365 дней с Драко Малфоем

      Лишь ничего не смыслящие глупцы думают что после победы Избранного над тёмными силами магическая Британия вновь обрела былой мир. Поспешу вас разочаровать, с каждым днём магический мир потопал в грязи политики, беззакония, протестов, митингов в защиту чистокровных и пропаганду идей Волдеморта. А что «сливки общества»? Зачастую они и были причиной этих злоключений. Какому аристократу понравилось бы когда его род обесценивают а жалких нищих кормят с ложечки всем наилучшим.       Если копнуть поглубже, в самый центр нарастающей тьмы, то истина сама явит свой завораживающе манящий образ. Правда была будто изысканная, капризная дама, она открывалась только уже давно сопутствующему кавалеру способному исполнить любой её каприз ради её загадок. Что же служило истинной в эти суетливые, неспокойные для всех, времена? Ответ не знал никто, даже действующие зло до конца не понимало что творит. Зло могло обойтись и без этих ненужных замашек, но на то оно и зло что действует по своим эгоистичным принципам. Но волшебники так устроены что вовсем ищут нераскрытые тайны, подживляя свою больную фантазию и ненасытную жажду к «героическим свершениям». Кстати о героях, Золотое Трио спасителей, по словам большинства «И без того пережили слишком многое как для их юного возраста. Не стоит тревожить детей проблемами взрослых, старшие сделают все ради того чтобы усилия Гарри Поттера не были напрасными!» Смысл в этих словах был, мизерный но был. Если бы Гарри Поттер осознал ситуацию то проблем только прибавилось бы. Никто ещё не забыл как в прошлом году троица сорванцов ограбила Гринготтс, или всё те приключения в Хогвартсе, и за его границами, связанные с Поттером и его дружками.       Эти дела будто коварные, серые, надоедливые тучи сгущались над миром волшебников но большинство всяко отрицали все что не вписывалось в их идеальное окружение, прикрываясь милыми зонтиками, закрывая на все глаза и окутывая себя пеленой непонимания.       Пока мир постепенно рушился, будто маленький ребенок разбирал его по частичкам пазла, на обрыве оказалась очередная жертва, но уже целиком и полностью оправдана в своих злодеяниях.       Давний Слизеринский род Малфоев был настолько унижен, опозорен что от их давней репутации осталась, разве что, благосклонность соседов по камере в Азкабане.       Да-да, двух главных Малфоев, Нарциссу и Люциуса Малфоя приговорили к досрочному пребыванию в Азкабане за ту уродливую татуировку на внутреннем запястье левой руки которая так мерзко извивалась змеёй вылезая из рта округлого черепа, за Чёрную метку.       Что же насчёт их сына, Драко? Беднягу смог спасти Национальный Герой — всевышний Гарри Поттер, он так мило обеспокоенно прибежал на суды Малфоя-младшего и что же, вы не поверите! Как истинный герой, подавая пример будущему поколению, спас своего врага — Драко Малфоя, оттого поклоники поливали его ласковыми слевцами, компелементами и похвалой, кто-то даже попытался кинуть ему своё нижнее белье в знак признательности.       