The Devil You Know

Иланис прогуливался по ночной улице Алинора. От его дома пришлось проделать серьезный путь до лавки с алхимическими ингредиентами, и теперь, купив несколько разных цветков и кореньев, он возвращался обратно по плохо освещенной улице. В один момент из-за угла одного из домов появилась тёмная фигура. Мужская. Даже по росту можно было понять, что это не коренной житель острова Саммерсет. Пройдя неспешно, плавными шагами навстречу Иланису, как простой горожанин, неизвестный замер в полушаге от висящего над их головами фонаря, под которым мерно и плавно кружила стая светлячков. Альтмер напрягся, но всеми силами не хотел показывать этого. Темная фигура вызывала в нём плохое предчувствие, и он точно понимал, что этот кто-то приезжий, точно не из этих земель. Одним словом, чужак. Решив поподробнее рассмотреть ночного гостя, Иланис заметил, что на стоящем вне круга света мужчине был странный капюшон и необычного вида наплечники. Будто с шипами. Фигура наклонила голову чуть вбок, как бы выражая непонимание почему альтмер затормозил. Из-под капюшона раздался приглушённый бархатистый баритон. — Солнце уже село, а ты не спешишь домой. — Вообще-то, я очень спешу, — Иланис прижал сумку травника к себе поближе, напрягаясь ещё больше. Что это за чужеземец? Ещё и одет как-то странно. Складывалось чувство, что идти дальше очень опасно и безрассудно. — А я заждался тебя. Человек, или мер, обошёл круг света, стараясь ничем не выдавать себя, но всё же луч фонаря успел блеснуть по необычному клинку неизвестного — с загнутым на манер крюка остриём. Но даже странное оружие не могло передать полностью необычность «ночного гостя». Простые наёмники не ходят так плавно. И бесшумно. Альтмер не мог себе позволить потерять зрительный контакт со странным и подозрительным незнакомцем. И как только он подобрался ещё ближе, его тонкие, длинные брови свелись к переносице, а рука вскинулась. Сильным заклинанием он оттолкнул убийцу, отходя и увеличивая расстояние, — не смей прикасаться ко мне! Но в ответ на заклинание мужчина в капюшоне успел ловко нырнуть из-под удара и оказаться за спиной, прижимая Иланиса к себе и клинок к его шее, — а то что? На лице незнакомца была маска — острое ухо альтмера почувствовало ткань и горячий воздух сквозь неё. — Где твой данмерский дружок, которого ты взял на лечение? — Ч-что?.. я не понимаю, о чем ты говоришь! — Нужно было что-то делать, но что? Одно неверное движение и ему попросту перережут глотку. — Ты знаешь. Дрелас. Данмер. Ты подобрал его в лесу. По доброте душевной. — Клинок прижался плотнее, едва не повреждая нежную кожу. — Я в жизни не буду иметь дел с данмерами! — Иланис не дурак. Сдаст он своего раненого друга или нет, его в любом случае не отпустят, — стража! Помогите! Как не кстати для Дита, какой-то альтмерский стражник всё-таки проходил мимо. И очень бурно среагировал на покушение на сородича. Убийце пришлось в спешке оттолкнуть от себя алхимика прямо в несущегося стража, но всё-таки кинжал успел пройтись по светлому горлу, не слишком глубоко, чтобы повредить что-то кроме кожи. Ночной гость растворился в темноте, не иначе как накинув невидимость. *** Уже за пределами города, всё-таки ускользнувший из грёбаного Алинора, перекрывшего стражниками все проходы, Дит дал себе отдышаться. Ныла нога от не до конца продуманного прыжка, но он выбрался. Он найдёт предателя. Даже без знаний этого желтокожего. Дит ненавидел спешку, ненавидел сорванные планы, ненавидел альтмеров и их не кончающихся стражников. И много чего ещё. И эта ненависть толкала вперёд. Дит растворился в ночи, идя по другой наводке, найденной в доме мерзкого алхимишки. Этот парень определённо портил ему все планы и путал все карты — сначала он весь день шлялся непонятно где, портя засаду, а потом ещё и этот вшивый альтмерский