В любви все возрасты проворны

      Поздним рабочим утром понедельника, беззаботно подёргивая ногой под столом, Гермиона в четвёртый раз перечитывала первую строку Статьи 16 из Кодекса прав домовиков в своей рабочей кабинке на этаже Бюро распределения домашних эльфов Отдела регулирования магических популяций и контроля над ними. Она никак не могла прийти в себя с тех пор как вернулась после выходных из Цветущий хижины и не помнила, когда в последний раз была настолько поглощена мыслями.       Она совершенно не могла сосредоточиться на ежедневных делах, раз за разом представляя себе события пятничного вечера и их с Сириусом признания и нежные поцелуи. Она то ругала себя за глупые и обидные слова, что наговорила ему, то умилялась самой себе, снова и снова проигрывая в голове все их милые моменты вместе. В одну минуту она корила себя за то, что не удержалась и всё-таки связалась отношениями с крёстным Гарри на двадцать лет старше её, а в другую — чертовски гордилась собой, что смогла подцепить очаровательного взрослого мужика с той ещё пикантной репутацией сердцееда и сорвиголовы, не имея никакого понятия, куда же приведёт их этот безумный, немыслимый роман.       — Гермиона! Ты что, уснула?       — Гарри! — спохватилась девушка и подорвалась со стула, чтобы обнять его. — Вы вернулись!       — Я рад, что и ты вернулась, — фыркнул он, обняв её в ответ. — Я уже полчаса стою здесь и зову тебя.       — Да? — растерялась Гермиона, удивляясь своей же небывалой невнимательности. — Прости, я просто…       — Уоллис снова завалил отчётами?       — Да, немного… — промямлила мисс Грейнджер и вдруг возбуждённо воскликнула: — Как прошла ваша поездка? Рон тоже где-то здесь? — выглянула она за спину Гарри в поисках Рона, но того рядом не оказалось.       — Он ждёт меня в офисе Шеклболта. И я на секунду, у нас через десять минут планёрка. Придёшь ко мне в субботу на ужин с ночёвкой? Джинни и Рон тоже будут. Как раз сможем спокойно поговорить и рассказать тебе о нашей командировке.       — Да, хорошо, — неуверенно ответила Гермиона, с непривычки судорожно соображая, не запланировали ли они с Сириусом свидание.       — Отлично! Тогда жду тебя в субботу к шести часам.       — До встречи! — почти крикнула Гермиона в спину уносящемуся Гарри, а затем рассеянно вернулась к своему Кодексу и снова уставилась на Статью 16.       «Вот это неделька», — хмыкнула она себе под нос. Первые выходные с Сириусом, их первое свидание, а теперь ещё и первая совместная ночёвка с ни о чём не подозревающем Гарри под одной крышей. Могла ли эта неделя стать ещё более перенасыщенной?       Бумажные крылышки прошуршали над ухом Гермионы в этот момент: перед ней на стол плавно приземлилась летучая записка. Девушка глубоко вдохнула, предвкушая очередное поручение от своего руководителя, и не ошиблась. Нехотя развернув записку, она прочла:       «Мисс Грейнджер,       Прошу Вас собрать данные по задокументированным случаям необоснованных и ошибочных самонаказаний домовиков с 17-го века по наше время и на основе найденных данных подготовить отчёт по причинам и последствиям подобных прецедентов.       Сроки сдачи: пятница, 19 ноября до 15:00.       С уважением,       Джейкоб Уоллис»       «Да вы что все, сговорились, что ли?» — возмутилась про себя Гермиона и тяжело вздохнула.       Она тут же отбросила скомканную записку на стол и быстро похлопала себя ладошками по лицу. Ей срочно нужно было собраться с мыслями и найти нужные строки из Кодекса для ответа на прилетевшее ей утром письмо от новоиспечённого хозяина домовика, который понятия не имел, как с ним обходиться. И как назло — в эту минуту кто-то тихо постучался к ней в кабинку.       Писклявый голосок защекотал её слух:       — Госпожа Грейнджер?       — Да?! — бездумно рявкнула она, резко развернувшись на прозвучавший звук, но вмиг обмякла, когда увидела эльфа-почтальона из их отдела: — Бим!       — Простите за беспокойство, госпожа Грейнджер, — по привычке откланялся только недавно освобождённый от рабства эльф. — Сова принесла вам посылку.       Гермиона приняла из протянутых ручек небольшой лёгкий пакет и положила его на Кодекс, раскрытый на ненавистной Статье 16.       — Спасибо, Бим. И я же тебе говорила, перестань кланяться и называть меня госпожой.       — Слушаюсь, госп… мисс Грейнджер. Хорошего дня, мисс Грейнджер, — всё равно низко поклонился эльф и удалился дальше между рядами кабинок.       Гермиона осмотрела пришедшую ей посылку: имени отправителя на обёртке не было. Разорвав её, девушка обнаружила бережно завёрнутую в пергамент бутылочку с вязкой, грязно-жёлтой жидкостью. Витиеватый почерк на пергаменте, знакомый Гермионе с четвёртого курса школы, гласил волнительное:       «Зелье готово. Выпей два-три глотка за несколько минут до нашей встречи.       Если вдруг не узнаешь меня в толпе, произнеси «Инвенио» и моё имя.       Надеюсь не сойти с ума до среды в ожидании нашей свиданки!       С любовью,       С.»       Гермиона дочитала последние строки и почувствовала, что её предыдущее напряжение уже как рукой сняло, и теперь она нежно улыбалась самой себе.       «У него получилось! Так быстро...» — бережно прижала она к груди флакончик с запиской.       Услышав покашливающую коллегу в соседней кабинке, Гермиона сложила записку вместе с Зельем незнакомца в сумочку, чтобы не привлекать чужого внимания. Окрылённая приятным волнением от предстоящей встречи, она в считанные минуты ответила на утреннее письмо и немедля принялась за выполнение отчёта по необоснованным и ошибочным самонаказаниям домовиков, чтобы успеть закончить всё в сроки и освободить голову для более приятных забот к концу недели.

━─━────༺༻────━─━

      Этим вечером Гермиона была как никогда вовремя. Качаясь на заднем сидении автобуса по пути на свидание, с каждым метром всё ближе к месту встречи она ощущала, как ноги и руки снова становились ватными, а в животе просыпались буйные феи, устраивая там невообразимый погром. Весь день в её голове роились идиотские мысли. А что, если при встрече им с Сириусом вдруг станет не о чем говорить и свидание состоится не так, как она всегда представляла? Или что, если под воздействием Зелья незнакомца они не узнают друг друга? Будет ли это означать, что они недостаточно знают друг друга? Что их чувства недостаточно сильны? Всё-таки одним из его удивительных свойств было как раз то, что лишь люди, которые отлично знали друг друга, могли распознать один другого даже под его чарами. Ведь что-что, а настоящую любовь не обмануть даже маскировочными зельями, так же?       «Глупости! Не бери дурного в голову», — фыркнула себе под нос мисс Грейнджер, которую от недавнего времени уже начало раздражать собственное внезапное беспокойство по поводу и без.       Не доезжая одной остановки до Оксфорд Сёркус, она достала из сумочки флакон, тишком надпила из него что-то, напоминающее вонючий анисовый кисель, и сейчас отдала бы многое за одну из тех чудесных пастилок Сириуса. Лёгкий вихрь пролетел в её голове, картинка вокруг радужно размылась и у Гермионы возникло ощущение, что она очутилась в огромном мыльном пузыре. К счастью, отвлекающие первые эффекты зелья продлились недолго и развеялись как раз вовремя, чтобы она успела выскочить из автобуса на нужной остановке, последовав в сторону Регент-стрит.       