весеннее солнце затхлой библиотеки

      скарамучча открывает дверь в стариную библиотеку.       тонны книг, томов, гримуаров, тонких книжечек с бытовыми заклинаниями, пергаментов статей и диссертаций.       обычно, здесь всегда было темно и пыльно. затхлый воздух заставлял закашляться на самом входе.       но сейчас такого не было.       в воздухе летала пыль, что была видна из-за света, проникаемого через промежутки между шторами.       в библиотеке было настолько тихо, что можно было расслышать чужое дыхание где-то в дальней его части.       брюнет зашагал именно туда, тихо стуча каблуками ботинок.       он лежал под весенним солнцем, на полу у настежь открытого окна. вместо волос растекалось золото. его бледноватое лицо в веснушках было чуть сморщенно, а глаза закрыты.       скарамучча присаживается рядом с ним на корточки.       — спишь? — еле слышно спрашивает он, обводя контур лица нежным движением пальцев.       — неа, — аметистовый взгляд встречается с медовым. — приляжешь?       — а работу кто сдавать будет? мерлин? — иронично выгибая бровь произносит брюнет.       — пять минут, скар, всего пять минут отдыха ты заслужил, — уговаривает итэр, мягко тяня парня за руку к себе.       — пф, я не доделал, а дедлайн скоро, ты знаешь, — чуть угрюмо ворчит аметистоглазый, но устраивается рядом, ложась на бок.       — расслабься, ты всё успеешь, и я помогу, — итэр довольно улыбается, щурясь от солнечных лучей и тоже поворачивается на бок.       за окном щебечут раноприлетевшие птицы; ветер с запахом сирени треплет шторы; а солнце обводит линии их лиц нежными тёплыми материнскими касаниями.       темноволосый тянется рукой к лицу и заправляет прядку золотистых волос за ухо парню, нежно касаясь кожи, гладя, как кота.       светловолосый, в поиске ласки, придвигается ближе, целует сладко-сладко, по-весеннему лёгко.       скарамучча тает окончательно, переплетает ноги и держа в руках чужое лицо выцеловывает каждую веснушку.       итэр тихонько смеётся, подставляясь под них ещё больше, давая аккуратно подмять под себя и зафиксировать, чтобы поступало меньше серьёзного сопротивления от телячьих нежностей.       — видишь, от пяти минут отдыха ты ушёл только в плюс! — говорит он, улыбаясь так ярко, что скарамучча еле удерживает себя от шутки про солнцезащитные очки.       — ну, ты снова оказался прав, — пожимает он плечами в ответ, крутя прядь золотых волос на пальце и смотря в чужие медовые глаза, наполненные ласковой нежностью. аметистоглазый склоняется над светловолосым и целует в нос, шепча. — как всегда. я не удивлён, солнце…