Но Герой должен нести в своих поступках мораль, должен проучить бывшего злодея, пусть понесёт наказания за свои отвратные поступки! Изобретательность никогда не подводила Поттера, и прямо на судах, в лицо всему министерству магии, а там и всему магической свету, он воскликнул свою гениальнейшую идею: «В своё оправдание Драко Малфой докажет что отрёкся от идей Волдеморта покинув «Культ крови»! Но для этого ему нужно будет полностью изменить своё мировоззрение, это не так просто и быстро, поэтому в этом ему может помочь, например… Сожительница сквибка или магглорожденная?» Ступор. Никто не ожидал что у Избранного настолько бушующая подростковая фантазия, старшие из слушателей судорожно прикрывали рты от смеха но некоторые, давно ждущие возможности посмеяться над Поттером, взрывались издевательским хохотом.        Разумеется что не вмешаться Драко Малфой не мог, промолчать и воспринимать слова Героя как должное было не в его стиле. «Какого Мерлина?! Я уже давно торочу что покинул этот дрянный культ! Почему вы мне не верите?!» На последних словах Малфой-младший понизил голос до отчаянно умоляющего тембера. Стул подсудимого на котором неудобно уселся Драко, завибрировал и тотчас же из его каменных подлокотников вырвались металлические, крепкие наручники. Одной стороной прижаты к стулу а другой сковали бледные руки Драко. Спонтанное движение, до этого ничем не примечательного стульчика, заставило Малфоя-младшего пискнуть. Но не так невинно придушено, как зачастую пищат молодые леди, Драко пискнул будто хорёк которого вот-вот до смерти задушит хищный зверь, болесно и визгливо. Неожиданный звук вернул в реальность слушателей что ещё не отошли от юмористической программы Поттера. Всё посмотрели на судимого так будто впервые увидели его здесь, на фоне Поттера он был лишь бельмом на глазу которое так и хочется стереть, искоренить и наконец то забыть о его существовании.       Судья, сидящий на своем возвышенном торце судебных лав, обречённо дыхнул. Взрослые люди, но все же эта работа выводит любую радость в жизни, а тут появляется Национальный Герой и устраивает такое шоу! Кто же захочет отрываться от такого зрелища и заниматься надоедливыми ничтожествами? Уж точно не работники магического суда, им по горло хватает этой дряни.       Он с неохотой поднял небольшой церемониальный молоточек и сделал три грациозных ударов по деревянной подставке. Звуки от лёгких ударов эхом раздалось по зале и преобразились в оглушительный стук, все помстувующие повскакивали и вытрещелись в источник гула. Стуки молотка никого не заставили умолкнуть, о нет, реакция была совершенно другой. Приготовившись к предсказуемому негативному выговору слушатели в зале начали шушукаться, строить укоризненные глазки и выставлять напоказ своё презрение.       А теперь вернёмся к нашей «жертве на обрыве». Драко Малфой судорожно дёргался на стуле, ёрзая руками в жалких попытках вырваться из сковавшей его стали. Как до этого могло дойти?.. Чтобы его благородные родители, а вскоре и он сам, оказались жалкими заключёнными, по приказу этой грязи?.. А этот Поттер… Живёт радужной жизнью без забот пока весь мир, буквально, гниёт у него на глазах?! Драко всхлипнул, и не для того чтобы вызвать жалость, это были искренние чувства, как у младенца что встретился глазами со страшной псиной и начал визжать, кричать и махать пухлыми ручками и ножками, таким образом вызывая маму на помощь. Вот только на помощь ребенку обязательно кто-то придёт, отгонит злостную собаку, обнимет, укутает в мягкий плед и успокаивающее прошептает на ушко: «Все хорошо…». Но ни у кого и в мыслях не было спасать Драко, Поттер и его безумная мания геройствовать не в счёт. Он не мог думать, в голове гул и жужжание надоедливых слов «Это конец…». Тонкие аристократичные, идеально ровные, губы Драко задрожали. В желании скрыть несчастный скул, юноша со всех сил стиснул губы и до боли сцепил зубы. Даже под напором всей силы Малфоя, тело его все ещё бросало в дикую дрожь. Перлисто-белые пряди юношеских волос спадали вниз, слабой тенью прикрывая, искривленное от отчаяния, лицо.       