Девушка прошла по последнему пешеходному переходу и остановилась перед кинотеатром, осматриваясь. Её взгляд мелькал между молодой парой, что как раз встретилась у входа, эксцентрично одетым парнем, который внимательно рассматривал афиши на стене здания, и только что подошедшим слева от неё пухлым мужчиной, который радостно помахал кому-то в толпе, и навстречу ему вышла его счастливая жена с двумя детишками...       «Как жаль. Видимо, всё-таки придётся прибегать к магии…»       Разочаровавшись в себе, Гермиона уже потянулась к сумочке за волшебной палочкой, но вдруг её внимание привлёк одинокий мужчина в стороне, который облокотился плечом о фонарный столб. Он расслабленно скрестил ноги и держал одну руку в кармане пальто, а вторую — за спиной. Он мечтательно рассматривал здание кинотеатра, проходящих мимо людей и изучал их внешность, украдкой подслушивая чужие разговоры. Так же мечтательно он посмотрел на часы на здании кинотеатра, гордо расчесав пальцами густую копну волос на голове, и именно этот жест показался Гермионе невероятно знакомым и смахнул чары зелья. В это самое мгновение очертания лица и тела мужчины словно расплылись перед глазами Гермионы, а потом вдруг так же внезапно сошлись в идеальную фигуру Сириуса. Она заворожено рассматривала его, ещё раз пытаясь убедиться, что разглядела всё верно. Должно быть, её умилённый взгляд позвал его, потому что Сириус посмотрел прямо на свою девушку, будто бы знал, что она стояла именно там. Его лицо мигом растянулось в ласковой улыбке, и он всё так же расслабленно качнулся ей навстречу. Подойдя ближе, он мягко поцеловал её в щёчку, которая поприветствовала его хорошо знакомым румянцем.       — Это тебе, — достал он руку из-за спины, протягивая Гермионе небольшой букет полевых цветов.       — Полевые цветы в ноябре... Спасибо, Сириус.       Гермиона смущённо поправила свои волосы и прижала букет ближе к сердцу. Она несмело, будто сомневалась, можно ли так, потянулась к Сириусу, чтобы поцеловать в бородатую щеку, но он опередил её и тепло поцеловал в губы, вновь нахально разбушевав задремавших в ней фей.       — Для тебя — хоть звезду с неба, — влюблённо сиял Блэк, но Гермиона мигом развеяла его дурман:       — Посмотрим, как ты запоёшь после сегодняшнего вечера. Пошли, — скомандовала она и потянула Сириуса за рукав к расписанию сеансов.       Она водила пальцем по тексту, внимательно вычитывая названия фильмов и описаний к ним, чтобы подобрать что-нибудь подходящее для Сириуса. Она отбрасывала один вариант за другим, потому что то в них «многовато современной науки, и может быть немного слишком», то «не знаю как ты, зная французский язык, отнесёшься к французскому юмору с британским дубляжем» и прочее в духе мисс Грейнджер. Но Мародёр не обращал никакого внимания на расписание. Он просто умилялся тому, как ответственно Гермиона подходила даже к такому простому вопросу, как выбор кинофильма к просмотру. Когда он не издал практически ни звука на протяжении уже двух минут, она строго, почти претенциозно спросила:       — Итак, Сириус? Что ты думаешь?       Сириус вмиг проснулся и попытался сотворить как можно более серьёзное выражение лица. Он хотел ответить что-то дельное, но вместо этого разродился лишь неуверенным «Эм-м-м…», которое заставило Гермиону тихо захихикать. Он смущённо потёр затылок:       — Ты же знаешь, что я мало что в этом понимаю. Я доверяю твоему выбору.       — Ладно. Тогда вот, — ткнула она пальцем на финальный выбор, ведь и так догадывалась, что ей пришлось бы выбирать фильм самой. — Немного о простой войне маглов. Не самый романтичный вариант для первой свиданки, но думаю, тебе должно понравиться.       Они подошли к одной из очередей и стали в ней третьими. Гермиона потянулась к своей сумочке с видом ребёнка, ворующего спрятанные конфеты, вызвав у Сириуса смешные подозрения. Он перехватил её руку и склонился над её ухом:       — Я же пообещал, что со мной ты можешь ни в чём себе не отказывать. Лучше подскажи, какие выбрать места.       