Действительно позорный задира

Иногда Тэхёну кажется, что Чон Хосок просто напрашивается. На него не действуют красноречивые взгляды и прямые угрозы, он все равно продолжает делать это. Да кем он себя возомнил, позволяя себе такое поведение? Вечно ругается с учителями, портит школьное имущество ради веселья и постоянно издевается над младшеклассниками. Да и не только над ними, даже над своими одногодками и теми, кто старше. То высмеит за внешний вид в столовке на глазах у всех, а потом выльет на голову кашу, то подножку подставит, то какую-нибудь девчонку до слёз доведет и плевать ему на замечания и угрозы об исключении. Он просто бесчувственный мудак. Но вот Ким Тэхёна он боится. Наверное, он единственный человек в школе, который способен хоть немного его приструнить. Проходя мимо Тэхёна в коридоре, Чон пугливо опускает взгляд, а когда Тэхён с силой впечатывает его в стену, готовый поколотить за то, что снова обидел младшеклассника, тот вжимает голову в плечи и выглядит так, будто сейчас расплачется и вообще он хрупкий нежный бутончик. Ну и, собственно, как в такие моменты его колотить, когда он выглядит настолько невинно и испуганно. Тэхён просто теряется, способный лишь раздражённо фыркнуть и откинуть несопротивляющуюся тушку в сторону, поспешно убегая прочь. Черт, этот гад прирождённый актер. И глаза у него чертовски красивые, что аж тошно. Иногда так хочется просто схватить парнишку за тонкую шею, утащить куда-нибудь подальше, поставить на колени и... И что "и"? Ничего. Дальше детям знать нельзя, потому что даже сам Тэхён содрогается от мыслей, которые приходят в его голову, следует ему представить Чон Хосока, стоящего перед ним на коленях. И черт, слишком долго Тэхёну удается себя сдерживать, а Хосоку уходить безнаказанным, поэтому Тэхён берёт яйца в руки и твердо решает, что как только встретит Чона, неважно где, тот поплатится за все свои проделки как следует. Но, видимо, у судьбы были на них другие планы. *** В тот вечер Тэхён просто решает прогуляться по городу. А что? Погода была хорошая, грех сидеть дома. Друзей звать как-то не хочется, сейчас у него настроение просто в одиночку побродить по району, слушая музыку и наслаждаясь видом ночного Сеула. Поэтому Тэхён забегает в круглосуточный магазин, покупает пачку мятной жвачки, вставляет наушники в уши и не спеша бредет куда глаза глядят. За раздумьями о всяком разном Ким не замечает, как быстро бежит время и возвращается в этот мир только когда наушники издают слабое пищание и отключаются. — Черт, разрядились, — с досадой выдыхает парень, доставая из кармана коробочку, чтобы засунуть в неё наушники. Теперь, когда в ушах не гремит музыка, Тэхёна привлекают какие-то крики и ругань где-то со дворов многоэтажек, перед которыми он остановился. Заинтересованый происходящим, парень подходит ближе и старается незаметно выглянуть из-за здания, пытаясь разглядеть что там происходит. И видит его. Плачущего и сидящего на земле. Мужчина перед ним – видимо отец Хосока, выглядит по-настояшему злым, громко кричит и машет руками. Рядом с парнем носится миниатюрная девушка, стараясь закрыть собой от разгневанного мужчины и одновременно как-то успокоить, практически впавшего в истерику, Чона. — Сука, прекрати реветь, пока я сам тебя не заткнул! Больно ты у нас изнеженным стал, чуть на него прикрикни, сразу нюни распускает. Может мне тебя выпороть? Я сделаю из тебя мужика! — зло усмехаясь, прокричал мужчина. Тэхён почувствовал, как от этого тона по его спине пробежали мурашки. — Папа хватит! Прекрати пугать его, зайди в дом, я сама с ним поговорю, — громко ответила девушка, видимо сестра Хосока. — Ну, нет, Давон, он у меня за все ответит. — Папа, это просто двойка за тест, ничего страшного не произошло, прекрати, пожалуйста! — Просто двойка? Знаешь, как нас в детстве за такие «просто двойки» пороли? И мы не ныли, как это отродье! Может хоть так он научится слушать на уроках и мозгов прибавится. — Папа, прости, я-я исправлю, о-обещаю, — сквозь слезы проговорил Хосок, обращая внимание Тэхёна на себя. И только сейчас Ким с ужасом замечает на щеке парня огромный, наливающийся фиолетовым, синяк. — Я это уже сто раз слышал, хватит с меня твоих