Много кому убивабщеися поведение Малфоя казалось мерзким, отвратительным, жалким и ничтожным. Будто умирающий зверёк безрезультатно вырывался, брыкался из когтистых лап смерти, даренной ему самой судьбой за его алчные грешки.       Поттер сглатывал после каждого, долетающего до его ух, скула своего врага. Его святое намерение спасти Драко загоралось с каждым всхлипом все с новой силой.       Если придать Поттеру лицемерный, злорадный нрав то эти двое будут выглядеть как палач и жертва на публичной казни. Но тут условный «палач» со щенячьми глазками повернулся к судье, который в свою очередь с удовольствием наблюдал картину казни. Зацепив выжидающий взгляд Поттера, председатель позволил себе приподнять краешек уст, украшая ухмылкой свой морщавый лик. Если присмотреться к этому, слегка наглеющему, старику то сравнить его можно было бы со старым, потрёпанным бульдогом. Унылые висячие глаза прикрытые толстыми шарами свисающей кожи и обвисшие щёки. «По показаниям мистера Поттера, Драко Люциус Малфой был принудительно завербован в Пожиратели Смерти шантажом и провокациями со стороны Волдеморта». Имя Тёмного Мага судья произнёс тихо, подавлено и с явной осторожностью. Мало кто успел до конца осознать что Волдеморт окончательно исчез, слова «Тот-Кого-Нельзя-Называть» глубоко засели в подсознании каждого трусливого мага и никак не отпускали убеждая что этот монстр всё ещё жив, просто поджидает удобного момента, наблюдает из-подтишка…       Драко не реагировал, его уши налились кровью, пульс бешено бил по барабанным перепонкам, эхо этих ударов перевоплощалось в невыносимый гул, а голову Драко заполнили ужасающие очертания Азкабана которые ему так детально описывал отец. «Я считаю правильным прислушаться к юному Поттеру и назначить Драко Люциусу Малфою воспитательный срок в виде его совместного проживания вместе со… Сквибкой!» Бульдогоподобный судья заговорчески подмигнул ошеломленному Гарри Поттеру. Невыносимые звуки, перекрикивающие друг друга, наполнили судебную залу, неподобающей ей шумом. Слушатели разделись на два подзагона: первый просто посмеялся над этим, похлопал и посвистел в поддержку, второй недовольно выкрикивал немилые слова, скривился и даже позволил себе плюнуть под ноги прямо в идеально отполированный фарфоровый пол. Малфой-младший резко, скинув из себя давящие чувства, выпроставшись и откинув молочную чёлку, оклемался. Я спасён?.. Я не поеду в Азкабан?.. Драко воспринял лишь самую радостную и хорошую часть выговора, вторая же часть, о его новом сожительстве со сквибом, затерялась в одурманеном облегчением разумом. Тёплое чувство будто волна нахлынула на Драко и постепенно омывало все его тело от чего он конвульсивно то улыбался то выгибал губы в скпетическую ухмылку.       Поттер пару минут простоял в прострации открыв рот в забавную форму «О». Осознание нахлинуло на него также спонтанно как и на Малфоя, после его реакция была куда бодрей чем у бывшего подсудимого. Он подпрыгнул на месте и пробубнил себе под нос победные слова с самодовольным триумфом.

