Колесо Времени

      Свободная неделя пролетела очень быстро.       На самом деле, забот у Василисы всё равно было много. Пару дней она уделила тренировкам полета, усердно вспоминая все привычные движения и трюки. Ей даже не пришлось делать вид, что она «путается» в крыльях — хоть девочка и знала принцип, вспомнить всё на практике спустя четыре месяца оказалось сложнее. Увы, обучала Диана — Фэш почему-то стал её избегать. Но когда ребята были все вместе, Василиса не раз ловила на себе его долгие внимательные взгляды. Несколько раз она пыталась ответить на них, но парень сразу же краснел, от смущения и злости одновременно, и отворачивался. Она почти сразу догадалась, что произошедшее на озере явно посеяло в его сердце кучу вопросов и волнений.       Василиса решила для себя, что не стоит предпринимать слишком много попыток завлечь его внимание через флирт — парень был не готов. Она пыталась успокоиться, убеждая себя в том, что «Ничего от этого не изменится, в первый раз ведь он тоже не сразу открылся», но это оказалось легко лишь днём, с друзьями, когда её мысли были заняты другими вещами. Ночью и в одиночестве, когда вокруг царила тишина, переживания заполняли всю её голову, не давая спокойно отдохнуть.       Уже как месяц у неё совсем не было времени переживать из-за текущей ситуации. Василиса думала только о том, как побыстрее пережить этот период до Часового Круга: то учеба часодейству на Остале, то отец, потом суд, побег, чарования… Она не успевала отдохнуть, но теперь, получив свободную неделю, была совсем этому не рада.       В первую ночь пришла паника. Давящая тишина и полная темнота чуть ли не силой погрузили её в осознание происходящего. Тяжело дыша, Василиса вспоминала о своих обязанностях, доме, друзьях… Всё, что они прошли вместе кануло в Лету — сейчас это казалось не более, чем сном. Их отношения вновь вернулись к исходной точке недоверия. Она видела, как придворная фея стала относиться к ней более настороженно, замечала, что трое друзей часто шепчутся между собой, но лишь только она подходит — замолкают. Здравый смысл говорил, что этого и следовало ожидать, а рассудительность Королевы напоминала, что вскоре всё изменится. Но душа её волновалась, как море в шторм, и буквально кричала о том, что нет никакой гарантии. Всё может поменяться от любого ее слова или действия, которое они посчитают подозрительным.       А Фэш? Его не хватало больше всего, до боли в сердце. Василиса думала, что умрет от отсутствия столь привычных для нее действий, без теплых объятий и любящих поцелуев. Но, как следует обдумав, она поняла, что просто не может вновь делать что-то в этом возрасте. Её сильно смущало, что тот был в два раза младше нее ментально. Поэтому Василиса и пришла к решению повременить с его завоеванием, оставив инициативу на него. Когда будет готов — она поймет, а пока будет довольствоваться лишь общением. Но и тут ей не повезло.       Если до этого его подколки задевали, то уже спустя день полного игнорирования она поняла, что так еще хуже. Лучше бы они постоянно обменивались язвительными комментариями или шутками, чем эта его напускная вежливость. В итоге, никакого внимания, кроме задумчивых взглядов, девочка не получала.       Потом пришел страх за Время. Причину попадания в прошлое она найти не могла, поэтому и общую картину нынешней ситуации составить не получалось. Если её просто закинули в другую параллель, то настоящий Фэш, остальское Время, всё еще выполняет свои обязанности. Но почему тогда ничего не предпринимает? Прошло три месяца, а никаких действий или их последствий замечено не было. Найти её не было бы большой проблемой для Драгоция. Или он не может отыскать по той же причине, по которой она не могла вернуться сама? Что-то блокирует их попытки?       