ЧУЯ—НЕКО

Осаму немного приболел и поэтому остался дома. Он решил отоспаться, раз появилась такая возможность. Во второй половине дня бесцельно валяться надоело и он отправился на кухню, нужно было приготовить что-нибудь и выпить бодрящего кофе. Дазай воспользовался кофемашиной, и только сделал глоток ароматного напитка, как раздался звонок в дверь. Таким бесцеремонным мог быть только Чуя. Дазай отставил чашку и улыбнулся. «Интересно, что же такого случилось, что этот коротышка припёрся лично к нему домой?» Он открыл дверь и увидел на пороге Накахару в длинном плаще, с капюшоном, надвинутым аж по глаза. — Чууууя! Загадочно выглядишь, — бросил Осаму вместо приветствия. — Мне срочно нужна твоя помощь, — проходя мимо него вглубь квартиры скорее прошипел, чем проговорил Накахара. — Понятное дело, — заметил Дазай, закрывая дверь и делая несколько шагов следом за напарником, — Чего хочешь? — Избавь меня от этого! — Чуя повернулся к нему лицом и снял с головы капюшон. Осаму даже рот открыл от удивления. На голове Чуи, в рыжей распущенной шевелюре торчали аккуратненькие кошачьи ушки. — Какая прелесть! — он подошёл к напарнику вплотную и спросил, — К ушкам хвостик прилагается? Чуя не стал лукавить, дёрнул завязки плаща и он упал к его ногам, эспер медленно повернулся спиной к Дазаю и тот увидел шикарный длинный хвост, поднимавшийся от копчика вдоль спины, слегка закругляясь на конце. Осаму не удержался от смешка, Чуя снова повернулся к нему. — Не вижу ничего смешного, Дазай. Ты ведь понимаешь, что я сейчас нахожусь под влиянием чужой способности. Сними ее с меня и я уйду. — Конечно, милый. Осаму взял Чую за руки, Накахара не сопротивлялся, ожидая, что Дазай применит к нему свою способность. Но тот не торопился этого делать. Он легонько провел рукой по одному из кошачьих ушек, а потом почесал за ним. В Чуе сработал инстинкт кота, он потерся щекой об ласкающую его руку и замер, понимая, что ведёт себя как-то не так. Дазай взглянул в голубые, слегка испуганные глаза Накахары. — Молока хочешь? — с интересом спросил он. — Издеваешься? — севшим голосом ответил Чуя. Было понятно, что Осаму не сделает того, о чем он его просит, пока не получит свою выгоду от сложившейся ситуации. Впрочем, Накахара понимал это с самого начала, просто, ему некуда было больше идти. Вернуться в таком виде в офис Портовой Мафии он не мог. Смеяться конечно никто не посмеет, но все узнают, что он выполнил задание не идеально. А это недопустимо. От Осаму же Чуя готов вытерпеть все, что угодно, а взамен получить обнуление и уверенность, что никто кроме напарника про его промах знать не будет. — Чего ты хочешь? — спросил Чуя, серьезно глядя в темные, искрящиеся весельем глаза Дазая. — Ласкового котика, конечно, на весь сегодняшний вечер и будущую ночь. После его слов хвост Чуи опустился к полу и стал мерно помахивать из стороны в сторону. Ему не нравилось предложение Осаму, он сжал кулаки, но твердо ответил: — Хорошо. — Отлично! — Дазай потянул Чую на кухню, — Предлагаю выпить за такое удивительное стечение обстоятельств. Он усадил незваного гостя за стол и, открыв холодильник, вытащил оттуда бутылку красного вина. Дорогую, как любит Чуя. Но, когда повернулся с ней к столу, увидел, как Накахара изучает содержимое его чашки, вцепившись в нее обеими руками. Он вернул бутылку на место и вытащил сливки. Чуя отпрянул от чашки, когда увидел, что Осаму приближается к столу. Дазай добавил сливки в кофе и ласково произнес: — Угощайся, Чуя! Голубые глаза посмотрели на него с благодарностью, а когда Накахара сделал первый глоток из чашки, Осаму показалось, что он услышал довольное урчание. Дазай погладил напарника по голове, не отказав себе в удовольствии почесать сначала за одним, а потом и за другим ушком. Чуя подставлялся, крутя головой, Осаму понимал, что прикосновение к ушам Чуе безумно нравится. Интересно, что произойдет, если он прикоснется к его хвосту? Дазай все же решился и рука в бинтах прошлась по хвосту Чуи, от копчика и выше. Накахара издал недовольный утробный звук, потом зашипел и, в конце концов, вцепился зубами Дазаю в руку. — Чуя!!! — резко выкрикнул Осаму и замахнулся на него другой рукой. Накахара выпустил изо рта руку Дазая и спокойно проговорил: — Не смей больше трогать мой хвост! — Прости! Осаму, вместо того чтобы ударить, потрепал напарника по рыжей голове. Чуя взял поврежденную руку Дазая и стал зализывать укус. Осаму было и больно и щекотно оттого, что язык Накахары оказался шершавым. Он хмыкнул, Чуя выглядел довольно мило в своем новом облике. Дазай встретился с серьезным взглядом голубых глаз, а потом, оторвавшись от его руки Чуя проговорил: — Ты не боишься, Дазай, что скоро я покроюсь шерстью, а к утру уменьшусь совсем и действительно превращусь в домашнего котика? — Я не допущу этого, не бойся, — Осаму повел его обратно в комнату, там он удобно расположился на диване и усадил напарника на себя, — Ну? — Не запрягал, Дазай! Угомонись. Ты ведь знаешь, я в ласку не умею, — нахмурился Чуя. — Ты же Неко сейчас. Неужели, ничего не чувствуешь? — Осаму пожирал его похотливым взглядом. — К тебе, нет! — фыркнул Чуя. — Понятно. Дазай снова провел по одному из ушек и уже привычно почесал за ним. Накахара ответил довольным урчанием и снова потерся щекой о его руку. Осаму не дал ему опомнится и потянулся к нему сам, целуя страстно и напористо. Чуя попытался отпрянуть, но Дазай не позволил ему вырваться из своих крепких объятий. Руки прошлись по спине Накахары в легком поглаживании. Чуя замер, ласка пришлась ему по вкусу, а когда Дазай прикоснулся к шее, фиксируя его голову, и большой палец несколько раз пробежался туда-сюда по скуле, тело ответило мелкой дрожью. Чуя закрыл глаза, полностью полагаясь на кошачий инстинкт, так как собственная голова плыла от ощущения чужого языка во рту. Неко вкусно пах кофе, и от его тесной близости по телу Осаму разливалось приятное тепло, а низ живота скручивало от нетерпения. Он даже не сдержал стона, когда рука Чуи сквозь ткань приласкала его возбуждение. Дазай поспешил разорвать поцелуй. — Чуя? — он взглянул в раскрывшиеся затуманенные глаза Накахары, тот только хмыкнул, — Раздеваемся! Неко дрожащими пальцами боролся с пуговицами на груди Дазая, чувствуя, как с него стаскивают брюки. Осаму не дождался даже когда Чуя закончит возиться с его рубашкой, залез двумя пальцами в своего котенка. Накахара зашипел уткнувшись носом в бинты и утробно зарычал, когда Дазай попытался глубже проникнуть в него. Ему больно и неприятно, но он сам пошел на это. Осаму видел, как хвост неко в бешеном темпе ходил туда-сюда, словно маятник. — Мой прелестный котик! — расплылся он в улыбке. — Дазааай! — прошипел Чуя, поднимая голову, чтобы видеть светящиеся от радости карие глаза своего мучителя, — Я ведь могу сделать так, что тебе станет не до смеха! — Успокойся! Осаму снова толкнулся пальцами внутрь Чуи, и неко начал издавать тихий мяв, а когда Накахара перешел