И с нежностью на него смотрели глаза дьявола.

Никто не смотрел на него с такой нежностью, как убийца каннибал. Каждый раз, день за днем с первой их встречи. Эта теплота, надежда в глазах, которую Уилл просто не мог понять. Никто никогда не готовил для него. Кроме Ганнибала Лектера. Никто никогда не приносил ему еду, пока он лежал в больнице. Кроме Ганнибала Лектера. Каждый миг, каждая их встреча. Уилл просто не мог понять. Все всегда считали его фриком. Язвительным отшельником, сидящим один на один со своими тараканами в маленьком домике, окруженный семью собаками. Ганнибал же не считал его таковым. Создавалось ощущение, что психиатр считал его самым красивым ангелом, который решил устроить себе отпуск в мире людей. Ганнибал восхвалял его, холил и лелеял. Он никогда не испытывал к нему отторжения, напротив, он всегда старался быть ближе, ближе чем кто-либо. Но Уилл Грэм никогда не понимал этого. Не понимал этой заботы, обожествления, нежных взглядов, которые пересекались с болью, жестокостью и мраком. Не понимал, как человек может смотреть на другого с таким отчаяньем, смешанным с нежностью, пока вспарывает тому живот. Не понимал, как можно так заботливо обходиться с человеком, которому собираешься вот-вот разрезать череп. Не понимал, как можно так легко сдаться ради него полиции, и через три года всё так же смотреть, с той же нежность, любовью, желанием. Но понимание рано или поздно настигает каждого. И вот, стоя над бездной обрыва, прижимаясь к друг другу, потные, грязные, оба в крови, своей и чужой. Уилл Грэм поднимает свой взгляд и встречается с чужими глазами. И он видит в них ту же нежность, любовь, и желание, параллельно с болью, жестокостью и мраком. И он понимает, что смотрит в эти глаза с теми же чувствами. И в этот момент он понимает. Он понимает убийцу-каннибала. Он понимает, что он влюблен.