The choice is in favor...

От самых близких не остался

След даже среди знакомых,

И в чёрный список абонент, Который мне помогал выходить из комы…

      На следующий день домой к Алексею приехал Нобель, который так жаждал заснять такую сенсацию к себе на ютуб-канал. Ведь так давно никто из русских игроков не уезжал играть заграницу, а тут Миранчук, в котором видели будущую легенду Локомотива, подписывает контракт с одной из лучших команд Серии А. Ещё приехала мама братьев, которая должна была принять участие в интервью.       Футболист сразу сказал, что Влада участвовать в видео не будет, якобы не хочет особо показываться, хотя об их отношениях уже давно было всем известно. Но парень решил убрать с вида даже их общие фотографии и какие-то вещи, хоть и понимал, что это может вызвать вопросы. Но сейчас статус их отношений неопределённый, поэтому нет смысла во всей этой милоте.       — Лёш, а все-таки, почему Влада отказалась? — спросила Елена Юрьевна, садясь за стол с сыном, пока у них был небольшой «перерыв» в съёмке.       — Владислава отказалась ехать со мной в Италию, — тихо ответил Лёша, опустив голову, так как в груди, в области сердца, невероятно сильно закололо. — Я не знаю, как будет дальше, но сейчас мне очень обидно. Ты сама помнишь, когда она чуть не в депрессии была из-за серьёзных проблем на работе, как я метался с тренировок к ней, носился, а по итогу в ответ получаю это. Ловил любовь в человеке, но, видимо, так ее и не поймал…       — Прекрати. Молодые ещё, импульсивные, решения по сто раз на дню меняются. Ей тоже нужно обдумать это, все-таки не легко так резко сменить обстановку. Все решится, — ласково ответила женщина, так как считала, что это вообще лучший выбор сына в плане отношений, и сейчас потерять такую связь будет нелепо.       — Посмотрим, — тяжело вздохнул Миранчук, взяв свой айфон.       Алексей невольно открыл ватсап, надеясь увидеть хотя бы одно сообщение от девушки. Но там пусто. Вчера парень почти до вечера пробыл один, потом короткий разговор, из которого он узнал, что Лисова подписала контракт, а после уже разбор гардероба в тишине и одиночестве. Он заведомо дал понять Владиславе, что сейчас его трогать не нужно. После этого они не обмолвились и словом, хоть в этот день она и вернулась ночевать в их спальню. И ночь прошла так, что молодые люди спали по разные края кровати, не прикасаясь друг к другу.       Это ломало Лешу. Ломало все его внутренне нутро, которое шептало, что Владе нужно остыть. Но парень слишком хорошо знал Лисову и понимал, что ей не даст свернуть обратно ее тяжелый характер. Она сама не раз признавалась, что ненавидит себя за свои некоторые поступки, которые делает под влиянием своих эмоций и характера. А также, если даже будет понимать, что не права, будет до последнего гнуть свою линию. И Миранчук был уверен, так оно будет и в этот раз. Он любил ее. Правда любил, но зачастую ему хотелось задушить ее.

Забить на гордость так легко, Если знаешь, что это кому-то нужно. Я ото всех теперь далеко, Со мной тишина, у нас с нею дружба…