на вой, Дазай снова втянул его в страстный поцелуй, заглушая тем самым, чтобы не напугать соседей. Чуя разорвал поцелуй, пальцы Осаму его довольно сильно завели. Неко быстро освободил Дазая от рубашки, одновременно оставляя шершавым языком влажные дорожки на шее. Чуя отстранился буквально на секунды, чтобы клинком надрезать бинты и приспустить их, обнажая соски. Он все ещё чувствовал внутри себя пальцы Осаму. Приятно! Но хочется большего. Чуя провел носом по груди Дазая, прикусил ключицу и тут же зализал укус. — Ты же сам хотел этого, так? — хрипло спросил неко и Дазай кивнул в ответ, освобождая Чую от своих пальцев. Он понял, что Накахара собирается взять инициативу на себя. Неко толкнул Дазая на подушки, проводя пальцами по торсу и слегка царапая его. Тело Осаму выгнулось навстречу ласке, ему однозначно нравилось происходящее. Чуя замер в нерешительности, ему хотелось сразу все, и укусить Осаму за плечо, и оставить следы на ключицах, шее, груди. О, неужели все тело под ним сейчас принадлежит ему! Накахара нежно поцеловал Осаму в уголок губ, и тот даже не успел ответить, как Чуя уже спустился ниже, оставляя после себя влажную дорожку от поцелуев. Неко добрался до брюк и, элегантно вытянув пояс, помахал им перед носом Осаму. Дазай попытался вырвать его из рук неко, но Чуя быстро убрал пояс за себя. — Не дам, — дразнясь, промурлыкал он, — но я применю его, если ты не будешь меня слушаться. — Я смотрю, ты все больше входишь во вкус? — улыбаясь, заметил Дазай. — Это будет зависеть от того что у тебя в штанах, — фыркнул в ответ Чуя. Он стянул с Дазая брюки сразу вместе с боксерами, и, удовлетворённо урча, взял в рот достоинство Осаму. С губ Дазая сорвался довольный стон. — Да, котенок мой! Да! Как же мне хорошоооо! Осаму запустил свою руку в рыжие локоны Чуи, пытаясь контролировать процесс. А когда понял, что сейчас кончит, он резко отстранил от себя Чую, надавив ему на плечи. Дазай уложил неко на подушку с другой стороны дивана, заставляя лечь на бок, и резко вошел в него, прижимая длинный хвост к своей груди. Чуя застонал под ним, его тело дрожало от наслаждения, Осаму застонал в ответ и, чтобы доставить больше удовольствия партнеру сделал несколько движений рукой по вставшему члену Накахары. Чуя выгнул спину в сладкой истоме и кончил, Осаму кончил следом за ним. Неко свернулся клубком, его тело все ещё подрагивало. Дазай решил обследовать рукой спинку дивана в поисках коробки с салфетками. Наконец, он наткнулся на нее и, выудив несколько салфеток протер ими интимные места сначала неко, а потом и свои. Подняв с пола, свалившийся туда от их любовных игр, плед, он заботливо укрыл им Чую и пристроился с ним рядом. Неко уткнулся носом ему в грудь и прижался ближе, крепко обнимая. — Дазай! — Хм? — Преврати меня в человека! — Конечно, мой котенок. Спи спокойно! — почесывая неко за ушком, ответил Осаму и они мирно заснули в обьятиях друг друга.

***

Чуя проснулся, потомучто ему показалось, что кто-то жалобно мяукает рядом. Он открыл глаза, пытаясь осмыслить происходящее. — Дазай? — растерянно позвал Накахара, не увидев его рядом с собой. — Мяу! — раздалось откуда-то снизу. Чуя свесился с дивана и увидел под ним запутавшегося в бинтах белого кота. — Разве такое может быть? — спросил он сам себя, взяв кота на руки и помогая тому освободиться от бинтов. В благодарность за спасение, кот стал лизать Чуе руки. Накахара мог поспорить на что угодно, что этот кот и есть пропавший Дазай.