Параллели

…Можно ли познакомиться в приложении с кем-то, кого не существует? Мо Вэйюй задавался этим вопросом прямо сейчас. Всё начиналось довольно-таки безобидно: месяц назад какой-то парень без аватарки лайкнул его профиль, и всё бы ничего, но ник у него был своеобразный. Юйхэн. Мо Жань, мягко выражаясь, “знал” одного Юйхэна лет пять назад, и ничего хорошего это знание ему не принесло. Возможно, это была чья-то неудачная шутка, но каким, спрашивается, образом юморист нашёл его анкету в приложении для знакомств? Вэйюй перечитал описание профиля раз десять, прежде чем решился отправить сообщение. Незнакомец писал: “Юйхэн. Увлекаюсь тайцзицюань и фотографией. Люблю природу. Не против дружеского общения и совместных тренировок.” Никаких упоминаний имени, возраста или роста, сексуальных предпочтений. Внизу стояла ссылка на профиль в инстаграм, в котором Мо Жань обнаружил аж дюжину фотографий разного толка и срока давности: в основном, кадры цветущих весенних деревьев и ночного неба. Никакой геолокации на снимках, разумеется... лайков и подписчиков, впрочем, тоже не было. “Ладно, Юйхэн. То, что ты любишь природу, я уже понял. Но зачем-то ведь ты лайкнул меня?..” Мо Вэйюй не имел склонности оригинальничать. Он ничего не придумал лучше, чем написать классическое “привет-как-дела” и ждать реакции. Он даже не был уверен, что ему ответят. Да ещё и почти сразу. Слово за слово, завязался разговор. Собеседник продолжал избегать личных тем, но с удовольствием обсуждал с Мо Жанем тонкости настроек долгой выдержки, рассказывал о съемках звёздного неба на широкоугольные объективы. Мо Жань забылся. У него вылетело из головы, почему его так насторожил профиль Юйхэна — теперь казалось очевидным, что странный никнейм связан с хобби мужчины ловить в кадре звёздное небо. Вэйюй сам не заметил, как начал ждать сообщений, проверяя телефон по нескольку раз за час. Этот Юйхэн превратился в его личную навязчивую идею. Всё никак не шёл у него из головы. Пора было признавать, что он запал на человека без фото, который даже не собирался с ним встречаться, а при малейшей попытке сблизиться выпадал из общения на несколько дней… С этим нужно было что-то делать — вопрос заключался только в том, что именно, потому что, согласившись встретиться за кофе, Юйхэн не пришёл. Мо Вэйюй прождал его несколько часов в торговом центре, вглядываясь в лица проходящих мимо людей, чувствуя себя ё**ным хатико. Пытался понять, был ли его загадочный фотограф где-то в толпе. Может, увидев его, струсил и сбежал? Решил, что Мо Жань не фотогеничен? Вэйюй просидел бы и дольше, но фудкорт закрывался в десять вечера. Парень ушёл оттуда последним, так что знал наверняка, что его Юйхэн просто отморозился, написав в мессенджере пару стандартных фраз вроде “ты где?” и “я тебя не вижу”. Он в свою очередь не стал отвечать, потому что знал: всё это было фарсом. В этот самый момент он находился на месте и прекрасно видел, что вокруг никого не было. Его тошнило от самого себя: с чего он вообще допустил, что человек, который за всё время не поделился с ним даже информацией о своей любимой марке трусов — действительно придёт на встречу? С чего он решил, что Юйхэн — человек без лица, имени, возраста — реален? Возможно, Мо Вэйюй помешался на нём так сильно, что создал в своей голове некий идеальный образ? Что Вэйюй знал о нём, кроме того, что мужчина, похоже, действительно неплохо фотографировал, и иногда располагал свободным для общения временем? Его собеседник ведь даже на попытки подкатить не реагировал: стоило Мо Жаню отправить ему что-то двусмысленное, как он попросту выходил из сети, или с ловкостью напёрсточника менял тему. По пути домой Мо Жань решил, что с него довольно. Он открыл приложение, собираясь заблокировать Юйхэна навсегда… и обмер, понимая, что смотрит на фото