Любопытство

Так какого же цвета у него глаза? Люциуса мучает этот вопрос ещё с того времени, когда сквозь тёмные очки смертного он смог увидеть его глаза, но, к сожалению, ему не удалось рассмотреть их цвет. С их первой встречи он не придавал значения такой мелочи. Подумаешь, ходит этот смертный двадцать четыре на семь в своих солнцезащитных очках с голубоватой оправой. Даже ночью, во время которой без источника света на окружающий мир не взглянешь. Полубог крутил в голове все воспоминания, связанные с Лололошкой, находясь в своей библиотеке. По его плечу и шее постоянно ползала змейка. Айко иногда из интереса вглядывалась в задумчивое лицо хозяина, а потом снова занималась своими змеиными делами. Точнее, просто наслаждалась лежанием на плечах хозяина. С чего вдруг у Люциуса возник такой вопрос?! Всё банально просто. Из-за романтической истории в книге, которая сейчас бесхозно лежала на коленях божка. Когда становится скучно, полубог идет в свою библиотеку читать книги. Читал он то, что первым попадёт под руку. Иногда он сам искал что-то интересное, а в редких случаях брал любую книгу и читал. Если она оказывается скучной, то книженция летит далеко-далеко. В худшем случае сжигается. И наоборот. Если же книга будет интересной, то он прочитает её до самого конца. Романтическая история мужчины и женщины его нисколько не заинтересовала своим сюжетом. Парочка случайно встретилась и влюбились. Скукота полная. Но стоило Люциусу прочитать один момент в середине книги, как тут же в голове возник вопрос: «…Он смотрел в её небесно-голубые глаза. Они очень сильно напоминали голубое небо без единого облачка, а может и океан, в который он так желал окунуться с головой, чтобы быть охваченным любимым человеком…» — так говорилось в отрывке, после которого Люциус ушел в глубокие раздумья, так и не дочитав историю, которая и без того идиотская. Полубог размышлял и представлял, какого же цвета глаза у смертного. Как написано в книге, у него вероятнее всего голубые глаза. Ему они подходят по образу, ибо в одежде Лололошки много голубых элементов. Может другого цвета? Например, зелёные? Нет, тут уже не то. Зелёный выбивается из общей гармоничности цветов. Тогда какой? — Проклятый смертный! — Люциус с криком вскочил с места, неосознанно скинув с себя потрепанную книжку. Воланд, который зашёл в библиотеку от скуки, слегка удивился. Ни с того, ни сего дружище разозлился на воздух. — А я говорил тебе, что эти книжки – сплошная трата времени и нервов, — прокомментировал Воланд, проходя во внутрь помещения. Люциус хмыкнул, завидев друга, и сел обратно, не став ничего говорить. Он поставил локоть на подлокотник кресла и подпёр подбородок, отводя хмурый взгляд в сторону. Воланд подошёл к нему и подобрал с пола брошенную книжку. Сначала он взглянул на обложку. Из названия ему быстро стало понятно, что в книге много любовных соплей, которые часто практикуют смертные. Он скорчил лицо с отвращением, высовывая язык. Демон вытянул руку, держа книжку двумя пальцами. — С каких пор ты увлекаешься романтическим чтивом? — спросил Воланд, с ожиданием посмотрев на затылок друга. — Сожги её, — произнес Люциус, не поворачиваясь. — А! — ехидно заулыбался Воланд и сел на другой подлокотник кресла, выбрасывая книгу куда-то за спину. Закинул руки за голову и откликнулся назад, — Так все-таки тебе противно это? И о чём ты так усердно думаешь? — Просто думаю… — протянул Люциус, не договорив. — О чем? О том, почему людишки для признания лезут друг к другу в рот с языками? — спросил Воланд, смотря, как полубог томно вздыхает, Воланд ошибочно принял это за молчаливый положительный ответ, — Я тоже не понимаю. Зачем это делать? Странные у них признания чувств. Вот у нас было намного проще. Чтобы продолжить род, искали только сильных партнёров… Пока друг что-то там говорил, Люциус на мгновение прикрыл глаза, чтобы лучше представить перед собой цвет глаз смертного. Ни зелёный, ни