***

Выходя из залы раздраженные слушатели совершенно случайно толкали Малфоя, надеясь что так они смогут удовлетворить свое негодование. Поттер пробирался к Драко сквозь толпу министерских рабочих, в желании выговорить своему врагу все что накипело. Благо, его унесло волной возбуждённых фанатов куда-то в центр общего внимания и Малфой-младший, воспользовавшись возможностью, прокрадался к выходу по теням и нелюдимым проходам. — Я привезу её сегодня вечером в ваш Малфой-мэнор, — прошептал судья на ухо Драко, притворяясь что просто проталкивается сквозь толпу. Стоп… Кого? Шестерёнки парня закрутились в разуме, копаясь в воспоминаниях дабы найти ответ. Вместе с осмыслением пришёл и глубокий вдох от накатившегося удивления. Наконец-то эта потерянная часть вернулась в головушку Драко и дала ему понять какой ценой он избежал плохого исхода. Задумываясь, Драко обсасывал все возможные варианты того как отвертеться от обязанностей. Его отец обладал умением выходить сухим из воды, может тогда и у сына получится освоить это мастерство. Перебывание в рядах Пожирателей Смерти взаправду изменило Драко, его жизнь, взгляд на вещи и на «грязных» магов вцелом. Но жить с представителем вида который ты, до недавнего времени, всей душой проклинал и ненавидел задача не из простых… Прокручивая шестерни и надумывая самые хитроумные планы Драко зацепил одну деталь, маленькую, непримечательную и, кажется, самую обыкновенную… «Её»… Девушка, женщина, противоположный пол в добавку ещё и сквибка, может лучше сразу в Азкабан?.. Драко оперся локтем в золотистую, в стиле магического барокко, стену министерства и схватился ладонью о лоб, другой рукой сжал кулак в готовности врезать первому, невнимательному, встречному. Он не смешался оттого что его соседка женщина, но, вы уж поверьте на слово, мужчине легче избавиться от мужчины чем от женщины…

***

      Драко ждал в гостиной Малфой-мэнора. Раньше здесь проходили собрания Пожирателей Смерти и один лишь вид длинного стола на когтистых ножках заставлял Драко покрытся мурашками.       Что-то громко треснуло, после чего ускоренные шаги четырех ног бились об холодный, железный пол, но Малфой-младший уже ничего не слышал. От усталости его тело превратилось в вату а сознание ушло далеко за Малфой-мэнор…       Но Драко вернуло с полусна звуком скрипящих дверей. Судья явился в гостиной своего подсудимого ведя за собой худощавую, ветхую девушку. — Надеюсь, я не помешал? — Притворно обеспокоенно спросил седой старина. — Это, — он жестом похлопал по плечу девушки, под весом широкой ладони гостья прогнулась. — Одри Харпер. Ваша новая соседка, как вы уже могли догадаться она моя дочь. Мужичок провел широкой дланью по плечу дочери, лицо ее стало ещё более бледным и, казалось, даже зелёным от отвращения. Прежде чем Драко успел задать, терзающие его любопытство, вопросы судья подошёл к нему и состроил жалостливый вид. — Вы, наверное, в замешательстве. Как я мог отдать свою собственную дочь подсудимому? — Судья понимающе хмыкнул и опустил лицо прикрывая, горящий раздражением, взгляд. Все это он делал мастерски театрально. — Но я всегда доверял Малфоям, и считаю что моя дорогая дочь сможет многому у вас научится. Я заберу её после окончания наказания, это будет ровно через год. Хорошего вечера!       Судья пожал плечами и развёл руки, похлопав по плечу Драко он, даже не поворачиваясь к родной дочери, апарировался, оставив по себе лишь запах насыщенного одеколона. Малфой-младший свалился в кресло, его раздражение было настолько сильным что его, казалось бы, можно потрогать на ощупь. Драко поставил заостренный локоть на колено а ладошкой поддерживал сморщенный, от гнева, лоб. Сквозь упавшие на глаза пряди он рассматривал неподвижную соседку. Её лицо было будто у тех жутких неморгающих детских кукол, безэмоциональным, нечитаемым и всегда пугающе настороженным. Кроме жуткого выражения лица её не отличало ничто, по крайней