На долгую память

      Рыжеволосый с облегчением прошел в их общую с Чжун Ли квартиру и закрыл дверь на ключ. Нет, он всегда подозревал, что конец года для большинства компаний – это жесть, но, кажется, в этом году эта жесть обзавелась еще и колючими шипами.       Тарталья стянул с себя зимние ботинки, старательно прогоняя из головы слишком продолжительные и темные рабочие моменты, и с зимней курткой в руках, которую снял еще в машине, прошел в гостиную. Следов того, что второй жилец вернулся домой, не было. Кроме одного немного странного – на небольшой столике перед диваном стояли бумажные пакеты, которых с утра точно не было. Возможно, Тарталья и пропустил бы эти пакеты из вида, как что-то не важное. Однако его внимание привлекли яркие эмблемы на них, отчего парень усмехнулся. Какое-то почти детское любопытство взыграло в душе и без того озорного человека.       — Не часто Чжун Ли таскает с собой что-то с работы, — едва слышно пробормотал Чайлд, как будто оправдываясь за то, что собирается сделать. Он моментально бросил куртку на спинку дивана и приземлился на него сам. Руки сразу же потянулись к пакетам, но дрогнули в последний момент. В голову пробрались разного рода мысли; например, о том, что эти пакеты все-таки нельзя трогать. Посчитав до трех, рыжик кивнул сам себе и взял первый пакет в руки. Во-первых, любопытство превыше всего. А во-вторых, у Чайлда будет время положить все на место – в своих ловкости и быстроте он не сомневался.       — Оу, — с нетерпением выдохнул Тарталья, достав из пакета небольшой календарь, который обычно вешается на стенку. По обложке сложно было догадаться, что там внутри, но все та же яркая эмблема давала понять, что это будет точно что-то интересное. Открыв календарь, парень увидел что-то вроде поздравительной открытки от компании «Властелин Камня» с общим фото работников. Именно под фото профессионально расположили текст-поздравление с наступающими праздниками. О, неплохой подарок для клиентов. Среди множества людей на фото был и Чжун Ли, из-за роста оказавшись в дальнем ряду. Но фотография была настолько четкой, что Тарталья умудрился рассмотреть практически все на любимом человеке: и сережку, и пуговицы на рубашке, и полный золота взгляд. Эти глаза навели рыжика на довольно пошлые мыслишки, и он поспешил перевернуть страницу в надежде, что оголенный торс – это максимум, что они себе позволили.       — Хвала кому-нибудь, — вслух поблагодарил Чайлд, не найдя ни одной слишком откровенной фотографии. Позы некоторых работников он бы поменял, но одиночной фотографией Чжун Ли он остался доволен. Мужчина стоял возле пилона, на котором обычно танцевал – рыжик видел эти выступления несколько раз, и это было божественно! На первый взгляд Тарталье вообще показалось, что на этом фото Чжун Ли был закутан куда сильнее остальных. Взять ту же… Чайлд перевернул страницу к нужной девушке – а, Мона, так гласила подпись. Так у Моны было короткое темное платье с небольшим декольте и рукавами, украшенными мишурой. А кем она работает? Рыжеволосый покопался в памяти. А Чжун Ли ему вообще рассказывал? Вопрос.       Чайлд фыркнул и снова перелистнул страницу. О, Дилюк – бармен как всегда на своем рабочем месте и в привычной форме, разве что волосы в этот раз были завязаны в высокий хвост, что придавало ему немного больше таинственности, чем обычно. С этим красноволосым Тарталье довелось повстречаться. Ну, девушки на фото выглядели куда более веселее и заинтересованнее в съемках, чем парни и мужчины. Что у Дилюка, что у Сяо были такие хмурые лица, что сложно было подумать про праздники. Но именно профессионализм фотографа сделал свое дело, и даже эти лица не портили фотографии.       Вернувшись к изображению Чжун Ли, Чайлд продолжил ее рассматривать. Обычный свет, но такой ракурс, что на мужчину хотелось смотреть и смотреть. Он выглядел прекрасно, но не слишком пафосно, словно вот-вот сможет стать каким-то домашним. В руках, которые были в привычных кожаных перчатках, он держал небольшой букет светлых цветов.       Остальные работники Камня были рыжику неинтересны, поэтому он сложил календарь обратно в пакет и поставил на стол, сразу же взяв второй. Там тоже оказался календарь, но чуть больше первого по формату. Его обложка так же не выдавала содержимого, и Чайлд подумал, что держал в руках другую версию первого.       