После бала

Варя шмыгнула носом, сминая кружевной край шляпки пальчиками и не замечая, как тот стал превращаться в бахрому. Ей было как-то не до этого, когда на каждый шаг приходилась боль и тысяча проклятий в адрес неудобных, жутко дорогих, натиравших туфель. Она рухнула на ближайшую скамейку, скинув каблуки на асфальт и вытянув ноги. От вида надутых мозолей на ступнях Варе стало плохо: это минимум два часа в ванной, четыре крема, ботинки или кроссовки, вместо танкеток, и около одной недели лета потерянного времени. Варя услышала шорох, и в эту же секунду кто-то за спиной прислонился к скамейке, присвистнув. — Смотрю вечеринка удалась, Колючка! — усмехнулся Морок, разглядывая чёртовы волдыри на чужих ногах. — Почему они в крови? Ты забила ими сбежавшего из зоопарка бизона? — Боюсь, в ближайшее время я не смогу забить ими даже тебя. Подождёшь недельку? — состроив глазки, сказала Варя, не оборачиваясь. Морок хмыкнул. Он ещё раз всмотрелся в мозоли, ловя себя на мысли о том, как это неприятно. (Он помнит, как не раз натирал на тренировках даже сильнее, и может с уверенностью сказать, что между "натереть в бою" и "попасть в плен, терпеть пытки" выбрал бы второе.) — Как собираешься идти до дома? Варя пожала плечами. — Доковыляю как-нибудь. — Телепортация? Полёт? — Предлагаешь после бурного бала на недержащих ногах, с примесью алкогольных коктейлей в крови, посшибать всех перелетных птиц? Или случайно ошибиться домом? Влад усмехнулся: он не ожидал от Колючки такой откровенности про алкогольные коктейли и её недееспособность после них. Он вообще не ожидал, что на балах для таких соплячек, как она, разносят алкоголь. Морок подумал, что это хорошая возможность сделать Варю своей должницей (да и не настолько же он бездушен), и только поэтому предложил ей следующее: — Одолжить тебе ботинки? На какое-то время Варя даже растерялась, но потом, с пронизывающим взглядом, обернулась к нему. — Смерти моей хочешь? — на вопрос в выражении лица Морока, Варя вздохнула, подняв глаза к небу, будто её слова слишком очевидны, но она не удивлена, что до его куриного мозга не дошло. — Мозоли - это открытые воспалённые ранки, и сейчас мне рискованно даже сидеть вот так, чтобы не занести инфекцию. А ты предлагаешь мне надеть твои грязные ботинки? Знаешь, я сомневаюсь, что ты мыл ноги на этой неделе. Морок скривился. Вообще-то он мыл, но доказывать это Колючке сейчас было бы просто бессмысленно. Эта белоручка и чистюля ни за что не поверит в то, что в его прошлом загноившиеся раны представляли большей опасности, чем сейчас. И он говорит о ранах, а не о мозолях. Поэтому же всех обязывали гигиеной: не важно был ты мужчиной или женщиной, князем или прислугой. На самом деле, конечно, всем плевать, если ты устал и не почистишь перед сном зубы, просто потом будь готов к тому, что от влажного воздуха, сырости и холода в замке, они стремительно сгниют и выпадут. А пережевывать за тебя пищу никто не собирается. Ну, конечно, если ты не князь. Но нужны ли тебе такие потери? Варя подавилась воздухом, когда Влад подхватил её на руки. — Т-ты что делаешь?! — Прямо сейчас? Держу тебя на руках, — ядовито улыбнувшись, ответил Влад невинно. Он прекрасно знал, что Колючка будет недовольна этим, и, может быть, это и было его маленькой местью за укор про "грязные ботинки". — Отпусти! Я пойду сама! — воскликнула Варя, ударяя Морока по груди и сердито заглядывая в его самодовольное лицо. — Ваше Величество, вы что? А как же грязный асфальт? — саркастично выдавил Влад, пытаясь быть обеспокоенным. — Ваши чистые ножки с открытыми ранками не совместимы с инфекциями, витающими в воздухе. Варя стиснула зубы, почти прорычав от злости, в то время, как Влад, продолжал улыбаться, смотря мимо неё на дорогу. На половине пути Ветрова смирилась с ситуацией, но всё так же отказываясь признавать, что чёртов Морок в чём-то прав. Она перекинула руку через его шею, телепортировав к себе забытые у скамейки туфли, и покачивалась в его руках под глухой стук размеренных шагов.

