Граница сизых сумерек

— Поздравляю! — я даже не стала притворяться, что расстроена. — Спасибо, — Марк слабо улыбнулся и приобнял меня, утыкаясь носом мне в шею. Мы стояли в коридоре пятого корпуса и ждали начала первой пары. Препод опаздывал. — С чем это ты его поздравляешь? — поинтересовалась Саша, которая стояла рядом с нами, посылая негативные лучи Дэну, который тоже был тут. — Его отчим умер, — объяснила я. — Должно быть, он был той ещё скотиной, — предположил Дэн. — Ты никогда ему не рассказывал? Скрытность Марка не переставляла меня удивлять, он только покачал головой: — Как-то не заходил разговор. Я вдохнула побольше воздуха и на выдохе произнесла: — Он был той ещё скотиной. И я даже не буду извиняться, — повернулась я к Марку, на что он ответил, что это и не требуется. — На правду не обижаются. — У тебя же и мама умерла? — спросила Саша. Все замолчали. — Да, в прошлом году, — отозвался наконец Марк. — У меня теперь остались только бабушка, дедушка и младший брат. — Бедные мальчики, — Саша сказала это полушёпотом, но я услышала. — Твоего брата теперь отдадут в детдом? — влез Дэн. — Нет, опекунство перешло бабушке с дедушкой, — ответил Марк. — Как только я начну нормально зарабатывать, займусь оформлением его на себя. — Тебе придётся сначала жениться на мне, — наполовину игриво сказала я. — Отцам-одиночкам не дают опекунство. — Значит поженимся, — сказал Марк, целуя меня в макушку. — Будем жить в квартире твоего отчима? — И воспитывать моего брата, по совместительству твоего приёмного сына. — Странная семейка получается, — улыбнулась я. — Мы живём в странном мире. Пятнадцать минут с начала пары уже прошли, а преподаватель так и не объявился. Группа стала потихоньку разбредаться кто куда. Те, кто жили в общежитии при институте, пошли в свои комнаты. Остальные разбежались по буфетам. Мы вчетвером остались стоять в коридоре. — Квартиру отчима, кстати, продали, — сказал Марк. — Как продали? В ней же твой брат прописан, — я точно знала об этом, потому что как-то раз мы с Марком ходили получать в паспортный стол какие-то справки для садика Тёмы. — Я тоже об этом думал. Специально залез в интернет почитать об этом — по закону нельзя продать квартиру, если в ней прописан ребёнок, даже если ребёнок не собственник. Видимо, отчим выписал Тёму из своей квартиры и прописал в квартире бабушки и дедушки. — Без их ведома? Марк пожал плечами: — Они были удивлены точно так же, как и я. — Так что, бухаем на похоронах? — бодро спросил Дэн. — На свои заработай, — осадила его Саша. — Похоронами занимается мать отчима. Наша семья в это лезть не стала. — Ну так хоть между собой отметим, а? — не унимался Дэн. — Не каждый день такое случается. — Не верю, что говорю это, — призналась Саша, — но я согласна с Дэном. Я выжидающе посмотрела на Марка. — Ладно, бутылка вина, — сдался он. — У кого-нибудь есть, чем открыть? Я достала свой швейцарский нож и оттопырила в нём штопор. — Твоя готовность употребить в любое время пугает, моя любимая будущая жена, — с улыбкой сказал Марк и поцеловал меня в нос. Ближайший магазин «Красное и белое» был в паре кварталов от института. Мы забрали вещи в гардеробе, оделись и вышли на улицу. Мартовское солнце светило ярко, на небе не было ни облачка, но температура всё ещё держалась на минусовой отметке. Снег не шёл несколько дней, отчего сугробы были тёмно-серыми. Мы шли парами вдоль шумной улицы Крауля — я с Сашей, Марк с Дэном. В алкомаркете мы купили самое дешёвое вино — «Шушук» — адыгейское красное полусладкое за 189 рублей. Дэн сказал, что одной бутылки нам не хватит и проспонсировал вторую. Пить на улице было холодно, так что мы вернулись в институт на свой страх и риск. Вряд ли бы нас стали исключать за распитие алкоголя в стенах учебного заведения, но по головке бы точно не погладили. Мы не стали сдавать куртки в гардероб, прошли по витиеватым лабиринтам коридоров Института связи и поднялись на последний этаж первого корпуса, туда, где был только закрытый выход на чердак. Расстелив куртки на полу, мы сели в круг, я открыла обе бутылки вина и мы поделили их на пары. — За освобождение от родительского гнёта, — предложила Саша тост. — За мою маму, — тихо сказал Марк, и мы соприкоснулись горлышками бутылок. Первый глоток был приятно терпким. Вино, конечно, дико отдавало спиртом, но за 189 рублей это было весьма неплохо. Я протянула бутылку Марку. Какое-то время мы пили молча, прислушиваясь к шагам на лестнице и передавая бутылки по кругу. Потом вино ударило в голову, и мы осмелели. Саша предложила включить музыку на телефоне, но мы не смогли договориться о том, что слушать, поэтому отложили эту идею. От вина в животе стало тепло. Я вспомнила, что ничего сегодня не ела и подумала о том, что пить на голодный желудок — не лучшая мысль. — У кого-нибудь есть что-нибудь поесть? — Семечки, — предложил Дэн. — Давай, — я протянула руку, и он отсыпал мне семечек. — Будете? — спросил он у Марка и Саши. Марк отказался, Саша взяла немного и стала грызть, складывая шелуху в карман толстовки. — Пойдём на следующую пару? — спросила она. — А что там? — я забыла сегодняшнее расписание. — Сонина, — напомнил мне Дэн. — Лаба за компами. — Можно и сходить, — высказался Марк, — она всё равно только даёт задание и уходит к себе. — Тогда нужно выдвигаться, ещё до пятого переться. — Ты в порядке? — спросил меня Марк, когда я стала подниматься на ноги. — Да, я сейчас семечками отъемся, и всё норм будет. — Ну нет, — сказал на это Марк, — давай зайдём в буфет, и ты чего-нибудь нормального съешь. Ты ведь опять не завтракала? Я кивнула, не в силах сопротивляться такой заботе. Мы дошли до буфета возле общежития, и я взяла себе салат с яйцом. Пока я ела, уже наступила перемена, и в буфете появилось больше студентов. Не знаю, на самом ли деле или мне так только показалось, но все странно косились на нас. Должно быть, от нас несло алкоголем. — А у вас бахилы есть? — спросил Марк. Для занятий в компьютерных классах пятого корпуса нужны были бахилы. — Блин, нет, — ответила Саша. — Давайте мы сходим, — предложил мой парень, подразумевая меня и его. — Ну ок. Саша и Дэн отдали нам по пять рублей. Я доела салат и мы пошли в ближайшую аптеку в соседнем доме. — Так ты правда выйдешь за меня? — спросил Марк, пока мы перебегали дорогу на красный свет. — Да, — улыбаясь во весь рот ответила я.