Иллюзия свободы

***

Ему всегда было все равно на людей, которых он не считал близкими или друзьями. Майки было скучно. Все его противники даже не могли хоть как-то ему ответить. Его это забавляло, но не более. Даже в детстве Сано не было равных. Девчонки, которые окружали его, были странными: крикливыми, прилипчивыми слишком, высокомерными, либо слишком застенчивыми и скучными. Он мог терпеть лишь Эмму, она была забавной. Ухаживала за ним, делилась сладостями и прикрывала его перед взрослыми. А вот Сенджу его не то чтобы раздражала, но не вызывала никакого желания общаться. Она пыталась с ним играть, постоянно влезала когда не просили, и всегда пыталась ему угодить. Это нравилось Майки в какой-то степени, но не более. Это тешило его самолюбие. Однако она была слишком…докучливой. Хитти на первый взгляд показалась ему тоже плаксивой и скучной. Но было в ней что-то такое...что Майки желал находиться рядом. Он так и не понял как так получилось, но она стала все больше проводить времени с их компанией. Хитти была интересной. Иногда застенчивой и умной, иногда громкой и взбалмошной. Всегда поддерживала все его игры, охотно предлагала свои и не боялась выразить свое мнение. И Сано это нравилось. Сначала он нечаянно взял ее резинку для волос, потом игрушку. И когда набралась целая коробка ее вещей, Сано вдруг осознал, что ему мало. Духи, фантики, игрушки и бантики…и этого всего не хватало. Майки в какой-то момент начал думать о ней как о близком человеке. Это произошло само собой. Впервые Сано задумался что он чувствует к Хитти, когда Шиничиро прямо спросил о его мыслях. Мозг четко ответил: Друг. Его брат лишь хмыкнул и многозначительно на него посмотрел. Так, что Майки невольно задумался. Все эти чувства, эмоции так сложны и непонятны. Он стал сравнивать ее и других девочек. И вообще не находил ответа. Хитти всегда выигрывала в этих мысленных противостояниях и Сано не понимал почему. Она была на порядок лучше в его глазах и Майки терялся. Настолько, что голова шла кругом. Шиничиро тогда на его вопрос ответил лишь: «Осознание потом к тебе придет, глупый младший брат». И Майки захотелось его побить. После смерти Шиничиро они с Хитти практически прекратили общение. Ему было тошно с ее жалящего взгляда. Майки старался держаться дальше и не показывать никаких эмоций. А она словно смотрела в самую его душу и все понимала. Это бесило до чертиков. Потом они закономерно все меньше стали общаться. И Майки с ужасом осознал, что ему ее не хватает. Они перекидывались некоторыми фразами, но Сано было этого мало. И вот как заговорить, чтобы мозг не заклинило, он не знал. Долго же ему пришлось осознать, что Хитти не просто друг. Сано упорно твердил себе постоянно, что они только друзья и ничего больше. Момент, когда он понял, что что-то не так, навсегда засел в его памяти. Как сейчас в голове возник ее образ, когда она счастливо улыбалась Эмме, что-то звонко рассказывая. В какой-то момент повернулась к нему, помахала рукой, ослепительно растягивая рубиновые губы в улыбке. Майки просто залип. Ее темные волосы красиво переливались на солнце, грудь мерно вздымалась, а глаза слишком сияли для типичного серого дня. Его сердце тут же пропустило удар. И он невольно запомнил это странное чувство волнения внутри. Это Майки понравилось. Необычные ощущения будоражили тело. Заставляли чувствовать покалывание и искры. Сано желал теперь испытывать их раз за разом. Но Хитти словно опасалась быть рядом с ним и это удручало. Тяжело выдохнув, затянулся теплым летним воздухом. — Эй, Майки, — голос Дракена словно вывел из транса. — Че залип. Они катались по ночному Токио. Сегодня один из тех вечеров, когда можно спокойно отдохнуть. Вообще они собиралась всей верхушкой Тосвы погонять по улицам. Но Кейске сказал, что у него какие-то неотложные дела со школой и Хитти. И Майки на этом моменте конкретно скривился. Не то, чтобы он ревновал к Кейске…просто обидно, когда с ним она проводит