***

— Пошёл вон. — как только он переступил порог мельницы, отчеканила Варя. — А как же грязный пол? — вновь съязвил он, поправляя её, чтобы собственным рукам было удобнее держать эту капризную тушку, и прошёл вглубь помещения. Варя уже было вдохнула, чтобы повторить свои слова менее цензурно, когда Влад резко развёл руки, и девушка, вскрикнув, свалилась на диван. Морок улыбнулся шире и скрылся в ванной. Пробыв там минуты две, он без труда отыскал аптечку со всем необходимым и вернулся в комнату к ворчащей Варе. — Что ты делаешь? — не без замешательства спросила она, когда он сел рядом на диван, неаккуратно потянув её ноги и уложив на свои колени. — Ответишь: "Прямо сейчас? Собираюсь лечить тебя", - и я придушу тебя бинтами. Морок закрыл, открывшийся предложение назад рот, и молча вытащил из аптечки перекись, ватные диски, пластыри (от греха подальше, спрятав под подушку бинты). Влада их обоих посетили смешанные чувства, когда его пальцы подцепили её беленькие чулки (которые теперь придётся выбросить) и осторожно стянули с колен. В этот момент Варя в чём-то была рада, что ушла с бала раньше всех, и девочки сейчас не видят всего вот этого. (Её покрасневшие щёки и его смущённый вид, в частности). Тем временем прошло всего двадцать минут, как Влад уже мастерски справился с мозолями на обеих её ступнях, чего Варя, при всём желании, не смогла не оценить. После он оставил её сидеть на диване, а сам ушел заваривать чай. Ей всё ещё казалась странной такая забота, (и то, как он хорошо ориентировался в их доме) и поэтому, когда он вернулся с подносом вкусняшек и двумя кружками, она решила спросить, ведь ей действительно было просто любопытно: — Зачем ты всё это делаешь? Морок как-то странно улыбнулся и вновь сел рядом на диван, поставив поднос на стульчик впереди и взяв в руки пульт. — Просто хочу вогнать тебя в долги, Колючка. Варя раскрыла рот, выдохнув "ах, ты!" и, вцепившись в ближайшую подушку, влепила ею в Морока. Влад засмеялся, закрывая лицо руками, но от подушки продолжали лететь перья, а их парадно-выходная одежда покрываться пылью. Спустя пару минут Варя достаточно насладилась этим моментом и вернула подушку на место под боязливый взгляд Морока. — Какой фильм включим? — спросила она и по его улыбке поняла, что теперь пойдёт месть. Кто бы сомневался, что это будет ужастик. Лично Варе было как-то фиолетово на жанр при выборе отвратного кино, чисто с целью дать мозгам отдохнуть. Но Морок изощрился: "Полёт со змеями" — смесь отсылки к её магии и нахождению со скользкими тварями в замкнутом пространстве. Варя начала плеваться с первых минут фильма от этих полных отвратительности картин. Когда дело дошло до стандартной для ужастика кульминации, её почти стошнило тем чаем и яблочными кексиками, которыми она закусывала страх. Морок, будто назло, содрогался от смеха по левое плечо. В какой-то момент Варя хотела пнуть его за это пяткой, но вовремя вспомнила, что ей от этого будет больнее, поэтому просто желала ему всего хорошего на каждой минуте фильма. Когда же очередная змея, прокусила шею очередному пассажиру, нервы Вари сдали: она вскрикнула, зажмурив глаза и прильнув к Мороку. Влад был удивлен неожиданной атаке практически со спины и немного скривился от попыток Вари примерно так же, как в кино, проткнуть кожу его предплечья ногтями. Неожиданно для себя самого, он проникся жалостью и сделал звук потише, закинув ноги Вари себе на колени, чтобы ей было удобнее прятаться за ним. Варя почти не обратила внимания на эти жесты, содрогаясь где-то в складках его одежды. Мучения и вселенские страдания, которые обязан пережить абсолютно