держи меня за руку

Эндрю взглянул на телефон и тяжело вздохнул. День тянулся непозволительно медленно. Последние три часа он провел в IKEA в компании Рене и Элисон. По видеосвязи с ними также говорил Ники. Девушки бодро шли впереди, толкая тележки, полные совершенно ненужных, по скромному мнению Эндрю, вещей. Постельное белье, посуда, свечи, вазы — и это только то, что лежало сверху. Черт его знает, что было на дне тележек.       На прошлой неделе Нил подписал контракт с командой Эндрю, и теперь они наконец могли перестать жить на две квартиры. Накопленных за несколько лет профессиональной игры денег вполне хватало, чтобы купить небольшой дом. Нил и Эндрю не стали отказывать себе в уединении и отсутствии соседей. На этих выходных Элисон и Рене приехали к ним, чтобы помочь распаковать последние коробки с вещами Нила. Эндрю считал это лишним, но подруги очень хотели посмотреть на их новое жилище, и Джостен не смог им отказать в этом. Однако, стоило Рейнольдс переступить порог дома, она разошлась тирадой о том, что невозможно жить в таких условиях.       — Это выглядит так, словно дом съемный. У вас всего четыре кружки! А постель? Как можно прожить с двумя комплектами?       Ни Эндрю, ни Нил никогда не отличались большой любовью к вещам. У них было все самое необходимое для жизни, а остальное казалось лишними тратами. Элисон не стала их даже слушать. Она бросила свои вещи в гостевой комнате и объявила, что после обеда они едут в IKEA закупаться всем, по ее мнению, необходимым.       Во время еды Нилу позвонил тренер и попросил приехать в офис, чтобы решить какие-то вопросы с бумагами. Тем самым он спасся от «важного» похода по магазинам. Эндрю пытался улизнуть вместе с ним, но Нил посчитал невежливым бросать гостей одних.       И вот сейчас Эндрю шел по магазину, периодически проверяя телефон в ожидании сообщения от Нила, и сомневался в каждом своем жизненном решении. Элисон остановилась возле штор и развернула смартфон, чтобы Ники тоже мог осмотреть их. Они начали спорить насчет оттенка желтого для кухни. Эндрю закатил глаза. Желание развернуться и уйти было как никогда сильно, но Нил просил этого не делать. К тому же бросать Рене не хотелось.       Бледно-желтые шторы отправились в тележку. Эндрю на мгновение задумался кому предстоит платить за все это. Он почти озвучил вопрос вслух, как вдруг телефон в его руке ожил. «Отдел спален».       Эндрю хмыкнул и убрал телефон в карман. Рене с любопытством посмотрела на него, а затем понимающе улыбнулась. Эндрю отсалютовал ей двумя пальцами и двинулся в сторону лестницы. Если он правильно помнил карту — а так и было — примеры обустройства спален находились на первом этаже.       Ловко огибая покупателей, Эндрю дошел до нужной зоны. Найти Нила не составило особого труда: он лежал поперек одной кровати, а рядом с ним стояла наполовину заполненная тележка. Эндрю подошел ближе, но Нил даже не шевельнулся.       — Рейнольдс уже выбрала два набора посуды. — Миньярд оперся на тележку. Нил открыл глаза и посмотрел на него.       — Будь я проклят, если позволю Элисон выбрать посуду, из которой есть будем мы. — Он недовольно сморщился и сел. — Тоже самое касается штор. Дай угадаю, она выбрала желтые, верно?       Уголок рта Эндрю дернулся в подобии улыбки. Он кивнул.       — Ну конечно, желтые. Я сожгу их, если она принесет их в наш дом. — Нил откинулся обратно на кровать.       