больше времени. Он же тоже является ее другом. Митцуя сказал что-то о своем кружке и приближающемся проекте. А Пачин…как обычно. Сейчас они решили просто посидеть в какой-то забегаловке неподалеку от дома Кенчика. — Да ниче, — легко выдохнул Майки, снова опуская взгляд на кружки. Мысли о ней закручиваются в голове из раза в раз, не давая рассуждать нормально. Хитти всегда смотрела на него и так красиво улыбалась. Поговорить нормально не получалось как бы Майки хотел. Хотя Сано не присуще смущение и неуверенность, но рядом с Хитти как-то все путалось в один большой непонятный клубок из чувств и недопониманий. Только он хотел написать, пригласить погулять, как что-то внутри мешало это сделать. Настолько, что хотелось просто долбануть телефон о стену. Это было на него не похоже. Но незатейливые иероглифы никак не хотели составляться в слова. — Ты опять какой-то загнанный. Что случилось? — как-то совсем обеспокоенно спросил Дракен, наклоняясь немного вперед. Прищурившись, начал разглядывать своего друга. Когда он не может что-то решить в своей голове, он начинает хмуриться и смотреть в одну точку, иногда кусая внутреннюю сторону щеки. Дракену это состояние не нравилось. Потому что в бедовую голову Майки мысли приходят порой очень даже страшные. Хотя сейчас Кен догадывался о чем он так может рассуждать. — Слушай, поговори ты уже с ней, а? Майки тут же вскинулся, поднимая на него гневный взгляд. Вообще, Рюгуджи просто наугад сказал про Хитоми, но как оказалось попал в самую точку. Он в непонимании выгнул бровь. — Не твое дело, — выпалил Майки, сжимая стакан. Еще чучуть и он бы просто лопнул. — С Эммой поговори раз такой умный. — Не кипятись, Майки, — поднимая руки в примирительном жесте, мягко прошептал Дракен. Вообще отношения их с Эммой это другое как считал Кен. Да он вполне может и подождать в отличие от Майки. В стиле Манджиро заявиться и просто поставить перед фактом. Все просто. Уверенно, четко и быстро. Однако на данный момент что-то его останавливает. И Дракен не понимает что. Спрашивать в принципе не имеет смысла: поди разбери что у его командира в голове. Да и Майки точно не поделится. — Поехали ко мне. О тебе как раз спрашивала недавно Кин. Как бы невзначай кинул Дракен, наблюдая за реакцией друга. По правде сказать, Кен надеялся на то, что это немного потешит самолюбие Майки и он перестанет копаться в себе. Отношения Кин и Манджиро были отнюдь не деловыми. Привилегии для Сано были понятны и читаемы между строк. Конечно, Майки никогда не делился что же происходило за закрытыми дверями комнаты, однако сложить два и два было очень и очень просто. Хотя Дракену было в общем-то все равно. В правилах салона запрещалось иметь интимную связь с клиентами. Только различный массаж без ограничений. На этом все. Но Майки чем-то зацепил Кин, именно поэтому они и виделись уже после рабочей смены. Майки тяжело выдохнул, немного растягивая губы в едва видимой улыбке. Взглянул на время. Сейчас около девяти вечера. А ее смена заканчивается где-то около десяти. — Что спрашивала? — с прищуром спросил Сано, откидываясь на спинку дивана. Говоря откровенно, они с Кин особо никогда не общались. Да и впринципе как-то было не до разговоров. — Да просто, — отвел глаза Дракен, чуть поджимая губы. Он не врал по факту на счет Кин. Обычно Манджиро несколько раз в неделю бывал у нее, а сейчас вот не появлялся уже полмесяца, если не больше. И это, как она рассказывала Кену, сильно ее обижало. — Когда придешь, как дела. — Так сильно соскучилась? — едва скрывая самодовольствие в глазах. Встав с места и кинув деньги на стол, развернулся к Дракену и высокомерно хмыкнул: — Поехали тогда. «Майки как обычно» — оставалось подумать Дракену и покачать головой. Вот только Сано после этого вечера еще реже стал заходить к ней. Было ли дело в Хитоми или просто Кин ему разонравилась — Дракен не знал. Однако Кин потом ходила подавленной и грустной. Неужели она влюблена в Майки?

