Всей галактике назло - II. Спасите наши души!

Лея мерила шагами комнату, куда их препроводил улыбавшийся Ландо Калриссиан. Ей было неспокойно на душе, Соло же, наоборот, беззаботно попивал принесённое дроидом вино и закуски наяривал, как не в себе. Но альдераанская принцесса уже достаточно знала контрабандиста, чтобы понимать, что за бравадой и беспричинным весельем тот пытается скрыть нечто волнующее его.  — Что тебя не устраивает в твоём друге? — внезапно прекратив метания по помещению, девушка остановилась напротив кореллианца. Тот поморщился, отставив в сторону бокал:  — Знаешь поговорку: если друг превратится вдруг…? Вот она про Ландо и есть. Это самый непостоянный человек в галактике, никогда своей выгоды не упустит. А тут… — кореллианец многозначительно развёл руками. — Не знай я его, подумал бы, что он двурушничает. Но Империю Ландо не долюбливает, были у него какие-то тёрки с Корусантом.  — Неплохо устроился твой приятель: с самим Центром дела ведёт! Но люди имеют свойство изменяться со временем. Вот, например, ты…  — Конфетка, вот только не начинай! То, что на «Соколе» было — это конечно мило и всё такое, но у меня неоплаченный долг, а тут ещё эта эвакуация, а считай побег с снежной планетки, корабль чего-то завыделывался… Благодари Люка, что я задержался, а то томилась бы ты, красавица, в застенках у лорда Вейдера. Думаю, кошмары тебя и по сей день мучают?  — Только не говори мне, что ради Люка ты и пошёл на эту помощь нам! — карие глаза нехорошо прищурились, полыхая гневом, — Кажется, тебя и уговаривать не пришлось…  — Цыц, принцесса! — кореллианец уставил на неё палец, — Я Люку слово дал, что тебя до новой базы докину, а ему слово я всегда держу!  — Да ты!.. Да что…  — Что? Их прервал появившийся в комнате Калриссиан, с неизменной улыбкой оглядевший препирающуюся парочку.  — Прекрасно выглядите, ваше высочество! — изысканный поклон со стороны управляющего Облачным городом был встречен Ханом Соло злым взглядом. — Хан, ты как всегда не знаешь, что женщин надо холить и лелеять. Принцесса Органа обязана знать, что подобной красавицы я давно не имел возможности приветствовать в нашей скромной обители! Девушка с превосходством и важностью смотрела на явно перекосившегося контрабандиста. Тот только лохматой головой мотнул, даже рта не открыв на явную провокацию Ландо. Улыбка тёмных глаз не коснулась, сколько бы управляющий не лыбился, а значит, искренность любезности была так себе. И если высочеству хочется почувствовать себя центром вселенной — так тому и быть, пусть пользуется моментом.  — Ты вроде бы что-то говорил про обед в нашу честь? Может приступим, а то мне ещё Сокол ремонтировать.  — Мои люди этим занимаются, твой вуки наблюдает за ними, так что можешь уже расслабиться и отдаться своему умению выпивать с трезвой головой в окончании, — колкость вновь осталась без ответа, и Ландо уже начал чуть беспокоится по этому поводу. Обычно кореллианец язвил ещё как, не оставляя Калриссиану ни одного раунда без ответа, а здесь… Каре-зелёные глаза Соло смотрели на «друга» неприветливо, с капелькой подозрения. Всё же доверчивость и Хан Соло — это не то, что подавалось общим блюдом. Виски покрылись капельками пота, но Ландо выдавил учтивую улыбку, подавая руку кареглазой красотке. У него свои планы на принцессу альдераанскую. Отыграть пьесу надо по нотам, а то чуйка у кореллианца, как у охотничьей нексу, а клыки у Соло острые, прибьёт, а после извинится, если был не прав. Но с той стороны пока никто кореллианца в виде призрака не преследовал, значит, лучше передать его на руки Вейдера и сбыть весь этот имперский сброд подальше от Облачного города. Впоследствии Калриссиан проклинал себя за то, что пошёл на эту сделку с Повелителем Тьмы, но после драки, как говорится, кулаками махать бесполезно. Вот только Ландо не обладал мастерством провидца, так что про будущие свои проблемы был ни сном, ни духом. А проблемы тем временем приближались. Уверенно выйдя из подпространства оба корабля, истребитель и челнок, направились к бело-голубой сфере планеты Беспин. Люк С Татуина смог разузнать из общих навигационных баз Р2, что планета разрабатывает некий газ тибан, прямо на месте его сжижают и замораживают и в таком виде транспортирую до покупателя или заказчика. Впрочем, троих самоуверенных пилотов политика Облачного города, столицы этой странной в некотором виде планеты, совершенно не заинтересовала. Снизившись до облаков, из которых эта планета словно и состояла, крестокрыл и челнок Йоды почти сразу были окружены местными силами обороны. Серьёзные такие силы, видно было, что своими обязанностями администратор или кто тут управляет делами, не манкирует. Охрана проводила их до посадочной площадки, а Скайуокер с Татуина тихо матерился на диалекте родной планеты, Хан цедил такому сопровождению пожелания быть поменьше бдительными.  — У нас образовалась интересная такая проблема с тем, как мы сумеем убраться с этой гостеприимной планеты, — татуинец попытался вывернуть голову, чтобы взглянуть на своего пассажира. Тёзка словно заснул, Сила тихо пела неслышимую для остальных жителей галактики мелодию, но на горизонт для взгляда Люка Скайуокера с Татуина будто тучка набежала. Ещё далёкая, но становившаяся всё больше и темнее…  — Садись! — выдохнул пассажир, явно сдерживая боль, потому что фраза была сказана сквозь зубы. — Вот как вы меня будете выковыривать отсюда… М-да, вот над этим они как-то не подумали. Но пилот дёрнул головой, отбрасывая намёк Силы, что его ожидают проблемы. Хан, уместив своё несуразное средство передвижения на одной площадке с татуинцем, уже ждал их появления. Ветер ударил истребитель в бок, Люк стиснул зубы, бросив Р2 компенсировать боковой ветер. Племянник Кеноби уже мысленно дал себе все зароки, что более таких проделок с перелётом в грузовом отсеке делать ни в жизнь не будет. Он замёрз, как не мёрз никогда, но гордость не позволяла показать, что ему в новинку мёрзнуть и вообще-то он особа нежная. Хан Кореллианский уже почти приплясывал на месте, ожидая напарника. И отпихнул татуинца, пригрозив Р2, так и норовившему высунуть манипулятор, кулаком, поднявшись по лесенке в кабину. Встретив измученный взгляд карих глаз, высочество сочувственно ухмыльнулся и потянул парня за подмышки на себя, игнорируя начисто скрип зубов и стон сквозь зубы. Пожалей такого сейчас и будешь ходить длительное время после с оглядкой через плечо, а спать и вообще вполглаза, ибо его Скайуокер обладал хорошей памятью и обиду умел хранить долго. А платить долги с процентами. Так что пусть ему, даже словечка ободрения Хан ему не вякнет, проходил уже эту науку. Ладонь кореллианца чуть задержалась на боку парня, где ему почудилось нечто цилиндрической формы под курткой со споротым гербом Империи на рукаве. Карие глаза уставились на Хана возмущённо:  — Может хорош меня лапать, высочество?! Не девка же!  — Да ну тебя, — буркнул высочество и отступил прочь, отдёрнув руки. Скайуокер покачался на затёкших ногах и закономерно брякнулся коленками о поверхность, выдав после продолжительного стона на чистом корусканти тако-ое… Хан даже отодвинулся подальше. А вот татуинец наблюдал за ними со стороны с улыбкой на лице. Зря это он.  — Ну и дальше что? — наконец справился с собой брюнет, медленно поднявшись на ноги.  — Ну, пока вы с Люком тут садились, я кое-что увидал на соседней площадке. Кореллианский грузовоз ИТ, марка значения не имеет, я умею водить любой из них.  — Кто бы сомневался, ведь ваша семья и производит их, — брякнул племяш Кеноби, не подумав. Татуинец внезапно проявил интерес к беседе двух имперских пилотов.  — А я думал, что эти грузовозы сняты с производства лет пять как. Мой друг с трудом находит к ним запчасти. Может ты смог бы ему помочь? Если ваша семья… Карие и зелёные глаза встретились, оба подумали об одном и том же: они совершенно позабыли, где они находятся в своей перепалке и сейчас получили подтверждение, что реальности не совпадали совершенно: в мире Люка и Хана Кореллианского фирма, производившая транспортники, процветала и снимать с производства модели, приносившие им барыши, была не намерена.  — Я подумаю, — обтекаемо произнёс Хан, взглядом грозя напарнику прищемить его язык. Татуинец же только кивнул и приступил к наиважнейшему.  — Охраны много у этого корабля?  — Я разведаю что и как, а вы оба разведаете обстановку. Не знаю, как вам, а мне кажется, что эти ребята совершенно позабыли про свои обязанности: мы здесь скоро как полчаса, а никто заправить наши машинки не спешит, да и плату брать не намерены. День благотворительности? — Хан был озадачен. Что ж, теперь и оба Люка обратили внимание на такое попустительство.  — Охрана бы про праздник такой обязательно бы сказала. Кстати, на грузовозе орудия предусмотрены? От охраны этого города нам словами не отбиться, — напомнил о проблеме татуинец. Кареглазый вместо слов предпочёл действие, направившись к переходному шлюзу.  — Пойдём, приценимся. Чуть меньше слов, побольше дела. Вейдер внезапно замер, словно к чему-то прислушиваясь. Ситх улыбнулся, почувствовав яркое присутствие Скайуокера, словно ласковый ветерок на изранненной коже. «Ты мой… Вот теперь ты мой, Скайуокер!» — стукнуло в грудную клетку что-то похожее на ликование и радость.  — Блокируйте воздушное пространство Облачного города. Необходимая мне цель уже здесь! Андроид, принадлежащий Калриссиану, механически кивнул и коснулся своего переговорного устройства, но Повелитель Тьмы уже устремился навстречу к своей мечте. Оба Люка, не сговариваясь, резко остановились, но каждый по своей причине. Тот, что с Татуина, словно на стену натолкнулся, внутри взвыло голодным ранкором ощущение опасности, будто там, впереди, притаился весь его ужас. Повстанец хватанул губами воздух, машинально нащупывая на поясе сейбер отца. Он всегда дарил призрачное ощущение присутствия чего-то, Люк не мог дать ему названия, оно просто было. «Соберись!» — приказал себе парень, стискивая руку, чтобы ребристая рукоять впечаталась в кожу. Палец сам лёг на кнопку активации, когда тёплая ладонь кареглазого внезапно перехватила запястье, достаточно сильно стиснул пальцы.  — Не тронь Силу, придурок! — прошипел брюнет, отталкивая татуинца назад, за свою спину.  — Что? Но… — голубые глаза уставились на собеседника, но тот лишь досадливо прошипел ругательство и резко повернувшись к татуинцу, вмазал ему по лицу. Сильно, почти беспощадно. Скайуокер закатил глаза и сполз по стенке. «Мол сказал бы, что нечестный приём. Но этот недоумок сам звал к себе своего охотника, — племянник Кеноби подхватил Скайуокера под мышки и поволок обратно к посадочной площадке. Туда, где стоял истребитель татуинца. Р2 может и железяка, но своего хозяина бережёт, как мамочка-квочка цыплёночка. Так что Люку-брюнету всего-то надо заволочь парня в кабину истребителя. Плёвое дело для владеющего Силой. И тяжкий труд для того, кто притворился сейчас ветошью и старательно не отсвечивал в Силе. Проблем им и так хватает. Лорд нахмурился, приостанавливая свой шаг. След светлого присутствия в Силе истаял, словно кто-то древнюю свечку пальцами затушил. А Вейдер будто след потерял, споткнувшись без ясного направления, куда ему свой путь продолжить. И словно в насмешку над раздумьями ситха, впереди кто-то в Силе полыхнул сумрачным огоньком, не солнечное присутствие Скайуокера, что-то, кто-то другой. Племянник Кеноби уже выдохся, пока тащил тёзку к площадке посадки, где стоял истребитель. Р2 зачирикал, обвиняя во всех бедах странных пришельцев, но колпак на воззвание кареглазого всё же поднял. Люк смерил взглядом лестницу и мысленно застонал: времени было меньше, чем даже сил. Некто мрачный в Силе настолько, что поглощал Свет, словно бездонная чёрная дыра, держал уверенное направление именно сюда. Ситуация — полный отпад, как сказали бы ребята. Что ж, сейчас Люк стоял перед дилеммой: либо пан, либо пропал. Быть или не быть…  — Люк! Ты чего это… — Хан Кореллианский затормозил в проёме шлюза, замахав рукой, чтобы привлечь внимание приятеля. А Тьма всё ближе… Мысленно махнув рукой, Люк задействовал Силу, закинув аккуратно безвольное тело Скайуокера с Татуина в ложемент истребителя под изумлённый посвист астродроида, закрепил ремни безопасности и крикнул:  — Р2, взлетай немедленно! — для убедительности махнув вверх рукой, спрыгивая с лесенки и отбегая на безопасное расстояние, пригнувшись, когда двигатели истребителя взревели, разгоняясь. Хан в это время стоял в проёме и, округлив глаза, наблюдал за своим ведомым. Люк, не церемонясь, на бегу, ухватил своего ведущего за локоть и потащил вперёд, прочь с посадочной площадки.  — А что это было?  — Куда нам? Направо? — не обращая внимания на вопросы напарника, Люк крутил башкой во все стороны, а сам ощущал, как сдавливает грудь уже ощутимое даже без всякой Силы давящее присутствие кого-то мрачного. Но кажется, не только он это почувствовал: Хан вон тоже потирает грудь и оглядывается через чур проворно по сторонам.  — Что это?  — Чей-то кошмар ночной, — пошутил невесело Люк, перейдя на бег. Кореллианец не отставал. — Причём реальный такой кошмар. Да где эта чёртова дверь?!  — Сюда! Корабль не охраняется, даже странно… Люк внезапно остановился, сглотнув тугой комок в горле.  — Марш на эту колымагу и разогревай двигатели быстрее! У нас здесь гость… Сколько тебе дать времени? — вопрос ввёл Хана в ступор, но собрался высочество быстрее, чем сам думал.  — Пять минут. Скорее всего. Я только глянул…  — Десять даю, а после надо сматываться, — Люк смотрел не отрываясь на закрытую дверь. Хан заторопился внутрь, поражаясь, что здесь явно шли ремонтные работы, но были так и не завершены. Кореллианец спихнул на площадку кабель, который мог помешать закрыть трап, бегом направившись в рубку. И скривился от досады. Ну эти свободные пилоты! Всё норовят улучшить то, что не нуждается в усовершенствовании! Или переделать всё, что можно не усложнять… Кореллианец рухнул в кресло пилота и его руки запорхали над клавиатурой, пока мысленно он умолял неизвестного, чтобы тот предназначения кнопок и рычагов не переделал. А то можно подать на взлёт, а упасть в пропасть. Знаем, проходили!