The choice is in favor...

Не думай обо мне, обнимая её,

Сжимай крепче руку, но не мою.

Когда целуешь её, не вспоминай

Мои красные глаза полные тайн…

      Алексей беспокойно спал в спальне, даже не подозревая, что из его квартиры уже произошёл побег. Влада тоже плохо спала ночью, поэтому успела пробить рейс в Москву из Милана, заказала билеты и уже даже нашла способ добраться в аэропорт из Бергамо. Так проще.       Миранчук же все-таки надеялся хоть немного поговорить в дороге, хоть что-то обсудить, но его планам не суждено было сбыться. Девушка забрала свои так и неразобранные вещи и ушла из квартиры. Оставила только маленький клочок бумаги, где быстро начеркала лишь одно предложение.

«Все таки нам с тобой не по пути.»

      И даже на этом клочке можно заметить маленькую неровность высохшей бумаги от слезы, что Влада не смогла сдержать. Больно. Обидно. Невыносимо.       Когда Миранчук понял, что уснуть ему все же больше не удастся, он вышел из спальни, сразу же направляясь в комнату, где должна быть Лисова. Но вот когда парень не обнаружил ее ни там, ни вообще в квартире, у него началась какая-то паника. Глаза быстро зацепились за ту маленькую бумажку на столе на кухне. На автомате он начал набирать Владу, но все бесполезно — бесконечный гудки.       Ближе к вечеру Владислава наконец была в Москве. Ни одного звонка Алексея она не видела, так как сразу с утра закинула его в чёрный список. Понимала, что будет звонить и писать, поэтому это было более разумным решением.       Лисова сразу же поехала к родителям, потому что они до сих пор ни сном ни духом о том, что случилось у их дочери. Каждый раз она говорила, что все нормально, не хотя, чтобы семья переживала. Но, наверное, уже стоит сказать, что Миранчука больше в ее жизни нет. Но вот как трудно это будет сделать.       — Мам, я ничего не хочу, — нахмурилась девушка, когда Наталья Александровна в очередной раз пыталась заставить дочь поесть.       — Да как не хочешь? Тебя из-за твоей работой скоро ветром сдувать начнёт. Сколько можно? — возражала женщина, скидывая потерю веса Влады именно на ее карьеру, но причина-то в другом. — Удивляюсь, как Алексей терпит это. Кожа да кости уже.       — Мам, пожалуйста, не вспоминай больше это имя, — тихо произнесла девушка, перебирая пальцами ручку.       — А что такое? Лёша решил имя сменить? — усмехнулась Мира, но сразу же получила в ответ грозный взгляд сёстры. — Да что случилось-то?       — Да ничего не случилось, — как можно спокойнее произнесла Лисова. — Просто этого человека в нашей и, в частности, моей жизни больше нет.       — Ты расскажешь, что произошло? — сразу же заволновалась мама девушки, садясь рядом. — Ты же вот только прилетела из Италии.       — Да, — грустно усмехнулась Владислава. — Мам… Просто у него в Италии другая. Зачем париться, если можно найти человека прям там, который не будет жить на две страны.       Наталья Александровна замерла, не хотя верить в слова дочери. Ей так нравился Миранчук, и она была уверена, что именно с ним Влада построит свою семейную жизнь. Но сейчас вмиг розовые очки по поводу Лёши у нее спали.       — Лёша изменил тебе? — спросила сестра, которая сама была очень привязана к молодому человеку.       — Вы теперь переспрашивать будете? — грустно улыбнулась Владислава. — Мам, там не просто погуляли за ручки пару раз как малолетки. Он мне прямо вчера сказал, что переспал с ней. Конечно, он начал извиняться, говорить, что такого больше не будет. Но все эти месяцы у нас были проблемы именно из-за этой мадам. Он уверял меня, что у них ничего нет. Но итог ясен — меня как дурочку за нос водили, а я верила.       Мирослава сразу же села рядом с Владой, обнимая ее. Из-за всей это атмосферы Лисова вновь дала волю своим эмоциям. Слишком тяжело.

