Сильным нужна помощь

С тех пор, как все произошло, Лив не могла отдышаться. Группа давно перестала бежать, опасные участки остались позади, нужно было лишь размеренно шагать по неровностям подземных ходов. Девушка, конечно, дышала, но ребра словно стали тесны, сжимая грудную клетку, запоздало защищали сердце. Если можно было бы морально ударить под дых, то Лив бы сказала, что Локи это удалось, и последствия налицо. Чужое присутствие изводило, внутри черепной коробки все звенело и взрывалось от обилия мыслей и эмоций. Валькирия лишь надеялась, что это не отражается на её лице, но сочувственный взгляд Сагра и вежливая отстраненность остальных не оставляли и тени надежды. Лив сердито выдохнула, запрещая себе думать о златоглазом предателе. Златоглазом, золотко...Ну нет! Девушка почувствовала резь в глазах. Впившись зубами в нижнюю губу, Лив ускорила шаг. Мысль о нем - укус, сожаление - укус, разбитые чувства - маленькая капелька скатилась на язык, железистый вкус разлился во рту. Девушка надавила на губу ещё немного, вновь забываясь в физической боли. Тор, по приказу цверга, объявил привал. Валькирия недовольно замерла, поравнявшись с вожатыми. Остановка...Сейчас?! Ну и прекрасно. Обычно не сильно вовлеченная, беспечно прохлаждающаяся с Локи, в этот раз девушка рьяно принялась разбивать лагерь, готовить пищу. Довольный такой помощницей Сагр улучил минутку осмотреть путников, а также помочь с парой ушибов, ранами и растяжениями. Когда очередь дошла до Лив, она лишь хмуро отвернулась к котелку, помешивая нехитрый ужин.  Сагр по-отечески спокойно и настойчиво вытянул ложку из рук валькирии. -Я знаю, что твою рану не залечить травами и заклинаниями, но... -Не надо - хрипло прервала Лив из-за подступивших слез. Не желая проявлять слабость, девушка вновь с силой прикусила губу, упрямо вскидывая подбородок. Сагр, внимательно наблюдавший за ней, недовольно цокнул: -Ну что ты - и, недоговорив, достал приятно пахнувшую цветами мазь, потянулся, чтобы обработать ранку на губе, но Лив отшатнулась от лекаря, словно дикая кошка. Вскочив, она бросилась за ближайший каменный массив, растворяясь в тени. Резкое движение всполошило путников: -Потеряешься - бросил вслед Улль -Совсем девчонка расклеилась - озаряя все синими сполохами, констатировала явно недовольная Лиод. Сагр лишь сжал в ладони пузырёк с настоем успокаивающих трав и коробочку с мазью. Он плохо переносил болезненный вид девушки, ещё тяжелее становилось от осознания: эту хворь нельзя вылечить или облегчить. Она может сломать, изменить, ожесточить, сделать что угодно, и Сагр лишь желал сил валькирии, чтобы понести как можно меньше потерь в этом бою. Андвари  с самого начала привала с  потаенной грустью наблюдавший за Лив, подошёл к лекарю, когда все успокоились и разошлись. -Она ранена? -Нет - задумчиво покачал головой Сагр - Маленький прокус на губе... "И дыра в сердце" - без слов поняли оба. -Позволишь? - Андвари указал на коробочку с мазью. Лекарь удивлённо вскинул бровь: -Если это какие-то цверговские штучки... Оставь девочку, ей нужен покой - высказал свое недоверие к народу проводника Сагр, но Андвари покачал головой, то ли в ответ на подозрения, то ли своим мыслям. -Даже сильным нужна помощь - цверг поправил широкополую шляпу и поднялся. Сагр молча вложил коробочку ему в ладонь и ушёл. К счастью или несчастью, Андвари знал о симптомах болезни Лив все, а также владел ответом на вопрос, который мучил всех: "Как помочь?" Валькирия убежала далеко, абсолютно не волнуясь о безопасности, обратном пути, своей репутации. Солёные брызги навсегда остались на камнях этого места, однако скрывшись, девушка дала волю не слезам, а кулакам, ногам, плечам и немного лбу - обрушила удары на беззащитную гладь холодной и твёрдой, как его сердце, материи. Хотелось закричать так, чтобы рухнули стены, боль бы была не страшна, Лив уже раздавило его предательство. Девушка думала, что её ярость никогда не иссякнет, но неожиданно телом завладела свинцовая усталость, энергия покинула валькирию, внутренняя слабость превратилась во внешнюю. Лив закрыла глаза. Андвари нашёл её на полу одной из пещер, абсолютно изнеможденную, бледную и беззащитную. Впервые эта воинственная дева выглядела, как потерянный