      Сама же Владислава в это время находилась на очередной съемке для журнала. Подбор образа для модели в конкретных тематиках для одного из известных брендов. Если обычно девушка полностью вовлечена во весь процесс, то в этот раз она находилась в своих мыслях. Лисова не могла не думать о Лёше и об их сложившейся ситуации. Боялась, что это и правда конец их отношений. Миранчук, наверное, считает ее предателем, не хочет разговаривать с ней, контактировать.       А отношения на расстоянии? Возможно ли их вообще сохранить, находясь по разные точки мира? Там ведь новая страна, новые знакомые, девушки… Много соблазнов. Долгие разлуки в любом случае не дают спокойно жить двум возлюбленным. По началу вы будете друг другу давать обещания, что вытерпите, совсем скоро встретитесь. А после возникают ссоры, так как нервы начинают сдавать, стычки, ревность даже на пустом месте, если не дай бог кто-то из вас окажется с человеком противоположного пола, общение начнёт сокращаться, а после и вовсе придёт к своему минимуму. Вот, что происходит, когда отношения на расстоянии. Не всегда, но в большинстве случаев.       Эти мысли не давали Владе сосредоточиться на работе. Не хочет терять Алексея, хотя уже сделала достаточно большой шаг к этому. Но и принципы свои предать не может. Все слишком сложно.       — Лисова, — говорил рядом стоящий Артём, который видел, что девушка ушла куда-то глубоко в себя. — Лисова блять, — парень подтолкнул ее в плечо, и тогда она очнулась. — Ты работать вообще собираешься? Специалисты вообще не довольны сейчас тобой, что случилось? Я тебя вообще не узнаю.       — Проблемы у меня просто, — тяжело вздохнула Влада и оперлась своими руками об стол. — Лёша уже завтра улетает в Италию, а мы второй день не разговариваем. Вчера я сказала ему, что подписал контракт, так он теперь, наверное, думает, что я предала его в такой важный для него период.       — Да ладно тебе, успокоится тоже со временем. Если любит, то примет. Тем более, ты же сможешь иногда прилетать к нему, в чем проблема? Все нормально будет у вас, — попытался успокоить ее парень, но от этого легче не становилось. — Давай, остался один образ, и на сегодня свободна, доработай…       Неожиданно раздался звонок айфона Владиславы, который прервал Артёма. Девушка достала его из заднего кармана джинс, смотря в экран. Антон. Она даже где-то внутри ждала, когда парень позвонит, потому что он точно не может остаться в стороне от всей ситуации в жизни брата.       — Можно сделать перерыв буквально десять минут? Это важно… — попросила фотографа Влада, надеясь, что ей не влепят штраф за такое безобразие во время работы. — Пожалуйста.       — Иди. Десять минут ровно, потому что мы и так сегодня слишком много времени потратили, — ответил он, и Лисова буквально выбежала из студии.       На улице конец лета, погода просто невероятная. Москву озаряло яркое солнце, от которого девушке пришлось щуриться и закрывать глаза ладонью. Так как ответить она не успела, ей пришлось перезванивать самой Миранчуку.       — Привет, — сказала Влада, когда парень буквально через секунду ответил. — Прости, что не ответила сразу, просто на съемке.       — Привет. Ничего, я понимаю, — спокойно ответил парень. — Я вообще быстро, чтобы не отвлекать тебя. Сможешь приехать после к нам?       — Ну вообще, да, могу, — немного замедленно ответила девушка. — Антон, не пойми меня неправильно, но обычно вы зовете к себе в гости нас с Лёшей вместе. Он тоже будет?       — На самом деле, я просто хочу с тобой поговорить. Мне важно все, что происходит в жизни моего брата, поэтому мне также тяжело видеть, как он переживает вашу ситуацию. Леха вроде радуется переходу, но его радость все равно перекрывает переживание.       — Да, я поняла. Я приеду, — ответила Владислава.       Ей в целом нечего скрывать от парня, потому что у них сразу сложились такие отношения, будто они брат с сестрой. Лёша ее любимый человек безусловно, но и Антона Влада очень любила, но как старшего брата, к которому она может в любой момент обратиться за советом или помощью.       Съемка закончилась, и Лисова сразу же отправилась домой к младшему Миранчуку. Внутри все тряслось, потому что девушка не совсем понимала, что Антон хочет сказать ей. По факту, наверное, он должен бы общаться с братом на эту тему, но тот возможно просто закрылся в себе, как оно часто бывало.