А если же с Фэшем тоже что-то случилось? Если произошло что-то такое, из-за чего Время просто «обнулилось»? Но ведь её сила осталась…       Василиса долго хмурилась, размышляя об этом до головной боли, но до вразумительного итога никогда не приходила. Неужели кто-то или что-то мешает ей думать? Или просто не хватает знаний? В итоге она решила всерьез взяться за учебники уже после того, как завертится Часовой Круг. Отправляться вновь на Осталу девочка не собиралась, чтобы не тратить время зря и не подставлять Фэша. Конечно, её пугала неизвестность. К тому же это рушило все её планы о невмешательстве в будущее, но… На Эфларе гораздо больше возможностей найти ответы и защитить друзей.       В подобных переживаниях проходили все её ночи, заставляя девушку вновь охладеть ко всем окружающим. Если до этого её поведение было слишком «вульгарным» для Королевы Времени, как говорила Черная Королева, то теперь она словно вновь вспомнила о своей маске, которую сняла ранее из-за долгожданной встречи с друзьями. Василиса видела, что ребята заметили её непривычное спокойствие, но ничего не говорили, лишь перекидывались встревоженными взглядами. Она по прежнему участвовала в разговорах, притворяясь «незнайкой» где надо, но уже без воодушевления.       Кроме того, никто из них не хотел показывать девочке, как обращаться с часовой стрелой, зато Ника Фэш обучал, и подолгу. Раз, когда Василиса с Дианой возвращались со своих утренних тренировочных полетов, они стали свидетелями бурной картины: Ник, вопя от восторга, бешено вращал стрелой, пуская разноцветные шары, похожие на большие мыльные пузыри. Завидев девчонок, мальчики быстро прекратили занятия, и все пошли в беседку обедать. Василису это не волновало, ведь стрелой она пользоваться умела, но цепляло. Она не понимала, почему ей ничего не объясняют, совершенно ничего, даже зная о её ситуации.       На четвертый вечер их недельного отпуска Диана не стерпела. Они тогда уже сидели в комнате, готовясь ко сну. Фея весь день провела во дворце, выполняя обязанности фрейлины, а сама Огнева бесцельно летала вокруг дуба, продумывая дальнейший план действий. — Василиса, что произошло? — Взволнованный голос Фрезер разрушил тишину в комнате. — Что ты имеешь в виду? — Всё. Ты в последнее время стала такой, м-м… Не знаю, как сказать. Ты редко участвуешь в разговорах, постоянно о чем-то думаешь. Фэш снова тебя обижает?       Часовщица фыркнула, переодеваясь в пижаму. — Лучше бы обижал, хоть какое-то внимание от вас… — Заметив удивленное лицо подруги, она поспешила добавить: — Я не виню. Просто не понимаю, с чего мне быть взбудораженной? Когда ты в замке, мальчики со мной не разговаривают — Фэш занят обучением Ника. Если ты здесь, то вы втроем обычно перешептываетесь, замолкая при виде меня. — Диана смущенно отвела взгляд, словно думала, что Огнева не заметит их переговоров. Та лишь пожала плечами: — Вы все меня подозреваете, не хотите общаться или рассказывать что-то. Я не в обиде, просто не надо удивляться моему спокойствию. Я не люблю лезть к людям, которым неприятна. — Это не так! — Диана невольно повысила голос, подходя ближе. — Ты нам не неприятна. Да, мы несколько насторожены, — фея кивнула, не став отпираться. — Но ты просто сама ничем не интересуешься особо, вот мы и не навязываемся. — Интересуюсь. Просто вы не хотите этого замечать и что-то объяснять. К тому же, зачем эта конспирация? — Ну-у, нам казалось, ты всё ещё напугана. — Поэтому вместо того, чтобы рассказать как здесь всё устроено, вы решили меня избегать? — Василиса фыркнула, невольно поражаясь такой логике. — У всех есть свои секреты, я не обязываю всё со мной обсуждать. Но потом не задавайтесь вопросом, почему я не лезу к вам с разговорами.       Фея вздохнула, и, примирительно улыбнувшись, ответила: — Ты права… Наверное, со стороны мы выглядели не очень искренними. Мы тебе доверяем, честно. На самом деле… — Диана подошла к ней ближе, наклоняясь к уху. Её шепот звучал одновременно весело и заговорщицки. — Фэш так волнуется из-за этого! Боится, что ты закрылась из-за его подколок, поэтому такой культурный. Мне Ник рассказал. — Василиса удивленно уставилась на неё, а спустя мгновение в комнате послышалось хихиканье, переходящее в громкий смех.       Эту ночь Огнева спала без волнений.