Эндрю фыркнул. Начиная со второго курса Элисон почему-то решила, что желтый определенно должен стать любимым цветом Нила. Вот только его самого об этом спросить забыла. Она постоянно покупала ему вещи разных оттенков желтого. Первое время Нил из вежливости все это принимал и благодарил, но его терпения не хватило надолго. Все же Джостен был любителем серого. С тех пор это стало местной шуткой. Элисон все пыталась привить ему любовь к желтому, но Нил стоически держался против этого.       — Я уверен, что половина ее корзины в желтых вещах.       Эндрю про себя отметил, что Нил более чем прав.       — Почему ты лежишь здесь? У нас уже есть кровать. — Эндрю отодвинул тележку и сел на кровать с другой стороны.       — Да, есть, — хмыкнул Нил. — Одна. А еще в доме есть гостевая спальня. Давай, падай.       Нил повернулся и ровно лег на кровать. Эндрю спустя секунду устроился рядом. Кровать была в меру мягкой и удобной, но главное — очень широкой. Эндрю показалось, что с ними вполне мог лечь кто-нибудь еще, а место бы все равно осталось. Нил лег на бок и посмотрел на него выжидающим взглядом.       — Сколько гостей ты собираешься звать в наш дом? — Эндрю сделал паузу. Называть дом общим все еще было чем-то новым, и он по-прежнему привыкал.       — Я думал, мы могли бы поменять свою кровать.       На данный момент они спали на кровати, которая переехала из старой квартиры Нила. Она была не очень новой и из-за постоянных разборов — спасибо частым переездам — начала немного скрипеть. Это не сильно их беспокоило, но в плохие ночи, когда они просыпались от любого шороха, скрип сильно действовал на нервы.       Видимо, Эндрю уловил мысль Нила. Он поудобнее устроился на кровати, поерзал. Места было достаточно на случай, если кому-то из них будет нужно пространство. Старая кровать этого не позволяла. Обычно кому-то приходилось спать на диване.       — К тому же, на ней достаточно места, чтобы с нами спали наши…       — Не хочу тебя расстраивать, Джостен, но детей мы иметь не можем, — хмыкнул Эндрю, поворачиваясь к нему лицом.       — Кошки, Эндрю. Я имел ввиду кошек. — Губы Нила растянулись в улыбке. Он еще сдвинулся на кровати, теперь они лежали так близко, что Эндрю чувствовал чужое дыхание на своем лице. Ему очень захотелось поцеловать Нила, но он не мог. Они в магазине, а это по-прежнему было чем-то личным для них. Даже спустя столько лет.       — Я все еще не согласился, — буркнул Эндрю скорее для вида. Этот разговор про кошек длится уже год. Нил очень хотел завести животное, но Эндрю был против. Постоянные разъезды и жизнь на две квартиры не были хорошими условиями для котов. Однако теперь, когда они жили вместе — к тому же это был личный дом — у него не осталось аргументов, чтобы отказать Нилу.       — Так что насчет кровати? — спросил Нил, поднимаясь. Эндрю встал следом, достал телефон и сфотографировал расположение кровати и матраса на складе. Нил улыбнулся.       — Отлично. А теперь нам стоит найти Элисон. Я намерен проверить каждую вещь в ее чертовой корзине, прежде чем оплатить. — Нил взялся за тележку и пошел к лифту. Эндрю двинулся следом.       — Не думал, что тебя так беспокоят подобные мелочи. Ты никогда не был фанатом походов по мебельным магазинам.       — Но это же мебель в наш дом, — Нил произнес это таким тоном, словно Эндрю сказал полнейшую глупость.       «Наш дом». Эти слова тревожили, но также дарили разливающееся тепло в груди. Что-то постоянное, что-то личное. Только их. Совместное будущее раньше казалось чем-то несбыточным и далеким. Теперь же оно было прямо у него в руках, и Эндрю никак не мог переварить эту мысль.       Во время последнего разговора Би сказала ему, что это искреннее счастье. Он отмахнулся от ее слов, но сейчас понял, что она — как и всегда — права. Эндрю был счастлив и впервые в жизни надеялся, что это чувство останется с ним как можно дольше.