Самое ценное

      - Задание легкое, я быстро управлюсь, - проговорил Хакон с улыбкой.       Мужчина подошел ближе к Эйдену, и слегка мазнув губами по щеке парня, потянулся к его уху.       - Не волнуйся, все будет хорошо. Верь мне, малыш, - прошептал Хакон и спустя мгновение скрылся в открытом окне.

****

      Верить! Эйден очень хотел ему верить, но как-то не получалось. Он не мог никак связаться с Хаконом. Он должен был давно вернуться, но его не было и связи с ним тоже не было. Парень начинал сильно переживать, он ходил из угла в угол и не мог найти себе места. Зачем он вообще отпустил его одного?       - Хакон, мать твою! – уже практически прокричал Эйден в рацию, но ответом ему служила тишина. – Чёрт!       Нервы были на пределе, и пилигрим уже не мог просто оставаться на месте. Не шаги, а скорее несколько рывков и он уже взбирается на крышу. Нужное полуразрушенное здание парень находит почти сразу. Оно далеко. Слишком далеко.       - Только попробуй там сдохнуть, - снова говорит он в рацию, сжимая её так, что удивляется, почему она еще не треснула.       Эйден делает несколько шагов и тут же срывается на бег, возможно слишком резко, так как в боку начинает неприятно колоть, но парню совершенно все равно на это. Его главная цель маячит впереди, словно издеваясь над ним. Пилигрим надеется, что с Хаконом все хорошо, что тот просто решил забрать больше добычи. Но в голову лезли только образы, где его окружают зараженные, бросаются на него, а потом на полу остается лишь его израненное тело. Парень чуть не промахивается, мимо очередной крыши, захваченный представленными образами.       Он встряхивает головой, нельзя забивать голову, нужно только бежать вперед. Еще чуть-чуть и он будет в этом проклятом доме. Эйден останавливается напротив здания и осматривает место для прыжка, вглядываясь в разлом.       - Хакон, ты слышишь меня?! – говорит пилигрим в рацию, а глаза в надежде обшаривают каждый уголок разлома.       Но тут он замечает что-то в темноте здания и сердце, словно останавливается. Эйден вглядывается и надеется, что ошибся. Но его глаза не подводят, он и вправду видит чье-то мертвое тело, так похожее на Хакона.       - Нет… - лишь может произнести парень, и начинает бежать в сторону ближайшего уступа.       Но он не может себя контролировать, тело начинает дрожать как в лихорадке, а перед глазами все расплывается, то ли от слез, то ли от увиденного. Нет, Эйден не может потерять, того кто стал для него таким ценным. С каждым движением ног по телу растекался страх, что если это, правда и он больше никогда не увидит Хакона, не услышит его глупых шуточек, не увидит его улыбки, не сможет вновь прикоснуться к нему. Пилигрим еще никогда и ни к кому так не привязывался, но этот мужчина изменил все. Глаза начинало щипать.       Эйден уже хотел повернуть для прыжка, но тут его буквально сбивают с ног. Парень приземляется на спину, которая сразу же начинает болеть. Он поднимается, чтобы хорошенько ударить того, кто посмел сбить его с намеченного курса. Но успевает только встать на колени, как его начинает трясти, а из глаз текут слезы. Зачем все это, к чему сопротивляться, если тот, кого пилигрим ценил и любил сейчас лежал мертвый в том грёбанном доме. Эйден слышит шаги, но они словно далеко от него, а не в нескольких сантиметров. Тело все еще дрожит, но он напрягается перед ударом.       Но его не последовало, вместо этого его обнимают крепкие руки. Кто-то начинает что-то говорить ему, но парень не слышит, он даже не видит ничего перед собой. Единственное, что он чувствует, то, как сильно его начинает трясти и как чья-то рука поглаживает его по спине. Спустя некоторое время, Эйдену становится легче, и он может разобрать голос рядом.       - Прости, прости меня. Я не хотел, что бы так вышло, - повторял знакомый голос.       Пилигриму понадобилось несколько секунд на осознание. Голос принадлежал Хакону, он жив! Сердце пропускает удар и Эйден вздрагивает. Почувствовав это, мужчина сильнее прижимает к себе парня.       - Тело… Я думал… Что ты… - пытается сказать Эйден, но мысли путаются, а голос предательски дрожит.       Он чувствует, как мужчина вздрагивает и вновь начинает поглаживать его по спине.       - Прости... На меня напали зараженные… И я выронил свою рацию... Она перестала работать… Я не мог с тобой связаться… Прости, - судорожно шептал Хакон и сильнее прижимал к себе Эйдена, словно пытаясь спрятать его от всего мира.       Тем временем пилигрим приходил в себя. Тело перестало дрожать, голова начинала нормально соображать, реальность перед глазами перестала расплываться. Он слушал успокаивающий шепот Хакона и хотел, что бы этот момент не заканчивался. За этот небольшой промежуток времени Эйден успел потерять и вновь прибрести того, кто ему так дорог. Мысль, что мужчина жив, приносила облегчение. Парень поднял голову и заглянул в глаза, напротив, в этой смеси страха, вины и нежности хочется утонуть, остаться навсегда и никогда больше не переставать смотреть в них.       - Больше я тебя одного никуда не отпущу, уж слишком это плохо сказывается на моей нервной системе, - проговаривает Эйден и видит, как на лице Хакона расцветает улыбка, такая родная и нужная именно сейчас, так он улыбался только ему.       - Я не против, малыш, - шепчет мужчина и целует Эйдена в уголки глаз, где ещё совсем недавно были слезы.