карий, ни янтарный. Он перебрал множество цветов, но ни один из них не подходили ему. Словно голубые глаза созданы для этого парня. От этого начало возникать сильное желание снять с Лололошки его очки и взглянуть на него без них, чтобы сравнить ожидания с реальностью. В один момент божок вернулся из глубоких раздумий и услышал, как рядом сидящий продолжал активно что-то рассказывал. Нить его истории Люциус потерял с того момента, когда ему задали вопрос, на который он не ответил. Или ответил, просто не заметил этого. Немного подумав, Люциус без слов вскочил с насиженного места. Змейка, почувствовав настрой хозяина, заползла на спинку кресла. Демон, что был увлечён своим рассказом, чуть не свалился, когда его чуть задел Люциус, у которого Воланд моментально спросил: — Эй, ты куда? Люциус промолчал. Лучше пока оставить его без ответа. Встав с кресла, Воланд проводил полубога взглядом до самого поворота и медленно повернул голову на тихо шипящую змею. — Может, ты знаешь, куда он пошел? — спросил Воланд у Айко, которая стала недовольной и попыталась укусить демона. Воланд дёрнулся и быстро отошёл на безопасное расстояние. По крайней мере, ответа на свой вопрос он не получит. Но появилось желание приструнить эту змеюку. С другой стороны, её хозяин будет недоволен, если увидит трупик пресмыкающегося. Люциус, как только оказался снаружи, переместился к дому смертного. Думал, что его не окажется дома, ибо каждый раз Лололошка отмахивается, что занят разного рода сложными поручениями. Люциус ему вначале не верил. Но после того, как самолично наведался к нему, то не обнаружил его в доме. После чего и поверил смертному. С другой стороны, Люциусу не нравится, что Лололошка уделяет больше времени другим, чем ему. Казалось, что в этот раз будет так же и ему снова придется искать «вечно занятого» по всей округе. На деле все было иначе. Лололошка был дома и занимался какими-то делами на всей своей прилегающей территории. Парень летал из одного места в другое. Рутинные дела нельзя оставлять на потом. Хоть спасение мира и древа стоит на первом месте, но и о своих делах он не забывал. Когда всё закончится, то придётся вернуться в свой дом и зажить обычной размерной жизнью. Он не владел даром предвидения, но время от времени представлял, каковым будет это будущее после спасения всего мира. В какой-то момент Лололошка от беготни и полёта туда-сюда почувствовал усталость, поэтому решился передохнуть на крыше. Хорошее место, чтобы без суеты взглянуть на свои владения с небольшой высоты. Это тот момент, когда приятно забыть о вечной суете и о статусе мальчика на побегушках в чьих-то руках. Если бы не проблема угрозы уничтожения всего мира, то он зажил бы иной, спокойной жизнью. К сожалению «спокойной жизни» суждено явиться лишь во снах. Лололошка снял очки и положил их рядом. Запустил пятерню в волосы и растрепал их. Поднял голову, подставив лицо к солнечным лучам и тёплому летнему ветерку. Блаженство… Конечно, не вершина удовольствия, но для полуминутного отдыха сойдёт. Он наслаждался бы мимолётным моментом чуть дольше, если бы не услышал, как коровки в стороне всполошились, устремив взоры в одном направлении. Обычно они так реагируют, когда видят монстров или кого-то опасного, сильного. Бастиан когда-то рассказывал, что животные выглядят глуповатыми, но они ментально смогут ощутить опасность от того или иного существа. Проследив за взглядами коровушек, парень понял, что кто-то скрывается неподалёку, а именно – рядом с домом. Лололошка подтянул ноги на себя, быстро нацепив очки обратно, и на четвереньках направился к краю крыши, стараясь не издавать ни единого звука, но дощечки под ним предательски скрипели. Шпион из-за этого не может скрыться, если его рассекретят. Благо ему удалось дойти до самого края. Медленно взглянул вниз и удивился. Он не верил своим глазам, от чего на его лице возникла кривая улыбка, а брови сложились в виде крыши