***

      После этого атмосфера в компании улучшилась, видимо, Диана рассказала парням об их вечернем разговоре. Василиса, хоть и продолжала быть спокойной, уже не создавала неловкую угнетающую ауру. Фея наконец-то начала показывать ей разные фокусы со стрелой, одновременно помогая Фэшу с обучением. Тот осмелел, и, помимо внимательно-смущенных взглядов, вновь начал с ней разговаривать. Иногда по привычке он называл её фейрой или шпионкой, сразу же замолкая и настороженно следя за реакцией — боялся, что та обидится. Но Василиса лишь шутливо подкалывала его в ответ, намеренно громко возмущаясь. На деле же она давно не обижалась, разгадав причину его поведения, и лишь радовалась долгожданному общению.       Ребята постепенно стали рассказывать о себе. Диана ходила в часодейную школу для особо одаренных фей с математическим уклоном. Оказалось, что в часодействе без этой науки никуда.       Ник в математических науках был очень силен. По его словам, он с детства помогал отцу чинить всевозможные часовые механизмы и даже разбирался в сложных чертежах часовых устройств. Старший Лазарев заслуженно считался лучшим часовых дел мастером, и его очень уважали. Именно за мастерство в работе со Временем его и приняли в высший государственный совет — РадоСвет.       Фэш учился в Школе темночасов. А еще входил в особую группу талантливых учеников, и потому жил в Воздушном замке, где раньше дополнительно посещал школу часодейства самого Астариуса — верховного правителя Эфлары.       Василиса же внимательно слушала и задавала вопросы, будто в первый раз, и тоже рассказывала друзьям о жизни на Остале.       Так они проводили вечера в разговорах о жизни и почти не вспоминали о Часовом Круге вслух. Ник часто общался по часолисту с отцом, Фэш тоже писал какие-то тайные письма, да и Диана иногда вытаскивала свою часовую книгу. Василиса была рада на время отвлечься от проблем, чтобы начать вновь выстраивать начало их крепкой дружбы. Конечно, те не переставали иногда шушукаться втроем, но её это не волновало. Наоборот, специально оставляла их наедине, отговариваясь желанием размять крылья.       Однажды к ней даже присоединился Фэш. Она была очень удивлена, ведь всё это время он старался не оставаться с ней наедине. Когда же парень заметил её долгий взгляд, вдруг вспыхнул как спичка и проворчал: — Я просто хочу дать им пообщаться! Всё же, они давние друзья, есть что обсудить. А одному скучно сидеть…       Василиса с улыбкой покивала, вспоминая о чувствах мастера к фее. Или он пока стесняется действовать, и это была просто отговорка Драгоция? Как бы то ни было, в тот вечер они вдвоем просто летали вокруг дуба, каждый в своих мыслях. Хоть они не разговаривали, тишина вокруг них была уютная, привычная. А ей пока хватало и этого. К тому же, судя по смущенному лицу Фэша, он всё же пытался что-то сказать, но не решился.       В тот день она уснула с улыбкой и неожиданно проснувшимися бабочками в животе.

***

      Настал последний вечер перед отъездом. Ранним утром предстояло отправляться в дорогу, и ребята все-таки заговорили о Ключах.       Начал, как ни странно, Фэш. Он вдруг перебил Диану, разглагольствующую о том, как Белая Королева ненавидит королеву лютов, и как та отвечает ей тем же. — Интересно, кому достанется ЧерноКлюч? — В задумчивости произнес он. — Если, конечно, это не выдумка… — Он существует, — чуть помедлив, ответила Диана. — Но, правда, его никто не видел. И если Белая Королева фей идет на контакт с часовщиками, то повелительница лютов чихать хотела как на Часовой Круг, так и на весь мир в целом. Она может назло не отдать. — Черная Королева не может так сделать! — Горячо возразил Фэш. — Или она совсем глупа? — Не глупа. — Вдруг подала голос Василиса, собирая на себе взгляды друзей. Она улыбнулась уголками рта, продолжая: — Просто у неё, как и у остальных взрослых, есть план. — И с чего такая уверенность? — Фыркнул Фэш. — А с того, что будь она глупой и без планов, так долго бы на троне не просидела. — Ты права, Василиса. Интересно, кому она отдаст ЧерноКлюч… — Диана со вздохом размешала сахар в кофе — сегодня именно он был на их столе вместо чая, чтобы скорее взбодрить ребят. Сама же Огнева пожала плечами, пряча ухмылку в кружке. Да-а, они будут в шоке, когда узнают правду. — Я так рад, что могу участвовать с вами в Часовом Круге! — Ник расплылся в улыбке, радостно стрельнув глазками в сторону Василисы. Та ободрительно улыбнулась в ответ, думая о своем.       