мере такой мысли тогда был Драко Малфой. Внешность девушки такая какую можно встретить на любой проходной улочке, густые русые не длинные кудри маленький нос, тонкие пастельные губы и впадистые щёки. Ни макияжа, ни аксессуаров или других женских примочек, однако эти прихоти ей бы всё равно не помогли. Драко обводил её лицо глазами и не заметить такой пристальности девушка не могла. Она посмотрела в ответ и её аккуратные губы открылись в попытке заговорить. — Уходи, твоя комната третья справа на третьем этаже. — Драко встал и схватил дорожний плащ со старого кресла. Навспешь накинув на размашистые плечи тёмное одеяние он впритул подошёл к соседке. — Вопросы? — Малфой буквально плюнул словами, брезгливо выпаливая каждую букву и задавая, как можно более, ехидную интонацию.       Одри не отвечала, также неподвижно стоя на одном месте. Но тут, на автомате, уклонилась и резко вернулась в первоначальную позу, отдернув непослушные волосы с застигшего лица.       Драко, сколько себя помнит, всегда стремился показать «грязи» своё место. Но когда «грязь» подчинялась по своему желанию, по своей воле на Малфоя это навевало лишь скуку, заурядность и мерзость. Драко отошёл, намеренно задев своим плечом плече девушки он двинулся вперёд к высоким деревянным дверям. Напоследок развернувшись он успел разобрать неясную ухмылку на лице Одри, она светилась превосходством и стала похожа на одну из маггловских картин напыщенных придворных дам. С таким же наглым, требовательным выражением лица какое запечатлел художник оставив их на века неподвижными полотнами. Малфой аппарировал в неизвестность, но пока он летел мимолётным тоннелем лицо Одри светилось в его разуме. Ну точно, Мона Лиза! Увидишь раз, но она тебя не отпускает и будто вечно смотрит, дышит в спину, давит на тебя своим невидимым жаром…

***

      Новая комната Одри была пыльной спальней освещённой парой парящих магических свечей. Пыль окутала не только пол но и кровать, если это вообще можно было назвать кроватью. Деревянная основа скрипела от самого лёгкого прикосновения, а сам матрац был заметно побит и покрыт пухом из разорванной подушки. Картину дополняли атласные шторы засыпанные паутиной будто в кружеве. Толстая ткань развивалась от ветра из приоткрытого окна создавая в комнате полнейший неуют.       «Клас…» Одри громко отругалась, наслаждаясь тем как её ругательство эхом раздалось по пустой комнатушке. Девушка резко развернулась и упала лицом в запорошенную постель, прямо в изуродованную подушку, от чего пылинки мгновенно разнеслись по сторонам.

***

Дни в Малфой-мэноре оказались серой, безвкусной рутиной. Новый сосед Одри вечно гулял где-то за пределами дворца чистокровных. Разгуливал с бывшими сокурсниками, выпивал в тавернах, и в кои-то веки забыл о своём доме и её новой обитательнице. Для Драко это было процедурой отдыха, после стольких тяжёлых лет он может отпустить все заботы и наслаждаться жизнью. Выбросить ненужные заботы аристократии отмахиваясь тем что итак уже натерпелся. И все равно что говорили другие о том что это вовсе не правильно, ему нравилось а это главное. Пьяницей Драко не был, не совсем, он скорее был завсегдатаем весёлых посиделок, его больше интересовало времяпровождение за границами заурядного мэнора чем алкоголь. В своих погонях за ощущениями он запустил себя до той самой «точки невозврата», наслаждаясь свободой.       Одри же днями исследовала выцветшие стены и тухлые комнаты. Еды было хоть отбавляй так что девушку вполне устраивало такое положение вещей.       Но всегда есть то чего не хватает, ни что в этой жизни не может обойтись без минусов. Одри жутко требовала общения. Быть одной в замкнутом доме чей хозяин отрицал само существование сквибки давало свои плоды. Чувства порождают действия, действия порождают перемены, а перемены это именно то что нужно для разбавления рутинных деньков.       