Buongiorno Italia

Не к добру людям исполнение их желаний. @Гераклит Как говориться — бойтесь своих желаний. Тэхену бы следовало бояться тогда желания изменить его реальность. Хотелось ведь, чтобы перевернулся мир на изнанку, чтобы случилось что-то масштабное, дабы повлияло на его выбор, который заставлял его изнывать внутри от постоянных рассуждений. Хотелось, дабы его лабиринт резко сменил свое строение, чтобы он смог выбраться с тупика невредимым. Вот только загадывая в ту секунду это, смотря в глаза любимому человеку, он даже и подумать не мог, что буквально через минуту его желание исполниться. Вот только далеко не так, как бы ему хотелось. Желания исполняются, но не всегда так, как ты ожидаешь. Порой, чтобы облегчить себе жизнь, тебе нужно пожертвовать чем-то дорогим. За Тэхена это сделала его злосчастная судьба, когда телефонный звонок контакта ценного человека разбил его сердце на мелкие кусочки. Когда все рухнуло в один момент оставляя из сотней мыслей в голове только одну: лишь бы живы. "Прошу! Лишь бы они были живы, пожалуйста!": кричать пришлось во весь голос внутри себя пока Намджун гнал к больнице. Тэхена тогда не волновало, что тот был пьян, чтобы садиться за руль. Стоило всем узнать об этой новости, как все мгновенно отрезвели. Его не волновало тогда, что с ними поехал и Чонгук, за руку которого он держался все время. Сейчас всех это мало волновало. Сознание было полностью захвачено этой аварией, что все даже не знали что и сказать, молча ждали чуда и лишь бы все обошлось. Ведь сколько гибнут в дтп, и взрослые, и дети. Стоит Тэхену задуматься об этом на секунду, как тело холодом и мурашками окутывает. Нет. Ему стоило бы гнать эти страшные мысли куда подальше. Ведь выжить в дтп и иметь не слишком серьезные последствия можно Сидящий рядом Чонгук помогал в коем-то веке своим присутствием, его запах успокаивал, а тепло, что исходило от руки помогало успокоить дрожащее тело Кима. Когда узнав об этой новости он свалился на холодный бетон, теряя рассудок. Чонгук подхватил его, а после, от того, что ноги Тэхена не держали, на руках отнес к машине. Тот же схватился как за спасательный круг за его руку, не отпуская. Чонгук так и уехал с ними, понимая, что невзирая на прошлые обиды, он ему сейчас был нужен. Приехали они быстро и Тэхен тот час сорвался, забегая внутрь больницы и подбегая к регистратуре, расспрашивая где его жена и дочь. Хосок с Намджуном пошли за ним, а вот Чонгук решил остаться. Он явно там не нужен, не стоит мельтешить перед глазами лишний раз. Это семья Тэхена, его новая жизнь и он там совсем лишний, поэтому стоит остаться и подождать. Да, он действительно волнуется о его семье и сейчас который раз жалеет, что появился и нарушил его спокойный порядок вещей. Не стоило ему лететь сюда, дабы урвать шанс, что Тэхен его простит и примет обратно. Он даже не задумался, что Ким может жить припеваючи с кем-то другим, иметь семью и не помнить о нем ничего. Но эта слабость. Мимолетная, стоило увидеть картины, узнать в них автора, как сердце само на крыльях любви полетело в эту Италию. С надеждой полетело, без нее вернется. Это не страшно. Он умеет уходить, уйдет и в этот раз. И стоило бы ему сейчас уйти. О нем явно Тэхен не думает сейчас и был бы не против, если бы Чонгук по тихому исчез бесследно. Это же легко, точно так же как и в первый раз, не сказав ничего уйти. Думает, что Тэхен сейчас точно о нем горевать не будет, у него есть дела важнее, семья, что попала в аварию и неизвестно какими будут последствия. Конечно, Чон надеется, что все обойдется, тоже волнуется слегка. Но ему все же следует уйти и тогда все будут счастливы. Он уже сказал Тэхену, все что хотел, попрощался нормально, теперь это действительно точка. Чонгук спускается по ступенькам вниз и останавливаясь, поднимает голову. Небо затянуто черными тучами и не единой звезды. Вспомнилось