домика. Он готов был увидеть монстра, который прятался бы от солнечных лучей, — что не редкость для солнечного дня, — но никак не Люциуса! Полубог шикал на скотин и озлобленно шептал: — Заткнитесь! Забавная картина. Лололошка не знал, что и говорить. Смеяться ему или плакать. Смеяться от того, что полубог злился на домашнюю скотину, а плакать от того, что тот опять потихому начал наблюдать, как перед первыми днями знакомства. По крайней мере, агрессивных действий он не проявлял. Воин хотел вслух спросить, что здесь делает полубог, но передумал. У него появилось резкое желание наказать шпиона. Тут дело не в искалечивании. Скорее припугнуть того немного и взглянуть на его реакцию. Ло умеет тихо подкрадываться. У него хорошо получается, когда человек чем-то отвлечён. На деле это у него выходит совершенно случайно. Особенно в случае с Бастианом, когда он увлечённо занимается своими любимыми делами. В этом случае Люциуса невозможно назвать как-то иначе, чем «шпион». Ведь он следил уже какое-то время, стараясь не выдавать своё присутствие, а значит, в его голове могут иметься корыстные мыслишки. Хоть они и стали чем-то на подобии… друзей? Ло всё равно не терял бдительности, когда рядом находится божок, который в прошлом преподнёс немало сюрпризов. Покамест Люциус пытался успокоить коров, чтобы они не раскрыли его присутствие хозяину дома, воин пошёл к другому концу крыши и беззвучно приземлился на землю. На цыпочках подошёл к не-состоявшемуся шпиону со спины, пока тот мирным способом избавлялся от свидетелей, и плечом упёрся об стену дома. Скрестил руки на груди и стал дожидаться. Заметят его или нет… Ничего не подозревающий Люциус хмуро выглянул из-за угла, махнув рукой на животных. Он точно видел, как смертный снял очки. Это был отличный моментом, чтобы увидеть ответ на свой вопрос, если бы коровы не начали громко мычать и отвлекать от подглядывания. Но его поджидал неприятный сюрприз. Лололошки там нет! «Куда он делся? Только что там сидел, а теперь нет?!» — возмутился божок про себя, выходя из укрытия. Скажи он эти слова вслух, точно раскрыли бы. Но хозяин дома заметил его и тихо дожидается момента, когда на него посмотрят. Завидев растерянность в лице полубога, парень улыбнулся и сдержал, чуть не вырвавшийся из рта, смех. Это ведь редчайшая картина, которую во второй раз фиг увидишь из-за характера божка. Люциус судорожно оглядывается и надеется, что его не раскроют раньше времени. Стоило посмотреть назад, как Люциус вскрикнул от неожиданности: — А-а-а! Т-ты ч-чего меня так пугаешь?! — вскрикнул он. Через секунду до него дошло, что объект, за которым старательно наблюдал, рассекретил его местонахождение. Вслед за возмущением он смутился, покрывшись испариной. И что теперь ему делать? — И к-как давно ты там стоишь? — спросил божок, продолжая заикаться. — Хм… — воин оттолкнулся от стены, опуская руки по швам, — Наверное, минуты две прошло. Но у меня самого есть вопрос. Как долго ты за мной наблюдаешь? — Что?! — полубог принял в лице серьёзный вид, словно его обвиняют в том, чего он не совершал, — Д-да как ты смеешь? Чтобы я, Великий Люциус, наблюдал за смертным вроде тебя?! Ха! Не смеши меня. У меня и без того дел полно! — Ага… — выдал Ло, приподнимая одну бровь, — Тогда зачем пришёл? Не поверю, что в гости решил наведаться. Тут Люциус растерялся. У него не были подготовлены слова на тот случай, если его раскроют. В идеале, он должен был всего-то тихо прийти, проследить, поймать тот момент, когда смертный снимет очки, получить ответы и уйти с выполненной миссией. Казалось, все запредельно просто, но он забыл учесть тот момент, что герой подолгу не сидит на одном месте. Он постоянно чем-то занят, бегает туда-сюда, топча чуть ли не каждый сантиметр своей территории, справляется со всеми делами. Посему возник такой просчёт. Плюс помешали домашние животные Лололошки и отсутствие нормального укрытия. Но его простить можно, потому