ребёнок. Не раздумывая долго и абсолютно не таясь, цверг приблизился, сел рядом и уложил её голову на свои колени. - Вот так, а теперь - Андвари снял перчатку и невесомым прикосновением нанёс мазь поверх спекшейся крови на обиженно отставленную нижнюю губу. -Ай - Лив взвизгнула, распахнув глаза, мазь тысячью иголочек обожгла ранку, захотелось немедленно убрать её языком. Валькирия не сделала этого по той причине, что со сна не понимала ещё ни где находится, ни кто это так заботливо поглаживает её по голове. Все казалось ненастоящим, Лив боялась очнуться. Разобравшись, что лежит щекой на чьих-то ногах, валькирия вдруг осознала, что слышит едва различимую мелодию. Это была даже не песня, а музыкальный шёпот, нежный и ласкающий. Лив почувствовала, как мучительно сжалась грудная клетка, плечи напряглись. Мелодия стихла, рука замерла: -Проснулись, госпожа? Лив разочарованно вздохнула, но заставила себя сесть и вымученно улыбнуться: -Спасибо, Андвари... Я Он приложил палец к губам и с лёгкостью, потому что у валькирии совсем не было сил сопротивляться, уложил её обратно. Ладонь в строгой кожаной перчатке согрела скользящим движением плечо, словно успокаивая. «Все хорошо, тебе не нужно быть сильной прямо сейчас» - говорил он с ней прикосновениями. Ласковые поглаживания пробудили в Лив маленькую девочку, которой она уже давно себя не чувствовала один на один с суровым миром. Глаза вновь защипало, предательский всхлип вырвался из груди, многократно усиленный эхом пещеры. Валькирия попыталась подняться, отстраниться, спрятаться. Её укрытием стали все те же заботливые руки, нежно прижавшие к серебряным петлицам на груди. -Нне на.. до-раздельно из-за накатывающих слез, полувсхлипнула, полупопросила Лив. Он стал проводником и в её океане слез, уверено лавируя между скал и встречая все, что ждало за поворотами. Не потому ли, что этот маршрут был ему знаком? Андвари ласково усмехнулся: -Ещё как надо - он её не торопил, нарочно не вызывал слезы, лишь обрабатывал эту уродливую, кровоточащую рану, скрытую от всех, своей любовью. Лучшее лекарство, хоть и такое же терпкое и жгущее, как мази Сагра. Лив, прижимаясь кончиком носа к его груди, упрямо замотала головой. Андвари молча согласился с ней, разомкнул объятья, перемещая ладонь на спину валькирии, но не прекратил утешающе проводить по затылку, плечам и спине. Из его уст вновь полился музыкальный шёпот. Валькирия почувствовала желание поддаться его убаюкивающей силе. Вытянув ноги, одной рукой Лив, насколько позволяли неровности камня,расправила накидку, второй же она все это время крепко сжимала предплечье Андвари, словно он убегал от неё. Цверг терпеливо наблюдал за действиями валькирии, не вырываясь. Это прикосновение согрело его сердце надеждой, что Лив осознала свою потребность в чьём-то присутствии и заботе. Быть для неё спасительной соломинкой, вот чего добивался цверг. Повозившись, Лив устроилась на боку и потянула к себе Андвари. Заглянув ей в глаза, он обомлел, настолько непривычно обнажены были в этих всегда озорных и заносчивых зрачках чувства боли, одиночества и робкой надежды, что цверг не уйдёт сейчас. Конечно же, он остался. Андвари придвинулся к ней, крепко прижимая к своей груди. Порыв успокоить сменился желанием защитить, ласка приобрела напористость, и цверг прижался губами к горячему лбу, напряжённой складке между бровей, которая добавляла страдальческое выражение лицу, к вспыхнувшим от жара его поцелуев нежным щекам, к кончику носа и замерли перед губами. -Что же ты натворила - ласково пожурил Андвари, шепча напротив её вздернувшихся в неосознанной улыбке уголков рта. -Много чего - непривычно болезненно, но все так же озорно ответила валькирия. Цверг подавил смешок: -Я про твои губы - Андвари ласково потёрся носом о её щеку. -Теперь я не могу целовать тебя - вновь тихо рассмеялся цверг. -Я могу - капризно отозвалась девушка, сближая их губы и прикрывая глаза. Неожиданно натолкнувшись на подушечку его большего пальца, впрочем не сразу осознавая это, Лив моргнула, чтобы в следующий момент зашипеть от боли и совсем чуть-чуть от удивления. -Нет, не можешь - нежно, но твердо, объяснил Андвари, обновляя мазь на губе, а затем вновь утягивая разобидевшуюся валькирию  в свои объятья.