Но поперхнулся воздухом на первой же фотографии. Все тот же пилон, но установлен как будто в другой комнате – свет был приглушеннее, да и цвет стен был темнее. И длинноволосый мужчина, который застыл возле пилона в тех же кожаных перчатках, старательно снимал галстук, глядя прямо в объектив. Он умудрился за кадром расстегнуть пару пуговиц на рубашке, отчего часть ключиц и груди были видны.       Тарталья рассеяно водил глазами по ламинированному изображению, пока не встретился с уже другим взглядом золотых глаз Чжун Ли. Ооохх… Подобный взгляд… Чайлд сглотнул и от греха подальше перелистнул календарь. Но это было его ошибкой. Потому что буквально на следующем фото его ждал такой же взгляд, полный почти неприкрытого желания. Рыжик не сразу понял, что очень сильно сжимал календарь, практически утонув в этих глазах длинноволосого мужчины. Не сразу он заметил новую деталь – Чжун Ли сжимал в уже голых руках не особо прочную на вид, но яркую веревку. Забавно, что не она первая бросилась в глаза, хотя и не удивительно, если еще раз посмотреть в эти золотые глаза. Идеально белая рубашка на этом кадре была полностью расстегнута, и ее края довольно свободно свисали на штаны. Чжун Ли принял не самую сложную позу, словно его просто остановили для разговора. Тело не было напряжено, руки явно расслаблены, в отличие от Тартальи, чьи нервы натягивались все сильнее и сильнее. Рыжику показалось, что мужчина сейчас сожмет эту веревку так, что она треснет. Чайлд поймал себя на мысли, что он сильно сжимал зубами нижнюю губу, и перелистнул календарь. Но перестарался, и вместо одного листа перескочил на несколько, почти в середину, и понял, что сделал это зря.       Едва увидев эту самую веревку в самых немыслимых местах, рыжеволосый вообще забыл как дышать. Чжун Ли почему-то стоял на коленях, но жалкой эта поза не выглядела. Белая рубашка почти сползла с плеч, а благодаря кадру казалось, что так оно и будет. Но больше всего внимания, — кроме все тех же золотых глаз, — привлекала веревка, каким-то дьявольским узором переплетенная на груди мужчины. Причем сети там не заканчивались и уходили на штаны, заставляя смотрящего на это безобразия рыжика дрожать. Он не знал, куда смотреть. На веревку – горячо, на грудь любимого – горячо, на его плечи – горячо. А уж в глаза и подавно! Тарталья начал видеть в этом прямом взгляде вызов и какое-то потаенное желание. Но вот вопрос. Не свое ли желание часом?       Парень уже сомневался, стоило ли ему смотреть этот коварный календарь дальше или уже можно искать укромное место для уединения, пока не…       От звука в замке входной двери рыжик подскочил с дивана, даже не ожидая от себя такой прыти в этот момент. Но он сообразил закинуть календарь в пакет и поставить на стол, словно так оно и было. Черт, а вот стояк надо как-то спрятать. Тарталья сел обратно на диван и прикрылся курткой, и в этот момент в гостиную зашел слегка запыхавшийся Чжун Ли.       — С возвращением, Тарталья.       — С возвращением, Чжун Ли, — улыбнулся рыжик. – Что-то случилось? Ты выглядишь так, словно за тобой гнались.       — Да, — мужчина поставил на стол рядом с бумажными пакетами обычный из супермаркета. – Представляешь, забыл зайти в магазин после работы.       — И ты бежал? – искренне удивился Чайлд, мысленно обрадовавшись, что ему удалось отвлечься от горячих календарей. – Ты мог позвонить, и я бы зашел сам.       — Сегодня все-таки моя очередь, — Чжун Ли пожал плечами, не подумав про этот вариант. Его взгляд упал на бумажные пакеты с работы, и буквально за секунду что-то в глазах цвета золота изменилось.       — Один раз я бы пережил, — усмехнулся Тарталья, уловив, что он все-таки спалился. Но он не был бы Тартальей, если бы показал панику.       — Обязательно учту на будущее, — плавно кивнул мужчина. – Как и то, что подарки надо прятать сразу же.       Рыжик рассмеялся в голос.       — Так это мне?       — Естественно, — Чжун Ли передал ему пакет с тем самым, особенно горячим календарем. – Или ты думаешь, я бы стал фотографироваться так для кого-то еще?       — Руки оторву тому, кто это снимал, — Чайлд тоже умел меняться на глазах, и теперь, когда он об этом подумал, сильно сжал ручку пакета.       — Не переживай. Это был спецзаказ, копий больше нет, никто не увидит.       — Еще бы увидел.       Чжун Ли остался доволен этой немного детской реакцией парня. Покачав головой, он собрался на кухню, чтобы приготовить ужин, Однако его очень быстро остановились руки с несчастным бумажным пакетом.       — Требую дополнительный ракурсов.       — Прямо сейчас?       — Еще слово – и прямо здесь.