Utopia

В комнате Сонхва было необычайно чисто. Аккуратно лежащие вещи на полках вызывали чувство уюта, а открытая книга на кровати дополняла интерьер. Комната была не до конца обставлена. Из мебели были лишь: шкаф, письменный стол, стул к нему и кровать. Вся мебель без вычурной роскоши, самая обычная, но гармонично сочетающаяся между собой: белая постель, светлые, пастельные обои в оттенке бежевого цвета и приглушённый свет. Огромное окно с дверью на балкон открывало вид на море. Как же оно красиво. Хонджун прошёл вглубь комнаты и взял в руки книгу. — Классика… — прошептал он и положил обратно, прикрыв её. Дверь в комнату открылась и зашёл её владелец. Сонхва развязал чёрный корсет и расстегнул белый китель. Сняв его, повесил на спинку стула, а корсет положил на сидение. Под ним оказалась такая же белая рубашка и брюки. Тонкая талия, подчёркнутая завышенной посадкой брюк, привлекла внимание альфы. — Ты пялишься, — прокомментировал Сонхва, подходя к пирату. — А ты это заметил, — ухмыльнулся он. — Разве корсеты не под одежду надеваются? Сколько я снимал их с омег, то они носили его под тканью. — Встань ровно, — сверху вниз смотрел на него Пак. — Мне не интересно слушать про твои похождения. — А поуважительнее? — Сначала ты, — отойдя от него, взял аптечку, которую принёс с собой. — Раны я всем обработал, остался ты, — он сел на корточки. — начну с тела, раздевайся. — Уверен, что выдержишь такую красоту? — посмотрев сверху вниз на парня, Ким понял, что ему явно нравилась такая позиция Сонхва. — Было бы на что смотреть. Закатив глаза Хонджун снял верхний слой, а за ним и рубашку, которая была вся в порезах и больше похожа на тряпку. На крепком теле парня красовались синяки и многочисленные порезы от лезвий мечей. Подтянутое тело альфы явно было создано упорными тренировками и жизнью на корабле. Без лишних церемоний придвинул его ближе к себе, держа за бёдра. — Будет больно — говори, — спокойно сказал Сонхва, начиная обрабатывать раны на животе нового знакомого. — Ага, да как же, — Ким поставил свои руки по бокам. Закатив глаза, Сонхва вздохнул и ватой дотронулся до обнаженной плоти. — Айщ… — прошипел Хон. — Ты чего такой нежный, — Сонхва аккуратно подул на рану. — я лишь дотронулся, — и начал протирать, сопутствуя дуновениями воздуха. Хонджун слегка улыбнулся, смотря на парня. Его положение было весьма выигрышным. Сидящий Сонхва на линии пресса смотрелся очень неплохо. Капитану захотелось коснутся его волос, почувствовать, правда ли они такие же мягкие, как на вид. Такие тёмные, как перо ворона. Вот, он почти прикоснулся к ним, как убрал руку, мотая головой. — Что-то не так? — поднял на него взгляд Сонхва. — Нет, — опустил свой взор Хонджун, заглядывая прямо в глаза. — Всё нормально, закончил? — Да, с животом я закончил, — парень встал, начиная обрабатывать грудную клетку Хонджуна. — тебе бы теперь одежду найти. У меня где-то была рубашка, — закончив, он поднял своё лицо и оказался совсем близко к тому, но до этого момента Сонхва этого не понимал. Капитан всё смотрел в его глаза и лишь махнул головой в знак согласия, но почувствовал аромат, исходящий от шеи Пака. — Сонхва, а твой рецессивный пол… какой он? — он наклонил голову на бок. Глаза Пака быстро забегали по комнате. Облизнув губы, он быстро отошёл от капитана и подойдя к столу достал какие-то таблетки. — А тебе то что до этого? — прошипел Пак, нервно высыпая на ладонь пару таблеток. — Твой рост говорит, что ты альфа. Но это твоё поведение и внешность, а теперь этот…аромат… что это? — Раз почувствовал, то молчи и не говори своим, — повернувшись к нему лицом, закинул себе в рот таблетку. — Ты же понял о чём я. Усмехнувшись Джун смотрел на него. — С чего бы мне молчать, а тебе скрывать? — хитро прищурился. — сделка. — Пират… — вздохнул он. — У вас есть корабль? — Да. — Отдай его нам. — Нет. — Ну тогда, — парень надул нижнюю губу и покачал головой. — У меня новости, я так полагаю, для всего города: Пак Сонхва — омега. — Я отдам на него шефство, но мы поплывём на нём вместе, — собеседник кинул пачку таблеток на стол. — Не позволю пользоваться имуществом Ёсана без нашего контроля. — Идёт, — Хонджун подошёл ближе к парню и протянул ему руку. — Вы теперь пираты? — посмеялся. — Сопровождающие, — пожал его руку Сонхва и удивлённо раскрыл глаза, когда тот притянул его к себе. — Приятно пахнешь, Сонхва, — прошептал ему на ухо безумец. — Так ответишь что за аромат? — Дурак, — отпустил его руку Пак и отвернулся к шкафу. Сердце парня бешено билось. — Больше его не почувствуешь, не надейся. — А ты ходил в корсете, — посмеялся тот. — кто из нас больший дурак, аристократишка? — Знал бы Хонджун, что перед ним принц Ухэрона, говорил бы иначе…или нет? Пак достал белую рубашку, с большим воротником. — А чёрной нет? — жалобно посмотрел на хозяина дома. — Бери что даю. — Ты не давал мне ещё. Вздохнув, раздражённо провёл языком по внутренней стороне щеки. — Осмелел что-ли? — кинув в него рубашку и направился к выходу из комнаты. Вернувшись через пару минут докинул ему ещё брюк и взял пару у себя. — Одевайся и спускайся вниз. — Как скажешь, омежка Пак. Получив раздражённый взгляд в ответ, Хонджун начал смеяться.

