Мы любили больше, чем могли влюбиться.

– Это все правда, она наверху, – напряжённо сказал Матвей, и откинул назад светлую челку. После этих слов Ваня ринулся на этаж выше, заходя уже в такой знакомый коридор. Он мог бы вспомнить, сколько нужно сделать шагов до её комнаты... Дверь была широко открыта, выпуская в тёмный коридор блики света. Это самая светлая комната в доме. Перешагнув порог, Ваня столкнулся с ещё несколькими людьми. Один из них фотографировал помещение, а остальные что-то собирали пинцетами с белоснежного ворса ковра. Тонкие занавески порхали возле окон, подхватываемые резкими порывами ветра. На концах они были почти насквозь мокрыми от заливающего в открытые створки дождя. А большая всклокоченная кровать недовольно поджимала свой одеяльный рот. Дверь в ванную комнату также была открыта, а на кафельных стенах периодически отражались вспышки объектива, разгоняющие почти гробовую тишину громким щелканьем. Ваня обратил внимание, что у него начали дрожать руки. Когда именно это произошло он не помнил, но теперь тремор доходил до самых кистей, каменно сжимая мышцы пальцев. Сердце громко ухало в груди, болезненно отдавая по всей грудине. Он умирает. Точно умирает. Иначе почему так больно? Спецслужащие проводили его внимательными хмурыми взглядами, но не остановили. Парень прошёл в злополучную ванную. Полгода назад. Парень стоял перед яркой вывеской дорогого ресторана. В больших окнах мерцали слабые фиолетовые огни, очерчивающие красивое убранство помещения. Тусклые лампы, висящие над столами, едва подсвечивали лица присутствующих, и мягко блестели на длинных дамских платьях. Официанты, все с иголочки одетые в форму, неспешно ходили между посетителями, разнося, в основном, выдержанный алкоголь. Ваня неловко замялся на входе, и осмотрел свои простые джинсы с коричневой толстовкой. Для такого заведения надо было, все же, одеться поприличнее. Но с другой стороны, он идет просто на беседу о будущей подработке, наряжаться никто не просил. Бессмертных подошел к двери, возле которой стоял высокий швейцар. Мужчина пристально оглядел парня, но потом молча открыл стеклянную дверь, пропуская его вперёд. Не зная, делает ли он все правильно, или нужно что-то предварительно сказать, Ваня молча шагнул в помещение. В конце концов, если не знаешь, лучше промолчать, чтобы не сделать хуже. Миловидная хостес в выглаженном костюме, приветливо улыбнулась парню. – Здравствуйте, Иван? Ваня автоматически так же улыбнулся, поддавшись располагающей атмосфере. – Д-да, – немного запнулся Бессмертных. Ресторан внутри был ещё роскошнее, чем снаружи. Тихая живая музыка умеренно разносилось по помещению, руководимая пожилым худым мужчиной за роялем. Тонкие сухие пальцы порхали над клавишами, но при этом музыка не нагружала общий шум, а будто разряжала разговоры. – Вас уже ждут, – мягко прошелестела девушка. – Идите за мной. Ваня ещё раз глянул на большой белоснежный рояль у стены, и пошёл за хостес на второй этаж. Тут было такое же мягкое освещения, но музыка продолжала играть с такой же приглушенной громкостью. Парень обратил внимание на маленькие колонки, висящие у самого потолка. Именно они транслировали игру музыканта на второй этаж. Девушка прошла в самый конец зала. Столик, что стоял у стены, освещался слабее, и чтобы увидеть лица, сидящие за ним, приходилось приглядываться. – Приятного вечера, – немного возволнованно сказала девушка, и оставила Ваню одного. Он неловко переминулся с ноги на ногу. На него смотрели три пары глаз. И все мужские. – Присаживайся, – густым басом сказал мужчина, сидящий посередине. Аккуратно уложенные назад волосы с проседью, строгие очки в роговой оправе и мощные часы, красовавшиеся на запястье левой руки, выдавали в нём отца Арсения. Гурия Юдина. Ваня чувствовал себя так, будто от этого разговора будет зависеть вся его дальнейшая жизнь, хотя он и не рассчитывал цепляться за эту подработку. Просто вся серьезность происходящего наводила опасения. Он медленно сел на стул, напротив старшего Юдина. Ощутилась какая-то неизбежность. Мышцы на прямой спине парня уже начали поднывать от напряжения. – Будешь что-нибудь? – Гурий Иванович взболтнул янтарную жидкость в своём стакане и Ваня предположил, что это виски. – Нет, спасибо. – Расслабься, – усмехнулся мужчина, – ничего плохого ещё не произошло. Его приятели одновременно захохотали. Ваня промолчал и лишь напряженно улыбнулся. Он, как бы не силился, никак не мог понять, что происходит. Арсений ему сказал лишь название ресторана, место, и то, что принимать на работу будет его отец. На данный момент, во всей этой ситуации чувствовался нагнетающий подтекст. Гурий Иванович кашлянул в кулак, и подался немного вперёд. Внутри Бессмертных будто холодная рука сжала органы. Есть такие люди, от одного присутствия которых ты чувствуешь, что каждая клеточка замирает в ледяном страхе, и ты не можешь даже пошевелиться. Их энергия давит на тебя, прессует, заставляет подстраиваться и соглашаться с любыми их просьбами. Мужчина вперился прямым прозрачным взглядом в парня. У него были очень бездушные глаза, по цвету напоминавшие самый многолетний арктический ледник. – Сеня сказал, что ты хорошо разбираешься в програмировании, – это был даже не вопрос, он просто поставил