Длинная Тьма

      Даже не могу сказать, что я спал. Как только мои глаза закрылись, я сразу же оказался в непонятном, пустом и абсолютно чёрном пространстве. Мой взор не мог зацепиться за что-либо, из-за чего я постепенно терял ориентацию. Да даже тяжести тела не ощущалось, будто я испытывал чувство невесомости. От всего этого я почувствовал, что меня начинает подташнивать. Однако…       Я проснулся. По ощущениям, прошло не больше пяти минут с того момента, как я погрузился в страну Морфея. Голова была готова расколоться, но я всё-таки смог подняться, скинув с себя одеяла и прочие средства утепления. В домике было тепло, нет, даже жарко, и я практически сразу стянул с себя ветровку.       Борясь с сильнейшей головной болью, я подошёл к печке и посмотрел на неё. Огонь в ней ещё полыхал и прогревал помещение, но при этом явно оставалось меньше получаса до того, как он погаснет. А учитывая то, что никаких запасов топлива для него нет… Совсем скоро этот домик станет непригодным для жизни. Ну, точнее, кое-что, что можно сжечь, у меня есть, но кидать книги в огонь совсем не хотелось.       Подняв глаза к окнам, я оказался крайне шокирован. Там, за стеклом, хоть и до сих пор дул сильный ветер, но видимость улучшилась, метель постепенно стихала. Но вот то, что удивило меня, — солнце поднялось уже достаточно высоко. А это значит, что я спал достаточно долго, не меньше 10 часов. И при этом я совсем не ощущаю себя выспавшимся.       Я помассировал виски, стараясь прогнать боль, и, спустя около минуты, мне удалось это сделать. И хоть гул в голове не исчез, но он будто бы отступил на задворки разума, и теперь пульсирующая боль была слабее и чувствовалась в затылке. Неприятно, но мыслить стало легче. Так что я принялся прорабатывать свой дальнейший план.       Так… Учитывая то, что буря скоро закончится, мне надо будет вернуться домой. По дороге обязательно нужно собрать дров, чтобы или подкинуть их в огонь, или же разжечь его снова. Наверняка костёр уже потух. Но, надеюсь, дом не успел снова промёрзнуть. Хотя, учитывая погоду вчера и сегодня… Надежды на это очень мало.       Ну ладно, не самое лучшее время для того, чтобы думать об этом. Сейчас нужно собрать все свои вещи, включая записи бывшего хозяина этого домика. Буду собирать абсолютно всё, что связано с прошлым этого острова. Быть может, и разберусь, почему мой самолёт упал, хотя он был в полном порядке.       Достаточно быстро напихав всё в рюкзак, а также карманы одежды, я подошёл к двери. И только сейчас почувствовал дикую жажду. Так что, достав из кармана последнюю бутылку с водой, я практически мгновенно её осушил. Вот чёрт, теперь придется ещё воды накипятить. Влияние холода ли это, или, быть может, моей активной физической работы, но пить, да и есть, стало хотеться чаще. Сейчас я не сильно голодный, но вот пить хочется почти постоянно. Так что обеспечение себя достаточно большими запасами воды становится первостепенной задачей.       Заодно, вчера я не до конца осмотрел площадку, где стоит этот домик. Быть может, я найду там что-нибудь полезное. Те же дрова, например, или ещё что-нибудь. Так что, удостоверившись, что ветер за окном почти стих, я обмотал своё лицо одеялом, который я стащил с верхней полки, и, выдохнув, дёрнул дверь на себя. С трудом отворив её, я принял на себя порыв холодного ветра, который практически мгновенно выдул всё тепло из дома. Однако, моя одежда смогла выстоять и сохранить так необходимую мне сейчас высокую температуру. Где-то я слышал, что ношение вещей в несколько слоёв улучшает термоизоляцию за счёт прослойки воздуха между ними. Надеюсь, что это так.       Прикрыв за собой дверь, я начал медленно спускаться вниз, ногами сметая снег со ступенек. Хоть из-за этого моя обувь промокала, но я настолько уже привык к чувству холода и мокрых ног, что уже не обращал на это внимание. Солнце уже поднялось высоко и светило так ярко, что из-за отражённых от белоснежной поверхности снега лучей приходилось жмуриться. Всё-таки мне необходимо сделать себе специальные очки для защиты от снежной слепоты.       