некогда знакомого ему человека. Юйхэна, мать его, Бэйдоу. Вне сомнений, это был грёбаный Чу Ваньнин!.. Улыбаясь уголками губ, чуть щурясь из-за полуденных отсветов, мужчина глядел на него прямо и бесхитростно. Яркое солнце тонуло в чёрных глазах и выбеливало кончик носа. Мо Вэйюй вцепился в телефон, пытаясь понять, с какой стати его Юйхэн выставил в профиле чужое фото. Или?.. Пальцы стали ватными и постоянно промахивались мимо букв, так что, чтобы отправить сообщение, потребовалось минут пять, если не больше. Всё это время Мо Жань ошивался под подъездом собственного дома, словно пьяный. Его шатало из стороны в сторону. Задыхаясь от злости, он строчил: “Ты издеваешься?..” “Не собираешься объясниться?” Казалось, его разум заплыл далеко в фарватер и теперь ему оставалось лишь захлёбываться в собственном яде и идти ко дну. Кем бы ни был человек, решивший устроить это показательное шоу, если бы он сейчас попался Вэйюю, на своих двух бы он явно не ушёл. И, всё же… Мо Жань снова вгляделся в фото и вдруг отчётливо осознал, что мужчина на нём выглядел несколько старше Чу Ваньнина, знакомого ему: об этом говорили едва заметные морщинки в уголках сощуренных глаз и как будто заострившиеся черты лица. Да и место для фото было странным: судя по всему, снимок сделали где-то в горах, а тот Юйхэн, которого Мо Вэйюй знал, в горы отправился бы разве что в случае угрозы из необозримого космоса. Чу Ваньнин ведь был помешан на работе… пять лет назад. Пока не исчез. Уже лет пять, как его попросту не стало, и никто понятия не имел, куда он пропал… Никто об этом старался не упоминать: его коллеги молчали, а полиция попросту закрыла дело через полгода. У Чу Ваньнина не было ни родственников, ни друзей. Даже соученики Мо Вэйюя едва могли его вспомнить. “Это тот препод по астрофизике? Аааа… тот, что высокий и в клетчатом пиджаке? Нет?.. А кто тогда?” — таращили они глаза, когда Вэйюй начинал рассказывать что-то из своих воспоминаний, в которых фигурировал профессор. Мо Вэйюю порой казалось, что либо он, либо весь мир сходит с ума. Как будто он единственный всё ещё помнил о Чу Ваньнине во всей Вселенной. Словно ему одному было небезразлично, что с ним случилось… Кто же из его знакомых мог помнить о его увлечении и решить таким образом поиздеваться над ним?.. “Человека на фото зовут Чу Ваньнин. Если не хочешь, чтобы я подал на тебя жалобу, УДАЛИ,” — набрал он ещё одно сообщение, наконец толкая дверь в квартиру ногой. Тёмный коридор теперь освещался лишь дисплеем смартфона. Щелкнув замком, Вэйюй дёрнул двери, проверяя, закрыл ли их как следует. Затем на ходу стащил кроссовки, неловко наступая себе на пятки. В относительной тишине небольшой квартиры он прошаркал в кухню налить себе стакан воды. Сделал несколько жадных глотков, чувствуя, как отчаянно пересохло в горле. Трынь!.. Звук сообщения заставил его опомниться. Он никуда не торопился, нет. И сердце вовсе не пропускало удары, пока он возвращался в коридор, налетая в темноте на мебель. Нет, его не бросало в жар от одной лишь мысли, что… …Вэйюй поражённо застыл, глядя на новое сообщение от Юйхэна. Мужчина прислал несколько фотографий, притом было видно, что сделаны они наспех, в тусклом освещении ванной комнаты. Запотевшее от пара зеркало отражало стройного мужчину, который выглядел взъерошенным и… полностью обнажённым. Мо Жань закашлялся, проливая на себя остатки воды. Эти фото не могли быть подделкой, на них совершенно чётко виднелось лицо. Это никак не мог быть Чу Ваньнин, но… почему тогда человек в отражении был так на него похож?!.. “Это неправда. Нет. Так не бывает!..” Мо Жань ударил ладонью в стену, пытаясь прийти в чувства. На пару секунд закрыл глаза, избавляясь от наваждения, но ничего не помогало. Он вдруг подумал, что, возможно, не так уж хорошо помнит, как выглядел Чу