Ваню перед фактом, наблюдая за его реакцией. Первый раз в своей жизни парень понял, что его буквально разрывает от желания убежать отсюда как можно дальше и быстрее. – Да. Мужчина внимательным взглядом наблюдал за Ваней, за каждым его движением глаз, вздохом, и напряженным движением едва заметного кадыка. Молчание затянулось. Ваня ощущал себя микробом, которого внимательный микробиолог рассматривает в микроскоп, изучая каждую деталь и дифференцируя его к определенной, известной только ему, группе. – Хочу познакомить тебя с моим помощником, – Гурий Иванович отпил из стакана, даже не поморщившись. – Это Миша. Сидящий справа от Гурия мужчина немного кивнул головой, якобы в знак приветствия. – Он лучший мой работник в этом "электронном деле". Может даже научить тебя определенным навыкам. Ваня от удивления широко раскрыл глаза. Наконец-то он вспомнил, что уже видел этого Мишу у себя в университете. Он в прошлом году приходил к ним зачитывать какую-то свою статью, которая стала очень популярна в Европе и спонсировалась самим посольством США. Если бы Ваня не был так напряжен, то его челюсть уже можно было бы ловить у пола. – Я... Д-да, – парень прикусил язык, чтобы остановить этот поток бессвязных слов, что старались из него вырваться в сию секунду. – Я так понимаю, это согласие сотрудничать? – Ага, – выдохнул Бессмертных. Подумать только, его будет курировать сам Михаил Прохоров. Да это же мечта, нет, он даже мечтать-то об этом бы не посмел. – А что мне нужно будет делать? – Восстанавливать справедливость, грубо говоря. Дальше Миша тебе все объяснит. Но сначала - договор. Теперь уже мужчина, сидящий по другую сторону от Гурия, и до этого сохраняющий молчание, закопошился в сумке, и достал от туда синюю тонкую папку. После достал ещё и ручку, положив все перед Ваней. Он быстренько пробежался глазами по договору. «...полная конфиденциальность информации и данных...» «...не разглашать людям, не входящих в круг доверенных лиц нанимателя, информацию о выполняемой работе и запросах вышестоящих по рангу...» рангу? «...пройти курс подготовки, и сдать экзамены доверенному лицу нанимателя...» «... быть готовым в любой момент приступить к работе, в любой обстановке...» Будто список какого-то тайного БДСМ-договора. Промелькнуло в мозгу Вани. Истерический смешок пронесся у него в голове и, благо, не вырвался наружу. – А я могу узнать, чем конкретным я буду заниматься? Тут просто... правила... Гурий Иванович удовлетворенно усмехнулся каким-то своим мыслям. – Требования такие потому, что работа не из легких и включает в себя определённую долю опасности. Но, обещаю, когда пройдешь курс подготовки и получишь от меня определенные бонусы, подловить будет не на чем. Изначально просто работа с программами, а дальше уже только по твоему согласию. Он точно пересмотрел «50 оттенков серого». Наверное, подсовывая такие мысли, Ванин мозг просто хотел переключиться от напряженной обстановки. Это мало помогало. Ладно, если, как сказал Гурий Иванович, дальнейшая загруженность работы будет регулироваться самим Ваней, да и в документе внизу указывалась такая сумма, что парень уже было подумал, будто его просто хотят сдать на органы. И, наверное, то, что он чувствовал себя какого-то рода причастным к общему делу, заставило Ваню поставить подпись внизу документа. У него сразу забрали все бумаги, и Бессмертных обратил внимание, что глаза Юдина-старшего как-то железно блеснули за стёклами строгих очков. – Добро пожаловать в нашу семью. Буквально всю дорогу от ресторана до дома, Ваню не покидало тревожное предчувствие. Будто он сделал что-то страшное, о чем даже сам не догадывался. Разговор с Гурием Ивановичем оставил терпкий осадок на самом дне желудка, заставляя постоянно анализировать ситуацию и искать сбой в системе. Договор был очень странным и расплывчатым, но все это объяснялось тем, что Юдин очень известный человек в высших кругах, который собирался доверить Ване важную работу. А значит без договора о конфиденциальности никак. Только вот дальнейшие условия были какими-то двусмысленными. Но если бы Ваня отказался... Он даже не хотел думать об этом, поскольку все мужчины были довольно крепкого подтянутого телосложения. И они явно пришли не просто «поболтать о работе». Они уже были настроены завербовать парня на свою сторону. Ване выдали новый телефон с другой сим-картой. Слов, чтобы описать его реакцию, просто не хватит. Голову заполонили вопросы зачем и почему, и что дальше с ним делать. Оказалось, что через этот телефон с ним будут связываться сам Гурий Иванович и Ванины коллеги. Через него он будет получать задания, расписание мест и времени встреч. Буквально у самого подъезда, парня от мыслей отвлекла трель нового телефона. – Да? – осторожно спросил Бессмертных. – Ну что, Ванëк, – усмехнулся на другом конце Арсений. – Надеюсь, тебя не подстрелят в первый же день. Далекое пиканье сообщило о том, что человек бросил трубку. Голову затопил слепой страх и сомнения. Нужно было догадаться, что Арс не подкинул бы Ване подработку просто по доброте душевной. Неужели Юдин и правда занимается чем-то запрещенным? А он теперь работает на него, и завтра Ваню ждет куратор, чтобы начать курс обучения. А еще говорят, что безвыходных ситуаций не бывает.