Runes Shall You Know

Наверное, со стороны мы выглядели самой идеальной парой. Драко смотрел на меня влюблёнными глазами, нежно держа за руку. Казалось, мне завидовали все девушки в этом небольшом уютном кафе. Ещё бы! Платиновый блондин с манерами аристократа не мог не привлечь внимание представительниц прекрасного пола. И только я знала, чем на самом деле обусловлен этот взгляд. В моей голове проносятся воспоминания. Шестой курс. Гарри со своим учебником от Принца-полукровки. Рональд с Лавандой. И я, отчаянно пытающаяся удержать первенство по зельеварению. Малфой, разумеется, не упускал возможности лишний раз задеть за живое. Проклятый хорёк вечно ссылался на мой дурной характер и успеваемость из-за отсутствия личной жизни. Лучшим другом мне тогда стал толстенный том по древним рунам. Кажется, я выучила его наизусть: футарк, исландские руны, глифы, литеры, гальдраставы, славянские руны… Профессор Хейдар рассказывал о старинных системах гадания на рунах, об изготовлении рунических наборов в древности, но я не сразу обратила на это внимание. Какая чушь, предсказывать будущее! Так я думала до смерти Дамблдора. После решения Гарри о том, что нам придётся скитаться в поисках крестражей, моё видение мира претерпело довольно сильные изменения. Я вспомнила о незарегистрированных заклинаниях вроде «Оглохни!», о заклинании невидимого расширения, хотя считала, что им пользуются только глуповатые дамочки вроде Пэнси Паркинсон, а потом в моей голове поселилась идея о создании своего рунического набора. Ведь разумно немного заглядывать в будущее, когда сражаешься с Тёмным Лордом, верно? Я перевернула все школьные записи, изучила ещё множество дополнительной литературы и остановилась на скандинавском футарке из двадцати четырёх рун. Сама нашла дерево, сама спилила нужную ветку, сама вырезала и активировала руны. Я была настолько увлечена процессом, что даже не задумалась, а что будет, если моя работа окажется напрасной? Распустив волосы, я села за стол и расстелила на нём белое полотно. Взяла мешочек с рунами. «Как пройдёт операция с семью Поттерами?» Перемешала их и метнула несколько плашек на ткань. Дрожащей рукой тянусь за небольшим блокнотиком, который завела специально для записи своих гаданий. И начинаю трактовать расклад… Всё сбылось. И смерть Грюма. И тяжёлое ранение Джорджа. И даже то, что узнали настоящего Гарри. Тогда я поняла: руны — наш шанс. Шанс выжить. Шанс узнать, что будет завтра. Правда, меня это не сильно успокаивало. Накануне того, как нас поймали Пожиратели, и меня с нескрываемым удовольствием пытала Беллатриса, я заметила, что слишком уж часто вспоминаю Малфоя. Хорёк наверняка подмял под себя весь Хогвартс и наслаждался властью. Бросаю руны. Райдо. Перто. Турисаз. А через несколько часов я уже направляла палочку Гарри в лицо, ожидая первого гнусного шага от Пожирателей. Надо ли уточнять, что именно благодаря инфантильности Малфоя нам удалось тогда удрать? Я не знаю, что им тогда двигало, но вряд ли это было благородство во имя школьных товарищей. Скорее, банальная трусость. Но могло бы быть хуже. Таинственное спасение, как предрекали руны, оказалось очень своеобразным. И тем не менее, оно положило начало нашей истории. Когда я узнала, что Драко Малфой в числе пожизненно осуждённых Пожирателей смерти, моё сердце ёкнуло. Я искала возможность вытащить его из камеры, но все мои попытки оказывались тщетными. Казалось, выхода уже не было, как тут в мою голову закралась самая авантюрная идея, которая только может прийти в голову Гермионе Грейнджер, любительнице соблюдать школьные правила. Через месяц я шла в ногу с тюремщиком к камере своего злейшего врага, пряча под плащом небольшую бутылочку. Пришлось наложить на сопровождающего заклятие тухлых носков, иначе он бы почувствовал запах и начал её обыскивать. К счастью, пока всё шло по плану. — Три минуты, мисс Грейджер. — Благодарю Вас. Я наклонилась и прошла в маленькую камеру, отведённую Малфою-младшему. Глаза не сразу привыкли к туману, который заполнял всю камеру. Дверь в камеру захлопнулась, начались три отпущенные нам минуты. — Малфой. — Грейнджер. — Выпей, — я протянула ему небольшой пузырёчек. — И я тебя отсюда вытащу. — Спасибо, конечно, но… — тонкие губы искривились в ухмылке, — но я не нуждаюсь в помощи грязнокровки. Не думай, что я тебя там спас и ты мне чего-то должна. Я поджала губы. Гриффиндорцы «своих» не бросают. Один взмах палочки — Драко берёт исхудавшими пальцами маленький пузырёк, медленно откупоривает его и залпом выпивает содержимое. Я выдыхаю. Дело сделано. Завтра в «Ежедневном Пророке» появится заметка о нашей помолвке.

***

Спустя год, я уже сижу напротив Драко, держу его за руку, на которой красуется обручальное кольцо, позволяю ему заправлять выбившуюся прядь моих волос за ухо. Пью с ним кофе. И жду, когда закончится действие последней дозы Амортенции. По моим расчётам, ещё пять минут. Ещё пять минут я могу наслаждаться лаской своего мужа, а потом придётся сказать ему правду. Истекают последние шестьдесят секунд. Я готовлюсь к изменениям его поведения, но… Драко продолжает рассказывать о каком-то проекте в аврорате, его лицо и тон не меняются. Я сидела и молчала. Слушала. Затем не выдержала: — Драко. Я хочу тебе признаться… Он берёт мою вторую руку. Подносит к губам. — Оставь это. Ведь ворожейка счастлива и приворожённый доволен.