Ваньнин, а потому всё дело в его собственной бестолковой башке. Он… всё-таки сошёл с ума?.. Но фото говорили сами за себя: сходство было поразительным, от формы раскрасневшихся ушей до растрёпанных волос, которые Вэйюй привык видеть аккуратно зачёсанными на боковой пробор, но… это были, безусловно, те же беспорядочно вьющиеся пряди цвета смоли, падающие на брови и глаза. Мо Вэйюй бессознательно провёл кончиком пальца по изображению, как если бы пытался осознать реальность того, что видел перед собой именно профессора Чу. Чу Ваньнин, которого он знал, был пять лет как забыт. Человек на фото же, очевидно, не просто существовал, но и был в пределах досягаемости. Он нигде не скрывался, с ним всё было в порядке. Это с ним Вэйюй общался весь этот месяц. Это его парень позвал на кофе — и его прождал на фудкорте до закрытия. Растерянность и злость сменились изумлённым осознанием, что некто под именем Юйхэн был действительно невероятно хорош собой, и он не постеснялся отправить Мо Жаню свои обнажённые фото. А он был не из робкого десятка!.. Мо Вэйюй прикусил губу, радуясь, что не успел заблокировать Юйхэна. Общение с ним определённо того стоило — даже если придётся уговаривать мужчину явиться на следующее свидание, ползая на коленях, он был к этому готов. “Жаль, ты так и не пришёл сегодня, Юйхэн. Но эти фото неплохо компенсируют твоё отсутствие, — написал он, пытаясь понять, как лучше сделать комплимент, но при этом не выглядеть слишком навязчивым. — Ты действительно на него похож.” Конечно, он мог бы не добавлять последнюю фразу, но ему ведь необходимо было объяснить как-то свои предыдущие озлобленные выпады. Юйхэн на это ничего не ответил — вероятно, даже не прочитал сообщение. Мо Жань вздохнул, думая, что ещё можно было бы сказать, но от созерцания подтянутого стройного тела, очевидно, всё ещё влажного и разгорячённо-податливого после ванной, в голове становилось пусто, а под кожей рассыпался тысячами пылающих углей беспокойный жар. Мо Вэйюю никогда не доводилось видеть профессора Чу без одежды — разве что представлять. Мужчина имел привычку носить классические плотные рубашки и свободные прямые брюки или джинсы. Но, как бы он не выглядел, вероятно, ему было далеко до этого восхитительного фотографа: чего стоили только совершенно узкая подтянутая талия и изящные контуры розоватых сосков на лишённой даже намёка на растительность груди!.. …Всё-таки хорошо, что Юйхэн никуда не выставлял такие свои фото — в противном случае у Мо Жаня случилась бы истерика. Он продолжал изучать фотографии мужчины, лёжа на диване, свешиваясь с него вниз головой, чтобы кровь приливала к мозгам, а не к другим частям тела. Какова была вероятность того, что в мире у Чу Ваньнина существовал всё это время таинственный брат-близнец, который ещё и жил в одном с ним городе всё это время, но каким-то образом оставался незамеченным?.. Очевидно же, что такого быть попросту не могло. Вэйюй уткнулся пылающим лицом в подушку, пытаясь остудить голову. Это никак не мог быть тот самый Чу Ваньнин. Все подобные мысли следовало гнать подальше. Чу Ваньнина больше не было… не говоря уж о том, что он никогда не стал бы общаться с Мо Жанем вот так запросто. Вэйюй несколько раз останавливал себя от того, чтобы написать ещё один месседж вдогонку и спросить, как же всё-таки зовут его собеседника. Он сам не знал, как и когда наконец заснул. Вероятно, дело было перед самым рассветом. В одну секунду перед убитыми усталостью глазами всё ещё расплывались те самые фото, которые он, кажется, уже засмотрел до дыр… в следующее же мгновение Вэйюй бесконечно падал в кромешную черноту подсознания, в которой определённо было что-то от знакомых чуть сощуренных глаз... *** …Его разбудил звук нового сообщения. Телефон, похоже, выскользнул из рук во сне, так что теперь валялся где-то