***

Манджиро никогда не позволял себе слабость. Ни в отношении банды, ни друзей, ни родных. После того случая с Хитти и его бандой, он твердо решил, что она должна быть рядом с ним. Когда Хитти станет его девушкой, никто не посмеет и пальцем ее тронуть. Сано уже имеет авторитет в различных кругах и многие уже ни раз слышали его имя. Да и мысль о том, что она может быть с кем-то другим, вызывало в нем черную и неуправляемую злость. Такую, что становилось страшно за себя. А вот Черный импульс внутри мурлыкал от его страшных мыслей. — Отьебись от нее, Майки. Я серьезно сейчас, — строго произнес Кейске, сжимая кулаки. Как же его достали их странные отношения, где он выступал связующим звеном. Еще больше его выбешивало то, что Майки никак не мог понять что с ним происходит. Влюбленность и Манджиро будто две разные вещи. То он нормально с ней общается, то ведет себя как мудак по отношению к ней. Из-за этого Кейске просто приходил в ярость. — Че она плачет из-за тебя. — Я откуда знаю? — зло выплюнул Сано, смотря на Кейске исподлобья. Они были на заднем дворе какой-то кафешке. Кейске просто влетел в здание, игнорируя полностью Дракена. Сказав лишь: «Пошли, поговорить надо». Дракен хотел с ними пойти, но Баджи кинул: «Наедине». И хоть Майки и делал вид, что ему все равно, но внутри все переворачивалось. Хитти плакала из-за него? Может он ей тоже нравится? В душе тут же все затрепетало от теплоты. — Мы с ней просто поговорили. — Да ты в край охуел! — выкрикнул Баджи, ударяя со всей возможной силой Майки. Сано даже не стал сопротивляться. Он пришелся на левую щеку. Да так, что шея хрустнула. Но Баджи не успокаивался, снова и снова нанося быстрые и точные удары по лицу. — Она никогда не плакала из-за всякой фигни. А теперь ходит грустная. И я видел, как ты силой держал ее на собрании, ублюдок. — Все, хватит, — тихо прошептал Майки, уворачиваясь от летящего кулака. Его с Хитти разговоры Кейске не касаются. У Сано и в мыслях не было обижать ее. Баджи достаточно разукрасил его. Сано и так понимал, что поступил плохо, но выслушивать больше Кеске он был не намерен. Разворот и Майки уже сам начал атаковать. Удар, уворот и снова удар. — Не лезь в наши отношения. Мы сами разберемся. — Она моя сестра, Майки, — не успокаивался Баджи. Пытаясь его еще раз ударить. Но Майки был быстрее. Увернувшись, он ударил его в грудь. А после в подбородок. Так, что Кейске немного повело. Добив все это жеским и быстрым ударом ногой в живот. И Баджи уже просто лежал на асфальте, тяжело дыша. Сделав глубокий вдох, его друг прохрипел: — Ты просто ее….я не понимаю. Ты разве не видишь как мучаешь Хитти. Встав с земли и отойдя от Майки на несколько шагов, глубоко выдохнул. Смирясь с тем, что Сано больше не даст себя ударить. Так они и стояли несколько секунд, обдумывая. Боль растекалась по венам, даря утешение. Тишину решил прервать Кейске: — Она тебе сильно нравится? И тут Майки завис. Слова словно прострелили его темную душу. А что же такое любовь? И как понять, что человек тебе нравится? Столько мыслей, чувств и ворох странных ощущений, что он испытывал рядом с Хитти… Возможно, стоило еще подумать. Разобраться, но единственное, что в голове прямо кричало: — Да. Нравится. Кейске в неверии смотрел на Сано. Кровь из носа немного натекла, скатываясь теперь на асфальт. Вытерев все рукавом куртки, шмыгнул носом. Он и не ожидал такого откровения. Майки вообще не делился ни мыслями, ни чувствами. А сейчас так открыто… — Если ты ее обидишь, я тебя убью. Понял? — выплюнул Кейске, отводя глаза. Это было даже смущающе. Баджи не слепой, видел как Майки смотрел на Хитти, начиная с начальных классов. Но чтобы так прямо сказать об