Дворянин и крестьянин

Я издал робкий смешок. Настолько мой собеседник был нелеп в разговоре, кажется, я впервые встретил такого странного человека. Каждые пять-десять метров он то заикался, то запинался, а то и вовсе молчал, задумавшись о своем. Я знал, он такой человек, потому что продолжительная жизнь в деревенской глуши утомительна и скучна. Вряд ли там есть место светским беседам за бокалом шампанского. Андрей рассказал мне о своем скромном жилье в деревне Матушкино. Мне было неинтересно слушать неинтересно слушать о его похождениях за грибами, о его ведении скотоводства, просто он был плох в рассказах…. Мы решили пройтись по Ольховскому парку, хоть день был непогожий, дул сильный ветер. Я был растерян встречей со странным Андреем. В парке он хранил гробовое молчание, почти не отвечал на мои вопросы, будто лес- это храм, а молчание- священное дарование ему. Мы вышли на петляющую дорожку, и он спросил: -И зачем вы, господин Смоляновский, пригласили меня сюда, в этот чужой для меня город, — Он взглянул на меня печальными глазами. Видно, что он скучает по своей деревне, ему в тягость сидеть в четырёх стенах и смотреть в маленькую форточку. Городская жизнь не для него. Леденящий октябрь сбрасывает свой последний шарм. -Я благодарен тебе, Андрей. Ты спас мою бабушку из пожара… А ведь она не молода, могла бы погибнуть в этом жутком пламени. Ты Андрей-герой. — Сказал я ему улыбнувшись. Он засмущался, но всячески старался скрыть пылающие щеки под тоненькой курточкой, а потом вдруг выдал возмущенно: -Что это Вы, не заботитесь о своей бабушке! А вдруг чего, и ни вас, и не меня нетЪ, авось и пропадет старушка. Я закатил глаза, его деревенский жаргон поражает и убивает меня наповал. -Как это нет, и где же ты будешь, Андрей? -Где, где, на сенокосе, я там лучше всех, — с гордым выражением сказал он. Я глупо заулыбался, представив этого чудного на сенокосе, бегающего с косой, у которого из волос торчит сено, а со лба тоннами стекает пот. Я засмеялся -Чтож вы смеятися, аль не верите? *** Через полгода, летом мне пришло приглашение в деревню Матушкино, да не от моей святой бабули Алевтины Петровны, а от неожиданно чудного Андрея. Он написал, что ждет в гости. Что его корова дала молоко, и что он пол деревни этим самым молоком напоил. Конечно, письмо было не лишено ошибок, но он старался. Не зря, я в тот день подарил ему учебник русской грамматики и книгу Толстого «Дворянское гнездо». Я долго сомневался, сможет ли он прочесть ее, ведь у него столько дел. Но в конце декабря он уже написал мне письмо о том, как сильно он расстроен окончанием книги. Я тогда понял, он довольно смышленый и читает хорошо, просто в их деревне почти нет книг. Я приехал 30 июня из-за трудного рабочего графика, все дела и дела. На перроне меня встретила облезлая собака, тявкая и ругаясь она побежала прочь от меня. Первым делом я решил заглянуть к моей бабуле. Встретила она меня радушно, как и всегда. Добротно накрытый стол, самая красивая скатерть, яства радовали глаз, но я был не голоден. Дом ее по-прежнему восстанавливался от пожара. Эти собаки, рабочие, не имея совести, пол работы не доделали. Тогда я подумал, что просто обязан ей помочь и нанять новую рабочую бригаду. Я вошел в отведенную мне комнату, сложил вещи в углу, как и прежде тут стояли мои детские подделки, фото, где я был маленьким, даже мой старый велосипед, только кровать была стояла другая. Все напоминало мне о моем детстве…