Путь через поле

Однажды ты пойдешь через поле, будешь трогать руками золотые колосья и целовать ветер. Возможно, тогда где-то, среди ложащихся на бок колосков, ты увидишь его. В этом море виден лишь самый кончик его колпачка и маленький бубенчик на верхушке. Иди за ним — он знает множество историй. Есан — самый настоящий принц, только королевство его не найдешь ни на одном континенте, его нет на карте и среди старых летописей ни одной заметки. Его народ не платит налоги и не воздает ему почестей. Проснувшись утром, Есан потягивается, сладко зевая, и вновь начинает свой путь. У него ботиночки смешные с острыми носами, разного цвета носки — один непременно полосатый, шортики чуть выше коленок и пальто почти до пяток с большими карманами. Без последнего элемента одежды никак нельзя обойтись. Сложно поверить, сколько всего можно уместить в один карман. Есан знает, что там с легкостью поселится целый город, может, даже страна — маленькое королевство. Но сейчас там лежат лишь жёлуди, одна конфетка в золотой обертке и небольшой комочек пыли. Есан достает один из желудей, протирает его большим пальцем и, подняв вверх, к солнцу, долго рассматривает. Что за разговор происходит между ними, известно лишь им двоим. Но после желудь отправляется либо обратно в карман, либо оказывается посаженным в ямку. Этот, с золотистым боком, останется жить на небольшой поляне неподалеку от березовой рощи. Есан засовывает руки в карманы, желает “счастливого роста” и идет дальше. Он знает, как сильно желуди грустят от того, что не могут путешествовать. Кому-то из них везет: их уносит белочка, роняет по дороге или волею случая они скатываются с горки. Но большинству никак не удается посмотреть, что же там за мир вокруг. Есан качает головой, так что зазвенит бубенчик на колпачке, объясняя им, что не стоит злиться на легкие семена одуванчиков или противные колючки, что так и норовят уцепиться за штаны. Они не виноваты в том, что родились другими. Лучше отправиться вместе с ним или, в крайнем случае, перестать быть такими надутыми буками и попросить пробегающую мимо белку отнести в соседний лес. Есан сажает желуди в самых разных местах, раздает их случайным попутчикам или отправляет на самодельных лодочках в путь по реке. Он помнит историю каждого из них. Один желудь захотел расти в деревушке на самой окраине леса. Девчушка с волосами цвета солнца помогала посадить его, и Есан уверен, что будет рядом с ростком и дальше, до самой старости. Ради другого пришлось спуститься в овраг, там было немного мрачно и сыро, но с желудями не спорят. Хотя чаще они выбирали красивые поляны и холмы. Но одна история отличается от всех. Благодаря ей, Есан познакомился с маленьким рыжим лисёнком, который стал ему другом на долгие годы. Тот жёлудь был ужасно привередливый. Есан подозревал, что от того, кто найден в самой чаще леса, не стоит ждать благосклонности. Ему не нравилась рощица на пригорке и поляна, сплошь усеянная лютиками, даже холм с дикими травами не пришёлся по вкусу. Есан все шёл и шёл, но подходящего места так и не находилось. Он забрался высоко в горы, где дул пронизывающий ледяной ветер. Перешагивая через снежные шапки великанов, добрался до самой верхушки. Есан хотел напугать вредный жёлудь, сказать ему, что посадит его прямо здесь, если тот в ближайшее время не выберет, где копать ямку. Но даже в такой ситуации тот оказался непокорным. Выскочив из пальцев Есана, он покатился вниз, перепрыгивая через камни и ледяные корки. — Пропадёшь! — крикнул наш храбрый принц и бросился за ним. Но найти уже не смог. Скорее всего, желудь утонул где-то в сугробах или был схвачен пролетающей мимо птицей. Есан спустился с вершины и, сев на большой валун, загрустил. Он плакал о судьбе жёлудя, клял себя за столь опрометчивый поступок и не сразу заметил, что не один. Рядом стоявший лис раскрыл пасть и выронил тот самый жёлудь на колени Есана. — Твой? - спросил зверь, немного повернув голову набок. Его шерсть отливала золотом на солнце, а в глазах затерялась маленькая вселенная. — Мой, — обрадовался Есан вновь обретенному попутчику. — Я тебя давно заприметил, ты мне понравился по запаху. А потом ты уронил его. — А ты поймал? — А я поймал, — подтвердил лис. — И принес. На это лис лишь кивнул и уселся поближе к Есану. — Руки мерзнут, правда? — вновь заговорил он через пару минут. — Правда, — ответил ему Есан. — Тогда не будем долго сидеть, — сказал лис и прижался тёплым боком. С тех самых пор они не расставались. Лису нравился звон бубенчика, и иногда ночами, когда Есан засыпал, тот осторожно толкал его лапой, чтобы услышать тихий перезвон. Он не любил непокорные желуди и украдкой засовывал нос в карман, стоило только принцу отвлечься. Лис скалил зубы и тихонечко рычал, чтобы те были повежливее и быстрее думали. Ему нравилось запускать вместе с Есаном корабли. Он мог долго сидеть на берегу, смотря, как те уплывают все дальше и дальше. О чем напоминают ему эти удаляющиеся точки, Есан не знал, но устраивался рядом, обхватывал руками колени и напевал что-то о попутном ветре. Они делили на двоих все радости и невзгоды, согревали холодными вечерами или валялись в зной на траве, даря солнцу свои улыбки. Бегали наперегонки от весеннего ливня. Порой, после тяжелого дня, лис клал голову на колени принца и с благодарностью принимал почесывания, а заодно и кусочек хлеба. Добытое из кармана яблоко Есан съедал один. Он любил фрукты и овощи и не разделял симпатий своего лиса к кроликам и мышам, но никогда не спорил с ним о предпочтениях. Ведь друга, а тем более того, с кем делишь дорогу, принимают таким, какой он есть, даже если его вкусы в еде кажутся сомнительными. Есан рассказывал лису о тех путешествиях, в которых он побывал один, о далеких странах, куда они обязательно пойдут чуть позже, когда отдохнут. Он оставлял его за воротами очередной деревни, в которой добывал им хлеба и молока, в полной уверенности, что обнаружит друга на том же месте по возвращении. Есан не знал, что у него было в прошлом и кого тот, возможно, оставил у горы. Они задавали друг другу сотни вопросов гораздо важнее. Например, почему один зонтик одуванчика всегда летит чуть в стороне от остальных, как обогнать воробья или сокола, как так получается, что пыльца невкусная, а мед сладкий. Они шли вслед за звездами туда, куда звали их ветра, в те страны, о которых шептал звон бубенчика. И не было никого роднее и ближе, ведь лис нашел своего человека, а принц нашел себе друга.