Живые

Ошибка. Какая отвратительная ошибка. Но спускать на тормозах уже слишком поздно, или просто слишком рано. Нужно воспользоваться этим, нельзя давать заднюю. Всё равно из них бы не вышло товарищей. Потому как сейчас люди "за стенами" зачастую куда опаснее мертвецов. "Молодец, теперь даже если вы выйдете отсюда живыми он выпустит тебе кишки, полудурок." Кровь с рук стекала по стеклу как слезы по щекам, или наоборот, не суть важно, башка от этого совсем плавилась. Так отвратительно и страшно, почему нельзя просто остановить всё это? Почему так болят руки и щемит в груди? Так хочется домой, только вот где это... И он уже был готов кажется окончательно расклеиться, пока не почувствовал как железный каркас – единственное, что всё ещё помогало стоять, прогнулся под ним. Боль ударила с новой силой и закусив губу, чтобы не издать лишних звуков слишком рано почувствовал металлический вкус на губах. Вот блять. Пустые глаза смотрели вперёд, то-ли на человека лицо которого всё ещё с трудом получалось обрисовать, то-ли за его спину в поисках чего-то ещё более страшного. Мышцы лица подрагивали и он невольно расплылся в непонятной улыбке, от которой начинали болеть щёки. Выход из этой ситуации был, и не один, но как только третий ворвался на эту вечеринку для двоих, нарушая интимность момента, кареглазый кажется перестал дышать. Я не хочу умирать. Бегущая строка закружилась в пустой голове, а тело стало таким неощутимым, страх сильно ударил в виски, как обезьяна с тарелками в старых глупых американских мультиках. Из тела и головы вышибло всё, кроме желания выжить. —Слушай сюда, я знаю, как можно отсюда выйти с минимальными рисками. Сейчас ты поможешь мне вылезти, я проведу тебя куда надо. Будь умницей и кивни, если хорошо меня понял, потому что если ты, гнида, сиганешь в одного, я позабочусь о том чтобы утащить тебя за собой на тот свет, – одними губами, выдыхая по букве он шептал, стараясь смотреть оппоненту прямо в глаза, казалось что так понимание прийдёт к нему быстрее. И сейчас он как никогда раньше был уверен в себе, своих словах, действиях и мыслях. Единственное в чем он был не уверен – стоящий напротив, ну и может в хуйне, которая держала его тушу в данный момент. Внезапно посетила мысль о том, что через раны на руках можно заразиться и от этого дыхание сперло ещё сильнее, стало так мерзко, словно кто-то ребячливо сгибал ребра друг к другу, собирая незатейливый пазл. А несчастное маленькое сердце стучалось, в надежде выбраться, пока стены становятся всё ближе друг к другу. Так больно, больно, очень больно. Больно стоять, думать, больно говорить, не верить, ошибаться, сомневаться. Всё это невыносимо больно, но последнее казалось особенно жутким. Сомнения пожирали заживо. Что если этот парень просто побежит, бросив блондина на землю, отдаст чужую душу за свою и будет спокойно спать, насколько это сейчас возможно. Снова? Прости. Истерика накрывала всё сильнее и это было так невыгодно сейчас, один неправильный вздох и его мерзкие всхлипы услышат по всей округе, но остановить это просто не получалось. Всё тело пробивала дрожь, или это пол под ним ходил из стороны в сторону, как на корабле. Эта мысль показалась забавной. Ничего полезного. Пожалуйста, послушай, помоги. Ты никогда не сможешь выбраться из этого кошмара один, сейчас точно. ********* Парень злобно сверкнул бледно-зелёными глазами, словно хищник, которого дрессировщики загнали в самый угол цирковой арены, преградив все пути к отступлению. Всё что ему сейчас оставалось - подчиниться или рискнуть жизнью, а может даже и погибнуть. Мысленно он рассматривал различные комбинации, наиболее привлекательным всё так