Одри отважилась на довольно сумасбродный поступок. Девушка решила заговорить с хозяином, уже заброшенного, мэнора. Он привлек её внимание ещё с их первой холодной встречи в гостиной. Драко был ей вовсе не ровесником но до этого она не встречала никого младше тридцати поэтому была приятно удивлена обнаружив юношу в своём новом доме.       Это были тихие выходные. Ночь постепенно отступала от небосклона и взору показался ясный рассвет. День ещё не успел начаться а прилежный студент Драко Малфой уже принялся за рутинную зубрёжку и гнул спину перед письменным столом, выписывая заумные термины из книги дабы поскорей бросить это дело и наверстать упущенное за кружкой в очередном пабе.       Одри зашла в просторные, полностью противоположные её комнате, апартаменты. Она принесла собственноручно заваренный чай, таким образом, прикрывая свои истинные намерения. Девушка подошла к столу и громко поставила кружку на письменный стол, привлекая внимание Драко. — То вы учитесь в универе? — девушка разглядывала макушку Драко на которой были аккуратно уложенны и приглажены пряди белых волосс. — Да, — с неохотой ответил тот, он был полностью сосредоточен на выписывании магических терминов из учебника строя из себя саму безупречность в учёбе. — На… — На изучении магических культур. Одри хмыкнула и по её впадистой щеке прошлась ухмылка. Та самая, которая заворожила своей тайной Драко в их первую встречу. Любопытство взяло вверх над Малфоем и он медленно, неуверенно повернул голову к стоящей рядом девушке. Она его не разочаровала. Перед Драко стояло живое полотно. Будто она вышла из картины с золотистой рамой и узорами что так завораживали знатоков искусства. Драко представил себе как из портрета прекрасной девы в Хогвартсе, выходит она оставляя за собой пустой фон красочного леса, опустевший без её присутствия. Как кончики её босых ног касаются реального мира за пределами угрюмой картины. И она, будто самая редкостная антикварная кукла, аккуратно ступает по тропинке в пустоту…       Теперь Драко понял что та её ассоциация с куклой, что он так точно тогда увидел, была наилучшим описанием для Одри. Теперь она явилась для него в совсем другом свете, проходная сквибка что её можно встретить на каждом переулке лишь прикрытие, ложная оболочка что кроет истинную сущность девушки. А может он попросту перепил? Пэнси он тоже как-то сравнивал с куколкой, но от рассматривания её ухмылки он не наслаждался так как это было сейчас… — А сколько вам лет? — этот вопрос застал Драко врасплох, он настолько упал в подбор сравнений этой девицы со всем прекрасным что совсем забыл что она сейчас стоит перед ним. — Девятнадцать, — Драко говорил сквозь опустошенные губы, объятия умироваторяющих фантазий и грёз не собирались отпускать его. — Хах, а выглядите на пятнадцать, — Одри не спускала изысканную улыбку, её мышцы напряглись ради сохранения лица что так притягивало Драко. Парень встал и впритык подошёл к собеседнице, она еле дотягивалась к его подбородку. Так что Малфою приходилось смотреть сверху вниз что делало его лик ещё более нравственным.       Что могло так привлечь его? Нет, он и сейчас увлечён ею, но почему? Магия, зелье, что это за настойка? Драко очерчивал каждый изъян Одри до которого могли дотянуться его глаза. Сквибка в свою очередь по-детски лыбилась, сдерживая дикие порывы желаний. Ей хотелось закидать Драко вопросами, заворожить, завлечь, заинтересовать… Он не то чтобы привлёк девушку, скорее ей хотелось обвести омутом своей власти его хрупкую шею, увидеть как он не может оторвать от неё глаз, как его взгляд наполняется восхищением. Такую возможность было бы грешно отпускать. — Не хочешь спросить сколько мне лет? — Одри взяла все под свой девичий контроль. Повертев вариантами развития беседы она решила поддаться моменту и действовать по велению женских инстинктов. — Ну и сколько же? — Не прекращая скользить по волосам и лбу Одри, спросил Малфой. Малфой-младший говорил как-то вяло, без