Такая странная любовь

Прошло две недели с того момента, как Андрей ошарашил меня вопросом, что откинул меня в эмоциональном плане на несколько лет назад, заставляя обнажить все душевные переживания. Тогда я не стал раздумывать, а уж тем более отвечать на такой вопрос. Глаза предательски начало щипать, а допустить того, чтобы меня видели слабым, я не мог, да и не хотел. Мысли не хотели собираться в кучу, поэтому все, что мне оставалось — бежать. Я соскочил со своего места, схватил свои вещи, убегая прочь от нахлынувших на меня эмоций. Но тогда я убежал не только от них, я оставил в одиночестве человека, что взглянул на меня как на равного, в отличие от остального окружения. Безусловно, мне было крайне стыдно, а то, что мог подумать он, не давало мне покоя до сих пор, но, увы, события того дня приняли слишком неожиданный поворот. Две недели, что я пытался разобраться с буйством эмоций в собственном разуме, безусловно оставили след на нашей истории. Поначалу мне не хотелось даже показываться в сети, что свела нас, но со временем гнетущее чувство вины и одиночества взяли надо мной верх, что заставило меня включить компьютер и открыть твою страницу.

Заходил две недели назад в 13:17

Черт. Не я один, по всей видимости, предпочитаю оставаться наедине с собой, но ведь Андрей явно был сильнее меня, его характер наверняка позволял ему быстро отойти от подобной ситуации, забыв её как страшный сон. Но то, что его, как и меня, не было в сети с момента последнего разговора, меня напрягало. Что обычно чувствуют влюбленные, когда ссорятся? У каждого этот своеобразный процесс протекает по-своему, а исход зависит только от участников конфликта. Вот и я сейчас был в замешательстве: с одной стороны, мне очень хотелось всё объяснить, вернув тем самым внимание с его стороны, я скучал, мне не хватало его голоса, его глупых шуток и озорной улыбки, но, с другой стороны, мне кажется, что, если бы я хоть на самую крошечную долю процента был важен для него, он бы предпринял в мой адрес хоть какие-то действия. В итоге, та часть меня, что искренне переживала, взяла верх над ревнивой и пессимистичной, заставив меня открыть диалоговое окно. Сейчас ко всем моим чувствам прибавился еще и страх. Что я хочу сказать ему, как я могу хотя бы надеяться на то, что после моего отвратительного поступка я имею право на второй шанс? Плевать, в конце концов, любое действие будет куда лучше того, чем я занимался последние две недели. Ничем, то есть. Привет, надеюсь, ты все еще меня помнишь. Я знаю, прошло довольно много времени, а моему поступку нет абсолютно никакого оправдания, я все же хочу с тобой объясниться. У каждого из нас есть тайны, те, что хранятся глубоко внутри нас, а сознание подсказывает, что остальные не должны узнать о них. Но мой секрет отразится на нашем с тобой необычном общении, тем более, если взять в расчет тот вопрос, что ты задал мне, прежде чем я с позором убежал. Я настолько испугался, что ты откажешься от меня, узнав ближе, что решил ретироваться сам. Прости. И, если всё же между нами есть что-то большее, чем просто общение, ты обязан узнать всю правду. Приходи ко мне, если я всё еще заслуживаю твоего внимания. Я дописал свой адрес и отправил письмо. Теперь все зависит от того, как настроен мой такой внезапный друг. Я закрыл окно с социальной сетью, откинулся на стуле и стал думать о том, что же будет дальше...

***

Я не знаю, сколько времени прошло с того момента, как я отправил то письмо Андрею, потому что после этого меня как будто озарило и я стал рисовать. Возможно, если быть чуточку объективным, то логично понять, что абсолютно с любых сторон я был не нужен для людей. Вероятно, когда-нибудь я смогу привыкнуть к отношению в свою сторону. Но сейчас мне неотъемлемо и необходимо было изливать свою душу на полотне. На удивление, в моих работах стали преобладать теплые цвета, а порой мрачные тени и вовсе не отражались в картинах. Что мной двигало, я не скажу и себе в том числе, но смутные догадки меня все же посещали. Вот и сейчас на холсте я старательно выводил черты лица очередного персонажа короткой истории. По ту сторону изображения мне улыбались, словно пытаясь передать мне капельку своих ощущений. В моей квартире было жарковато, суровая зима шла на убыль, поэтому, как мне показалось, небольшой сквознячок мне не повредит. Я открыл форточку, а чтобы по квартире носился прохладный ветерок, пришлось также приоткрыть дверь. Ходить ко мне, естественно, некому, да и красть нечего, поэтому я не чувствовал и капли сомнения. Но даже легкое дуновение не справилось с духотой. Я стянул с себя футболку, небрежно отбросив ее в сторону, и только тогда мое тело почувствовало облегчение. А дальше случилось то, что должно было случиться. Я все так же стоял лицом к мольберту, незатейливо подпевая льющейся из колонок песне, не обращая внимания на посторонние шумы. По спине пробежались мурашки, как бы ознаменовывая дальнейшее.

Его пальцы аккуратно дотрагиваются до извивающегося вдоль плеча шрама, заставляя меня нервно сглотнуть. Сомнений в том, кому принадлежат телодвижения, не было. Он все-таки пришел.