День пролетел быстро. Уже вечером девочки начали готовиться ко сну, когда Василиса решила спросить про всю эту процедуру. Диана неохотно, но рассказала общий принцип часодейного круга. — А вот интересно, где это будет? — Блестя глазами, произнесла фея. — Все надеются, что Часовой Круг так и останется в Лазоре, и тогда с ключниками не будет проблем, мы все на виду будем… Алый Цветок расцветет, ключники загадают желание, Временной Разрыв увеличится вновь, и все будет отлично… Но я надеюсь, что мы переместимся — чем дальше, тем лучше. Например, на Осталу.       Василиса что-то промычала, не соглашаясь с ней. Ох, Диана-Диана, как же ты ошибаешься… Но вслух ничего не сказала. Она знала, что её Черный Ключ был направляющим, и для себя девочка уже всё решила.       Спать ложилась она с напряжением и ожиданием. Скоро её выманят «лучшие друзья» в лице Марка, Норта, и остальной компании. Василиса не боялась, нет, скорее обдумывала до конца. Ключ отдать она обязательно должна, ей казалось, что это один из тех самых судьбоносных моментов ее клубка судьбы. Передаривать кому-то другому — большой риск. Кто знает, что случится с этим человеком? Плюс, если она сделает это действительно по своему желанию, Рубиновая комната может ей не открыться, ведь хозяйкой ключа она будет не из-за угроз. А такой полезный бонус как возможность переделать чью-то судьбу ей ещё пригодится. К тому же, дарить было некому. У Фэша и Дианы ключи есть, Ник — часовщик низшей степени, для Круга не подходит. Больше хороших знакомых с высокой степенью поблизости у нее нет.       Когда ей наконец удалось задремать, перед ней вдруг всплыло знакомое женское лицо, прикрытое темной полупрозрачной вуалью. Василиса в страхе открыла глаза — лицо тут же исчезло. «Черная Королева!» Она тихо выскользнула из-под одеяла и подошла к окну. На улице дул яростный ветер, погода испортилась: то и дело сильно громыхало, ярко сверкали молнии.       Внезапно вокруг Василисы закружились полузабытые блестки, такие же, как на празднике в отцовском доме, когда она увидела себя в зеркале, — часовой флер… Они то вспыхивали, то исчезали, только теперь это были не мелкие, беспорядочные огоньки. Девочка улыбнулась, радуясь вновь появившемуся дару.       Цифр было много. Очень много! Они были маленькие и большие, кривые и ровные, объемные и плоские, яркие, тусклые, серые и разноцветные. Цифры то вспыхивали одинокими дрожащими огоньками, как звезды в летнем небе, то проносились целыми лентами, кружа вокруг ее головы. Внезапно они сложились в большой синий цветок с переливающимися лепестками — его очертания показались девочке очень знакомыми. — Алый цветок! — Только и прошептала шокированная Василиса. Она не помнила, чтобы такое было в прошлый раз, но, может, просто не придала этому значение?       И вдруг цветок распался на отдельные цифры. Покружившись немного, они сложились в одну длинную полосу и вдруг обернулись буквами:

«Я одеваюсь и вылетаю во двор»

      Василиса нахмурилась. Очевидно, что ею пытались управлять. Интересно, почему это повлияло на флер так? Девочка, мотнула головой, прогоняя наваждение. Быстро спрятав Стальной Зубок во внутренний карман джинс, который она специально пришила среди недели, и захватив Рубиновый ключ, она вызвала крылья. — «Василек».       Василиса бесшумно запрыгнула на подоконник, раскрыла окно и бесстрашно прыгнула в темноту, лишь промелькнули в проеме окна ярко-алые крылья.

