Не отдам

6

      С нелепой улыбкой на лице, Джек подъехал и припарковался у своего дома. Переодевшись, доктор повременил с душем, пытаясь оставить на себе её запах более длительное время. В этот вечер он сознательно отказался от расслабления путем принятия спиртных напитков. Вместо этого Джек заставил себя сделать уборку в своём жилище и даже приготовил ужин. Он надеялся, что она вернется уже сегодня вечером.       Но ни сегодня, ни завтра, ни через неделю Кейт не появилась на пороге дома, оставляя его наедине с воспоминаниями и дурными мыслями. Всё это время он метался между выбором: приехать к ним домой и заявить свои права на эту женщину или сидеть и ждать пока она сама разберется во всем и придёт. Притом, понимая, что в первом случае он станет посмешищем если явится туда, а во втором расстояние и время раз и навсегда разлучат его с Кейт, и она может пострадать рядом с таким ненадежным человеком как Сойер.       Он не на шутку забеспокоился, когда она не ответила на звонки в течение нескольких дней подряд, вернее после расставания Кейт и вовсе не выходила на связь. Спустя две недели после их последней встречи на парковке, он не сдержался и поехал проверить всё ли с ней в порядке.       Припарковавшись на другой стороне дороги напротив их дома, он остановился, чтобы понаблюдать и надеялся увидеть её или его, понять, что всё в порядке и уехать восвояси. Прождав почти час, Джек уже забеспокоился и хотел позвонить в дверь, как вдруг увидел, подъезжающий к дверям гаража, седан.       Открыв дверь, вскоре оттуда вышли Сойер и Кейт. Увидев её, он внутреннее успокоился, почувствовав облегчение. В их манере общаться друг с другом он не заметил ничего необычного — обыкновенная семейная пара возвращалась после похода в супермаркет с пакетами продуктов. Наверное, планировали приготовить ужин и провести вечер вдвоем. Мысли об этом заставили его отвернуться. Когда эти двое зашли в дом, Джек резко ударил по оплетке руля, а после повернул ключ зажигания.       Минуя правила и дорожные знаки, док довольно быстро добрался до своего дома. Желая поскорее забыть увиденную семейную идиллию между Сойером и Кейт, он открыл свой бар и начал накидываться спиртным — тем, что было, иногда понижая градус.       Череда таких вечеров не помогла побороть горечь от её отсутствия, а лишь временно обезболила душевную рану от потери. Он пробовал успокоить себя тем, что у Кейт всё хорошо и она счастлива, но никак не мог забыть поцелуи, объятия, ласки, ощущения, что они разделили на двоих. И в очередной раз ложась в свою постель, Джек ловил себя на мысли, что никогда не сможет выбросить её из головы и забыть всё, что произошло здесь.       Как врач, осознавая, что ему требуется помощь профильного специалиста, для начала он выписал рецепт самому себе на один из популярных транквилизаторов и начал принимать их, запивая горячительными напитками. Это помогало скоротать время длинными вечерами.       Спустя три недели разлуки, он уже отчаялся и перестал ждать, думая, что их отношения с Сойером окончательно наладились. И Джек уже мысленно мирился с этим, но вечер когда она появилась у него на пороге с окровавленными руками, он никак не мог забыть потому, что боялся за неё, и, наверное, куда больше, чем её муж.       Джек предполагал, что Джеймс может взяться за старое, так как ничего другого он в своей жизни просто не умел делать. Ремесло мошенника кормило его всю жизнь, и даже на острове Сойер умудрялся проворачивать аферы в угоду своим низменным желаниям. Джек не предполагал, что промышляя этим, он потянет её за собой, туда, откуда она с таким трудом вернулась, лишь чудом избежав реального срока.       Если называть вещи своими именами, фактически Джек уступил ему право быть с ней и сам отошёл в сторону, считая, что так будет лучше. Лучше от этого не стало никому. Кейт оказалась в опасности: она была вынуждена сбежать из собственного дома под покровом ночи. Он понимал, что ошибся, и теперь, осознавая свой провал был вынужден глушить это осознание алкоголем и медикаментами.       Снова пробуя утопить свои чувства на дне бокала с виски, он не рассчитал дозировку этой анестезии, утопая в собственных воспоминаниях. Возвращаясь мысленно на остров, Джек вспомнил самые яркие моменты и впечатления, оставшиеся от пребывания там: их совместные походы в лес, дежурства в бункере, организованные Джоном Локком, где почему-то Джеку всегда приходилось следить за таймером и вводить числа в компьютер на пару с Кейт. У Локка было свое видение на всё, что происходило в том месте, большую часть из которого Джек не знал, как понять или объяснить самому себе, позже осознав, что тот во всем был прав.       Находиться с ней вдвоем в бункере казалось миссией не выполнимой, особенно если Кейт уходила, чтобы принять душ и просила подать ей полотенце или что-то ещё. Ещё одной сложностью стала сирена, оповещающая о необходимости ввести числа и нажать кнопку «Выполнить». Эта штука мешала им обоим спать, а потому Джеку приходилось разговаривать с Кейт, искать отстраненные темы для беседы и продолжать держать маску безразличия, не выдавая ту безоговорочную влюбленность, что завладела его сердцем. Всё намного усложнилось после возвращения Сойера с другой стороны острова, полумертвого и с пулей в плече.       Доктор вновь столкнулся со сложным выбором. С одной стороны, он как профессионал, желал поскорее поднять на ноги тяжелого больного пациента, а с другой бесконечно любил ту, что отдавала все свои силы и время чтобы спасти его.       Накидываясь спиртными напитками, Джек вспоминал как пребывая между жизнью и смертью Джеймс впервые признался, что любит её. Наверное, будь на его месте кто-то другой, Сойер бы уже умер от последствий инфекции или чего-то ещё: причину не пришлось бы долго искать и придумывать. Но, ведь — это же Джек. И он уже не помнил сколько раз спасал жизнь человеку, который в последствие не отплатил ничем кроме своих отвратительных во всех смыслах проявлений: кражей оружия, лекарств и новыми обидными кличками.       Он внутренне всё ещё считался с ним, думая что она выбрала его, а значит — что то хорошее всё-таки есть в этом человеке. И, сам того не осознавая, уважал её выбор.       Но на самом деле, всё это время Кейт продолжала метаться между двух огней, поддаваясь своему влечению к Джеку, и то и дело, прыгая в постель к Сойеру. Видимо спасение и прибытие на большую землю ничего не изменило. Всё осталось по прежнему запутано, а ему лишь оставалось смириться и ждать, когда она снова соизволит обрадовать своим визитом.       Мысленно, Джек анализировал насколько трудно ему было делить её с ним на острове, и как невыносимо это делать сейчас, когда они стали ближе друг другу. Но не винил ни кого кроме себя в том, что происходило и как обычно пытался всё исправить, запутывая и коверкая всё ещё больше.