***

— Что?! — удивились все кроме Сонхва и капитана. — У вас есть корабль? — улыбнулся Чонхо. — Мы плывём с ними?! — Вскочил со своего кресла Уён, подбегая к брату. — Да, но у меня условие, — Пак посмотрел на удивленного Хонджуна. — Сначала мы доберёмся до Тортуги. — Знаешь о Тортуге? — усмехнулся Минги. — Конечно, нам надо забрать кое-кого, — Смотрит на них Уён. — Как всё удачно вышло, Хва-я, — омега улыбнулся. — Мы как раз хотели уплыть отсюда! — лицо омеги изменилось: он сиял ярче солнца, хоть несколько минут назад и был шокирован. Сонхва, сидя в кресле, закинул ногу на ногу, властно смотря на Хонджуна с лёгкой ухмылкой. — Да, ты прав, — он взял брата за руку. — Выплываем, как только Сан придёт в себя, — встал Юнхо со своего места, направляясь в комнату. — а пока что я спать, Минги-и, пойдём, — Парень надул губки, а Сон подскочил с места, взяв бету за руку и направившись с ним в комнату. Ночью спали не все. Минги и Юнхо удобно расположились в кровати Уёна, а Сана переместили на диванчик недалеко от них. Беты крепко обнимались, словно они сокровища для друг друга. Сан размерено дышал и на том спасибо. Чонхо укутался в одеяло в постели Сонхва. Под его боком было пусто. Капитан стоял на балконе дома и смотрел в море. Ему казалось, что он его возненавидел, но и дураку понятно, что это не так: море — часть Хонджуна, и долго на суше он находится не может. Вода звала своего хозяина. Она была властна, но не настолько, как капитан. Этой ночью море было спокойное. Оно насытилось битвой и теперь мирно дремало, но лишь до следующего раза. Волн почти не было. Эта тишина оглушала. Била из-за непонимания. Почему оно не могло вести себя так в тот самый день? Хонджун прикрыл глаза и пытался вслушаться в голос моря, который не так уж и далеко. Фаэтон ничего не слышал. Ничего, кроме голоса, но не моря, а человека. Он приоткрыл глаза и опустил взгляд вниз, замечая двух парней. Тот что ниже, со светлыми волосами, сидел на лавочке в огромной куртке, видно замерзая. Второй же стоял в тонком кителе смотря вдаль, на то самое море. — Хва-я, — начал светловолосый. — Как думаешь мы встретим их? — Скорее всего, — тихо ответил темноволосый. — Ты готов к этому? — Нет, ни к чему я не готов. — Ты должен был сказать, что готов ко всему! — посмеялся Уён. — Сказать, что мы надерём им зад! — Ты откуда таких слов понабрался? — повернулся к нему с нежной улыбкой. — Я запрещаю тебе с ними общаться! — начал смеяться Сонхва. Смех Сонхва был поразительно завораживающим. Хонджун поймал себя на мысли, что хочет слышать его вечно. Рядом с собой. Хон не позволит слышать это другим. Но Ким должен это хранить в тайне. Нельзя распространятся о тех, кого готов спасать, а то спасти не получится. — Конечно-конечно, Ваше Величество! — смеётся в ответ и, встав, сделал реверанс. — Как скажете. — О, Чон Уён. Да вы вспомнили дворцовые разговоры. кхм, — прокашлялся он. — Не думаю, что общение с низшим слоем населения пойдёт вам на пользу, молодой принц. Вместо бессмысленного времяпрепровождения с этими безграмотными разбойниками, лучше бы поучились конному спорту, фехтованию и прочитали пару трудов Ким Намджуна*, — с надменным тоном произнёс он и, не сдержавшись, начал несдержанно смеяться. Этот смех доносился до самых ушей Джуна. Такой нежный и приятный смех. Такой…почему-то родной….