этом? Это на него не похоже. Если все так серьезно, то Баджи готов уступить. Майки редко проявлял серьезность в чем-то, скидывая ответственность на Дракена. Однако если было что-то важное и значительное, Сано превращался в настоящего командира. Строгого, опасного, авторитетного и серьезного лидера. Такого, за которым хотелось пойти даже на смерть. — Тронешь Хитти до свадьбы… — Да понял я, — закатив глаза, перебил его Майки. Кейске как курица-наседка рядом с Хитти. И Сано уважал его за это. Он мог быть легкомысленным, вспыльчивым, но за своих родных и друзей Баджи всегда стоял горой. — С того света достану так-то, — в шутку произнес Баджи, прищуриваясь. Его взгляд снова вернулся к нему. И как по щелчку настроение поменялось. Что он в голове решил за эти несколько секунд оставалось загадкой для Майки. — А вообще! Доведешь ее еще раз до слез и я на тебя Дракена с Эммой натравлю. Еще и Хитти на тебя пожалуюсь, ясно тебе? Со смехом прокричал Кейске, со всей дури прописывая ему смачный подзатыльник. Едва Майки хотел ему ответить, немного дезориентированный внезапным нападением, как Баджи уже и след простыл. — Сученыш, — с обидой прошипел Майки, бросаясь за ним в погоню.

***

Когда они начали встречаться с Хитоми, Майки был счастлив. Возможно, именно так можно описать то чувство эйфории рядом с ней. Он буквально утопал в ее аромате, поцелуях, объятиях и нежных теплых глазах. Пытался проводить как можно больше времени. На собрании, после школы, на выходных. И спустя столько времени Майки казалось, что жизнь постепенно налаживается. Импульс, что жил внутри словно успокаивался рядом с ней. Это было странно, но он немного будто потухал. Жжение в груди и голове, что мешало иногда рационально мыслить, прекращалось как только ее нежные руки касались его обнаженной кожи. И Майки действительно как отчаявшийся наркоман желал вновь и вновь ощутить тот кайф от нахождения рядом. Вот только…все не может быть настолько радужно. Он еще до начала отношений понимал, что если перейдет черту, то это будет конец. Майки будет сам себе противен. Черный импульс — это самое жестокое и черное его альтер-эго. Которому тоже, к сожалению, нравилась Хитти. И если Майки понимал, что если он не сможет себя сдерживать, то ему просто нужно уйти, не мучать и не делать ей больно, то импульсу было все равно. Раз она его, то значит будет его до конца. И Майки страшился, что Хитти может просто не вынести нахождения рядом. В такие моменты Сано становился невыносимым: огрызался, хватал ее за руки, целовал жадно, до крови прикусывая ее губы, сжимал в своих руках словно в тиски, да так, что на ее маленьком хрупком теле оставались маленькие синие и фиолетовые синяки. В такие моменты, Сано еле себя сдерживал, чтобы не взять Хитти силой, показать какой он на самом деле. Она вообще не должна узнать об альтер-эго, иначе ей станет противно также как и ему. Ведь Майки действительно тошно от себя и от действий, когда он не справляется с Импульсом. А видя, как она бережно маскирует тоналкой все его засосы, укусы и едва видимые синяки, хотелось провалиться под землю. Если бы он мог избить себя за такое отношение к ней, то давно бы это сделал. Только чтобы не видеть результат его деяний на ее теле. И в следующие несколько дней он обращается с Хитти как с самой дорогой куклой: аккуратно, нежно и ласково. До того момента, пока его снова не накроет волной. И все повторяется сначало. Момент, когда вдруг все словно рухнуло перед глазами, был как раз в его гараже. Он в неверии смотрел на ту злосчастную банку, что трескалась в его руке как и самообладание. «Надо уйти. Надо уйти. Уйти!» — кричало сознание. «Она же сама полезла в это! Хитти уже