Май, ничего ему не пиши, Для него не хватит никакой души. Май, голосом разрывай, Я простила тебе, но знай…

      — Привет ещё раз, — сказал парень, открыв дверь.-Проходи.       Владислава прошла в квартиру и сразу же оказалась в объятиях Антона, получая еле ощутимый поцелуй на щеке. Девушка сняла джинсовку и кроссовки, после чего прошла в гостиную. В углу как всегда лежал футбольный мяч, рядом кроссовки, а по телевизору какой-то футбольный матч. Обычная квартира среднестатистического футболиста.       — А где Даша? — спросила Владислава, садясь на диван.       — Она поехала с мамой встретиться. Я решил, что самое время поговорить чисто наедине, — сказал Миранчук и сел рядом. — Ну, рассказывай, что за бунт?       — Да какой бунт, Антон, — нахмурилась девушка и отвернулась. — Просто я считаю, что со стороны Лёши это было некрасиво — молчать и делать вид, что будто ничего и не произошло. Ты ведь точно об этом, он не мог не сказать об этом вам с Еленой Юрьевной.       — Да, мы знали. Но лично я думал, что он тебя в известность поставил. Ну либо скажет об этом прям после нас, — ответил парень. — Ты на все сто уверена в своём решении? Не поедешь с ним?       — Давай разберемся вообще в том, что тебе Лёша сказал. Не мне тебе рассказывать о том, как он любит закрываться в себе в трудные моменты, — сказала она, поворачиваясь весь телом к Антону.       — Леха просто сказал, что ты отказываешься из-за работы ехать. Когда я начал расспрашивать, он меня просто заткнул, якобы не хочет это обсуждать. Ему тоже тяжело, Влада, я как никто другой вижу его насквозь. Пытается просто перевести тему, отшутиться, будто ничего и не произошло, — сказал Миранчук, а девушка закусила губу.       Лисова решила рассказать полностью тот день, когда молодые люди ездили вместе к ее родителям и когда она узнала о контракте. Не забыла упомянуть важную вещь — когда в машине Алексей пытался якобы мягко отговорить ее от проекта, потому что уже готовился рассказать об Италии.       — Понимаешь, да? Я же тогда не могла подумать, что он это говорит к тому, что мне не стоит подписывать этот контракт, потому что мне как жене декабриста за ним лететь нужно, — закончила девушка и прилегла на подушки на диване, сложив руки на груди. — Тогда я ещё металась — подписывать, не подписывать, хоть предложение просто невероятное — условия, зарплата. От такого трудно отказаться, но я долго думала. И все-таки согласилась. На время проекта мне нужно быть в Москве. Это около трех месяцев длится. А теперь представь, мы не будем видеться три месяца, как оно? Вы когда с Лёшей улетаете на месяц на сборы, мы с Дашей тут на стены лезим, потому что скучаем, а тут… Трудно короче все.       — В целом, я тебя тоже понимаю. Ты столько шла к этому, а теперь бросить все и уехать в другую страну, не зная там ничего. Можно было бы в Италии начать что-то свое, Леха бы тебя поддержал, я уверен, но ведь там совсем все по-другому, — рассуждал парень, проводя ладонью по своей щетине на подбородке. — Не знаю, Влад, я просто хочу, чтобы у вас все хорошо было. Я как тебя не вижу ни с кем другим, как не с этим оболтусом, так и его без тебя уже не представляю, — девушка чуть засмеялась от того, как он назвал брата.-Найдёте решение, я уверен.       — Я тоже надеюсь, на самом деле. Я люблю его и отказаться полностью не смогу. А может судьба такая, что нужно разойтись именно сейчас.       — Так, замолчи, а, — достаточно резко произнёс Миранчук. — Расходиться она собралась. Забудь. Остынете оба, поговорите и решите, — парень встал с дивана. — Давай, поехали. Подвезешь меня на базу сборной, а то Даша укатила, а я и так отпросился приехать чуть позже.       Лисова улыбнулась и поднялась, хватаясь за ладонь Миранчука. Тот, кто поддержит ее даже в этой ситуации. Трезво разберется во всем и не станет топить только за брата. За это она его и любила.

Мне, действительно, очень жаль, Что у нас с тобой разный рай. Вместе вряд ли, но, все же, знай, Это мой тебе такой странный май, Это о тебе такой странный май…