каждый персонаж любого уважающего себя ужастика, закончились, и пришел черед Ветер выбирать фильм. Она не хотела прослыть любительницей розовых соплей самой последней пробы, но ничего не смогла поделать со своим желанием поселить перед сном в фантазиях что-то кроме обезображенных змеиными укусами трупов. Поэтому включила почти такой же дешёвый фильм, как "Любовная Любовь", с аналогичным любовным треугольником. Морок стал зевать с первой минуты, примерно так же часто, как Варя вскрикивала к концу его фильма. Он не был сторонником того, что перед сном необходимо в обязательном порядке смотреть что-то хорошее, или "сопливое", ведь свято верил, что ночью оживают демоны, и нужно быть готовым к встрече с ними. А боевой настрой вмазать какому-нибудь зомби придают как раз-таки ужастики. — Что за бред. — вылетело у обоих на одной трети фильма, когда Эрнест сказал Розе, что они не могут быть вместе, и обморочная Роза так расстроилась, что пошла на свидание с Дэвидом. Они переглянулись, с минуту прожигая друг друга удивлённым взглядом, пока Морок не прервал тишину. — Я думаю, что это глупо, а Эрнест просто последний кретин по своей тупости не способный нести бремя отношений. Варя медленно кивнула, осознав, что Морок читает её мысли. — Мне тоже кажется, что он ещё просто не готов. Ну, Роза вообще слишком эмоциональна — это неестественно. А Дэвид — они серьезно думают, что за одно столкновение в метро, люди могут успеть обменяться номерами и захотеть прогуляться в кафе? — Любовь такой не бывает. Их слова вновь совпали, и в этот раз они смотрели друг на друга уже опасливо. Варя сунула в рот печеньку, задумчиво опустив взгляд на свои обмотанные бинтами ступни. — А как бы ты пригласил на свидание? — неожиданно спросила она, застав Морока врасплох. Он задумался. — Ну-у, уж точно не так резко.. Влюбиться в человека так быстро невозможно: они же буквально просто столкнулись в метро и через минуту уже целуются в сортире. Полный бред. — Понятно... — Варя вновь перевела взгляд на фильм, всё ещё игравший для неё фоном, ведь она даже не всмотрелась в картинку на экране. — Любовь - это поступки. Мне кажется, он должен сначала доказать ей свои чувства, а уже потом она может согласиться пойти с ним на свидание. Если всё так быстро, как нам показывают здесь, то скорей всего это просто развлечение на одну ночь. — продолжил он. — На стороне Розы я бы засомневался и трижды подумал. А на стороне Эрнеста не стал бы торопить события. Варя усмехнулась и посмотрела на подсвеченные синим светом телевизора черты лица Морока. — А я на стороне Розы дала бы тебе по морде. Влад засмеялся, поворачивая к ней голову. — Ты и на стороне Вари даёшь мне по морде. Влад придвинул к ней, зажатую меж пальцев, кружку с чаем. Варя посмеялась, несильно стукнув по ней своей, и они одновременно отпили по чуть-чуть. Варя думала, что этот вечер не может закончиться для неё чем-нибудь хорошим. Но сейчас, украдкой поглядывая на Морока, вполуха слушая фильм и чувствуя его теплые руки на своих ногах, она думала немного об обратном.

***

Девочки пришли поздно, немного подшофе, но не могли списать это на пьяную галлюцинацию. — Влади- — крайнюю букву Аленка зажевала в руку Маше, спешно зажавшую ей рот. — Ой, что же это... — просипела Снежка, так испуганно смотря в сторону дивана, подсвеченного мелькающим светом с телевизора, будто это была сцена из того ужастика. (Сейчас это была скорее сцена из той мелодрамы.) — Компромат. — несвойственно коварно прошептала Маша, направляя камеру телефона на спящие тела посапывающего на плече девушки Влада и пускающей слюнки на чёрную макушку Морока Вари.