Спустившись, я ещё раз осмотрел вершину этого холма или, быть может, скалы — я не сильно разбираюсь. Вокруг лежало несколько палок, которые я быстро собрал. И только после этого я услышал странные звуки. Я не могу даже сравнить их с чем-то. Разве что у моего самолёта мотор, похоже, тарахтел, когда в него плохое топливо заливали.       Оглядевшись, я установил источник этого звука. Это была стайка небольших белых птиц с чёрными пятнами на концах перьев. Да это же куропатки! Не знал, что они здесь водятся… Хм… Помнится, один мой знакомый говорил, что мясо у них мало, но оно достаточно вкусное. А значит, похоже, на обед у меня будет птичье мясо…       Однако моим надеждам на сытный приём пищи не было суждено сбыться, так как стоило мне сделать шаг по скрипучему снегу, как птицы тут же услышали это и разлетелись. Ничего себе они пугливые. Даже кролики разбегались, только если я в них кину камень или подойду на расстояние двух шагов. А тут сразу, как только заметили меня. Охотиться на них будет трудновато.       Однако, если я правильно помню, то из их пуха можно себе сделать тёплую подкладку под одежду — а это будет стоить того. Прямо сейчас я уже могу представить то, какая она тёплая… Будто бы в реальности я чувствую это тепло. Так, ладно, не отвлекаться. Ещё раз осмотрев эту площадку и придя к выводу, что ничего здесь больше не найду, я было хотел отправиться к мостику, чтобы начать мой спуск вниз, но какой-то чёрт потянул меня к той стороне холма, который располагался ближе к железной дороге.       Вроде как тогда я хотел посмотреть вниз и увидеть, есть ли на моём пути волки или нет, но не успел это сделать. Стоило мне сделать шаг и оказаться в метрах полутора от края, как я почувствовал, что моя нога начала слишком быстро двигаться в сторону обрыва. Я даже не успел вскрикнуть, когда масса снега потащила меня, и я полетел вниз, с края скалы.       В этот момент меня не заботили мысли о том, что, по всей видимости, из-за ночной бури часть края оказалась под слоем снега и, наступив в неудачное место, попросту соскользнул вниз. Нет. Тогда в моём мозге вертелась лишь одна мысль: «Вот так я и умру? Пережив столкновение с настоящим дьяволом, выжив в авиакрушении, я умру просто из-за падения? Нет, я не хочу этого…»       Не знаю, сколько я падал. Логика подсказывает, что это не заняло больше десяти секунд, но по ощущениям это растянулось на многие, очень долгие минуты. Перед моими глазами успела пронестись вся жизнь, все мои радости и неудачи, ошибки и победы. Каждое мгновение я видел и ощущал, будто снова нахожусь там.       Но вот я наконец-то достиг земли. Наверное, мне очень повезло, что я приземлился ногами вниз. Так что, выдержав пронзившую и ногу, и мозг боль, которая затем слегка ослабела и стала больше ноющей, я, к своему удивлению, обнаружил, что до сих пор жив. Я просто не мог в это поверить. Казалось, что я уже смирился со своей смертью, как вдруг мне даровали второй шанс.       Но такие мысли были практически сразу развенчаны, стоило мне взглянуть вверх. До того места, где я стоял и откуда до сих пор сыпался снег, было всего каких-то 4-5 метров. А то место, куда я приземлился, было большой и глубокой кучей снега, которая явно затормозила моё падение. И, судя по всему, этот сугроб образовался здесь буквально сегодня ночью. Так что причиной падения и тем, что спасло меня от травм, является одна и та же буря. Забавно…       Вот только забавным не было то, что я был по пояс погружён в снег. Прямо чувствовалось, как снег попадает под одежду, замораживая её. Мне надо как можно быстрее выбраться из этой ловушки и направиться домой, чтобы отогреть и высушить свои вещи.       С трудом выбравшись из сугроба, я понял, что сейчас нахожусь на уступе. И чтобы спуститься к железной дороге, мне предстоит преодолеть ещё метров 6–8 вертикально вниз. Благо вся эта скала была «слоённой», из-за чего на ней было множество мелких и не очень выступов, идеально подходящих для скалолазания. И хоть этим спортом я не увлекался, но это не помещало мне преодолеть это расстояние достаточно быстро. Вот только нога очень сильно ныла, но я старался не обращать на это внимание.       