все знает. Покажи ей. Покажи ей!» — вторил ему импульс. Она что-то кричала о наркотиках, вранье и таблетках. И как все это узнала только? Он не помнил, что говорил. Ее тело полностью овладело страхом и ужасом. Хитти смотрела и умоляла о пощаде. Заплаканные глаза, трясущиеся руки и кровь. Майки сам не понял как она упала. Он хотел лишь ее оттолкнуть и забрать бумаги. Если это не копии, то будет очень и очень плохо. Якудза никогда не были милосердны. И это могло херово кончится не только для него, но и для его семьи и банды. И в особенности для Хитти. Все знали, что она его жена. А значит первое, что сделают… Майки даже думать не хотелось об этом. Хитти так желала посмотреть на его Импульс, так что почему бы ей не показать? Закрыв глаза, он дал возможность Импульсу растекаться по всему телу. И снова посмотрел на нее. И альтер-эго мурлыкал от свободы. Хитти была такой беззащитной сейчас и по-ангельски прекрасной. Ее в ужасе распахнутые заплаканные глаза, раскрасневшееся лицо. Майки бы всю жизнь смотрел и смотрел на нее. Однако злость все еще изнывала внутри. Она смела трогать его бумаги, смела помыкать им. Ярость, вперемешку с садистким удовольствием, протекала внутри. Его отрезвила кровь, что медленно начала течь из ее рта и носа. о нет… Что же он делает? Хитти начала задыхаться и он не мог ничего сделать. Надо уйти, унять ту жажду крови, что бурлила внутри. Если останется, то быть реальной беде. Он разрывался. Выдохнув, Майки вдруг осознал, что сейчас единственное, чего он хочет, это овладеть ей. Показать еще больше свою истинную натуру. Чтобы она осознала, что он монстр. Чтобы сама бросила его, потому что Майки это сделать просто не в состоянии. И Хитти это сказала. Сердце в это мгновение просто разорвалось. Хлопнув дверью, он просто пронесся к мотоциклу. Надо ехать туда, где бы он точно смог бы отрезвить голову. — Блять. Блять. Блять, — раз за разом ударяя стену, быстро и отчаянно шипел Майки. Кровь тут же оставалась от удара на поверхности стены. Он завернул в какую-то грязную улицу района Роппонги. Сырость, запахи секса, пота, наркотиков и крови создавали коктейль из тошнотворного и удушающего аромата. В Роппонги можно спокойно нарваться на драку. Это как раз и нужно Майки. А еще безнаказанность, что царила здесь, нехило развязывала руки. Краем уха он услышал тяжелые шаги. — Эй, парень, — просвистел какой-то амбал, медленно к нему приближаясь. Внутренний зверь хищно улыбнулся внутри. — Ты хоть знаешь где шумишь, а? Медленно повернувшись, Майки наткнулся на несколько людей с битами. Свет уличного фонаря едва освещал тусклым и желтым светом их лица. Лица, которые через пару мгновений будут очень сильно разукрашены. — Хули молчишь, — крикнул кто-то. Теперь он четко мог их посчитать. Семеро. Другой бы просто забился от страха, но не Майки. Маловато как-то, но это поможет немного освежиться. Майки специально пропустил пару ударов. Драка продолжалась всего ничего. Удар, разворот и снова удар. Он сразу понял, что ублюдки даже основ не знают. Бьют наобум, считая, что бита им как-то сможет помочь. Манджиро это позабавило. Нападая на него разом, они мешали только себе. Через несколько мгновений они валялись около его ног. А он даже свою коронную технику не использовал. И Сано было этого мало. Он не был удовлетворен. Кровь на его костяшках медленно скатывалась вниз. Майки так и стоял в кругу побежденных врагов. Сломленный и совершенно не знающий что ему делать дальше. Слезы бессилия и отчаяния скопились в уголках глаз. Он не смог удержать Импульс. Сделал ей больно. Но Манджиро не сможет от нее отказаться. И это словно стрелой прострелило его голову. От кого угодно, но только не от нее.

