OUTRUN

Дорогой коньяк завораживающе поблескивал в низком стакане, перекликаясь с приглушенным светом. Плавным движением рука коснулась стеклянной поверхности и сжала края костлявыми пальцами, поднося к пухлым бледным губам. После пары небольших глотков, бокал был возвращен на прежнее место, а вторая изящно-тонкая конечность погрузилась в мягкие темные волосы. Расстегнутая на 2 верхние пуговицы шелковая рубашка, элегантно подчеркивающая прелести стройного телосложения, была заправлена в делового покроя штаны. Человек расслабленно сидел на кожаном диване, положив ногу на ногу. Идиллию и состояние абсолютного покоя нарушили звуки неумолимо приближающихся, еле слышных шагов. - Отдыхаешь, значит, - низкий голос гремел совсем рядом, в паре метров, и чертовски раздражал. - Я уже неделю не сплю из-за твоих бессмысленных поручений. Раздался звук падающей на поверхность стола объемной папки. “Любопытно” - подумал человек и открыл глаза. - Как ребенок малый. За тобой глаз да глаз нужен, сам ничего не можешь. Давно ел? - продолжал надоедать второй. - Перестань, Намджун, ты мне не отец. Угомонись. Высокий мускулистый мужчина с серыми волосами недовольно фыркнул и опустился на диван. - Здесь все, что нашлось за 2 года, - Намджун кивнул в сторону папки с бумагами. - Ты знаешь, что эту глупую игру я не поддерживаю, но, как и всегда, сделаю для тебя все, что попросишь. - Знаю, - человек сосредоточенно листал материалы, моргая раз минуту. - Послушай…, - сероволосый вздохнул, - может, пора прекратить? Сколько можно гоняться за ними? До чего ты хочешь себя довести? Мужчина отложил папку и посмотрел на Намджуна. Большие черные глаза заинтересованно уставились в нервно дрожащие зрачки. Что поражало, так это полное отсутствие в них бликов, подтверждающих “жизненность”. - Ты осмелел, волчонок, не слишком ли много я тебе позволяю? - низкий мягкий голос обволакивал и забирал все внимание без остатка. Намджун на мгновение смутился. - Расслабься, - усмехнулся говорящий, потянувшись за остатками коньяка. - Ты лучше всех знаешь, что я не могу остановиться. И не хочу. Моя партия должна быть доиграна. - Как скажешь. Намджун медленно стал снимать сковывающий плечи пиджак, обнажая накаченные руки с татуировкой, изображающей маленькую камелию. Человек перевел взгляд на рисунок и слегка улыбнулся уголками рта. - Останешься на ночь? - все тот же завораживающий голос обратился к собеседнику. - Если ты хочешь, - ответил Намджун и положил обе ноги на столик. *** Чонгук чувствовал себя плохо. Серьезный недосып смешался с чертовыми нервами, которые, по правде говоря, не были в порядке уже как 9 лет, но произошедшее с Юнги и приближение декабря страшно давили на и без того расшатанную вдрызг психику парня. Утренний звонок от Хосока хоть как-то позволил Чонгуку собраться с мыслями и, отменив поход в магазин с Тэ, сосредоточиться на приоритетном деле. Опустошая картонный стаканчик кофе, он поднимался в квартиру следователя, попутно считая ступеньки для концентрации внимания. - Залетай, - донеслось из дальней комнаты минималистичной квартиры. Чонгук аккуратно повесил короткую черную куртку в шкафчик и направился на голос. - Садись, кофе будешь? - Хосок был увлечен содержимым бумаги, которую держал одной рукой, и даже не взглянул в сторону гостя. - Откажусь, только что допил свой. Давай ближе к делу, - Чонгук уже занял соседний стул и застыл в ожидании. Старший из Паков отложил бумагу и, наконец, посмотрел в ответ. - Ты в курсе, что они копают на вас всех? - Догадывался. Все эти годы они серьезно манипулируют нами, что было бы невозможно без осведомленности о всех деталях, - черноволосый положил вспотевшие руки в карманы спортивных штанов и принял небрежную позу. - Скажи мне честно, хоть одна достойная теория, объясняющая происходящее, у тебя есть? - Хосок равнодушно глядел в блестящие глаза и сложил руки на груди. - Если ты спрашиваешь, выяснил ли я причину, то скажу сразу - нет. Дела мафии всегда покрыты тайной, и, даже погрузившись в их дела с головой, я не смог узнать истинные цели и... тем более, имя босса. - По-хорошему, надо бы повязать вас троих по десятку статей: хранение наркотиков, содействие преступной деятельности, насилие, незаконная врачебная практика в государственном учреждении… - Хосок перевел взгляд на потолок и добавил, - Но мне приходится переступать через себя, предавать собственные принципы и потворствовать любительскому расследованию. Скажу честно, если бы Чимин не был в этом замешан - я бы никогда не стал марать честь. Но теперь, когда