***

— Прилетела, — хихикнули в темноте. — Какие красивые крылышки! — Облейте ее водой! Отец просил… — знакомый голос.       Огнева мгновенно насторожилась. Нет уж, такой фокус не пройдет! Она быстро спрятала крылья, и вовремя — сверху обрушился град ледяных стрел: кто-то последовал приказу и устроил ей обжигающий душ. Василиса взвизгнула, сразу же сделалось холодно и неприятно, но решимость никуда не пропала. Хорошо, что она успела. — Чёрт! Как она их спрятала?! — Злобный голос Норта раздался громче, чем надо. Девочка гневно усмехнулась, поправляя мокрые волосы. — А ты, я смотрю, не изменился. Всё так же много болтаешь о планах, братик. Из полутени выплыли лица — сначала белые, неяркие, затем более четкие… И знакомые.       Насмешливые черные глаза на узком лице в обрамлении светло-пепельных волос. Марк. И рядом — холодный серо-зеленый взгляд, тонкие, плотно сжатые губы, как у отца.       Василиса огляделась, оценивая окружение: стены из булыжника, грубо перемазанного строительным раствором, низкий бурый потолок, с которого свисает единственная железная люстра с кольцом мерцающих свечей, а двери… дверей она не видела. Может, они скрывались за спинами тех, что стояли за Марком и Нортом? — Видимо реакция у тебя получше будет, чем характер. И все же советую вызвать их, скоро придет твой папаша. — Ага, чтобы вы их облили? Спасибо, обойдусь… — Василиса прищурилась. Она была слишком спокойна, чем и удивила своих «похитителей». Какое-то время они стояли молча, разглядывая друг друга с ненавистью. — И что? Тебя даже не волнует, зачем ты здесь? Где ты? Как сюда попала? — Голос Норта, вместо презрения, прозвучал очень взволнованно. Огнева окинула его взглядом — усталый и взбудораженный брат не мог дождаться своего звездного часа как Рубинового Ключника. — Нет. У меня есть подозрения, что вы наконец-то решили воплотить свои больные фантазии на мой счет. Фу, извращенцы. Еще и называете себя благородными часовщиками, — она деланно поморщилась, сразу услышав гогот сокурсников Марка, которых он притащил ради развлечения. Сами же парни побагровели от злости. — Ты что несешь?! — Тише, Норт. Девчушка пытается в юмор, не будем мешать, — девочка фыркнула на его провокацию. — Да, Норт, тише. Слушайся своего хозяина, может хоть немного увере… — Закончить она не успела, так как любимый братик с ревом кинулся в её сторону. Василиса легко увернулась, не забыв пнуть того в плечо посильнее. Громкий удар раздался спустя пару секунд, а за ним послышался и обиженный вой Норта. Она закатила глаза. — Боже, даже свалился от легкого прикосновения девчонки. Тебе бы мышечную массу нарастить, я не знаю…       Парни снова зашушукались, кидая насмешливо-испуганные взгляды в сторону своего «босса». Тот и сам резко напрягся, не ожидая такой прыти от девочки, что должна быть испугана. — Ну что за манеры… — То же самое могу сказать и о Норте. Кто вообще набрасывается на своих любимых сестричек? — Она грустно вздохнула. Брат в это время подскочил, красный от злости и смущения. Кинув гневный взгляд на неё, Норт поспешил отойти за Марка. — Великие часы, сколько же проблем ты принесла, — высокомерный голос ЗлатоКлючника раздался по комнате. Он прищурился, внимательно наблюдая за нем. — То брата пинаешь, то отцу дерзишь… Из дома сбегаешь… Кстати, очень невежливо было с твоей стороны не взять подарок папы. — О чем ты? — Василиса закатила глаза, ожидая его любимую манеру ведения диалога — запугивания. — Как это, о той красивой синей заколке. — Марк притворно грустно вздохнул. — Мне было так тяжело тебя выслеживать без нее, добавила мне лишней работы… Ты знаешь, как Огневу было грустно, что ты не приняла украшение? А он столько денег вбухал в следящее устройство. — Но это, конечно, не самое интересное, — повел дальше Марк тоном неторопливого рассказчика. — Гораздо более любопытен один разговор, произошедший между теми же лицами — Фэшем, феей Дианой и простым-пацаном-вдруг-ставшим-часовщиком… Я понятно излагаю? Василиса нахмурилась. — Ребята договаривались подсыпать одной новоиспеченной