Простые драбблы

Зажав нос, Миша ругал себя последними словами. Ну кто ж верит Цыбину, в конце концов? И нафига вообще было в это пари ввязываться? Чтобы так вляпаться?! Да над ним весь класс ржать будет. А учителя решат, что он таким образом в очередной раз уроки срывает. Та же Апраксина устроит ему головомойку — во всех смыслах — мало не покажется. И самый отстой, что Полина тоже видела! — И зачем ты это сделал, Цыбин? — раздражённо спросила она. — Ну, Мишка же хотел увидеть фокус, — хохотнул Цыба. Но Полина не стала спорить, а просто куда-то унеслась. Ну и правильно, потому что воняло от Миши жутко. И почему ей надо было вообще здесь оказаться? Быть крутым и уверенным перед ней казалось особенно важным. А не вот таким вот чмом. Впрочем, он и так слишком долго расстраивался, а нужно было что-то делать. И очень срочно. От резкой вони к горлу подступала тошнота, а все вокруг смеялись и шарахались. Хорошо, что в их школе есть душевые — это самый удачный выход, решил он, стрелой летя к спортзалу. Но когда он дёрнул за ручку, то обнаружил, что дверь заперта. Ну конечно, физрук весь день по школе ходил, вспомнил Миша с досадой. Он на всякий случай подёргал ещё раз, а потом долбанул ногой в дверь. Даже попробовал позвать учителя, но и это не помогло. Ну и что теперь? Идти в туалет и пытаться отмыться под краном? Тот ещё фокус. Или же отправляться домой? Хотя жил Миша не так уж и близко, но, кажется, иного выхода не оставалось. — Вот, я достала ключи. — Запыхавшаяся Полина и вправду, не теряя времени, открыла дверь. В первую секунду он из какого-то глупого упрямства хотел было сказать, что пойдёт лучше домой, но близость избавления всё же пересилила. Миша забрал у неё ключ, заперся изнутри и едва ли не вприпрыжку бросился к душевым. Он вымыл голову раз, второй, третий, но не был уверен, что это помогло, а может, просто уже этот мерзкий запах его преследовал. Но несмотря на все злоключения, Миша теперь улыбался. И усердно намыливая голову в четвёртый раз, он думал о Полине. Он вообще о ней часто думал — куда чаще и смелее, чем она могла бы представить. Но она обычно даже и не пыталась представлять; куда там, если она постоянно в учебниках. Но его грело то, что Полина не стала смеяться и даже помогла, пусть и находиться рядом с ним было не то чтобы круто или хотя бы приятно. Обычно, когда она с чем-то по жизни не справлялась, для Миши не было ничего важнее, чем помочь ей. Ну так мужчина и должен защищать и заботиться, как говорил отец. Наверное, тот сказал бы, что и трусить мужчина не должен. И Миша решил, что обязательно пригласит её танцевать на новогоднем вечере. Пусть даже она решит, что это лишь по-соседски. Пусть так, но это будет начало.