отговорок. Встань и прими своё наказание как мужчина. А ты, Давон, немедленно отойди от него! — Нет! — вскрикнул девушка, вцепляясь в брата. — Я не позволю тебе бить его! Вдруг, в момент когда мужчина взмахивает рукой, Тэхён замечает в его руках розги. Да ну нет, он же не собирается? — Давон, давай по-хорошему, — сквозь зубы шипит мужчина, медленно подходя к детям. — Ты сейчас же встаёшь и уходишь домой. Мы с Хосоком тоже скоро зайдем. — Нет, — помотала головой девушка, крепко обнимая и поглаживая по спине дрожащее тело брата. — Ну ладно, я предупреждал, — хмыкает мужчина, а дальше всё происходит как в замедленной съемке. Вот он хватает дочь за руку, с силой оттаскивая от Хосока. Та кричит, сопротивляется, но силы не равны, и Давон откидывают в сторону. Взмах руки, болезный вскрик и отчаянный визг девушки он запомнит еще надолго. Один удар и на щеке Хосока остаётся кровавый след. А Тэхён чувствует нарастающую в геометрической прогрессии злость. Да как он посмел?! — Что ты творишь, больной ублюдок! — выкрикивает Тэхён, выскакивая из своего укрытия и обращая внимание всех присутствующих на себя. Ошарашенный мужчина непонимающе смотрит на приближающегося к нему парня, а тот пользуется его замешательством, практически выхватывая из его рук розги. — Ты кто такой вообще? Что ты себе позволяешь? — гремит мужчина строгим голосом, с прищуром смотря на Тэхёна. — Кто я такой не имеет значения, а вот вы настоящий тиран, раз доводидите своего ребенка до такого состояния, — отвечает Ким, резко ломая розги пополам. — Да как ты, — лицо мужчины краснеет от ярости, а ноздри широко раздуваются. Он уже делает шаг вперед, занося кулак для удара, когда на нём с громкими криками виснет Давон. — Папа, не трогай его, успокойся! Прошу, пожалуйста, иди домой, — всхлипывая, лепечет девушка, всеми силами пытаясь оттянуть отца от Тэхена, упрямо смотрящего мужчине в глаза. Тот, нехотя, поддается, и, все еще не отводя от незнакомого парнишки взгляда, резко откидывает от себя дочь, медленно оборачивается к Хосоку. — Домой до завтра можешь не возращаться, я тебя даже на порог не пущу, паршивец, — обманчиво спокойно говорит мужчина, пригрозив пальцем для пущей убедительности. — Давон, жду тебя дома через десять минут, — и просто уходит, скрываясь за дверьми подъезда. Едва дверь за ним закрывается, как девушка со всех ног кидается к всхлипывающему брату, который все еще сидит на земле, подтянув колени к груди и уткнувшись в них носом. — Хоби? Сильно больно? — обеспокоенно произнесла Давон, осматривая рану на щеке парня. — Все в порядке, не беспокойся, — слабым голосом выдохнул он, пытаясь выдавить улыбку. — Вам нужно возвращаться домой, я о нём позабочусь, — сказал Тэхён, привлекая к себе внимание девушки. — А вы, — неуверенно начала Давон, исподлобья поглядывая на Кима. — Я его... м-м... друг, — ненадолго задумавшись, ответил Тэхён. Говорить его сестре, что он, вроде как, на дух не переносил этого парня, по крайней мере, до этого дня, он посчитал необязательным. — Хосок~а, мне нужно идти, — сказала Давон, нежно обхватывая лицо брата ладонями, стараясь не задевать ранку, — справишься, малыш? — Угу, — хлопнув носом, кивнул Чон, жмурясь, от ласковых поглаживаний мягкий женских рук. — Думаю, я сниму номер в гостинице на ночь. — Хорошо, тогда, береги себя. Напиши мне завтра, я приеду и заберу тебя, — улыбнулась Давон, с тяжелым сердцем помогая брату встать с земли. Ей очень не хотелось отпускать Хоби куда-то одного, тем более ночью. К тому же, ее младший братик всегда был очень впечатлительным и ранимым. Но лучше уж так, чем отец изобьет его до неузнаваемости. Тем более, если с ним будет его друг, ей не о чем переживать, так ведь? — Доверяю его тебе, — сказала она, обращаясь к Тэхёну, до этого молча наблюдавшему за ними. Ему показалось очень милым, что сестра так заботится о брате. — Да, хорошо, — ответил он, слегка улыбаясь девушке, мол, не переживай, он в надежных руках. Та тяжело улыбнулась в ответ и быстро, не оборачиваясь, чтобы не передумать, забежала в подъезд. Парни остались только вдвоём. Тэхён вдруг почувствовал смятение. Почему-то стало ужасно неловко, и он словно забыл, как говорить. Хосок тоже выглядел