***

Расставание. Одно слово и так много боли. Она словно разрывает тебя изнутри. И с ее уходом словно снова пропали все краски из жизни. И мир заново погрузился во тьму. Майки не хотелось снова плыть по течению. Но получалось все хуже и хуже. — Шиничиро, — он медленно поклонился могиле брата. Расставив благовония, он про себя зачитал молитву. Он медленно расчистил надгробие от снега. — Прости. Но я…не понимаю. Почему я такой? Предательские слезы катились вниз по щеке. Майки тут же стыдливо их размазал. Не хватало еще разрыдаться. — Почему? — тихо спросил Сано, жмуря глаза. — Я вижу как Хитти плохо. Но я не могу ее бросить. Рядом с ней я будто успокаиваюсь. Хотя… Майки хотел еще что-то сказать, но слезы вновь начали душить его. Сгорбившись, он сжал руки в кулаки. Почему все так обернулось? Старший брат был для него всем. Помогал, заботился, учил его всему. Разве Майки заслужил всего того, что на него обрушилось. Стать сиротой в десять лет, а потом через два года потерять единственного брата. Это просто невыносимо больно. И как бы Майки не старался игнорировать ту дыру в сердце, она все сильнее начинала болеть. — Почему? — из раза в раз спрашивал Майки в глубине души надеясь, что брат услышит его вопрос. Но лишь зимний ветерок раздувал его тихие пропитанные горестью слова.

***

И Майки снова все испортил. Стоя напротив белого холодного тела Эммы, Майки медленно погружался все глубже во тьму. Этого просто не может быть. Еще сегодня утром он со смехом уплетал ее подгоревшую яичницу. А сейчас… Выйдя из палаты, он просто плюхнулся на какую-то лавочку. Майки смотрел в одну точку и не мог собрать мысли воедино. Мозг подкидывал ему картинки с похорон его семьи. Тело пробирало дрожью всякий раз, когда перед его глазами вставали трупы любимых людей. Мамы, папы, Шиничиро, Кейске, а теперь и Эммы. Сидя в зале ожидания, он просто не мог думать ни о чем. Хитти что-то говорила ему, но Майки просто уже было наплевать. Какая теперь разница? Он остался совершенно один. Почему же все так? Майки не знал ответа на этот вопрос. Все отчаянно что-то хотели от него. А Майки хотелось просто побыть одному. Наедине со своими мыслями, что так и наровили и дальше закапывать его в зловещий омут. Что происходило вокруг он и не осознавал. Да и было поебать, если честно. Сано был в своем закрытом мирке. Еще немного и его альтер-эго вырвется на свободу. Снова ощущал внутри жжение пламени ненависти и черной злобы, что окутывала его словно вязкая и противная жидкость. Мыслей теперь не было. Пустота. Каждый вдох сопровождался болью. А сердце не переставая билось от одной только мысли об Эмме. Даже когда Дракен его бил, наотмашь попадая по лицу, Майки не сопротивлялся. Его удары были жесткие, как кувалда. Костяшки Дракена были в мозолях, поэтому он четко ощущал как ломается его нос и лопается губа от каждого удара. Сано хотелось, чтобы его оставили в покое. Хватит с него такой жизни. Он уже ничего не чувствует. Ни сил, ни желания, ни эмоций, а только опустошение. Все разговоры были как под вакуумом. Хитти что-то пыталась у него спросить, но Майки было не до нее. Не сейчас, когда он едва сдерживает монстра внутри. На его руках умерла Эмма. Его маленькая и веселая сестренка покинула этот мир. Он слышал как последние слова Эммы медленно переходят на хрип и затухание. Как ее последний вздох остался на его волосах. А ее весенний легкий аромат духов словно пропитал его куртку и теперь преследовал его. Майки так и сидел один в зале ожидания. Как же теперь похуй и на банду, и на девушку, и на друзей. Зачем он им нужен, если даже сестру защитить не смог. Какой из него вообще лидер? А перень? А друг? Сила ничто, если он с ней не может защитить любимых людей. Какой в ней толк? Одинокий, сломленный и разбитый в дребезги. Хотелось лишь уйти подальше ото всех. Он и так уже принес всем боль просто своим существованием. Ведь именно Майки виноват в смертях всех своих близких людей. Майки монстр, что просто пожирает все хорошее, что есть на свете. Он дарит близким лишь смерть и отчаянье. И какой теперь смысл жить?