ему, как он два дня назад привел Тэхена на балкон его номера, показал красивейший вид, а после выставил за порог. Сейчас ему кажется, что это было грубо, но как так же необходимо. Их встреча затянулась и он тому виной. Не нужно было тогда назначать им последнюю встречу, нужно было просидеть в отеле, не выходя наружу и со спокойной душой улететь. Правильно Тэхен говорил, что это его вина, что с каждой секундой пребывания здесь он только разрушает его новую жизнь, его семью и его же самого. Он как ураган, снес его уютный и спокойный мир, решив, что вправе это сделать. Но Чонгук ошибся и сейчас все прекрасно понимает. И стоит только сделать шаг, чтобы удалиться от больницы, еще один шаг, чтобы уйти с жизни Тэхена, и еще шаг, чтобы испариться навсегда. Это не так трудно, совсем. Это просто шаг, с которым Чонгук навсегда покончит с их прошлым. Но ноги такие тяжелые, а притяжение настолько сильное, что стоять он продолжает несколько минут, рассматривая небо. И кажется, по его щеке только что потекло что-то мокрое. Это слезы? Он плачет? Смотрит как дурак вверх и плачет? Говорят, это действенный метод, когда тебе плохо и дабы сдержать слезы нужно поднять голову вверх. Но Чонгуку сейчас мало это помогает и он стирает их тыльной стороной ладони, опуская голову. Моментально вдруг злится, топая ногой. Черт! Почему не сдвинуться с этого проклятого места! Он ищет множество отмазок перед самим собой, почему продолжает стоять. Но к самому себе стоит быть честным, перед собой открыть правду то можно, никто же не осудит. И он открывает, поворачивая а секунду голову в сторону клиники. Чонгук продолжает стоять, потому что это он не отпустил Тэхена. Он никогда его внутри не отпускал. И если раньше у него не оставалось выбора и пришлось уходить, то сейчас что ему стоит остаться, хотя бы для того, чтобы узнать в порядке ли семья Тэхена. Хотя бы для этого, а после уйти, тогда-то ему будет полегче, правда? Тэхен останется со своей семьей, а он теперь действительно исчезнет из его жизни как и просил Хосок. Последний рядом останется, друзья с ним останутся да и жена с дочерью. Непонятно зачем он устраивал весь этот цирк, это нелепое прощание в отеле, ведь Тэхен все равно бы никогда не оставил семью. Он это не Чонгук. Никогда бы не бросил, а этому трусу следовало бы сейчас применить свои умения. Но внутри что-то неистово душит, не позволяя с места сдвинуться. Остаться или уйти? Позволить слабость или быть сильным? Чонгук выбирает первое и направляется к больнице. Подходит к крыльцу и долго не решается открыть дверь. Мнется, снова допуская мысль, что это было бы лишним. Все таки кто он там такой? Не нужно, чтобы не дай бог его увидела дочь Тэхена, и тем более жена. К чему ему там быть, он посторонний человек, даже не друг. И действительно, а ведь они друг другу стали совсем как чужие, знающие о друг друге абсолютно все, от любимого хобби до количества ложек сахара в кофе. Чужие люди, которые знают о друг друге все. Ирония. Все таки Чон так и не решается войти и отходит назад. Так будет правильно, так бы поступил каждый, осознав, что он стал лишним в жизни любимого. Как говорят, если любишь нужно отпустить и уйти, когда пришел тот самый момент? И Чонгук не хочет тянуть за собой прошлое в новую жизнь Тэхена, не хочет его огорчать и заставлять много думать о том, что было давно потеряно. Да и самому Чону стоило бы осознать, что это что ни есть настоящий конец. И он отходит медленно все дальше, оттягивая этот момент и уже было собирается развернуться, как... Тэхен вылетает с больницы весь в слезах и буквально врезается в Чонгука. Тот хватает его под руки, удерживая на ногах и его в ответ обнимают настолько крепко, что кажется ребра ломаются. Мужчина кричит, захлебываясь в слезах, страшно вопит прямо в плече Чонгука, от чего последний покрывается мурашками. Неужели все так плохо, неужели...