смущенным. Неловко переминался с ноги на ногу, и все его лицо было красное, от недавних слёз, которые он упорно старался утереть. — Ну это, — вдруг начал Хо, спасая ситуацию, — спасибо, что помог, и прости за эту сцену и за мой видок. Папа, обычно, не бьет... по лицу, — неловко пробормотал парень, не решаясь поднять взгляд. — Ничего, ты не виноват, — поспешил заверить его Тэхён, чувствуя нарастающую уверенность, так как парень напротив был смущен больше его самого. — А, д-да... м-м-м, ты можешь уже идти домой, я не смею тебя больше задерживать. А я в гостиницу поеду. — Ну, уж нет, никакой гостиницы, — возмутился Тэхён, — ко мне поедешь. — Ч-что? — удивленно посмотрел на него Хосок, — но я ведь... я... думал ты меня ненавидишь. — Ты мудак, — согласно кивнул Тэ, заставляя Хосока в недоумении уставиться на него, — но я пообещал твоей сестре, а еще я очень добросердечный человек, так что, считай, что тебе повезло. — Спасибо, конечно, но я все-таки сниму номер, — слегка обиженно пробормотал Хо, замечая, как Тэхён молча начинает подходить к нему со странным выражением лица. — Э-эй, ты чего? — напряжённо спросил парень, делая шаг назад. — Ты слишком много споришь, — с легкой ухмылкой проговорил Тэ, продолжая наступать. Сердце Хосока готово было выскочить из груди, и все, что он мог сейчас, это просто шагать назад, в такт шагам Кима, с лёгким страхом глядя в его глаза. Но спустя буквально несколько секунд идти уже было некуда, Хосок уткнулся спиной в стену, вздрогнув, когда Тэхён резко склонился к нему, расставляя руки по обе стороны от его головы и с усмешкой заглядывая в его лицо. Смущенный до ужаса Чон упрямо уткнулся взглядом в землю, боясь посмотреть в такие пугающие, и, одновременно, завораживающие глаза. — Малыш, ты должен быть послушным, ты же не хочешь, чтобы твоя сестрёнка волновалась? — томным голосом прошептал Ким в стремительно краснеющее ушко, чувствуя, как слегка подрагивает тело под ним. — Ты мог бы... немного отодвинуться, — запинаясь пролепетал Хо, чувствуя, что вот-вот готов грохнуться в обморок. — А что, ты стесняешься? Я заставляю тебя волноваться? — со смешком спрашивает Ким. Его дико веселит эта ситуация. Однако, дразнить эту краснеющую фиалку оказывается весёлым занятием. С другими Чон весь такой плохой, старается казаться крутым, а сейчас дрожит под Тэхёном как трусливый зверек. Ну, вот и какой из него задира. — Думаю, хватит уже болтать, — говорит Тэхён, решая заканчивать. Уже и правда пора идти, тем более у Хосока ранка до сих пор кровоточит. — Ч-что? — бормочет Хо и тут же вскрикивает, чувствуя как его больно хватают под локоть, как раз там, где ещё не зажившие синяки с прошлых побоев, и тащат куда-то. — Стой! Стой, больно, я сам пойду, честно! — судорожно выпаливает он и наконец чувствует, как жесткие пальцы размыкаются на травмированной коже, выдыхает с облегчением. Тэхён только с пониманием и легкой жалостью смотрит на него. Конечно, он всё понял, но решает промолчать. Они молча идут по улице, Тэхён впереди, сложив руки в карманы, а Хосок хвостиком плетётся сзади. За всю дорогу Тэхён ни разу не оборачивается, почему-то уверенный, что парень и так будет безропотно следовать за ним. Спустя какое-то время Тэхён приводит Хосока к небольшой многоэтажке, открывая дверь подьёзда, молча говоря ему заходить первым. Уже в квартире Тэхён с порога что-то кричит маме и куда-то убегает, оставляя Хосока неловко топтаться на пороге. Из соседней комнаты доносятся приглушенные голоса, а через пару минут оттуда вылетает Тэхён, на ходу крикнув Хосоку: — Ну, чего застыл, как истукан, раздевайся. И снова скрывается в другой комнате. Чон даже не успевает как-то отреагировать, как из зала выходит невысокая, приятной внешности женщина. — Ох, дорогой, ну как это ты так, — всплеснула руками она, оглядывая Хосока так, словно он был ее сыном. — Давай же, дорогой, проходи, я обработаю твоё лицо. Боже, бедный мальчик, ох, — лепетала она, помогая ужасно смущенному Хо снять куртку и кроссовки. — Не надо, мама, я сам всё сделаю, — поспешно говорит Тэхён, вылетевший к ним с аптечкой в руках, — мы будем в моей комнате. — Сынок, ты уверен? У него такая рана на лице. Боже, бедный мальчик, какие злые