же оставался вариант с бегством. Просто драпнуть в сторону выхода, перелететь через дорогу и залечь где-нибудь в лабиринте из дворов и улиц между грязными хмурыми пятиэтажками. Парень понимал, что если его противник до сих пор не предпринял ничего безумного, значит он, как минимум, в своём уме, а как максимум ранен или истощён. Что если он просто физически не может спастись самостоятельно? Но с другой стороны, оставить его здесь означает лишить себя радости отхуярить его потом за шантаж и угрозы. Он плавно опустил пистолет, запихнул его в кобуру и застегнул её. - Вот ты сука конечно, сопли подбери и приготовься. - Он ещё раз взглянул на что-то в своей руке, на незнакомца, на мутанта, сделал глубокий вдох и очень тихо, но чертовски тяжело выдохнул. Лишь одними губами он произнёс: - Пиздец. Юноша слегка замахнулся и кинул в сторону мутанта три мячика попрыгунчика, самых обыкновенных, разноцветных. Тех самых, которые раньше можно было получить из специальных автоматов в магазинах, запихнув внутрь автомата монетку. Шарики миновали цель и поскакали дальше, мутант повернулся и неожиданно быстро последовал за новыми источниками шума, совсем скоро скрывшись за поворотом. Брюнет тихо подошёл к уничтоженному магазинчику со сладостями. Стоя так близко к блондину он понял, в каком тот находился состоянии. Кровь, слезы, весь дрожит, почти потерял над собой контроль, шантажист блять. Было не ясно, то-ли этот брюнетик идиот, то-ли просто конченный, но в любом случае блондину страшно повезло. Он смотрел то в сторону существа, то на силуэт напротив, пока картинка в глазах окончательно не расползлась на пятна. Рука горела так, словно её плотно прижали к газовому кружку и кажется стекло бы точно прошло ладонь насквозь, если бы не упёрлось в кость. Кошмарно. Остаётся только ждать. Пугающий шум со стороны, словно человек, что за шкирку схватил котёнка, вытащил его из потока мыслей, заставив повторить попытки сфокусировать зрение. Слова кажется нового спутника(скорее всего не на долго) он слышал дерьмово, будто сидя в колодце изо всех сил старался понять о чем над ним щебечут птицы. Брюнет закинул руку незнакомца на своё плечо и помог вылезти. Затем, абсолютно не интересуясь мнением второго, он резко взял блондина за руки и закинул к себе на спину. (Как на фотке, только нихуя не так весело). Когда чужая рука коснулась продрогшего тела, кареглазый невольно зажмурился на секунду, почему-то ожидая удар, но вместо этого, открыв глаза, он уже был по другую сторону от витрины, держался за чужую руку, эта не прогнётся. По ощущениям тело было похоже больше на странную тряпичную куклу, которой отвратительно тяжело управлять, потому что все силы сейчас кажется уходили только на одно лишь дыхание. Сопротивляться невозможно, да и бесполезно. Зачем? Мысли тянулись одна за другой, такие вязкие и сомнительные, попытки вспомнить что нужно был сказать сейчас. - Если ты чето сделаешь, то я тебя просто скину со всей силы на землю и тебе пиздец, понял? - Прошептал брюнет и выдержал небольшую паузу. — 4-ый этаж, прямо вдоль еды - на последнем издыхании прошептал блондин и направо, спасибо, служебное помещение. Руки не трогать, – что-то похожее на инструкцию рвано нарушило тишину. Забавно. Благодарности, адресованные парню, он хотел оставить при себе, но уцепившись за эту мысль решил кажется, что это что-то очень и очень сейчас важное, часть маршрута. Целой рукой вцепился в плечо, вторую нервно сжимал, представляя какие последствия у этого будут, или могут быть. Выдохнув последнюю фразу, Саша закрыл глаза. Теперь у штурвала на все 100% находится другой человек и их жизни, или смерти – его новая проблема.