Надо будет у мамы спросить

      Ваня Дипинс киска - кошка, откликается на 'иди почешу за ушком', только потом почему-то хорохорится. Сегодня эта красотка сболтнула лишнего, хорошенько перебрала и не смогла удержать язык за зубами.       Сережа думает: "вот бля, что же этот черт там под нос себе бормочет? не слышно ни черта". Но ему потом пересказывают на ухо (жаль, что не Ванечка с его жалобным 'мур').       Хесус приходит по законам сериалов по России один, как же он вовремя. Как раз хватает на то, чтобы Ванечка Дипинс мог съесть себя с потрохами. Куда бежать - непонятно, хотя, можно к Хесусу в объятия.       - Я не вовремя? - Леша охуевает в дверях, кажется, сейчас до него нет дела. Ваня просит у Бога, чтобы дел не было до него. Глаза разбегаются — знать бы куда смотреть. С Братишкиным все понятно, он уже давно стоит у Леши под плечом, сжимая его в своих руках.       Ванечка Дипинс уходит максимально незаметно пока все отвлекаются на нежности котячьи от хестишкина.       Так проебаться в первый же вечер еще надо уметь, они даже разгон в правду или действие не взяли и не долакали свой алкоголь. Ваня красный как помидор, хочет провалиться под землю и в голове перекручивает фразу того, что пизданул в пьяном угаре. Возвращаться в комнату теперь нет возможности - там причина его красных ушей, в гостиную тоже не вариант. Из выходов, разве что, в окно.       — Хочешь поговорить? — Славик в дверях туалета стоит. Сколько он уже тут? Как Ваня его не заметил?       Говорить с Бустером на серьезных щах идея сомнительная, наверное, лучше будет чуть позже набрать Эвелону и попросить совета.       — О чем ты? - давит из себя улыбку Ванюша.       — Жожо хотел за тобой идти, я сказал, что сейчас это не лучшая идея. Вы оба пьяные и у вас немного крышу рвет. Лучше вам побыть отдельно друг от друга какое-то время, чтобы вы разобрались в том, что происходит; или, хотя бы, в себе.       Серьезный Слава это что-то с чем-то. За секунду от Гомера Симпсона до автора Илиады.       — Слав, - бросает Ваня.       — Да, - отвечает Бустер.       — Можно я у тебя переночую сегодня?       — Без проблем, там Катя приехала, отправлю ее спать к девчонкам.

***

      Ваня боится заходить забирать вещи, для него вообще любая локация где есть Жожо это повышенная опасность, туда лучше не соваться. Он делает несколько кругов около дома и возвращается в комнату к Славе - как есть, без вещей.       — А спать ты в чем будешь?       — Я …это...не хочу в комнату заходить...- словно подросток нашкодивший мнется в дверях.       — Сережа сегодня у Амины ночует, Катя сказала, - говорит Слава, пытаясь в сумке отыскать одежду, подходящую под рост Вани.       Это было лишнее - есть вещи, которые лучше вообще не знать. Например, где и с кем ночует Сережа. Лицо меняется за долю секунд, становясь по собачьи тоскливым.       — Ой, Ванька-Ванька, ну каким вообще боком ты умудрился в Серегу втюриться, а говорил же что натурал, - вздыхает Бустер и футболку кидает в Дипинса.       — Да ничего я не вт...       — Кому пиздишь, все тебя раскрыли, так что самому себе-то хоть не пизди, — Слава поддержать пытается, хлопает по плечу почти по-отцовски, - хочешь я Катю позову? Она в делах любовных больше разбирается, может, что подскажет тебе.       Ваня головой мотает - мол нет, я как-то сам справлюсь.       — Ну, тогда у меня есть вариант на миллион. Есть только один человек, который знает ответ на любой вопрос.       — Бог?       — Бен.       — Долбен?       Они, правда, хорошо проводят время, Ваня пару раз смеется звонко, но почти сразу уши начинают снова полыхать алым, воспоминания о сказанном все еще не хотят уходить.       — Бен, я нравлюсь Сереже? — Ваня губы кусает, потому что, произнося вслух, он как будто, точно и безоговорочно признался, что ему это важно, что он, правда, в проебе, потому что влюбился в Жожо. Бустер со всем этим выглядит как отец, который поддерживает выбор своего ребенка и гордится, что он наконец-то не прячется от самого себя.       - Yes.       — Бен, Дипинс и Жожо переспят в эту поездку, - подначивает Славик, а Ваня в плечо того толкает, мол чо пиздишь.       — Yes.

***

      За завтраком кто-то случайно бросает:       — Жожо, хлопья с пивом или слабо? — и это становится всеми любимой игрой. Жожо, конечно, не слабо, ему очень даже вкусно.       — Леша, поцелуй Вову или слабо.       Время около часу дня и ребята собираются пожаришь шашлыки. Хесус глаза щурит, делает вид, что недоволен, но к Братишкину лезет, чтобы в щечку поцеловать. Все хлопают, а потом говорят, что в щечку вообще-то не считается и надо бы в губы.       — Ребят, а где Ваня? - спрашивает Акула оглядывая всю компанию, - я его со вчерашнего вечера так и не видела.       — Да, он вчера Сереже в чувствах признался и убежал, вот же бедняга, - разливает пиво по кружкам Амина.       — Что? - Жожо пивом давится, - кто мне в чувствах признался? Вы чо рофлите?       — Ну, да, мне тоже показалось это слишком похожим на признание в любви, - Леша голос подает, что уже вовсю обжимается с Вовой где-то сбоку поляны.       — Не, ребят, вы гоните, вы же знаете, у Вани Дипинса проблема с выражением мыслей, он не мог.       — Сереж засосать Дипинса или слабо?       Жожо делает глоток пива и думает, что вообще не слабо, он и по трезвому то за милу душу, а вот Ванечка брыкаться будет, ну всегда все можно свалить на игру.       — Я в деле.