нынче подростки. Целой бандой на одного... — Я мимо проходил, так что всё обошлось, не волнуйся, мам, мы пойдём, — натянуто улыбнулся Тэхён, утаскивая за собой растерянного Чона. — Это моя мама, она немного... м-м... впечатлительная. Не обращай внимания, — сказал Тэ, видя вопрос в чужих глазах. — Садись на кровать, будем тебя лечить. — Это вовсе не обязательно, — пролепетал Хосок, послушно усаживаясь на постель, — не стоит тратить на меня медицинские препараты. — Ого, как официально – медицинские препараты, — хохотнул Тэ, передразнивая голос Чона, от чего тот только обиженно закусил губу. — Не неси ерунду, пару капель перекиси и зелёнки нас не обеднят, — уже серьезным тоном сказал парень, подходя к Хоби и усаживаясь рядом с ним практически вплотную. — Тебе не кажется, что ты слишком близко? — краснея, проговорил Хо, слегка отодвигаясь в сторону. — Посмотрите, кто-то засмущался, — как-то слишком ласково улыбнулся Тэ. — Я бы даже умильнулся, если бы не знал, какой ты на самом деле придурок, — улыбка так же быстро сползла с лица, как и появилась, — и какой чёрт меня вообще потянул тебе помогать? Эх, ладно, развернись ко мне другой щекой, пока рана не загноилась. Не дождавшись каких-то ответных действий, Тэхён цокнул и сам развернул к себе парня другим боком. — Господи, ты просто невозможен. — Тебе вовсе не обязательно помогать такому придурку, как я, — как-то слишком тихо пробубнили рядом, болезненно шипя, когда несколько капель перекиси попали на рану. — Что за тон, обиделся что ли?— с усмешкой вздернул бровь Тэ, протирая ранку ватной палочкой. — На правду не обижаются, знаешь. — Знаешь что! — неожиданно вскочил Чон, возмущенно сжимая кулаки. — Если ты решил помочь мне только ради того, чтобы напомнить, какой я ужасный, то я лучше уйду прямо сейчас, потому что я и так всё это знаю! — Да ладно тебе. Правда обиделся? — проворчал Ким, хватая парня за руку и мягко усаживая обратно. Тот поддался почти не сопротивляясь и только показательно отвернулся от Тэхёна. Тот только хмыкнул, глядя на него из под ресниц и принялся обрабатывать мелкие ссадины на руках, которых там было предостаточно. На какое-то время наступило молчание, и Ким мог спокойно покопаться в своих мыслях. Признаться, его удивило то, что он сегодня увидел. То, как отец Хосока относится к нему показалось ему жестоким. Конечно, он может не знать всех подробностей и вообще жизнь чужих семей не его дело, но всё же. Каким бы козлом не был Чон, его было действительно жалко. Если отец так избил его лишь за двойку, то что бы он сделал, если бы Хо натворил что посерьёзнее? Вот только попробуй сказать это ему, мелкий поганец. Сразу загрызёт, пытаясь казаться гордым. — Думаешь, мне это нравится, — Тэхён не сразу понял, что этот тихий голос обращался к нему. — Что? — вскинул он глаза на Хосока, прожигающего его каким-то непонятным взглядом. — Думаешь мне нравится вести себя вот так? — повторил свой вопрос Хосок, кажется, даже не моргая. — В каком смысле? Думаешь я знаю, что творится в твоей голове? — удивился Тэ, слегка хмуря брови, — может и нравится, — пожал он плечами. — М, — Хосок неоднозначно кивнул и вновь отвернулся, уставившись куда-то задумчивым взглядом. Тэхён продолжал смотреть на него с вопросом еще несколько секунд, но на него благополучно перестали обращать внимание, и он решил продолжить свое дело. Но не успел он снова уйти в свои мысли, как к нему вновь обратились. — Я просто не хочу казаться слабым, — на последнем слове голос Хосока как-то болезненно дрогнул, а лицо слегка исказилось. — Ты вроде не похож на слабака, — ответил Тэ, рассматривая, хоть и немного, но накаченные руки. И невольно заулыбался, ведь у него самого мышцы все же были повыразительнее. — Отец всегда считал меня слабым, — выдал Хосок, кажется, даже не услышав слов Кима. — Чтобы я не делал, для него этого было недостаточно. Он с самого детства начал делать из меня, как он говорил, настоящего мужчину. Заставлял делать какие-то дурацкие упражнения, бегать по утрам по нескольку километров, наказывал за каждый промах, чтобы преподать урок. Он думал, что так закаляет мой дух, — Хо болезненно хмыкнул, — а когда мне было двенадцать лет, меня ограбили какие-то