под диваном. Мо Жань растерянно шарил ладонью по полу секунд двадцать, собирая пыль и грязь, прежде чем сумел нащупать к счастью оставшийся целым корпус. Юйхэн ему что-то ответил. Отлично! Мо Жань на волне эмоций даже поначалу не сразу понял, что именно мужчина ему написал. А, когда понял, до него всё ещё с трудом доходило, что же именно они “прояснили”. Пришлось даже проскроллить чат вверх, пересматривая, не отправил ли он что-то не то собеседнику во сне. Примерно в этот же момент пришло понимание, что Юйхэн уже успел удалить свои обнажённые селфи… и то единственное реальное фото из профиля исчезло тоже. Весь прошлый вечер теперь казался каким-то… ненастоящим. Фикцией. Будто добрую половину всего, что произошло, Мо Жань попросту выдумал. “Как и в случае с исчезновением профессора Чу Ваньнина. Это происходит. Снова…” Вэйюй выругался. Нет, он знал, во что верить — совершенно точно знал! Весь мир мог утверждать, что профессора Чу никогда не существовало, но Мо Жань всё ещё помнил, как тот кривовато подкатывал рукава белоснежной рубашки, объясняя студентам что-то у доски — и как едва заметно хмурился, когда Мо Вэйюй пытался оправдаться, почему его конспекты всегда пустые. По иронии, теперь все, кто старательно писали на его лекциях конспекты, не помнили даже имени Чу Ваньнина. Мужчина остался только в воспоминаниях Мо Жаня… Что, если с Юйхэном может произойти нечто подобное?!.. Мо Вэйюй принялся лихорадочно набирать текст, бессовестно игнорируя опечатки. Почему-то казалось, что время у него на исходе. TxJ: “Стой!.. “ TxJ: “Юйхэн, подожди. Пожалуйста, не блокируй меня.” TxJ: “Юйхэн!!!..” Все три сообщения Юйхэн прочитал, но почему-то ничего не стал отвечать. Значит, всё ещё был онлайн, и в чёрный список Мо Жаня не занёс… Ждал объяснений?.. Мо Вэйюй перевёл дыхание, готовясь писать дальше. Кажется, ему следовало действительно объясниться. TxJ: “Я прошу прощения, но вчера ты напомнил мне одного человека. Ты — не он! Я уже это понял. Пожалуйста, не блокируй меня за это.” Прочитано. Мо Жань позволил себе выдохнуть, устало растирая лоб — напряжение в висках было таким, словно он весь день отпахал в универе и на работе, а не только проснулся в свой законный выходной день… Он снова протёр глаза, вчитываясь в буквально сразу же пришедший ответ. YH: “Больше никаких встреч.” Мо Жань едва не взвыл в голос. Заставил себя кое-как собраться, чтобы хоть что-то ответить. Он был готов согласиться сейчас на что угодно из-за странного ощущения, что его собеседник, если его упустить, просто растворится в неком необъятном ничто. Исчезнет. Перестанет существовать. “Ты болен, Мо Жань, — мысленно отругал себя он. — Сначала ухлёстывал за воображаемым профессором, затем — нашёл в приложении воображаемого друга. Прекрасно. Что дальше — воображаемый секс? Шизофрения? Одиночная палата?..” Но делать было нечего. Ему пришлось согласиться на условия Юйхэна, прекрасно понимая, что это совсем не то, что ему на самом деле нужно. TxJ: “Как скажешь. Если передумаешь, я буду только рад.” Поскольку Юйхэн на это ничего не ответил, он наконец собрался с духом, решив, что, по крайней мере, теперь собеседник мог бы ему и представиться. TxJ: “Кстати, раз уж так вышло, что я принял тебя за другого, может, настало время познакомиться, м?” Юйхэн ответил буквально в следующую же секунду: YH: “Ты мог со мной познакомиться вчера, но не пришёл.” Мо Вэйюй с недоверием уставился на экран. Кажется, теперь он вовсе перестал понимать, что происходит. Между тем, Юйхэн продолжал что-то написывать, но всё никак не отправлял. Длилось это уже почти две минуты, и Мо Жань едва держался, чтобы не начать писать что-то вдогонку. Впрочем, следующее сообщение повергло его в ещё больший шок. YH: “Меня действительно зовут Чу Ваньнин." YH: "Ты не перепутал. Это были мои фото.”