«Привет, доченька. Мы с папой хотели сообщить, что будем дома уже завтра. Если ты ещё не купила себе одежду, которая соответствует новогоднему настроению, то предлагаю тебе сходить со мной. Что думаешь? Буду ждать твоего ответа. Целую тебя.»
Маруся совершенно ничего не понимая, убрала телефон в карман толстовки, не зная, что ответить на сообщение мамы. Решив, что лучше мать не злить, девушка достала телефон и напечатала Вербиной-старшей, что она согласна.***
Неожиданные перемены в семейной жизни казались настолько странными и непривычными, что Маруся постоянно чувствовала за этим какой-то подвох. Но как только они с матерью сели в машину и тронулись, девушка решила впервые за недолгое время отпустить ситуацию и довериться случаю. Сидя на заднем сиденье простой черной легковушки, Мария смотрела в окно, наблюдая за быстро сменяющими друг друга домами, парками и яркими вывесками магазинов. Тишина затянулась и потихоньку начинала давить. Мать явно хотела что-то сказать и сказать очень много. И всё же Маруся решила заговорить первой. — Я хотела бы узнать... Почему вы с отцом так резко изменили ко мне свое отношение? — Неуверенно спросила девушка, не решаясь посмотреть в сторону матери. Та же в свою очередь ненадолго замялась. — Просто... — Женщина выдохнула и наконец-то начала этот непростой разговор. — Я очень виновата перед тобой. Я не должна была к тебе так относится. И боюсь, что я поняла это слишком поздно. Мы с отцом не рассказывали тебе, но у тебя должна была быть сестрёнка, — было видно, что рассказ даётся ей тяжело, но Вербина-старшая мужественно продолжала. — Тогда тебе было всего шесть лет, ты только-только пошла в школу. У меня начались проблемы на работе и из-за этого мне пришлось досрочно выйти в отпуск. Именно дома всё это и произошло. Я все ещё не могу вспомнить, что именно тогда случилось, но в моей голове отчётливо отпечатался один момент — ты стояла рядом и о чём-то увлеченно мне рассказывала. А потом темнота... Очнулась я в больнице и уже без своего ребенка. Припарковавшись, она пустым взглядом уставилась прямо перед собой. — Почему-то тогда, мне казалось, что во всём этом виновата именно ты. Не знаю с чего вдруг у меня появились такие мысли, но они чертовски крепко засели у меня в голове, отравляя мою и так раненную душу. Слушая рассказ матери, Мария беззвучно плакала. Ей хотелось одновременно и обнять мать, и выбежать из машины, чтобы не слушать ничего больше. Выйдя из машины, Маруся начала вдыхать свежий воздух, стараясь успокоить быстро стучащее сердце и привести мысли в порядок. Сев на переднее сиденье машины, девушка уставилась обеспокоенным взглядом на свою мать, которая продолжала смотреть пустым взглядом прямо перед собой. Вербина-старшая повернувшись к дочке, посмотрела ей в глаза умоляющим взглядом. Мария обняла маму и та прошептала дочери: «Извини, меня, пожалуйста. Я постараюсь исправиться.» Маруся не знала, что ей ответить на эти слова, поэтому просто обняла мать покрепче.***
Мария пробыла с матерью в торговом центре целый день, и вот они уставшие наконец-то приехали домой. Они зашли в дом с огромным количеством пакетов в руках. Маруся всё же нашла для себя платье, да ещё и такое, какое она хотела. Надев его, девушка подошла к зеркалу и посмотрела на себя в его отражении. Это было прекрасное, в меру облегающее платье цвета драгоценных, только огранённых изумрудов. Длиной оно доходило до колен Марии, что было весьма удобно и не слишком открыто. Элегантный, не очень широкий вырез на груди оголял белую шею, невероятно сочитаясь с утончёнными плечами. Длинные рукава, как никогда подходили к этому платью, выделяя тонкие аристократические руки. Изящный шелк красиво струился по телу, подчёркивая всю красоту девушки. Насмотревшись вдоволь на себя в новом платье, Маруся сделала пару фотографий, чтобы отправить подругам. Решив, что лучше переодеться пока платье не замаралось, девушка отправилась на поиски штанов и футболки, в которых она ходит дома.