старшеклассники на улице. Забрали телефон и все деньги, что мама дала на школьные обеды. Тогда отец впервые избил меня особенно сильно. Обычно он ударял пару раз по рукам и ногам, так, что потом оставались синяки, а в тот раз он продолжал издеваться надо мной на протяжении целого часа. На мне живого места не было, вся спина и ноги были исполосаны глубокими ранами от плети, я не мог ходить несколько дней и всё это время я был заперт в своей комнате. Отец запретил обрабатывать раны и заходить маме с сестрой ко мне, потому что это было наказанием. Он даже запретил приносить мне еду. По его словам, это должно было послужить мне уроком, чтобы я больше не смел позволять себе такой слабости, — в конце своей речи голос парня немного надломилось, было видно, что он с ужасом вспоминает это время. Тэхён заметил, что по его щеке скатилась одна слеза, но он быстро её стёр, стараясь сдержать подступающие слезы. — Я просто... не хотел, чтобы меня считали слабым, — вновь повторил он. — Я посчитал, пусть уж лучше меня будут боятся, так никто не посмеет подумать, что я слаб. — Чон Хосок... — едва шевеля губами, прошептал шокированный Тэхён, не в силах сказать что-то связное. Он просто смотрел на напряженного парня, глупо распахнув глаза и рассматривая его лицо. — Черт, прости, — неожиданно хихикнул Чон, — я не знаю, зачем я тебе это все рассказал. Прости, не забивай свою голову такой ерундой, забудь всё, что я сказал, на меня просто накатило что-то, вот я и... Неожиданно Тэхён резко двинулся в его сторону, и в следующую секунду Хосок оказался прижат к крепкой груди. Тэ сжимал его в объятиях так сильно, словно хотел слиться с ним в единое целое. Большие теплые ладони нежно поглаживали узкую спину, и медленно передвигались к голове, запуская пальцы в мягкие прядки. От такого простого, но такого необходимого жеста Хосок все-таки не смог сдержаться и непрошенные слезы покатились по щекам против его воли. — Ты не слабый, — уверенно произнес Тэ, упираясь подбородком в чужую макушку. — Это не так, — попытался возразить Чон, — Ты не слабый, — настойчиво повторил Тэхён. — Ты ни в чем не виноват, ни в том, что с тобой произошло в детстве, ни в том, что у тебя такой отец. Тебе не нужно издеваться над другими, чтобы казаться сильным. Представь, как они себя чувствуют. Также как ты, когда над тобой издевается отец. — Я... я понимаю, но я не могу по-другому... не могу... боюсь, — ответил Чон, пряча лицо в чужой шее, вдыхая приятный запах мужского тела. — Все будет хорошо, я... я помогу, — немного подумав, проговорил Тэхён. — Как? — всхлипнул Хосок, поднимая голову и заглядывая ему в глаза. — Не знаю, как-нибудь, — пожал плечами Ким и улыбнулся так искренне, что у Хосока бешенно забилось сердце от осознания того, что он улыбался так ему. Наверное в тот момент в голове Хосока произошёл какой-то сбой, временное помутнение рассудка, иначе он не может объяснить, почему позволил себе притянуть Тэхёна к себе за шею и коснуться его губ своими. Тот пораженно распахнул глаза, застыв в ступоре и даже не пытаясь сопротивляться. Чужое лицо было непозволительно близко, и он мог рассмотреть длинные пушистые ресницы на прикрытых и слегка подрагивающих веках парня. Неожиданно для самого себя Тэхён расслабился, прислушиваясь к ощущениям. Поцелуй был... приятным. Губы Чона были тёплыми и мягкими, он не напирал, лишь слегка касаясь его губ своими, не пытаясь просунуть язык или еще что-то. Он целовал совершенно по-детски и так невинно. Тэхену неожиданно пришла догадка, что похоже, это был его первый поцелуй. И он так легко отдал его ему. Хосок, тем временем, медленно распахнул глаза, осознавая, что он сейчас делает. Паника мгновенно накрыла его с головой и он резко отскочил от Тэхёна на несколько шагов. — Черт, прости, я не знаю, что на меня нашло, — запричитал он, бегая взглядом по комнате, — прошу, прости, я не должен был... Тэхён не дал ему договорить, настойчиво притягивая обратно охнувшего парня за запястье, усаживая к себе на колени. Парень не дал Хосоку и возможности возмутиться, обхватил его лицо двумя руками и вновь, теперь уже сам, втянул в нежный поцелуй. Чон яростно задергался, пытаясь вырвать губы из плена и слезть