Гермиона изучала Сириуса, отчаянно борясь со смущением и прикидывая, стоило ли ей настоять и заплатить за себя. Но она всё-таки сдалась и решила вежливо согласиться, чтобы в очередной раз не казаться ему гордой занудой.       — Я бы выбрала места где-то в седьмом-восьмом ряду, в центре. Оттуда лучше всего видно и слышно.       — Да? А на задние ряды со мной не пойдёшь?       — С задних рядов звук слишком громкий и… — увлечённо отвечала Гермиона, но хитрая улыбка, с которой Сириус рассматривал её, отвлекла её. — Погоди-ка… А ты откуда знаешь про последние ряды?       — Малыш, пусть я и отстал от жизни на много лет, но ты же не думаешь, что это мой первый поход в кино?       Сириус не дал ей времени на раздумья. Он поцеловал её в голову, деловито бросив:       — Я всё понял — центральные ряды, — и повернулся к кассирше, которая была готова их обслужить.       Гермиона изо всех сил старалась не представлять себе молодого и горячего Сириуса с хорошенькими девчонками на задних рядах кинозала. Однако это оказалось не так просто, когда прямо перед ней он так мило и непринуждённо любезничал с кассиршей, которая за эти несколько коротких мгновений уже почти доедала его своими масляными глазками. От внезапного прилива жгучей ревности Гермиону спасло только то, что через минуту, обходительно улыбнувшись и пожелав кассирше приятного вечера, довольный и влюблённый Блэк победно повернулся к своей девушке с двумя билетами в руках и сразу же выдернул её из очереди.       — Ты голодна?       Их сеанс начинался не скоро, поэтому Сириус незамедлительно потащил Гермиону в ресторан. Их выбор пал на уютный итальянский ресторанчик на ближайшей к кинотеатру улице, где они заказали себе ризотто со стейком оссобуко и треску алла вичентина, дополнив свои блюда вкуснейшим игристым вином Ламбруско. Завершив их потрясающе вкусный и приятный ужин нежнейшими тирамису и панна коттой, а после и теперь неотъемлемой частью любого их свидания — поцелуйными пастилками, влюблённые вернулись в кинотеатр и заняли свои места в одном из центральных рядов.       Гермиона с удовольствием наблюдала за тем, как Сириус многократно перепроверял и перечитывал свой билет, будто пытался выучить записанную на нём информацию наизусть. Как он восторженно разглядывал кинозал, белое полотно экрана перед ними и прохаживающихся во всех направлениях зрителей, словно ребёнок. Гермиона терпеливо отвечала на все его вопросы о том, что он пропустил за последние почти двадцать лет без кино, о чём теперь снимают фильмы и кто сейчас самая популярная кинозвезда, а Сириус каждый раз согласно кивал, пытаясь убедить её в том, что он всё понял. И пусть она знала, что иногда он просто подыгрывал ей, она всё равно была рада видеть его искреннюю заинтересованность и восторг от того, что он снова мог наслаждаться простыми мирскими радостями.       — Ну, что скажешь? — спросила Гермиона по завершении сеанса. — Будем теперь ходить и в кино? Или, может, это не для тебя?       — Мне понравилось! — Сириус даже не задумался перед тем, как ответить, затем вкрадчиво добавил: — Но готовься, детка. В следующий раз свиданка будет по-моему.       — Это как? Ты же сам предложил кино!       — По-моему — это с размахом. Так, чтоб шумно, жарко, вкусно, быстро, высоко и волшебно! А кино — это так, для разогрева.       — Высоко? — единственное, что Гермиона услышала из всего перечисленного, и поёжилась, следуя за Сириусом на улицу.       — Вечер сегодня прекрасный, — мечтательно улыбнулся он спокойному небу, вдыхая прохладный воздух с ароматом попкорна. — Пошли, прогуляемся, — важно рыкнул Блэк, которому не были знакомы никакие отказы, и повёл потерянную в пространстве Гермиону в сторону Паддингтона.       