бывшей задорности, лихого тона и уничтожающего, цепкого взгляда. Драко был будто в прострации, не знал где он, с кем говорит, что делает, это было будто лёгкое опьянение хоть сам Малфой не пил уже… Пару часов. Взрослая жизнь ввела юношу в заблуждение, будто каждый встречный имеет на него свои ножи. Так что Драко взял себе за правило искать во всем подвох, даже в кукольной внешности его соседки. — Семнадцать, — быстро протаранила Мэри. Малфой кивнул и хмыкнул, остановив разглядывание собеседницы на её мутных серых глазах. Зажмурившись он заговорил так, как никогда до этого, не так как главный задира Драко Малфой из прошлого, а как взрослый (так ему тогда казалось). — Как там сквибам живётся? — Драко считал этот вопрос снисходительностью, будто он интересовался как у неё здоровье. Одри это слегка выбило из колеи, но вскоре она вернула своё неподражаемое хладнокровие. Вспомнил таки… Оскал девушки только усилился от осознания того какого жару она сейчас сможет задать. — Уж точно лучше чем сейчас чистокровным, — бровь Одри выгнулась ровной тоненькой дугой. Такой наглый вырок стёр все границы в их разговоре. Драко все ещё разбирал темные краски глаз Одри и ему это безумно нравилось но непоправимость характера и воспитания победила и заставила Драко ответить как подобает аристократу: — Не выставляй на общее обозрение свою зависть. — Драко покосился и откатил губы, показывая до блеска чистые зубы. Одри не пошевельнулась, разумеется она предугадала ответ Драко. Но эта девушка была мастером слова, одной фразой она может оттолкнуть от себя весь мир, а другой, наоборот, завоевать внимание любого. — Спорим что я заставлю вас поменять своё мнение обо мне, и таких как я. — Как, однако, хитро! Подобные типы без ума от споров, пари и азарта а Одри это только на руку. Идеальным планом девушки было придерживаться ближе к своей жертве и в нужный момент наброситься, разорвав в клочья. Сдерживая всплески накатившего возбуждения она протянула свою хрупкую девичью руку к Драко. Тот скривился ещё больше и по виду уже был готов плюнуть в протянутую ладонь. Что было бы нереально ведь даже самый гнусный тип не смог бы опорочить эту розовую кожу. — Зачем тебе это? — Драко не прекращал противится, но где-то внутри его душу грело горящее ощущение азарта. — Ну же, на кону наша гордость. — Раскрывать карты слишком рано… Драко, недолго думая, ответил: — Боюсь, я буду разочарован. — Малфой-младший лениво пожал руку Мэри. Немного азарта ему уж точно не помешает, к тому же в этой игре он ничего не потеряет, настоящий джекпот для бывшего слизаренца. Холодная и костлявая ладонь встретилась с мягкой и теплой дланью Одри. Блестящее серебристое кольцо, с прочным изумрудом по центру, больно уперлось в пальцы девушке. Одри пригляделась к бледной ладоши Драко, сквозь прозрачную кожу просвечивались вены а костистые конечности, крепко обхватившие руку сквибки, были неестественно длинными. — Договорились, — заговорщически прошептала Одри, сильнее прижимаясь пальцами к руке Драко. — Тогда можно я буду время от времени приходить в вашу комнату? — Одри щенячьми глазками глыпнула на Драко. Она говорила одновременно по-детскому но с отчётливым лукавством. — Да пожалуйста, — Малфой младший резко отпустил ладонь девушки и безразлично махнул рукой, сбрасывая незаметные капельки пота. Все ещё улыбаясь Одри развернулась от того лохматые кудри закружили следом за ее действиями. Девушка задержалась, в ожидании последних слов от Малфоя. — Можешь идти, — Драко развалился на стуле перед письменным столом, откинув голову на высокую спинку. — Или тебе особое приглашение нужно? Рот Малфоя на слушался своего хозяина. Парень бы с удовольствием понаблюдал бы ещё за переливанием света на русых кучерях, за отблеском своих пальцев в глазах девушки, за её задумчивой натурой… Но гордость — стена которую не сломить даже самой безупречной леди, настолько неподатливым себя считал Драко Малфой.