часовщице сонного зелья в бокальчик, — сладким голосом продолжал Марк, наслаждаясь Василисиным изумлением, которое она, очевидно, играла. — Чтобы она проспала до вечера, пока они уедут без неё. То есть, убегут… Справедливости ради надо сказать, что младший Лазарев был против. Понятно, он же тебе обязан даром часодейства. — он презрительно хмыкнул. — Но его быстро уговорили… Кстати, ты очень необдуманно использовала желание, прими мое разочарование. — Ври побольше, мне интересно послушать, — её спокойный тон мог насторожить его, поэтому Василиса добавила нотку беспокойства. — Зачем это моим друзьям кидать меня? — Чтобы столковаться о совместных действиях на Часовом Круге, понятно? — Марк пожал плечами. — Против меня, Маришки и… Норта. А тебе, да ты сама знаешь, они не доверяют, Огнева. — Так Норт тоже ключник? — Удивленно спросила Василиса, тут же покосившись на брата. Норт нервно хмыкнул, переглянувшись с Марком. — Почти, — усмехнулся тот. Улыбка вышла странной, какой-то хищной.       Какое-то время в «тюрьме» стояла тишина. А после Ляхтич вновь продолжил нагнетать атмосферу. — Послушай, — медленно начал он, и глаза его опасно заблестели, — я все жду, когда ты вытянешь часовую стрелу, а ты совсем не торопишься. Неужели ты даже не попробуешь сопротивляться? Я ожидал от тебя более активных действий.       Василиса хищно улыбнулась, но ничего не сказала. Она хотела припасти свой козырь на более позднее время, но раз уж тот сам напросился… Воцарилось молчание. — А ты умеешь пользоваться стрелой, а? — Вкрадчиво продолжил Марк. Браслет на его правой руке тихо зашипел, выпрямляясь. — Наверное, и пароль не поставлен, да? — Главное, чтобы у тебя стоял, золотой ты наш. — Василиса нахмурилась, кинув взгляд на его стрелу. Она вдруг почувствовала, как на её руке что-то зашевелилось. Черт, она и правда забыла поставить пароль! Но это не проблема. — «Василёк. Стрела, не двигаться!» — Движение прекратилось так же мягко, как и началось. Марк озадаченно прищурился, не понимая, почему его эфер не работает, но уже в следующую секунду его мордашка исказилась в испуге. — «Вулкан. Ко мне». — Василиса выкинула правую руку вперед, и вовремя: стрела ЗлатоКлючника мигом полетела к ней, обвиваясь вокруг запястья.       Да, на его браслете стоял защитный пароль, не позволяющий снять стрелу. Но такие обычно завязаны на числовом имени хозяина, знание которого сразу же открывает доступ к заветному инструменту. Василисе было совестно перед Марком из её настоящего, тот явно не думал, что вскользь сказанное имя сыграет злую шутку. Но ведь сейчас Марк был тем самым мерзавцем, любящий использовать все подлые способы против неё. Так что это автоматически развязывало руки.       В подвале воцарилась тишина. Норт, стоящий ближе всех, вдруг испуганно отшатнулся от нее подальше. Одночасники Марка зашушукались, стараясь выяснить, что произошло — им было плохо видно. Сам Ляхтич стоял ни живой, ни мертвый, а выражение его лица менялось с каждой секундой. — О… Отдай! — Злобный рев раздался на весь подвал. Он кинулся к ней, тут же хватая за шею и прижимая к стене позади, больно стукая головой об стену. Второй рукой он обхватил её запястье. Василиса закашляла, не ожидая такого резкого напора, но вместо испуга надела самодовольную улыбку и прищур. — Как ты?.. — Кх… Если ты меня сейчас же не отпустишь… Кха-ах… Получишь стрелу… В разделенном виде! — Прохрипела та и резко клацнула зубами перед его носом, словно норовя укусить. Ляхтич испуганно отстранился. — Ты не посмеешь. Не получится. Такая фейра как ты не сможет!.. — Такая фейра как я не смогла бы её даже призвать. — Марк ослабил руку, чтобы Василиса могла говорить. Она только этого и ждала. Резко схватив свободной кистью того за шевелюру, девушка дернула его на себя, яростно зашептав на ухо: — Здесь столько людей… Представляешь что будет, если поползет слух? Пять-минут-как-часовщица отобрала у ЗлатоКлючника запароленную стрелу. Просто песня!       