с чужих колен. Он оперся ладошками о Тэхёнову грудь, пытаясь оттолкнуть, но тот был сильнее и абсолютно не хотел отодвигаться. Но когда метания парня уже порядком надоели Тэхёну, тот, с глухим рыком перевернул их тела, подминая Хоби под себя и снова попытался завладеть чужим ртом, но в этот раз Хо смог увернуться. — Что ты, черт возьми, делаешь?! — тяжело дыша, возмутился Хо. — А ты как думаешь? — усмехнулся тот. — Целую тебя, ты что-то имеешь против? — Представь себе, да! Я не давал тебе разрешения меня целовать, — воскликнул Чон и попытался выбраться из под нависшего над ним тела, но его не собирались так легко отпускать. — Вообще-то, это ты первый поцеловал меня, если забыл, — с ехидной улыбочкой заметил Тэ, довольно подмечая, как чужие щёки стремительно краснеют. — По-моему, это даже больше, чем разрешение. — Я просто... просто, — залепетал смущённый Чон, — это не то, что ты подумал. Так... получилось, извини... — Тебе не нужно извиняться, — прошептал Тэ, протягивая руку и ласково поглаживая чужую щёку. — Я уже давно понял, что нравлюсь тебе. — С чего ты это взял?! — снова взвёлся Хо, ещё более яростно пытаясь выбраться из чужих объятий. — А что, хочешь сказать, нет? — ухмыльнулся Тэ, склоняясь непозволительно близко к чужому лицу и выдыхая в самые губы, — знаешь, ты мне, кажется, тоже. Хосок неверяще выдыхает и пару раз хлопает глазами. — Правда? — совсем по-детски шепчет Хо, с надеждой смотря на Тэхёна и тот чувствует, как от этого взгляда по всему телу разливается тепло и нежность. Такого Чона ужасно хочется защитить и дать ему все, что он только попросит. Тэхён смотрит на него, взглядом спрашивая разрешения, и Хо слегка кивает, понимая его без слов. Тэ склоняется ещё ближе и втягивает Хосока в ласковый поцелуй. Тот приобнимает его, поглаживая спину руками и робко старается отвечать. Тэхён прикасается ладонями к его плечам, ведёт ниже, к локтям, поглаживает выпирающие косточки, ощущая, как мурашки пробегают по чужой коже. Он спускается еще ниже и поддевает край футболки, проскальзывая под ткань и поглаживая чужой живот. Хо под ним шумно выдыхает и издаёт что-то похожее на стон, что придаёт Тэхёну еще больше смелости. Он касается резинки штанов, просто поглаживая, дожидаясь разрешения и когда Хосок издаёт одобрительное мычание приступает к делу. Тэхён медленно тянет чужие штаны вниз, на что Хосок слегка приподнимает бёдра, помогая ему и наблюдая за действиями парня, при этом покусывая губы. Стянув штаны до конца, Тэ небрежно отбросил их в сторону, бережно оглаживая оголенную кожу ног и уже хочет стянуть с парня носки, как тот неожиданно брыкается. — Носки оставь! Мне в них спокойнее, — Ким поднял удивленный взгляд на смущенного до ужаса парня и громко расхохотался. — О, боже, это так мило, обычно во время секса люди стесняются оставаться без нижнего белья, а тут носки, — смеялся Тэ, слегка похрюкивая, и Хосок обиженно надулся, показательно отворачивая голову. — Да ладно тебе, я просто шучу, — заметив это, поспешил исправиться Тэхён, — если тебе в них спокойнее, мы не будем их трогать, — одобрительно улыбнулся он. — Вот уж спасибо, — зло щурясь, пробубнил Хо. — Ты милашка, когда злишься, — умильно булькнул Тэ, нежно целуя выпученные губы. Хосок сразу забывает, сколько нехороших слов хотел сказать и охотно поддается вперед. Старается отвечать, следуя природной интуиции. Пробует коснуться губ Тэхёна языком, сделать поцелуй более глубоким. Тот приятно удивлен смелости Чона и послушно открывает рот, позволяя их языкам встретиться и с интересом изучать друг друга. Хосок что-то задушенно мычит и Тэхён чувствует, что от этого звука в животе что-то приятно скручивает. Не разрывая поцелуй, он скользит ладонями к стройным ногам и слегка раздвигает, чтобы поудобнее усесться между ними. Хосок совсем не против, и только обвивает чужую шею руками, притягивая ближе. Руки Тэхёна скользят по ступням, затем выше, к острым коленкам, кружат вокруг, поглаживая кожу и медленно устремляются дальше, по мягким бедрам. Хосок слегка напрягается, но не останавливает его, а наоборот, тянется рукой вниз и накрывает чужой полувставший член рукой сквозь ткань джинс. Тэхён сдавленно охает и на мгновение