Are you kidding?

_______________

Good morning!

      Ещё пара тиков стрелок на часах и будет ровно девять часов утра.       Поезд по маршруту Санкт-Петербург — Кишинёв отходит с вокзала ровно в двенадцать часов дня. Целых два с половиной часа на сборы и тридцать минут на то, чтобы доехать до пункта «А» — именно с такими мыслями проснулась Василиса.       Встав с кровати, она вприпрыжку побежала в ванную комнату, попутно попросив маму сделать кофе. Настроение — сто из ста. Ощущение, будто в животе порхают бабочки, а от предвкушения поездки почти кружится голова.       Ехать до пункта «Б» чуть меньше полутора суток. Долго. Очень долго. Но это её и радовало: девчушка всегда любила поездки. С водными процедурами, как и с завтраком, она закончила. Надо бы начать собирать вещи.       Встав на табуретку, Вася тянет свои тоненькие ручки к антресоли, на которой «красуется» тёмно-синий чемодан. Кое-как стянув его на пол, она закашливается от огромного количества пыли, что взлетела в воздух. Чемодан уже готов к эксплуатации, осталось лишь выбрать самые нужные вещи.

Звонок в дверь.

— Мам, открой, я вещи собираю! — Ой, какие люди! Проходи, Тёмочка, — с улыбкой зазывает женщина брюнета. — Утро доброе, Анастасия Валентиновна. А где Вася? — Во-первых, я же говорила, что можешь называть меня просто тётя Настя. Во-вторых, она в своей комнате, вещи собирает, — всё так же улыбаясь вещает мама Василисы. — Эй, кикимора, может поздороваешься? — Ёлки-палки, Артём, ты чего тут делаешь? — восторженно интересуется девочка, подбегая к другу и в прыжке обнимая его. — Ну, ты же писала вчера, что сегодня уедешь, вот я и решил прийти. — Так у тебя же тоже рейс сегодня... — Он аж в четыре часа, у меня полно времени. — Вот и замечательно, значит поможешь мне вещи собрать!

_______________

— Отвали от меня со своими ебанутыми советами, ты же знаешь, что это бред, — по-детски возмущается русая, бегая по комнате в поисках необходимых вещей. — Сама ты ебанутая! И ничего это не бред! Вот увидишь, я прав, ещё извиняться потом будешь, — аналогично дует губы юноша, скрещивает руки на груди и сводит, как говорится, бровки домиком. — Иди на хуй, — девочка с наигранной агрессией бросает в лицо товарища футболку и искренне смеётся от вида последнего, на что получает точно такую же реакцию. Артём предложил Васе взять с собой в Кишинёв нарядную одежду, на случай, если она подружится с кем-то. Может даже с мальчиком. Может даже не просто подружится. — Вообще-то я еду туда, чтобы отдохнуть, а не на гулянки, — бурчит младшая. — Ты всё равно не сможешь три месяца сидеть в четырёх стенах, хоть чё говори, — юноша, сидя на компьютерном кресле, пристально наблюдает за подругой, которая то и дело носится по комнате, раскидывая по сторонам всё, что попадается под руку. — Всё, готово! Вызывай такси! — с усилием закрыв чемодан, вскрикивает Вася.

_______________

      Монотонное покачивание поезда неплохо усыпляет. Пейзажи в окне сменяются один за другим, а запах дешёвого кофе три в одном придаёт особую атмосферу. Василисе придётся ехать в сидячем положении все тридцать шесть часов — такое себе. Но даже этот факт не в силах испортить ей настроение.       С матерью, Артёмом и Церой она попрощалась на вокзале, настоятельно попросив первую не сообщать своей сестре о приезде племянницы.       Сейчас у неё одна цель — распутать наушники и включить недавно вышедшую, но уже полюбившуюся песню Мияги и Эндшпиля «Лабиринты». Безмолвно подпевая, она упустила момент, когда Морфей затянул её в своё царство.

_______________

      К удивлению Василисы дорога прошла подозрительно быстро. Бо́льшую часть времени она спала, но и без перекусов дошираками, конечно, не обошлось.       Поезд прибыл на Кишинёвский железнодорожный вокзал. Людей не так много, поэтому ей не составило труда заметить радостно улыбающуюся и бегущую к ней тётю Сашу. — Да блять, всё-таки сказала...— недовольно шепчет Вася. — Васенька! Что ты там бормочешь? — женщина подбегает к девочке и тут же заключает её в объятия. — А ты чего тут делаешь? И...Отпусти, Саша! — закашлевается от крепкой хватки старшей. — В смысле? Племянницу любимую встречаю! Я знаю, что ты просила свою маму не говорить мне, но как же ты собралась добираться до моего дома, если совершенно не ориентируешься в Кишинёве? — Точняк...Хотя, стоп, я тут не первый раз, ясно? — То есть ты бы смогла самостоятельно доехать до меня? — Чёрт...Ну, нет...Ой, всё, отстань!       По всему помещению раздаётся их звонкий смех. Саша, снова приобняв девочку, потянула её в сторону выхода, а там уже и на автобусную остановку.       Часы показывают полпервого ночи. Удивительно, что автобусы ещё ходят, в России у общественного транспорта совсем иное расписание.       Две хахотушки, стоя у окна и опираясь на поручень, безумолку делятся историями из жизни. Водителя и трёх остальных пассажиров они порядком достали, но никто не решается сделать им замечание.       Позитивную ноту прерывает их резко затормозивший автобус и выкрики нецензурных слов «капитана корабля». — Чё там? — слышится сиплый мужской голос откуда-то сзади. — Чё-чё, блять, ничего! Малолетки объёбанные гоняют! Да ёбанный в рот, они мне фару левую снесли! — агрессивно выругивается мужчина, наплевав на рамки приличия.       Тайота неизвестной модели, вылетев на полной скорости с перекрёстка, задевает «морду» автобуса, снеся его левую фару и, вырулив, пролетает дальше. Неадекватный водитель легковушки сбавляет скорость, но всё же врезается в столб. — Вась, давай выйдем, пешком прогуляемся, тут совсем немного до дома осталось, — нервно предлагает Саша племяннице, просит злого мужчину за рулём открыть двери, берёт девочку за руку и выводит на улицу. — Что за придурки у вас тут? — ворчит русая, всматриваясь в эпицентр аварии: в десяти метрах от них, прямо под фонарём, стоит несчастная помятая иномарка, вокруг которой в панике ходят несколько явно нетрезвых парней.       Один из них — кажется, виновник — встревоженно сложил руки на голове, где красуются синие дреды. Остальные же что-то кричат, кому-то звонят и крайне нелестными словами кроют синевласку.       Проходя по дороге в нужную сторону и, к сожалению, приблизившись к ним, ошарашенный горе-водителя и недовольный Васин взгляды пересекаются.