стражник оказался в «нужное» время в «нужном» месте. По крайней мере он надеялся, что нанесённая им рана окажется достаточно глубокой, чтобы убить этого лекаря. Бредя, а скорее, прихрамывая уже час по густому Саммерсетскому лесу, убийца в конце концов выдохся. Благо, все местные зверушки уже спали и не докучали ему, дополнительно отнимая последние силы. Тяжко. Было очень тяжко. Дит прислонился к дереву, опускаясь на траву, достал из-за пазухи флакончик с мерзкой жижей, выпил. Сразу по телу разлилась бодрость, слабая — уже много дней он пренебрегает сном — но всё же бодрость. Подняться, правда, было сложновато, даже его тренированное тело требовало отдыха. Надо идти. Это последнее что подумал данмер, прежде чем упасть у того же дерева, где стоял. Деревья чащи тихо шелестели от ночного ветра, а где-то вдалеке раздались звуки уханья совы. *** Кажется, сегодня сама судьба спасла ему жизнь. Ну а вернее стражник, проходящий мимо. Иланис жил в Алиноре с самого своего рождения, и он никогда не мог бы подумать, что в таком безопасном месте с ним случится подобное. Жаль, что он плохо разглядел убийцу, вряд ли его смогут поймать. Ладонью он пытался прижимать рану на шее. Сказать, что он перепугался — ничего не сказать. В голове уже вовсю гуляли мысли, что он должен валяться на земле без сознания, но он всё ещё жив. — Вы в порядке? — Стражник подошёл ближе, пытаясь осмотреть парня. Рана оказалась неглубокой, и самая обычная повязка как нельзя кстати улучшала положение. Иланиса проводили до дома, и убедившись, что в нем никого нет, оставили парня наедине со своими мыслями. Алхимик вздохнул с облегчением, оседая на стул. Рана на шее сильно саднила, пришлось ее обработать и перебинтовать. Спустя какое-то время он заметил, что вещи в доме были не на своих местах, в них кто-то рылся. Ближе к полуночи парень хорошенько запер свой дом и лег спать. Черт, чтобы он ещё хоть раз кому-то помог, себе дороже. Сон шёл к нему с трудом, различные мысли и страхи мучали его, но под шелест листьев глицинии под окном он всё же заснул. Утром рыжик решил прогуляться в лесную чащу, в которой иногда он подкармливал Индриков — магических существ, напоминавших собой оленей, только наряду с мехом имевших ещё листья и перья, — а заодно пособирать растения. Со вчерашней ночи он стал чаще оглядываться, но это было и не мудрено. Под одним из деревьев он увидел что-то странное среди мокрой травы. При более ближайшем рассмотрении стало понятно, что это какой-то человек без сознания, возможно, ещё и сильно раненный. Нет, он дал себе слово. Нужно пройти мимо. Но вот только это было не в характере Иланиса. С детства его матушка учила его доброте, как к людям, так и к животным. «Все живые существа заслуживают нашего уважения и сострадания, » — вот как она любила говорить. Парень присел перед фигурой и осторожно повернул её рукой. Его серебряные глаза тут же широко раскрылись. Это точно был он! Тот незнакомец, что пытался убить его прошлой ночью! Его одежду было трудно с чем-то перепутать, да и маска, которую он тогда почувствовал, говорила сама за себя. Убийца крепко спал крепко и, казалось, даже не дышал. Его броня сильно промокла от обильной лесной росы, щедро выпавшей прошлой ночью. Трава вокруг него не примята, значит, он ни разу не двинулся за всё это время. Иланис ещё долго проклинал себя, но он не мог себе позволить оставить убийцу здесь. Пришлось притащить его к себе в дом, раздеть и обработать раны, забрав и странного вида оружие. Главное, чтобы об этом никто не узнал. Может, как он поправится, стоит сдать его страже? Алхимик сидел за столом рядом с кроватью, заштопывая дыру на прорванной ткани брони, как раз в том месте на боку, где была рана. Иногда он поглядывал на фигуру на кровати. Сам данмер был перемотан подобием бинта с целебными травами. Без брони