теряется, чем и пользуется Чон. Хо ловко переворачивает их, теперь уже подминая Тэхёна под себя и усаживаясь на его бедра. — Я тоже хочу тебя потрогать, — невинно хлопая глазками, улыбается он и принимается растегивать пуговки на чужой рубашке. Тэхён позволяет себе расслабиться и смирно лежит, раскинув руки в стороны и наблюдая за действиями парня, нагло сидящего на нем. Расправившись с рубашкой, Хосок едва ли не присвистывает, разглядывая гладкую мужскую грудь и ярко выраженный пресс. — Нравится? — с улыбочкой спрашивает Тэхён, замечая его реакцию. — Очень даже, — кивает Хо и, подбирая слюни, медленно опускается лицом вниз, ткнувшись губами в один из кубиков. Тэхён шумно выдыхает и громко сглатывает. Чон внутренне радуется такой реакции и продолжает свое дело, поднимаясь поцелуями выше к груди. Его губы нежными бабочками порхают по коже, оставляя мимолетные влажные прикосновения, когда неожиданно касаются чувствительного затвердевшего соска. Тэхён сдавленно стонет и поддается бедрами вперед, заставляя Хосока почувствовать его усилившееся возбуждение, упирающееся ему в ягодицы. Чон, решая поиздеваться над парнем, игриво ерзает на нем, при этом легко покусывая горошинку соска, заставляя Тэхёна выгибаться под ним. Он до боли сжимает руками Хосоковы бедра, пытаясь остановить их движение, но тот, словно на зло, двигается всё активнее и Тэхён чувствует, что готов вот-вот взорваться. — Какой наглый мальчишка, — угрожающе рычит Тэ, резко скидывая Хосока с себя и меняя их местами. Ким с силой сжимает руки парня и заводит их ему за голову, удерживая стальной хваткой. — Теперь не такой смелый, верно? — Хочешь проверить? — с вызовом отвечает Хо и призывно дергает бедрами вверх. — Ох, я проверю, — хмыкает Тэхён, впиваясь жестким поцелуем в опухшие губы. С силой кусает нижнюю губу, заставляя Хосока возмущенно вскрикнуть, после чего принимается зализывать ранку языком, как бы извиняясь. Ким еще пару раз проводит по губам, медленно спускается ниже, к подбородку, от него к шее, оставляет на ней краснеющие метки и прокладывает дорожку из поцелуев к груди. Хосок под ним, кажется, перестает дышать, весь напрягается и покорно ждет дальнейших действий. Тэхён целует каждый сосок, не задерживаясь на них и спускается к поджимающемуся животу. Влажными губами ведёт по едва заметным кубикам пресса, кружит языком вокруг ямки пупка и неожиданно ныряет внутрь. Хосок от этого громко стонет и дергается всем телом. — Чёрт, я больше не могу, — жалобно скулит он, — сделай уже что-нибудь иначе я сам тебя сейчас трахну! — Как быстро ты начал просить, — усмехается Тэхён и тут же получает ладошкой по спине. — Понял-понял, сейчас всё будет, потерпи еще немного... Ким нехотя отрывается от выцеловывания чужого живота и прикасается кончиками пальцев к резинке Чоновых боксеров. Тот призывно приподнимает таз и Тэхён, со смешком, стягивает ткань с его ног. Его взору предстоит идеально ровный, в меру длинный возбуждённый член, сочащийся предэякулитом. Тэхён, как завороженный разглядывает его так, словно первый раз увидел мужские гениталии. — Может, хватит пялиться? — ворчит смущенный таким вниманием Хосок, и слегка раздвигает ноги. — Я жду. Тэхён понимающе кивает, все-таки отрываясь от разглядывания чужого достоинства и лезет в тумбочку, доставая оттуда бутылочку смазки и раскрытую пачку презервативов. — Я растяну тебя, хорошо? — спрашивает Тэхён больше для вежливости, уже растирая смазку на пальцах. — Давай уже, — хрипит Чон, пряча лицо в сгибе локтя. — Только аккуратно, ты у меня, первый, — совсем тихо добавляет он. — Не бойся, я постараюсь не сделать больно, — нежно улыбается Тэ и пошире раздвигает стройные ноги, поудобнее усаживаясь между ними. Легкое прикосновение ко входу и Чон слегка вздрагивает. Тэхён берет его член в руку и принимается медленно надрачивать, чтобы отвлечь, в то время, как пальцы кружат вокруг колечка мышц, но не проникают внутрь. Но вот Хосок высоко стонет и Тэхён решает протолкнуть в него первый палец. Хо, кажется, даже не замечает этого, продолжая извиваться под чужими прикосновениями. — Все хорошо? — спрашивает Тэхён, и спустя пару минут, решаясь ввести второй палец. — Угу, ты можешь продолжать, — хрипит