что план был составлен с бухты барахты, без уточнений разных моментов. Это ведь, все-таки, не слежка за каким-нибудь сильным и опасным противником. — Ну… Кхм! — Люциус отвёл взгляд в сторону, пытаясь отыскать ответы в чем-то другом, — Я тут это… — к нему пришла идея, когда он вновь взглянул на коров-предательниц, — Подумал, что рядом с твоим домом будут водиться кролики. Ведь Айко их обожает. Поэтому я не могу отказать ей в таком лакомстве. Заодно и мне не помешает немного пополнить запасы. Лололошка не знал, верить ли ему в слова полубога или попытаться усомниться в его словах. С другой стороны, он заметил, что Люциус изменился и делает всё для благополучия своей змейки. Временами отрицает привязанность, но и Лололошка, и Воланд, прекрасно видят, как он сюсюкается со своим питомцем. Первому нравятся такие изменения, а для второго чуждые такие милые чувства. На кой чёрт тратить драгоценное время на жалкое животное? Парень махнул рукой, дослушав слова оправдания от божка. — И вот, я выяснил! Их здесь нет. — Они изначально рядом не водились, — сказал Ло, проходя мимо названного гостя, — Так что зря сюда пришел. Люциус, который еще не получил ответ на свой заветный вопрос, смотрел прямо в лицо воина, а именно в глаза. Когда тот проходил мимо, из края очков на мгновение он увидел глаза, но не успел разглядеть цвет. «Сейчас!» — произнес он про себя, словно это единственный подходящий момент завершить свою затею. Лололошка хотел было вернуться к своим делам, а после сходить ко всем знакомым за свежими новостями и новыми поручениями, но весь свой каждодневный план на мгновение откинул на задний план, когда с боку заметил приближение руки Люциуса прямиком к своему лицу. Воин с молниеносной реакцией, перехватывает руку полубога. С недопониманием смотрит на божка, ожидая объяснения: — Ты чего? — Я?! — осознал Люциус, что моментально не сможет такое провернуть и быстро высвободил свою руку от чужого хвата, — Ну, р-рядом с твоим лицом пролетал комарик. Хотел его прихлопнуть, но ты помешал мне. «Прихлопнуть комара и заодно ударить меня? Может, только меня хотел ударить. Комара рядом со мной не было». — подумал Ло, не теряя бдительности. — Ладно, — поправил Люциус шляпу, — Я пойду искать кроликов в другом месте. Вдруг на этот раз повезёт. Божок гордой походкой направился в неизвестном направлении. Лололошка какое-то время следил за удаляющейся фигурой, пока не вспомнил, что надо вернуться к своим обязанностям. Он надеялся, что дальнейших похожих выходок от Люциуса не возникнет. Но как же ошибался. В доме Бастиана, когда он получал от него очередные важные поручения, Ло чувствовал, как за ним кто-то следит. В самом доме мага полно животных и птиц, которые с интересом наблюдали за гостем. Поэтому в этот раз Лололошка смахнул свою паранойю на них и забыл об этом. Далее быстро слетал к Аргусу с Катриной, вдруг им тоже нужна какая-нибудь помощь. Как оказалось, они самостоятельно справлялись с делами. Пока сторонняя помощь от другого человека им не понадобилась. Однако Лололошку предупредили, что в любой момент его могут позвать. В доме Катрины и Аргуса воин опять почувствовал слежку. Резко обернувшись, это чувство у него пропало, словно чуть не раскрыл кого-то. Медленно сходит с ума? Не может быть такого. Он об этом быстро забыл, когда вспомнил о заданиях от Бастиана. Нужно сделать или найти все ингредиенты и отдать их магу. Компоненты не простые, но они нисколько не озадачили его. С большинством из них Ло уже знаком, и уже несколько часов он возвращается к магу с выполненным поручением. — Да сколько ты будешь носиться туда-сюда? Сними хоть очки свои! — проскрежетал Люциус, наблюдая, как над ним пролетает смертный. Божок остался незамеченным благодаря деревьям, под которыми прятался. То, что Лололошка ни разу не снял очки, его сильно расстраивало и чуть не заставляло выть от безысходности. Но впереди ещё есть ночь. Это что говорит? Правильно! Смертному