И вот, мне предстояло преодолеть последнее испытание. Прыжок вниз. В этом нет ничего страшного, тут высота всего полметра. Так что я без раздумья сделал это и… Закричал на всю округу, выплёскивая всю свою боль. По всей видимости, я неудачно поставил ногу и подвернул её. Но боже, как же больно!       Не в силах оставаться стоять, я завалился на задницу и просто вытянул ноги, стараясь хоть немного унять боль в правой. Именно она получила эту травму. И вот как мне теперь до дома добираться? Я же нормально дойти не смогу. А если вдруг волки будут поблизости? Я же тогда и убежать от них не смогу…       Я порылся в рюкзаке и достал единственное, что могло хоть как-то помочь в данной ситуации, — бинт. Мне пришлось задрать штанину, из-за чего кожа ноги соприкоснулась со снегом. И если первые пару секунд я испытал ещё большую боль от обжигающего холода, то затем он же принёс облегчение. Из-за охлаждения нога уже не так сильно болела. Так что я, сжав зубы, смог кое-как обмотать повреждённый участок ноги.       Немного отдохнул, и, когда нога уже начала замерзать, я осторожно опустил штанину и, оперевшись на камень, попробовал подняться. Получилось это не с первой попытки, однако я всё же сделал это. Опираться на подвёрнутую ногу было очень больно, однако я всё-таки смог устоять. И даже сделать несколько маленьких шажков! Осторожно переставляя ноги, стараясь не сильно беспокоить повреждённую конечность, я добрался до железной дороги. А уже по ней двинулся в сторону администрации.       Я достаточно сильно хромал, но это не останавливало меня. Я грезил о тёплом домике и удобной кровати, в которую по приходу почти сразу завалюсь. Однако эти надежды омрачал тот факт, что мне практически со стопроцентной вероятностью придётся разжигать печку и прогревать помещение. А значит, по дороге нужно собирать палки, ветки и прочий горящий мусор.       Двигался я в сторону своего дома очень медленно, так как периодически приходилось останавливаться, чтобы подобрать веточку или же дать передохнуть правой ноге. Так что к своему домику я добрался только через полчаса-час. Да, я сам в шоке от моей ужасающе медленной скорости.       Но вот я уже дома. На подходе к домику, у холма, стоявшего напротив, я снова заметил куропаток. Я не удивлюсь, если это те же самые, которых я видел там, наверху. Но сейчас птицы, даже видя и слыша меня, не спешили разлетаться кто куда. Видимо, понимали, что я сейчас не представляю для них совершенно никакой опасности. Ну да и чёрт с ними, сейчас у меня другие проблемы.       Ввалившись в дом, я, к своему небывалому счастью, обнаружил, что он ещё не успел полностью промёрзнуть. Температура была слегка выше нуля — огонь в печке, по всей видимости, уже погас, но тепло ещё не успело уйти. Отлично, как только разожгу огонь, смогу сразу лечь спать. И от боли в голове избавлюсь, которая вернулась с новой силой, и, надеюсь, нога пройдёт.       Я постарался как можно быстрее подняться наверх и трясущимися от постепенно подступающего холода попытался зажечь спичку. Раз за разом это мне не удавалось, так что у меня в коробке осталось всего штук 5 спичек. Если они закончатся, а огонь погаснет… Я буду просто в ужасном положении.       Но вот, когда практически все надежды на разведения огня были потеряны, маленький огонёк возник на конце спички. Я задержал дыхание и старался практически не двигаться, когда тыкал серной головкой в старую газету. Увидев, как пламя начало пожирать старую макулатуру, а затем перекинулось на палки и ветки, я от радости чуть не подпрыгнул. Но в последний момент решил этого не делать, памятуя о больной ноге.       Последними делами, что я сделал перед тем, как отправиться на боковую, было скармливание огню всех остатков дерева и стаскивание одеял на одну кровать, которая была ближе всего к печке. Дождавшись, пока пламя разгорится на полную, я закутался в настоящий кокон из одеял, пледов, подушек и прочих постельных принадлежностей и, ощущая тепло, распространяющееся по дому, погрузился в сон.

Продолжение следует…