я знаю все подробности, желания поймать эту падаль любым способом у меня не меньше, чем у тебя или Юнги. Поэтому врать тебе не стану - мы в полной жопе. Чонгук сильно удивился на последнем слове, так как раньше от Хосока нельзя было услышать ничего хуже, чем “дьявол!”, когда тот спотыкался или упускал из внимания что-то важное. - Я более чем уверен, что предстоящая дата не станет исключением в четкой системе этого маньяка, и нам нужно быть готовыми к худшему. Вы уже ошибались 2 раза, 3 я не хочу допустить. Тэхен достаточно настрадался в своей жизни, и ваш спектакль едва ли ему поможет в третий раз избежать выходки психически ненормального человека, который возомнил себя всевышним, и распоряжается вашими жизнями, как вздумается. Врачи не могут сказать, что выступает триггером для его неоднократных потерь памяти, но мы хотя бы знаем, с чем они связаны. Стало быть, устранив источник, можно избежать повторения проблемы. - Да… - озадаченно перебил Чонгук, пытающийся проанализировать все сказанное Хосоком. - Мы сами заигрались в мстителей, и наши руки по локоть испачканы в чужой крови. Однако, я тоже тебя предупрежу, что не пожалею никаких методов для достижения своей цели. Думаю, это понятно по уже проделанной мною работе за эти годы. Что касается Чимина и Юнги, то я неоднократно пытался их отгородить от мафии, которая лезет в наши жизни из всех щелей, но мне не хватило сил. Единственное, что я вынес из этого непрекращающегося ада - тот подонок мастер своего дела. Он знает когда, как и на кого нужно надавить, чтобы его система приносила нужную выгоду. Он, словно, управляет людьми как шахматными фигурами на игральной доске, - Чонгук протер одной рукой глаза и постарался выпрямиться. - Я в безвыходном положении и всецело доверяю тебе. Если ты знаешь, как можно защитить Тэхена - просто скажи и я пойду, нет, побегу по головам, лишь бы он, наконец, стал свободным. - Твоя решительность обнадеживает, но, все же, не стоит без острой необходимости преступать границы закона. - Хосок протянул собеседнику папку с бумагами, - Здесь все, что я пока успел найти на мелких шестерок мафии. Одна из таких сейчас сидит в моем участке и не хочет признаваться в убийстве несчастного подростка. А таких гадов сотни, псов, которые готовы за мелкую кость с хозяйского стола разорвать глотки. Я хочу отловить каждого и посадить в клетку - туда, где им самое место. Но отлично осознаю, что пытаться вытравить пчел из улья, оставив царицу - бессмысленно. - Ты полностью прав, Хосок... - Чонгук слушал с предельным вниманием. - Какие наши дальнейшие действия? - Прямо сейчас мы отправляемся в клинику пытать Юнги, который, судя по сообщению Чимина, вышел из отключки 15 минут назад. Внутри Чонгука появилась такая редкая, но такая желанная радость. Все, о чем он мог думать в последнюю неделю - здоровье Юнги, который заплатил за информацию слишком высокую цену. Наспех накинув куртку, он выбежал из квартиры и сел в машину, предвкушая свидание с младшим. Чимин встретил парней в плохом настроении. Он был невероятно рад тому, что Юнги пришел в себя, но скопившийся стресс и отсутствие сна сказались на нервной системе, которая и так была напряжена до предела. Глухо поприветствовал брата и друга, он проводил их в палату младшего и присел на стул рядом с кроватью. - Малыш, ты как? - Чимин, казалось, не замечал ничего вокруг, перед ним был только избитый Юнги, а в руках его же анализы. - Чимини, - тихо начал тот, - чего ты так переживаешь? Я замечательно себя чувствую, - Юнги улыбнулся и подмигнул. - Но бывало и лучше. - Вот придурок, - вмешался Чонгук, который уже не был способен оставаться спокойным, и сорвался к изголовью кровати, положив руку на макушку друга. - Еще раз такое учудишь - я лично твое лицо “разукрашу”. - Да брось, сейчас не самое подходящее время отвлекаться на меня, - глаза Юнги вновь стали выражать привычное “ничего” и уставились на Хосока, - и тебе привет. - Присоединяюсь к словам Чонгука. Так рисковать собой не было смысла, - следователь стоял, опираясь спиной о стену. - Я знаю, зачем вы здесь, и вполне готов все рассказать. Чонгук и Хосок слегка выпрямились в ожидании новой информации, которая хоть как-то поможет выйти из глухого тупика. Подвергать опасности друг-друга - не самый лучший способ добыть детали дел мафии, тем не менее, время назад не воротишь и нужно извлечь выгоду из сложившейся ситуации. Юнги нашел в себе силы приподняться на локтях, взглянув на раскрасневшуюся, покрытую корочкой, надпись на руке, и прислониться к объемной подушке, поддерживающей позвоночник, который пока не собирался напрягаться самостоятельно. Парень немного откашлялся и оглядел всех присутствующих по очереди, которые заинтересованно следили за каждым его движением. - Все пошло не так, как я планировал, - Юнги посмотрел в больничное окно, созерцая покачивающиеся серые деревья. - Проследить за мафией - дело, которое нереально провернуть в одиночку, и я это осознавал, когда ехал в пром.