нужен сон для восстановления энергии. Чтобы нормально поспать, он обязательно снимет очки. Пока тот не успеет лечь спать, Люциус надеялся на благоприятный исход, то есть увидеть желанный ответ на свой вопрос. Вновь явившись к дому человека, божок своё место укрытия выбрал не рядом со скотинами, а слегка в другом месте. Вход в шахту, где он и будет выжидать. Хотя под вечер сменил место наблюдения на другое. Яркое солнце закатилось за горизонт. Небо окрасилось в фиолетово-лиловый оттенок. Воин понаблюдал бы за красотой неба, но он был слишком уставшим. Без раздумий и в верхней одежде залез бы под одеяло, отдавшись царству Морфея, если бы не чувство слежки. Кто-то ведь действительно ждёт, пока он не ляжет спать. А ради чего? Чтобы убить во сне и ограбить? Толку от этого нет. Ло всё равно возродится. С другой стороны ему будет жалко ресурсы, которые он копил очень долгое время. Поэтому в сонном состоянии стал дожидаться этих смельчаков, что посягнут на его жизнь, а чтобы не было скучно, решил поиграть с Сильвестером. Маленький негодник, которому надо всё воровать и мыть в какой-нибудь грязной лужице, пришёл в восторг, когда хозяин удосужился уделить ему какое-то внимание. Лололошка сел на корточки рядом с кроватью животного и начал его гладить, чесать пузо или за ушком. Еноту нравилось. Но еще больше обрадовался, когда ему дали золотую морковку, но быстро сменился в настроении, когда приступил к трапезе. Он думает, что хозяин украдёт у него лакомство. От чего и рычал, издавая звуки возмущения. Лололошку это забавляло. Чтобы подразнить, попытался отобрать из лап питомца половину оставшегося морковки, но быстро поплатился тем, что был моментально укушен за палец. Кровь не пошла, однако Ло слегка испугался и дёрнулся от неожиданности. Выдохнув, воин сел на кровать енота. Снял очки и протёр уставшие глаза. — Ты надо мной издеваешься?! — Лололошка, неожиданно услышав злой голос Люциуса, подпрыгнул и свалился на пол. Енот тоже струхнул, не из-за неожиданного ночного гостя, а громкого звука падения. Воин, ничего не понимая, поднял глаза на божка, который направился к нему с явным отрицательным настроем и сжатыми кулаками. Не зная, чего ожидать от полубога, Ло растерянно вскочил на ноги. В его разум подкрались сомнения, что Люциус, как когда Воланд, стал агрессивным, нападающий на всё живое без причины. Он хотел было вооружиться, но был остановлен тем, что его резко схватили за плечи и надавили на них. Не сильно, но в тоже время просто так невозможно выбраться без боя. — Что случилось? Если что, то я ничего не натворил. Я бы обязательно рассказал бы всё, если бы узнал что-то важное касаемо тебя! — затараторил Лололошка в качестве оправдания. Ответа он не получает, но видит, как божок пристально смотрит на его глаза. Хмурость с лица Люциуса медленно заменяется нескрываемое удивление. «Что на этот раз? Что я опять «натворил»?» — задался вопросом воин, ожидая дальнейших реакции от полубога. Люциус думал, что в голове все цвета радуги перебрал. Но самостоятельно выяснив, понял, что не все оттенки он примерил на смертном. Эти глаза… Они у него такие необычные. Такие тёмные, но в то же время был виден небольшой оттенок синего. Именно тёмно-синего, а не голубого. Даже зрачков, казалось, не было видно. Словно они сливались с самой радужкой. В книге Люциус читал, о том, как парень с восхищением смотрел в глаза влюблённой. Он ощутил себя на его месте, но герой из книги видел перед собой голубые глаза, который сравнивал то с небом, то с морем. А Люциус видит частичную темноту. От небольших бликов от факелов глаза парня больше всего напоминали звёздное небо. Глубоко внутри божок делал ставку, что у смертного будут голубые глаза, как у героини из той книги. Но в какой-то мере рад, что ошибся. Цвет моря и небес ничто по сравнению с ночным небом или мраком. В то же время есть желание быть поглощенным этим непроглядным мраком. Лололошка