***

"— И в горе и в радости? — смотрит своими большими от счастья глазами в прикрытые от наслаждения напротив. Чонгук гладит нежную кожу поясницы и без сомнений ему врет: — Конечно, как бы ты ни был счастлив или как бы тебе не было больно, я всегда буду рядом, — подымается на локти и оглядывает красивое очертание лица лунным светом. — А мое плечо будет тебе местом для "поплакаться", — улыбается и целует кончик носа. В ответ только смеются и толкают Чона на белоснежные мягкие подушки. — Надеюсь, эта функция мне не пригодиться, — и накрывает своими губами чужие, что до боли в груди стали родными. Тэхену тогда хотелось просто плакать от счастья." 1985, майским вечером, он плакал от предательства, и где тогда было его обещанное плечо рядом? 1999 он плакал от счастья, когда Роза согласилась выйти за него замуж. 2000, апрельским утром он плакал так же от счастья, когда родилась его дочь, что стала ему смыслом. 2005, вечером, 12 августа, в отеле, он опять плакал, от расставания, и в этот раз его плече было рядом, да только Чонгук и был причиной всех этих слез. 14 августа, того же года, Тэхен вопил от горя и его плечо оказалось как никогда кстати, выполнившее свою функцию спустя двадцать лет.

***

— Где сейчас находятся Розетта и Патриция Эспозито? — спросил сразу, как только подбежал к регистратуре. Не стоит ему терять время. Девушка внимательно рассмотрела нервного мужчину и спокойным голосом попросила подождать в холе, пока не подойдет врач. Тэхена не очень устраивал этот ответ, что значит подождать? Он не может, он уже с ума сходит от неизвестности о состоянии его семьи. В его голову лезут слишком ужасные мысли и стоило бы поторопиться и сказать Тэхену реальность, чтобы ему не пришлось ходить туда сюда, сбивая порой персонал с ног. — Успокойся, присядь, не мешай людям ходить и работать, — зазывает Хосок с лавочки, устало глядя на друга. Он тоже нервничает, волнуется, но стоит взять себя в руки и просто ждать, никого не подгоняя и не мешая со своей нервозностью другим людям. — Успокойся? Ты предлагаешь мне в такой ситуации быть спокойным, когда я могу лишиться их навсегда? — повышая тон, говорит Ким, подходя к сидящим друзьям. — Хосок прав, сядь и просто жди, ты своим волнением никому не поможешь, а себе только хуже сделаешь. Тэхен, кусая до крови изнутри щеки, смотрит на Намджуна, пристально, внутри крича о том, что ему так легче. Ходьбой, хоть каким-то движением он помогает себе справится со страхом. Он бы вышел на улицу, дабы подышать свежим воздухом, но стоит дождаться врача, вдруг все не так плохо. Но Ким допускает мысль, что если бы не произошло ничего серьезного, то им бы не нужно было сейчас стоять и ждать. Сейчас, когда секунды для него годами кажутся, а минуты вечностью. И доктор не заставил слишком долго ждать. Стоило ему показаться на горизонте и подойти к парням, как Тэхен буквально налетел с расспросами о состоянии его жены и дочери. — Успокойтесь. Представьтесь пожалуйста, вы их.. — Муж и отец, — перебивает. — Скажите, прошу, что с ними? — теребит подол рукава от нетерпения. — Удар пришёлся на левую сторону машины. Мне очень жаль, мы сделали все, что смогли, но ваша жена скончалась от субарахноидального кровоизлияния в мозг, это