он оказался значительно худее, будто та добавляла ему объёма. Было заметно, что это истощение так сказалось на нём, и на привычное состояние убийцы не походило. Также на тёмной, своим оттенком отдающей в синеву коже было множество шрамов. Некоторые из них тонкими, аккуратными полосами расчерчивали мышцы, а другие были вовсе неаккуратными, безобразными, как если бы неизвестный в принципе не знал о существовании врачей и лекарей. Волосы же его своим цветом походили на густую смолу. Пару раз данмер пытался беспокойно перевернуться, что-то едва бормоча и зло сводя брови, но не просыпался. Как только Иланис закончил заштопывать дыры в одёжке, нужно было приготовить хоть какую-нибудь еду и целебный отвар. В его небольшом домике было всё необходимое для этого. Вообще, в его жилище было очень уютно и аккуратно, светло. Солнечный свет буквально разливался по комнатам и коридором, лаская собой листья лозы и различных зелёных растений. Все вещи были расставлены с трепетом и присущей альтмерам утонченностью, строго на своих местах. Обилие цветов в помещении наполняло воздух своим благоуханием, а где-то в коридоре слышалось тиканье старинных, немного замысловатых часов. *** С судорожным вздохом парень очнулся. Ситиса ради, какой тупорылый некромант воскресил его? Просто нереальная ломота во всём теле. Глаза еле открылись. Какая-то незнакомая комната. Воняет цветами. В какую задницу он угодил на этот раз?! «Мать Ночи, что со мной не так? Сколько мне ещё нужно слажать?» Он попытался пошевелиться. Взгляд метнулся в сторону какого-то движения. В руках рыжего альтмера, что встал неподалёку от него, был поднос с каким-то блюдом, столовыми приборами и мерзкой на вид жижей в аккуратном бокале. Кажется, он не заметил, что раненый очнулся, ставя поднос на стол. Пахло вкусной жареной на углях рыбой, какой-то крупой и печеными овощами. Дит был в шоке. Просто нереальная неудача. Он не спускал полуприкрытых кроваво-красных глаз с альтмера, ожидая, когда он скажет хоть что-то. Или, когда отвернётся. Надо найти кинжал. Нож. Хоть вилку. Этот н’вах ведь сдаст его! Убийца притворился спящим пока его не заметили. Только сейчас, когда глаза альтмера посмотрели на лежащую фигуру, он понял, что тот двигался. Хотя данмер не делал это с того самого момента, как Иланис нашел его в лесу. Это значило, что он уже не спал. У Дита чудесный слух, и теперь он был просто уверен, что его маленький план раскрыли. Похоже, сегодня просто не его день. — И что. Сдашь меня страже? — Он приоткрыл алые глаза и почти презренно посмотрел на алхимика, но ответа не последовало. Альтмер только нахмурился. Конечно он хочет сдать его, этот ублюдок пытался убить его! И надо было сделать это сразу, а не тащить данмера к себе домой. — Ты ведь не знаешь. — Снова начал попытку Дит и постарался сесть. С некоторым трудом, но тело поддалось, — ты не знаешь его. Что он убил свою сестру. Нашу сестру. — Я знал только, что ему была нужна помощь. Да и с какой стати я должен верить убийце вроде тебя? — В его голосе слышалось пренебрежение. — Ха-ха, наивный. Твой дружок не посвятил тебя в это, да? Скользкий гад перерезал ей глотку и оставил умирать. Бедная сестрёнка, ей едва исполнилось семнадцать. Она любила смотреть на то, как восходит солнце. Теперь она не увидит больше ни одного восхода из-под земли. — Яд его слов просачивался глубоко, в самую душу альтмера. Мать Ночи наградила его этим даром убеждения, — этот скампов потрох должен лечь в могилу рядом с ней. Ты всё ещё настолько наивен, чтобы считать его другом? — Ты говоришь о том, что тот данмер так хладнокровно перерезал вашей сестре глотку, но ещё вчера ночью ты хотел перерезать ее мне! Почему я должен помогать лицемеру вроде тебя? — Иланис нахмурился ещё сильнее, беря в руки поднос и ставя его на кровать, — мне нет дела как до тебя, так и до твоих обид. — Она наша сестра, — «в отличие от тебя», — раз так, то дай мне уйти.   