впал в замешательство, ибо эта тишина и бездействие Люциуса, на протяжении нескольких минут, стало напрягать. Однако ощутил, как хват на плечах совсем ослаб. Руки божка, можно сказать, просто лежали на нём. Чего теперь ожидать от этого высокомерного надменного божка? А есть чего ожидать. Люциус потянул руку к лицу парня. Воин, завидев это, начал головой тянуться в сторону со звуком «Эм…». Божок совсем не касается кожи лица. Совсем. Однако его когтистые пальцы тянулись чуть выше, прямо к глазу. От этого Ло становилось не по себе. Лололошка проморгал пару раз и почувствовал неожиданную резкую боль в левом глазу. — Ауч! — воскликнул Ло, выводя наглеца над собой из своеобразного транса и неосознанно скинул с себя чужие руки, — Ты придурок?! Люциус опомнился. Сначала взглянул на Лололошку, который недовольством смотрел на него одним глазом, а второго прикрывал тыльной стороны руки. — Зачем тыкаешь мне в глаз?! — с возмущением спросил Ло, — Я тебе что-то плохое сделал?! А?! — Я… — протянул Люциус, но был прерван. — Да и что с тобой сегодня? То следишь за мной, то в дом без разрешения врываешься, то в глаз тыкаешь. Действительно, что это с ним. Люциус увлёкся с поиском ответа на свой вопрос. Однако ему быстро наскучило наблюдать за парнем исподтишка, что пошёл на пролом, неожиданно заявившись на дом. Вроде он получил то, что хотел, и мог бы без объяснений телепортироваться домой. Лололошка спросил: — Скажи, это ты ведь за мной весь день наблюдал? Да? — Я… Я не обязан перед тобой отчитываться! — выдал Люциус уверенно, немного замявшись вначале, и отвернулся. Он быстро смирился с тем, что его во второй раз за день раскрыли. Но… — Ты действительно всё это делал ради того, чтобы посмотреть на мои глаза? — неожиданно произнёс Ло, с выдохом скрещивая руки на груди. Третий раз рассекретили… Люциус покраснел от смущения. С возмущением посмотрел на смертного и сказал: — Э-это не правда! И клевета! Зачем мне нужны жалкие глаза смертного? Пф… «Ты тупой?» — произнёс Ло про себя, но вслух озвучил другие слова: — Начну с того, что ты за мной шпионил. Это раз. Попытался снять с меня очки. Это два. Опять за мной следил. Три! Заявился в дом именно тогда, когда я снял очки. Люциус то бледнел, то краснел, то зеленел, когда его действия парень раскидывал по фактам. Лололошка продолжил: — Я не на столько тугодум, чтобы не замечать очевидную вещь. Что теперь? Божок хотел всё сделать по тихому, но из-за своей нетерпеливости, как люди обычно любят говорить, всё запорол. Лололошка перед собой теперь действительно видел провинившегося ребёнка, которому словно трудно оправдаться перед взрослым. По человеческим меркам полубог старше, а среди других богов, соответственно, подросток. С другой стороны он выглядел мило, когда пытался оправдаться. Сразу видно, стоит на пути исправления. Если бы это происходило при первой встрече, полубог сначала запугнул бы, а потом быстро ретировался. — Хм. Мог бы просто попросить, — произнёс Лололошка, прерывая двухминутную тишину. Люциус перестал испытывать все существующие эмоции, когда расслышал слово «попросить». Что попросить? Попросить показать глаза? Вот так просто? Или он не то услышать. — Ч-что ты сказал? — спросил Люциус. — Я сказал, что мог бы просто попросить, а не доходить до крайности со слежкой, — не хотя повторил воин, добавив ещё парочку слов, — Знаешь, неприятно, когда за тобой кто-то наблюдает. — Ты не шутишь? — А похоже на то, что я шучу? — указал Лололошка на своё серьёзное лицо, которое скорее выглядело уставшим, сонливым. Не шутит… Люциус заликовал внутри себя, потому что ему понравился цвет глаз смертного. Теперь он может смотреть на эти глаза, как только попросит, и будет любоваться этим «ночным небом». С другой стороны… — Раз всё было так просто, так зачем я так, блять, мучился?! — зарычал Люциус. Лололошка вздрогнул от резкой смены настроения божка, что чуть было не спровоцировало остановку сердца.