повреждение внутричерепной артерии. Мужчина теряет равновесие и практически валится с ног, как сзади его подхватывает Хосок. Он был готов, думал только о подобных словах, и практически не таял надежду на что-то хорошее. Но к этому невозможно было подготовится. Этого нельзя было предвидеть, только сидеть и гадать. Жизнь и смерть. Между ними такая тонкая грань и как же человек перед ней бессилен. — Но ваша дочь жива, — умереть можно от пары слов, от известия о смерти дорого тебе человека. Но можно и возродиться. Судьба забрала у него жену, но к его безграничной любви к дочери была питала слабость и позволила этой крошке выжить. Удача, золотые руки этого доктора, все вмиг оказалось на стороне Кима, на что он поднимает мокрые глаза, не в силах сдерживать слезы. — Что с ней? Я могу ее увидеть?! — крепко держит за плече Хосока, сжимая ткань его одежды. Сейчас он плюёт на все последствия, главное, что она жива и что шансы оставаться в живых у нее есть. — Девочка в тяжёлом состоянии, в результате разрыва бедренной артерии она потеряла много крови, почти тридцать процентов ОЦК, объёма циркулирующей крови. Дело в том, что у неё четвёртая отрицательная группа, это самая редкая и в нашем банке ее недостаточно. Мы запросили, но кровь нужна срочно. Может у вас или у ваших знакомых есть? — У меня вторая положительная, — с грустью отвечает Тэхен и смотрит на друзей. Вряд ли у них будет она, но все же, надеется это все, что он сейчас может сделать. Но что Хосок, что Намджун, повесив в отчаянии головы, ответили отрицательно. Как вот так, дав мимолётную надежду, можно беспощадно было ее отобрать? Тэхен конечно будет ждать и надеяться, что они найдут для нее кровь, но времени не так много. И опять. Он опять ничего сделать не может, а внутри только и разрывается сердце. У него пока что шок, он до конца так и не осознал смерть Розы, а слова о том, что его дочь жива позволяют ему не задумываться об этом. Не погружать себя в страшные мысли, не разбиваться об осознание настоящего. Он потерял действительно близкого ему человека, но сейчас такой же близкий на той самой грани жизни и смерти. И Тэхен даже думать не хочет, что будет с ним, когда ему придется услышать такие же слова, только и о дочери. Он и не станет так думать. Если есть шансы, значит, не все потеряно. Так ведь? Но внутри будто ком стоит, поперек горла, не позволяя дышать, а слезы уже на автомате льются. Он знает, какого это терять близкого человека, но не знает как это, терять сразу двоих, при этом оставаясь одному. Если когда он потерял мать, он мог вернутся в свой дом, где встретила его жена, носившая под сердцем Патрицию и тогда это помогло ему справится с утратой. Но сейчас, кто поможет ему сейчас? Друзья? Это конечно хорошо, но у них есть своя личная жизнь и они с его не переплетаются. Тэхену придется справляться в одиночку, стараясь не утонуть в алкоголе и прочем. Поэтому ему нужно, чтобы дочь осталась живой. Это будет тот самый свет, ради которого ему стоит оставаться сильным. А сейчас, все что он может сделать это ждать. Ждать и надеяться, не позволяя поглотить себя отчаянию. Поэтому, дабы не задохнутся в душном и людном холе, Тэхен решает выбежать на улицу, дабы подышать свежим воздухом.