В разговорах они не успели заметить, как прошли мимо Гайд-парка, бурно обсуждая свои впечатления от просмотренного фильма. Сириус накрыл Гермиону очередной волной расспросов о современном кинематографе, о подобных магловских развлечениях и всём, что в этот вечер успело вызвать у него либо восторг, либо недоумение. И она с радостью потакала его любопытству, какими бы смешными или глупыми его вопросы ни могли показаться обычному встречному человеку. Они болтали без умолку всю дорогу, совсем потеряв счёт времени, пока наконец не подошли к их финальной на сегодня точке назначения — Ворлок-роуд, на которой жила Гермиона.       На углу едва освещённой улицы с шоколадными террасными домами Гермиона заметно замедлила шаг, потянув Сириуса за руку и останавливая его.       — Мы пришли. Я живу на этой улице.       — Напомни, какой номер? — Не дожидаясь ответа, он зашагал вперёд, но Гермиона снова потянула его на себя.       — Сорок два, — с каким-то странным, наигранным спокойствием ответила она, нервно улыбнувшись. Он застыл и настороженно покосился на неё.       — Боишься, что я стану напрашиваться в гости?       От его насмешливой улыбки Гермиону пробрало жаром по спине. В прежнем замешательстве, он обнял её и услышал:       — Я боюсь, что моя соседка из Отдела магического хозяйства увидит нас вместе. У Синди слишком длинный язык…       Сириус облегчённо рассмеялся.       — Пф, ну чикнем мы этот язык, если придётся. Всего-то делов! — Гермиона возмущённо перехватила его руку, которой он имитировал разрезы ножниц, звонко постукивая перстнями на длинных пальцах.       Сириус поволок её за собой и остановился у калитки напротив крыльца. Он осмотрел дом своей девушки и плотно сдвинул брови, витая в каких-то своих, тяжёлых и непонятных ей мыслях. Затем лицо его так же неожиданно посветлело, будто он вспомнил, что был не один. Он приобнял Гермиону за талию, прижался к её лицу своим и с полнейшим отсутствием энтузиазма спросил:       — Теперь я, наверное, должен пожелать тебе спокойной ночи?       — Ну, это было бы приятнее, чем пожелание беспокойной ночи, — пошутила Гермиона, получив протяжный поцелуй в щёчку и соблазнительное:       — Беспокойную ночь я тоже могу предложить.       Знал бы он, как давно он устраивал ей эти беспокойные ночи, пусть и не по той причине, на которую сейчас намекал. С трудом пытаясь отогнать все волнительные мысли об этом, Гермиона смогла сгрести остатки воли обратно из объятий Сириуса в кулак и прошелестела:       — Спасибо за этот великолепный вечер, Сириус.       Поглощённый переполняющими его чувствами, Блэк не потрудился ответить словами и сразу же прильнул к её губам. Они долго и непрерывно упивались моментом, не в силах оторваться друг от друга. Накопленная за несколько часов нежность теперь разливалась на их устах медовым поцелуем.       — Мне пора… — нехотя прошептала Гермиона, наконец разорвав прочный замок их губ. — И так, на всякий случай: не делай в субботу глупостей, ладно?       Блэк насмешливо хмыкнул. Он неохотно отпустил Гермиону и охмелело наблюдал, как обожаемые бёдра поплыли вверх по ступенькам и, лениво покачиваясь, скрылись за дверью.       — Ворлок-роуд, 42… — прошептал он название обители своего счастья. Он не до конца осознавая почему, но готов был поклясться самому себе, что этим вечером провёл пусть и такое простое, но одно из лучших свиданий в его жизни. Витая в радужных грёзах и с безумной улыбкой на лице, он оглянулся по сторонам и, пьяно качнувшись на месте, аппарировал на площадь Гриммо, 12.       Гермиона отлипла от дверного глазка и как невесомая козочка запорхала на носочках по коридору, стараясь не привлечь внимание Синди. Она точно знала, что сегодня побывала на лучшем свидании в своей жизни.