огненная фея

— итэр, — сяо заговорил так внезапно, что в обыденном шуме ледяного ветра это прозвучало пугающе. путешественник вздрогнул и обернулся: он вообще не привык, что адепт начинает разговор первым, так что ему было очень даже интересно, что же такое поведает ему мудрый полубог. — ты хорошо себя чувствуешь? — а… да, а что такое? — брови юноши приподнялись, как бы говоря «ты правда волнуешься обо мне?». сяо помедлил немного, отводя взгляд куда-то вдаль — кажется, в той стороне находился ли юэ, но сквозь метели драконьего хребта это было очень сложно проверить. путешественник долго ждал ответа, но, когда сяо приблизился, предпочёл бы и дальше стоять в тишине. нахождение так близко к нему дарило комфорт и уют, наверно, из-за чувства защиты около адепта. — кажется, ты съел огненную фею, — это было сказано с лицом, так и кричащим о серьёзности слов говорящего, но итэр едва ли не прыснул со смеху. — сяо, с чего ты решил так? — путешественник прикрыл рот запястьем, дабы не засмеяться, но собеседник посерьёзнел ещё больше и приблизился к юноше, мягко подтягивая его к себе за локти и осматривая тело. это было… довольно смущающе. — рядом с тобой мне становится очень тепло, даже жарко, а ещё под рёбрами что-то тёплое. и мне нравится трогать тебя. на хребте очень холодно, а ты тёплый. — н-но ты ведь не чувствуешь холода…? — речь уже начала терять свою смысловую нагрузку. юноша залился краской и опустил взгляд на руки адепта. на невероятно красивые, изящные, но в то же время сильные руки адепта. — знаешь, это звучит как… путешественник замолчал и опустил голову, вконец смутившись. заветное слово так и не сошло с языка. это и хорошо, потому что такая глупость не могла быть сказана сяо, он ведь адепт и… — ты красный. фея обжигает? — итэр с удивлением проследил за рукой сяо, обхватившей его талию и прижавшей к телу поближе. вторая же кисть приподняла подбородок путешественника, заставив посмотреть прямо в глаза. — ты и правда тёплый, но я не чувствую жара у тебя в животе. почему твоё сердце бьётся так быстро? ты в порядке? — я… я в порядке, просто… сяо, я не ел никаких фей, и со мной никто ничего не делал. а то, что ты описываешь, больше похоже на… ах, прости, это глупо, ты ведь адепт и… — на что похоже? — брюнет не отпустил юношу, даже когда тот попытался отдалиться. почему-то совсем не хотелось отпускать такое тёплое тело. если он не ел фей, то что с ним происходит? — это похоже на признание, на то, что я тебе нравлюсь, — на одном дыхании проговорил итэр и зажмурил глаза. он уже боялся гнева полубога за такое неуважение. — нравишься? это как любить? — спросил адепт, и тут юноша заметил в его глазах лёгкое… смятение? — так вот что чувствуют, когда любят.? это правда? — похоже на это… но, может, с тобой что-то случилось! чтобы любить, тебе должен быть комфортен человек, ты будешь желать провести с ним как можно больше времени, защитить и спрятать от всех у себя в объятиях. как-то так. не думаю, что у тебя что-то так… он оказался в объятиях так внезапно, что забыл, о чём говорил. сяо обнял его? или ему кажется от нарастающего холода? лучше бы он и вправду съел огненную фею. хотя в объятиях адепта было довольно тепло… невольно юноша сам обвил руками стройное тело. так приятно. оказывается, он давно об этом мечтал. — итэр, если то, что ты сказал — правда… значит, ты мне нравишься. я люблю тебя, итэр. — т-ты. сяо, теб-бе необязательно верить мне в этом плане, я… — итэр, ты пытаешься отрицать это, потому что не любишь меня? — сяо наконец отдалился и взглянул в глаза собеседнику. от своих же слов в груди неприятно кольнуло, он поджал губы и пристально уставился, выявляя малейшую реакцию. неужели это тоже часть той любви, о которой говорил итэр? пока адепт погряз в раздумья, он внезапно ощутил на губах невероятно сладкий вкус… губ путешественника? определённо, это были они! тонкие руки обвили шею, а одна из кистей зарылась в тёмные волосы, приятно перебирая пряди. сам итэр прижался как можно ближе к сяо и целовал его со всей нежностью и трепетностью, что были у него в душе, и это так нравилось адепту. он прижал — казалось бы, куда ещё ближе — к себе хрупкое тельце и ответил на поцелуй, как мог. даже этого хватило, чтобы дать понять итэру — чувства настоящие и взаимные. и это грело куда лучше каких-то там огненных фей.