Хо, самостоятельно насаживаясь на пальцы. Спустя какое-то время уже три пальца свободно двигаются в податливом теле, пытаясь найти простату. — Твою мать! — вскрикивает Хосок, подскакивая на постели, заставляя Тэхёна удовлетворенно улыбнуться. Нашел. Он продолжает двигать пальцами в нужном направлении, заставляя Хосока несдержанно стонать. — Достаточно, войди уже, — находясь на пределе, выдыхает Чон и Тэхён слушается. Вытаскивает из него пальцы, наспех стягивает штаны вместе с бельем и разрывает пакетик с презервативом, натягивая резинку на член. — Готов? — спрашивает он, подставляя головку в мягкому входу, который бешенно сокращается, пытаясь втянуть его в себя. — Хватит болтать, трахни меня уже, — яростно шипит Хо и резко поддается бедрами назад, насаживаясь на член почти до конца. Тэхён протяжно стонет, ощущая, как тугие стенки плотно обхватывают его. Он с беспокойством оглядывает тяжело дышащего Хосока, но у того на лице нет и намёка на боль, поэтому Тэ решает протолкнуться до конца. Бедра с глухим звуком шлёпаются о влажные от смазки ягодицы и Ким чувствует, что готов кончить прямо сейчас. — Двигайся, — сквозь зубы шепчет Хо, елозя бедрами и Тэхёну кажется, что именно этой фразы он ждал всю жизнь. Он начинает медленные неспешные движения, выходит почти до конца и медленно скользит обратно, с каждым новым толчком ускоряя движения. Через какое-то время он уже не сдерживаясь вбивается в звонко стонущего парня, заставляя кровать под ними скрипеть. Неожиданная мысль, что их может услышать мать исчезает так же быстро, как и появляется. — Да, сильнее, глубже, — стонет Хо, царапая короткими ноготками мускулистую спину. Тэхён останавливается только для того, чтобы закинуть стройные ноги себе на плечи и начать втрахиваться под новым углом. Хосок почти визжит, скулит, мечется по постели, хватаясь за все подряд и сжимая кулаки. — Тэхён... Тэ, — стонет он, всхлипывая. Глаза закатываются от удовольствия, из них разве что искры не сыплются. Тэхён жадно ловит каждый звук, издаваемый парнем, слегка порыкивает, придерживает руками чужие колени и долбится, долбится, долбится. — Тэхён, я скоро, — скулит Хо, чувствуя скорую разрядку и хватается за свой член, принимаясь яростно надрачивать. — Я тоже, потерпи ещё немного, — пыхтит, Ким, чувствуя, что сам вот-вот готов излиться и инстинктивно двигается еще яростнее, с громкими пошлыми шлепками встречаясь с нежной кожей. Пальцы со всех сил впиваются в мягкие бедра, после которых точно будут синяки, но никого это сейчас не волнует. Тэ делает финальные толчок, чувствуя, что сейчас кончит, делает последнее движение, входя максимально глубоко и кончает в презерватив. Хосок громко выстанывает, пару раз двигает рукой на члене и изливается себе на живот. Обессиленный Тэхён валится сверху на Хосока, все еще оставаясь в нем. Оба тяжело дышат, пытаясь прийти в себя, но, тем не менее, чувствуют себя максимально довольными. — Эй, ты, слезь с меня, ты тяжёлый, — Хо лениво хлопает Тэхёна по плечу и тот вынуждено скатывается с него. Хосок слегка морщится, когда опавший член выходит из него и хнычет, — ты просто зверь, у меня теперь задница болит! — Пару минут назад ты сам просил меня «быстрее» и «глубже», — пожимает плечами Тэхён, кидая взгляд на мгновенно залившегося краской Хосока. — Не было такого, — восклицает он, дуясь, и отворачивается. Тэхён весело смеется и придвигается к парню, притягивая к себе за талию. Хосок вновь хочет возмутиться, но в этот момент в дверь комнаты тихо стучат. Тэхён в последний момент успевает накрыть их обоих одеялом, когда в комнату заглядывает чересчур веселая женщина. — Мальчики, простите, если помешала, но Тэхён просил меня занести ему бинты, — улыбается женщина и кладёт на стол коробочку с бинтиками, а также какой-то тюбик с мазью, — я подумала, что вам может понадобиться, — хитро прищурившись, кивает она на тюбик и Хосок, вдруг понимая, что это заживляющая мазь, готов придушить Тэхёна прямо здесь и сейчас, а потом и себя заодно. — Ма-а-ам, ты смущаешь его, — хихикая, тянет Тэхён, сжимая застывшего Хосока в крепких объятиях. И пока женщина многозначительно переглядывается с сыном, Хосок понимает, что хочет покинуть эту планету.