Я в твоих объятиях и дурацком платье. Забудь наши встречи на лиловом закате, Тебе стоит забыть, забыть меня всю, Даже если я везде и я повсюду…

      — Антон сейчас приедет за мной. Нам тоже есть о чем поговорить, — сказала девушка, надевая куртку. — Папе только не говори об этом. Скажи, что решили разойтись, потому что не нашли компромисс. Он и так к Лёше всегда присматривался, а если ещё и это узнает… Не нужно короче.       — Я тебя поняла, — ответила женщина, смотря на поникшие глаза дочери. — Антону привет передавай.       — Да, хорошо. Я думаю, что скоро ещё заеду к вам, — сказала Влада и обняла маму.       На улице около своей машины Лисову уже ждал младший Миранчук, который жаждал узнать подробностей по поводу встречи с его братом. Его удивляло, что Алексей не отвечал на его звонки и сообщения.       — Привет, — сказала Владислава, сразу же обняв парня. — До дома довезешь? Никуда не хочу сейчас.       — Да, конечно. Расскажешь как раз, что у вас опять случилось, потому что Леха мне не отвечает.       — Антон, прости, конечно, тебе может как брату будет слышать это обидно, но Лёша мразь, — достаточно грубым тоном проговорила девушка, когда они уже выезжали со двора. — Ты вот сам доверяешь ему, да? Веришь всем его словам и так далее. Меня уверяешь в этом. А на самом деле, он напивается и идет к Олесе искать утешение. Он переспал с ней. Как оно?       Антон аж замер, но быстро пришёл в себя, потому что все-таки был за рулём. Не ожидал, что Леша расскажет об этом, думал, что не будет делать Владиславе еще хуже. Но все-таки он вывалил на нее всю правду…       — Он рассказал тебе значит, да? — тихо спросил парень, нахмурившись. — Не обижайся на меня, но я знал об этом. Леха мне сразу же тем днем рассказал.       — Ты знал? — удивилась девушка, разочарованно смотря на молодого человека. — Ты знал, Антон, и молчал о такой важной детали? Просто тупо делал вид, что ничего не произошло? А если бы он вообще не рассказал мне об этом, ты бы это тоже пустил на самотек?       Влада явно не ожидала такого поворота. Она думала, что все-таки о таком стоит рассказать, несмотря на то, что это его брат. О таких вещах вообще нельзя молчать, потому что это будет ложь не только со стороны Леши, но уже и со стороны его семьи.       — Да, молчал, потому что это, по факту, не касается меня никаким образом. Явно об этом говорить должен тебе не я, а как раз таки Леша. Я не стану лезть в чужие отношения и рушить их, вскрывая такие подробности, можешь это сразу запомнить на будущее.       После этих слов девушка явно смягчилась, так как поставила себя на место парня. Она бы тоже не смогла бы сказать другому человеку о предательству его любимого. Это жестоко. Но еще хуже жить в обмане близкого человека…       — Лис, я прошу тебя, не надо больше прощать его. Лёша в любом случае самый родной человек для меня, поэтому эта ситуация особо никак не повлияет на наши отношения, но и ты мне не чужая. И мне хочется, чтобы у тебя тоже все было хорошо. Но, видимо, не с ним, — через время продолжил Антон.       Лисова тяжело вздохнула и закрыла ладонями глаза. Даже если она и решится простить парня, все уже против него. Все вокруг знают о том, что он натворил. Никто не примет Алексея обратно.       — Я люблю его, — с отчаянием произнесла Влада, на что Миранчук посмотрел на неё с сожалением. — И даже после этого я с ума схожу… Хочется узнать, что он делает в данный момент, как тренировка, как настрой на скорую игру. А гордость не даёт, потому что внутри сидит жуткая обида.       — Что бы ни было, Влад, я рядом. Можешь по любому поводу ко мне обращаться, хорошо? И я надеюсь, что наши отношения не испортятся только из-за того, что я тебе не сказал об этом, — сказал Антон, серьёзно смотря на девушку. — Влада?       — Да, я поняла. Не переживай, я уже поняла твою позицию, все хорошо. Я бы тоже не смогла… — чуть улыбнулась она, понимая, что семья Лёши все равно никогда не отвернется от нее в трудной ситуации.