При приблизившемся запахе еды у Дита скрутило живот, да так, что он за него едва не схватился, и пробурчал громко, — что там? Снотворное, яд?.. Слабительное? — Обычная горячая еда и целебный отвар, — Иланис отошёл от данмера, но ни в коем случае не поворачивался к нему спиной. Он вымыл кровь из заштопанной одежды, и теперь та сохла под солнцем. Помимо прочего, на шее альтмера красовался такой же бинт, как и на Дите. "Вот же живучий гад." Данмер с опаской попробовал еду, и, подумав, принялся её есть. В конце концов, халява мёда слаще. К тому же приготовлено сносно, хоть и специй в этой еде явно не хватало. В зельях и отварах он не так хорошо разбирался, так что просто выпил варево мага. Вроде ничего не изменилось. Хмыкнув про себя, он предпринял попытку встать с постели, как вдруг тонкие пальцы взялись за его плечи, усаживая обратно.  — Ты сильно ранен и истощен, да и куда ты собрался в таком виде? — Голос звучал больше насмешливо, чем обеспокоенно, — наверняка стражники всё ещё ищут тебя. — Они видели меня только мельком, они не смогут меня найти, — он отпихнул руку альтмера, сохраняя лицо бесстрастным. Хотя даже такие лица у данмеров были хмурыми. Было видно — телесный контакт он не одобряет, — держи грабли при себе. — Твоя одежда ещё не высохла. И грабли свои распускал тут в первую очередь ты, — длинный палец указал на бинт на шее, а тонкие острые брови вновь нахмурились. Веснушчатое лицо выглядело сейчас по-детски суровым. От этого даже слегка пробирало на смех. Данмер пожал плечами по типу «ну и что?» и, вздохнув, лёг обратно, поморщившись от тупой боли в боку. — Сколько времени прошло? — Солнце взошло уже довольно давно, — парень немного помолчал, после чего добавил, — я и не ждал благодарности от такого, как ты, — Иланис задрал подбородок и понес поднос обратно на кухню. В ответ Дит фыркнул. — В конце концов, мне ли тебе говорить, что тебя никто не просил, а? Уверен ты сам это понял. — не смотря на внешнее спокойствие, Дита терзали сомнения. Не убежит ли н’вах, которого он так долго разыскивал, пока он тут валяется? Прикинув возможности, данмер ловко выскользнул из постели, игнорируя боль и собираясь найти броню и оружие, да по-тихому свалить. Иланис застал незнакомца уже в коридоре. — Он будет здесь ещё пару дней, и тебе ни за что не найти его без моей помощи. Но как знаешь, ступай, — альтмер махнул рукой. — И с чего это я должен верить такому как ты? — вернул Дит и сложил руки на груди, облокачиваясь на стену. Чёртова слабость, ещё немного, и он сам передвигаться не сможет. — А ещё твоя рана может открыться, и ты умрешь от потери крови. Судя по шрамам, ты не знаешь о том, что такое медицина, — альтмер презрительно посмотрел на убийцу, после чего усмехнулся и ушёл в комнату, кинув напоследок «удачи». Иланис был глубоко оскорблен подобным поведением незнакомца, но и не нужно было ожидать чего-то другого. Его светлые глаза немного грустно взглянули на портрет умершей от болезни матери. Та всегда учила его доброте, даже когда отец оставил их. Даже на рабочих в грязи она смотрела с сожалением, пока другие кричали на них и упрекали в ничтожности. Чёрт, а ведь он практически только-только вышел из поры детства, и знает о мире так мало. Он и впрямь наивный, этот убийца прав. Дит лишь фыркнул вслед уходящему. Именно. Он выживал и без всяких там травок-припарок. Ах, какой заботливый ему попался н’вах! Только куда он дел броню… Она нашлась, как и оружие, и хоть неприятно липла к телу из-за ещё не вышедшей из неё влаги, несколько сковывая движения, данмер всё же надел её и собирался уйти через задний двор, преодолев забор. Немного мутило и горчило в горле, но в остальном лучше, чем вчера. Настало время покончить с предателем.