Маркус отшатнулся, отпуская ее. Испуганно обернувшись, он гаркнул всем зевакам: — Выметайтесь! Живо! — Те решили не спорить, и через секунду в комнате остались лишь они. Куда делись, если здесь нет дверей — Василису не волновало. Даже Норт куда-то испарился. — Верни стрелу! — Тебя даже не волнует, как и почему я это сделала? — Она спародировала тон брата, наблюдая за смятением блондина. По одному виду Ляхтича можно было понять, как судорожно он размышляет. — Поверь, одно твоё лишнее движение, и стрелу ты получишь по частям. «Как она смогла? Там пароль! Она знает имя?! Невозможно, я никому не говорил, даже Мортиновой!» — Я верну её тебе. Целой. При одном… нет, нескольких условиях. — Василиса по-деловому поправила воротник рубашки, смятый из-за недавних действий парня. — Во-первых, тот парень, Лешка Рознев. Вернуть его домой целым, невредимым, живым и здоровым. Все слова понятны? — тот кивнул, хмурясь еще сильнее. Слушать непонятную девку не хотелось, но под угрозой была репутация и стрела. — Во-вторых… Поклянись, что после вращения Часового Круга выйдешь со мной на связь и поговоришь, когда я попрошу. Один, без свидетелей, и чтобы никто не знал о нашей беседе. И что всё, о чем мы с тобой будем когда-либо разговаривать, никогда не станет известно кому-то кроме нас. — Да кто ты!.. — Договорить он не успел — раздался звонкий шлепок. Парень ошарашенно дернулся, тут же хватаясь за щеку, что горела огнем. Когда он глянул на девочку, то был поражен еще больше: Василиса стояла с каменным лицом и королевской осанкой, словно произошедшее было не в первый раз.       Когда-то такие методы пугали её. Шантажи, допросы, угрозы и прочая демонстрация власти для неё были слишком жестоки. Василиса не могла так себя вести, чем очень сильно раздражала Черную Королеву. Именно бабушка учила её, как правильно выбивать спесь из непослушных или предателей. К счастью, в те 12 лет правления Огневой никогда не приходилось применять их лично, но, видимо, умение строить подобные предложения и держаться хладнокровно пригодятся ей во второй жизни. — Поклянись.       Марк стиснул зубы, всем своим существом излучая ненависть к этой маленькой рыжей фейре. Но у него не было другого выбора — стрела не слушалась его приказов, а они ещё не забрали ключ. Скоро придет Нортон-старший, и если он увидит эту картину… — Подавись, сумасшедшая. Я клянусь… — Нет. Своим Временем. — Она прищурилась, наблюдая за парнем. Тот был готов разорвать её на месте, но без стрелы мало что мог сделать, и он это понимал. Спустя минуту слова клятвы все-таки полились из его рта. — Хороший ключник. А теперь продолжим ваш небольшой спектакль? — Королева хищно улыбнулась. — И не забудь про свой имидж, подозрения ни к чему.

***

      Когда подвал вновь заполнился учениками, они уже стояли по разные стороны комнаты. Марк, кинув неистовый взгляд на одного из «мальчиков на побегушках», вдруг глухо произнес: — Верни того пацана домой. Живым и целым, — одночасники недовольно засопели, явно желая посмотреть или поучаствовать в планируемом шоу, но послушались. Двое из них вновь исчезли. Норт быстро подскочил к своему старшему, возмущенно пискнув: — Марк, ты че творишь?! Мы собирались использовать!.. — Я знаю, что мы собирались, не скули. Осталец нам больше не понадобится, — спорить больше никто не стал. Какое-то время брат неловко топтался, кидая нетерпеливые взгляды на Василису, и та, громко фыркнув, всё же сказала: — И для какой цели вы меня вытащили из теплой кровати? Уж не за этой ли штучкой охотитесь? — Василиса ловко достала из кармана Рубиновый Ключ, помахав перед лицами Марка и Норта как косточкой перед собаками. Увидев желанную вещь, парни сразу собрались, следя за Ключом как завороженные. Марк даже словно позабыл о том, что было до этого, вновь принимая роль избалованного золотого мальчика. — А ты всё так же догадлива, я погляжу… — Ляхтич медленно протянул слова, переводя взгляд на нее. Незаметно сглотнув, он продолжил: — Позволишь посмотреть? — Как пожелаешь, Ма-арк, — девочка протянула ключ на открытой ладони. Те сразу склонились над ним, разглядывая, а одночасники Марка, на миг ожив, восхищенно