зону. На тот момент на место явился только Намджун, это стало понятно по автомобилю на выезде. Никакой опасности я не чувствовал, поэтому бросил машину в небольшой лесополосе совсем рядом и пошел пешком. Все, что мне удалось понять и увидеть, пока меня не приложили битой - 5 черных машин сопровождают босса, который сидит в одной из них, а может, сам за рулем, так что вычислить где главный - невозможно. Я даже почти засмеялся, когда увидел их прикид, - Юнги неожиданно расслабился и немного повеселел. - Выглядят как пингвины, честное слово, все в черном и с рожами мировой важности. - он снова посерьезнел, - Они зашли в крупный отсек и я понял, что дальше со своего положения ничего не увижу и не услышу, поэтому решил аккуратно приблизиться. Получилось пробежать между этими “коробками” и сесть спиной к стене, отгораживающей от собрания чсв-шников. Послушал я минут 5-7 и, меня, собственно, вырубили. Когда открыл глаза… Юнги не успел закончить предложение, как влез Чимин, который и так странно вел себя вел весь день, а сейчас понял, что не сможет выслушивать те ужасы, которые пришлось пережить младшему, и приказным тоном начал: - Хватит. Юнги еще не восстановился. Я понимаю, вам лишь бы вытянуть из него информацию, но это уже слишком! - Чимин злобно уставился на Чонгука. - Посмотри, что с ним. Посмотри, сколько он вынес за то, что защищал нас, - он активно жестикулировал, не в состоянии контролировать себя. - Может хватит думать только о деле? Разуй глаза и пойми, что не все крутится вокруг твоей цели. И не надо думать, что я не хочу помочь Тэ - я люблю его не меньше вас всех вместе взятых, но неужели вы не видите, во что это превратилось? Конченный псих чуть не прикончил Юнги… - доктор быстрыми движениями приблизился к черноволосому, - Ты знаешь, что я сделаю все, что угодно, да хоть сдохну для вас! Но в приоритете для меня ваша безопасность здесь и сейчас, и, как видишь, все плохо. Сейчас Юнги плохо, тебе было плохо, Тэ вообще в этом аду сколько лет… Пожалуйста, давай попробуем действовать менее радикально и будем беречь здоровье близких. Чонгук не отводил глаз от вышедшего из себя Чимина и не мог понять, что чувствует. Ему и самому было до жути страшно от происходящего, цель не оправдывает жертв - он это не раз повторял. Слезы безысходности подступали к горлу, но он смог их проглотить. Чонгук положил руки на плечи друга и ответил: - Ты прав, как и всегда, Чимини. Я - дурак, который втянул вас в свою игру. Мы все жизнь положили на то, чтобы этот страшный сон закончился, и единственное, чего я хочу и всегда хотел для вас - спокойной жизни, которую не смог обеспечить своими же действиями. Я обещаю, что произошедшее с Юнги, больше не повторится, - Чонгук уверенно и с надеждой заглянул в уставшие глаза Чимина. - Слышишь? Главное, оставаться вместе, а остальное ерунда. Чимин постарался сконцентрироваться на голосе друга, и, казалось, раздражение начало отступать. Он не хотел говорить того, что сказал, потому что ни дня не сомневался в правильности происходящего, но состояние Юнги окончательно выбило его из колеи безразличия и сдержанности. - Слышу, - врач опустил взгляд в пол. - Прости, дорогой…я вспылил. Устал страшно. Давайте Юнги отдохнет и потом вы продолжите пытку. - Тебе бы самому не помешало поспать часов, эдак, 10. - вступил Хосок, про присутствие в палате которого забыли все. - А меня никто спросить не собирается? - послышалось из кровати. - Прошу заметить, что это я тут в коме неделю валялся. Эгоисты хреновы, - Юнги щурился и саркастически хмурился, глядя на родных людей. Ему был приятно ощущать такое беспокойство с их стороны, может, не зря чуть не умер? Все дружно хихикнули и расслабились в мирной обстановке. Чонгук нарушил неловкую тишину, напомнив, что Тэхен еще не знает об улучшении состоянии Юнги и стоило бы ему позвонить. Друзья согласно закивали и разошлись по своим делам: Чимин отправился в кабинет спать, Хосок вышел в коридор для связи с Тэ, а Чонгук сел рядом с Юнги, не способный оставить младшего одного. - Я его видел, - еле слышно низким голосом произнес Юнги, глядя Чонгуку в глаза.