целовались и обнимались в темном углу стеллажа с книгами, словно те самые озабоченные подростки. Впрочем, ими они и были. Легко считав с Саске намерение продолжить пир — раз уж у них уже все пройдено, Учиха ясно показал, что готов хоть здесь. Сакура едва не сломалась под давлением. Но каким-то образом взяла себя в руки, пока не готовая так «распуститься», и они пошли к нему домой, не отпуская рук друг друга и предвкушая желанную близость. — О! Саске и Сакура! — встретил их на пороге квартиры Итачи. Старший брат с улыбочкой проследил как пальцы недоуменных влюбленных сильнее вжались в ладони друг друга. Такого они не ожидали. — Ты что тут делаешь? — уж очень грубо поприветствовал Саске. Сакура его понимала, как бы не уважала Итачи, сейчас он третий лишний. — Готовлюсь к нашему ужину, — удивился Итачи. — Ужину?! Сакура забыла ему сказать… И точно же, Итачи говорил, что это будет семейный ужин у Учиха дома. Сначала Итачи хотел заказать столик в ресторане, но Сакура отказалась. А теперь жалела. — Итачи-сан, кажется, я забыла сказать родителям, — повинилась девушка, впиваясь в руку Саске пальцами, и отчасти надеясь, что из-за этого встречу перенесут и ей удастся побыть наедине с любимым. — Не волнуйся, я их уже пригласил. Сегодня отметим день рождения Саске. — Он уже прошел. Вали уже, — очень явно показывал свое нетерпение младший братец. — Ну, ты праздновал с Сакурой-тян, а со мной нет. Так что, по-семейному посидим… Мило выглядишь, Сакура-тян, — улыбался Итачи. Ведь знает, что помешал влюбленным и их намечающейся близости! — Спасибо. — Конечно мило, она же наряжалась для Саске — потому на ней светлое платье, и очень женственное, с рукавами-фонариками, которое подарила Амане. Делать нечего, если еще родители сюда собирались, то все что осталось сделать парочке, быстрее пережить этот день и может тогда все отстанут от них и, наконец, Саске и Сакура останутся одни. Как бы не так. Родители пришли с вином, нарядные, отец даже побрился, снова шутил, громко нахваливал квартиру. А когда они с матерью нашли комнату, которую Саске оборудовал для Сакуры, видно сделали вид, что не поняли. И как же хорошо, что Саске не держал на столе ту самую обнаженную фотку Сакуры и что его компьютер был выключен, ведь там на заставке тоже она, хоть и в более приличном виде. — Эх, когда я был молодым…! — смеялся Кизаши, сидя за столом, расположившись на одной стороне с семьей Харуно, а на другой братья. Саске, конечно, сел напротив Сакуры. — Вы и сейчас молодо выглядите, — любезничал старший брат Учиха. — Я же говорила, дорогой, когда ты бреешься, ты моложе выглядишь, — кокетливо заметила Мебуки. — А вот я… — Я принял бы вас за старшую сестру Сакуры-тян, но никак не маму, — повысил градус любезности и вина в бокалах Итачи. Мебуки уже не плыла, а купалась в комплиментах, куда подключился и Кизаши. — И я ей говорю — как бы за старшеклассницу не приняли, когда она поздно возвращается. АХАХА!.. Потому и говорю ей документы с собой носить! Саске и Сакура сидели напротив друг друга, делая вид, что едят. Их почти не вмешивали в разговоры: Итачи и чета Харуно принялись вспоминать какими маленькими были Саске и Сакура, непременно выуживая из памяти самые позорные детские мгновения, которые, повзрослевшим юноше и девушке, никак не хотелось открывать друг перед другом. Хотя как бы праздновали прошедший день рождения Саске и даже тортик имелся, но взрослые вполне неплохо проводили время без них. Потому в какой-то момент парочка улизнула по одному и, конечно, оказались в одном месте. — Обещай, что забудешь, что рассказал про меня папа, — прижималась к его груди Сакура. — Не могу. Это было слишком забавно, — громко дышал Саске, уткнувшись носом в ее волосы. — Блин… Теперь так и будешь видеть меня, — Сакура потерлась лицом о его торс и еще крепче обняла, слыша как грохочет смех отца из столовой, звенит голос «несовершеннолетней» матери, и все еще сыплет любезностями гостеприимный Итачи. — Я так хотела увидеть тебя. Я очень соскучилась, Саске… Учиха ничего не сказал, только также крепко обнял, а потом жадно прошептал на ее ухо, заставив покраснеть до невозможности: — Хочу увидеть твой пупочек…