Да, он не так страстно целует меня, Но мне с ним спокойно, он моя броня. С тобой было как на мине, на серпантине, Но увы, я не твоя героиня…

Спустя три недели

      — Влада, это уже перестаёт быть смешным, — недовольно произнёс Куимов, когда надел костюм, что создала Лисова для их номера. — Это что такое?       Девушка громко смеялась, даже не пытаясь скрыть это, потому что смотрелось и правда забавно. А Александр пусть был и возмущён, наслаждался ее смехом. Ему удалось за последние несколько недель стать ближе к Владиславе, которая так сама ему и не призналась в том, что рассталась со своим молодым человеком. Он узнал об этом от Олеси, и был просто счастлив, понимая, что уже меньше преград.       — Ну Сань, всего один номер, — еле успокоилась она, поправляя одежду на его плечах. — Потом, обещаю, будет нормальный образ. Если тематика будет подходить, конечно.       Парень резко поймал руки Лисовой, скидывая с себя, но не выпуская их. Влада замерла, поднимая свои глаза на него. Куимов облизнул свою нижнюю губу и боролся с желанием поцеловать ее.       Конечно, девушка понимала, к чему клонит Саша. Но все равно не могла понять, нужно ли оно ей. Сердце до сих пор болит по Миранчуку, который так и находится у нее во всех черных списках, но неужели теперь до конца жизни страдать только по нему? Ей всего 22 года, встретит ещё своего. А может быть это как раз таки Куимов?       Александр аккуратно прикоснулся губами к сухим Влады, которая все также не двигалась. Не понимала пока, как реагировать и что сделать. Но все-таки неуверенно ответила на поцелуй, двигая губами в ответ. Непривычно. Не тот парфюм, не те губы, не тот человек…       — Что сегодня после делаешь? — спросил парень, отрываясь от нее.-Может погуляем?       — Вроде бы планов не было, — тихо ответила Лисова, стараясь не смотреть ему в глаза. — Да, в целом, можно.       Понимая, что все же удалось сдвинуть все в нужно русло, Саша радостный пошёл обратно в раздевалку, чтобы наконец снять этот костюм. А вот Владислава осталась стоять на месте, смотря в пол.       — Не хотела мешать, вы тут заняты были, а я телефон оставила, — в комнату зашла Оля, сразу же подходя к столу, чтобы взять свой айфон. — А вы с Миранчуком расстались что ли?       — Да, не сошлись характерами, — ответила Влада, тяжело вздыхая.       — А говорили, что Тарасов нормально на них влияет, — усмехнулась Бузова, опираясь о стол рукой.       — О чем ты?       — В интернете уже много фоток и статей о том, как Миранчук с какой-то девушкой в Италии гуляет, поэтому «не сошлись характерами» здесь вовсе не уместно. Так уж получилось, что не прошло мимо меня. Яблоко от яблони не далеко падает, как все же оказалось.       Лисова смотрела на неё, начиная понимать, что, видимо, уже все в курсе об их расставании. В том числе и о причине. И это жёстко. Потому что хотелось бы все-таки оставить это в тишине, чтобы никак не влияло на карьеру Лёши. Все таки это личное, которое никак не влияет на его работу.

Ему пофиг на оверсайз, на мои маты, Он не делает меня во всём виноватой. Может я и пишу тебе по привычке, Неутолённая любовь — самая романтичная…

      — Твою мать, — прошипела Олеся, с размаху садясь на диван в гостиной у себя дома.       В ее руках был тест, который показывал две яркие красные полоски. Тогда они слишком были под эмоциями, под страстью, что никто особо и не задумывался о последствиях. Миранчук и так не особо тогда соображал, поэтому следить стоило бы именно Максимовой. Но она этого не сделала.       — Да, Саш? — девушка ответила на звонок Куимова, все также крутя эту маленькую, но многозначущую палочку.       — Олесь, у нас короче все нормально. Конечно, не дошло до постели, как у вас, но нужно же начинать с малого, — эмоционально произнёс Саша, делясь своими новостями.       — Если дойдёт до постели, то хотя бы ты додумайся проследить. Я беременна, — тяжело вздохнула Максимова, которая не разделяла радости парня.       — Так в чем проблема? Ты его за то таким способом легко привяжешь к себе.       — Да не хочу я этого ребёнка, — грубо произнесла она. — Какой из него отец ещё? Он сам ребёнок ещё пока, с малолетками своими разобраться никак не может. Года через два может быть, но не сейчас, тем более когда еще ничего не успокоилось. Мы общаемся, но не прям так, что якобы в отношениях. Я в процессе.       — Ну это дело твоё, конечно, но не думаю, что все-таки он откажется от ребёнка.       — Я возможно знаю, что делать дальше, — ответила Олеся, закусывая губу и поворачиваясь к окну, начиная продумывать следующие события.

Волей-неволей Меняются роли, Сменяются болью И новой историей…