***

С такими новостями он совсем забывает, что ехал сюда вместе с Чонгуком. Да он вовсе с его головы вылетел и стоило в него врезаться, как внутри загорается еще один огонек надежды. Вот кто смог бы ему помочь. Вот, чье плечо оказалось как никогда кстати, и в которое сейчас он выливает всю боль от безысходности перед дочерью и от утраты жены. Все таки он не один. Ведь не один же? Чонгук не поступит настолько безжалостно и не уйдет, оставив его в таком подвешенном состоянии. Да, подобное в его стиле, но раз он не ушел за все это время, пока Тэхен был в больнице и собирался зайти внутрь, то возможно-ли, что он хотел бы помочь? Чонгук не настолько скотина, чтобы в такой ситуации просто развернутся и оставить человека, который так нуждается в его поддержке. Тэхен уверен. Пусть тогда все сложилось не так сладко, пусть их отношения закончились не наилучшим образом, в данной ситуации Чонгук его не бросит. Хотя бы из-за уважения к ним прошлым. Как только Тэхен слегка успокаивается и отстраняется от Чонгука, поднимает на него свои красные глаза, и мысленно умоляет помочь. Может, если ему повезет, то Чонгук окажется носителем четвертой отрицательной. Вот бы ему повезло еще раз и судьба оказалась на его стороне, подкинув под дверь больницы такой вот подарок. — Что с ними? — первым начинает Чонгук, не отрывая глаз от Тэхена, который явно будто проглотил язык от стресса и не может ничего сказать. — Роза, она... — не может. Ком в горле перекрывает воздух так, что говорить становится слишком трудно. А слезы все больше и больше текут по его бледным щекам. — Они сделали все, что могли.. — опускает голову и продолжает держатся за рукава пиджака Чонгука. А тот все понимает. Легко было догадаться по какой причине у Тэхена такое состояние и он допускал мысли о гибели. Но почему он говорит только о жене? Это же может значить то, что его дочь жива, но скорее всего в плохом состоянии. Чонгуку они были никто, лишь мельком на том вечере заметил их, и то не запомнил лица. Но поскольку Тэхену они так дороги, то собственное сердце не на месте. Итальянская мудрость гласит: "если любишь кого-то, у тебя болят его раны". У Чонгука сейчас болят раны любимого, не настолько сильно, но болят. За него болят. Все же, он его таким разбитым не видел никогда. И сейчас не то время, чтобы думать о них, о прошлом, о его неправильных поступках. Тэхену нужна моральная поддержка и поэтому он отдаст всего себя ему сейчас. Как обещал, и в горе и в радости. Да только пока что эта функция только с горем и работает. — А дочь? Что с ней? — Жива, — шмыгает носом, поднимая голову. — Но потеряла слишком много крови и ей нужно переливание. Дело в том, что ее группа — самая редкая, и ни у нас, ни в больнице ее нет... А время поджимает... Мне так страшно от мысли, что я смогу и ее... — не договаривает, как Чонгук обнимает его, от чего новая порция слез опять заставляет пиджак мужчины намокнуть. — У нее случайно не четвертая отрицательная? — Она самая... — Так послушай, — мужчина отстраняет от себя Кима и слегка улыбаясь смотрит и говорит то, от чего его сердце не выдерживает: — у меня четвертая отрицательная. Я могу стать донором для твоей дочери. Отчаяние и надежда. Что же в итоге победит?

***

Забегая на радостях внутрь больницы они быстро находят доктора, на что Чонгук сообщает ему, что может стать донором. — У меня четвёртая отрицательная. — У вас есть проблемы со здоровьем? Нам придётся взять шестьсот грамм, это гораздо выше нормы, — спрашивает врач, разворачиваясь. — Нет, здоров как бык. — Хорошо, пройдёмте со мной, после анализа, если всё будет хорошо, сразу приступим к процедуре. Чонгук следует сразу за доктором, то и дело поворачиваясь и шепча Киму о том, что все будет хорошо. Тэхену будто бы опять пришили крылья и он следует за ними, на что врач, останавливаясь заявляет, что мужчине туда нельзя. Тэхен остается с друзьями, на радостях рассказывая о том, как ему повезло столкнутся с Чонгуком. Как повезло, что он на спешках уехал с ними и что не ушел, а остался ждать на улице. И если бы только Тэхен знал, сколько тот делал попыток уйти, сколько он думал о том, что лишний здесь и насколько он рад сейчас, что все таки остался. Что было бы, если бы он ушел? Если бы не нашли вовремя кровь? Чонгук бы просто не смог дальше жить, зная, что в нем нуждался невинный ребенок, к отцу которого он пытает до сих пор настоящие высшие чувства. И что только благодаря им он не ушел в очередной раз, оставив бы за собой слишком большие последствия.