зашептались между собой. — А сейчас ты подаришь его Норту, — четко произнес Марк, вновь обретя уверенность в себе. — Просто произнеси клятву дарения: «Я, Василиса Огнева, отказываюсь от Рубинового Ключа навеки и передаю его моему брату, Норту Огневу согласно правилу родственных уз». Повтори. — И с чего мне это делать? — Твой отец желает, чтобы Рубиновым ключником стал Норт, потому как он более достоин его, — терпеливо, как маленькому ребенку, пояснил Марк, однако в его голосе послышался прикрытый испуг, словно тот боялся слишком дерзить ей. — Более достоин войти в Часовой Круг, как наследник Огневых и часовщик Высшего Круга…       Василиса закатила глаза. Не хотелось отдавать его так легко, но особого выбора у нее не было. Однако еще немного поупираться стоило. — Размечтали… Ох! — резкий удар в живот перекрыл ей дыхание. Девочка согнулась пополам, падая на колени. Когда первая боль прошла, она гневно вскинула голову. Впереди стоял злющий, как черт, Норт. Позади был напряженный Марк — явно не ожидал такого от Огнева. — Давно мечтал сделать это! Быстро отдавай ключ, фейра! — В голосе брата слышалось неприкрытое удовольствие. Она хрипло рассмеялась, пытаясь не обращать внимание на боль. — Ты все такой же больной поганец, любящий бить слабых девочек. Честью от тебя и не пахнет! — Сзади послышались перешептывания, а Норт покраснел. Он чуть не занес руку для нового удара, как был остановлен Золотым Ключником. — Не стоит. Ей итак немного осталось, не будем портить последние минуты жизни твоей сестрицы. — В его голове звучало злорадство и победа. Явно парень так быстро согласился на клятву из-за уверенности в том, что та умрет. Василиса гневно сощурилась, и на дрожащих ногах поднялась. — Раньше тебя я не умру, золотой ключик. — Огнева достала Рубиновый ключ, с сожалением сжав его в руке. Она была готова, но грусть и нежелание делать это всё равно заполнили сердце Огневой. — Подавитесь!       Василиса скороговоркой произнесла клятву; один раз она сбилась, но Марк тут же услужливо подсказал.       В глубине души девочка немного надеялась, что ничего не произойдет, но лишь она закончила говорить, Рубиновый Ключ неярко полыхнул алым цветом и мгновенно переместился в руки Норта. Как ни странно, Василиса почувствовала облегчение. Норт крепко сжал ценный Ключ в руке — лицо его уже расплывалось в глупой улыбке. — Вот видишь, — произнес, усмехаясь, Марк, — это совсем не страшно… Поздравляю, Норт!       И Василиса не выдержала. Она размахнулась и ударила Норта прямо по носу. Он охнул, падая на землю. Марк, дернувшись, лишь сжал зубы. — Вы подтверждаете, — обратился он к притихшим одночасникам, — что были свидетелями дарственной клятвы? — Да, подтверждаем, — произнес нестройный хор. — Тогда свободны. — Марк вяло махнул рукой, и все они исчезли.       Норт в это время быстро поднялся, закрывая ударенный нос рукой. Если бы взглядом можно было убить — вместо нее уже была бы горстка костей. Но, к его несчастью, это невозможно. — Ну и разговоров будет в школе! — Сказал Ляхтич, помогая тому привести себя в порядок. — Норт, ты точно станешь звездой, особенно после Часового Круга.       На том месте, где только что стояли одночасники Марка, завихрился серебристый вихрь, и у Василисы опасливо сжалось сердце от ужасного предчувствия. Из темноты на свет молча шагнула темно-фиолетовая тень. — Господин Огнев, разрешите доложить, — четким, поставленным голосом начал Марк. — Ваша дочь доставлена, Рубиновый Ключ у Норта. — Прекрасно, — отец шагнул к ней, одаривая равнодушным взглядом. Если он и удивился ее относительно приличному виду, то ничего не показал. Перебросившись парой фраз с сыном, они испарились. В комнате остался лишь Ляхтич, чем она и воспользовалась. — Не забывай о клятве, Марк. Иначе Время тебя покарает лично, — она улыбнулась, прощально помахав рукой. Спустя мгновение в подвале девочка была одна.       Василиса, подойдя к стене, устало сползла по ней спиной. Лешка в безопасности, ключ у Норта, Марк в ловушке. Осталось лишь дождаться Черную Королеву…