Дочь военного

Время на миг, который длился в замедленной съёмке, остановился. Елена непроизвольно прикрыла рот ладонью. Казалось, будто абсолютно всё одновременно стихло и теперь эту тишину нарушает лишь её тяжёлое дыхание. Громоздкое и горячее. — Что ты сказала?.. — Рывками и задыхаясь, переспросил Иван. Елена поняла — поздно как-либо оправдываться. Он больше не станет её слушать. Теперь единственный выход — рассказать всю правду. — Он писал ей письма, очень красивые. И они ещё не говорили. Именно поэтому я и прошу тебя... — Женщина оступилась. Её муж... Куда он направился? — Вань? Мужчина медленно переставлял свои ступни, опустив голову. Женщина не понимала его действий — такое происходит впервые. — Вань?.. Вань? Ваня! Елена кинулась к супругу и пыталась остановить его или хотя бы задержать. Она хваталась за его плечо, кричала, была кулаками, но всё было без толку. Он ни на что не реагировал. — Ваня, остановись! Прошу тебя! Не совершай глупостей! Ваня! Елена понимала, что его не остановить. Но от страха, от волнения она не могла контролировать себя — все эти крики выходили из глубины её души и остановить их было невозможно. — Алёна! Девушка, всё ещё пребывающая в военной форме, заметно вздрогнула и обернулась. Елена смотрела на неё виноватыми и до смерти напуганными глазами. Она будто уже заранее просила прощения. Но за что? — Твой отец... Он поехал в воинскую часть. Я рассказала ему. — На лице Рыжовой младшей застыл ужас. Нет. Только не это! — Прости меня, пожалуйста! Я... — Он же его до смерти доведёт! Алёна вмиг вскочила с места и рванула к входной двери, за миг накинув первую попавшуюся куртку и свои чёрные сапоги. Она выбежала на улицу, но автомобиль уже отъезжал. Кричать было бесполезно. Она метнулась в сторону гаража, но велосипеда там не было. Точно! Как она могла забыть, что она его оставила за стеной воинской части?! Рейсы не ходят, добираться только на своих двух. Делать нечего. Она побежала. Стирая ноги, но она побежала. В голове мелькали момента прошлого. Как она подвергалась нападкам неприятелей. Как отец защищал её, доводя их по полусмерти. Как он начинал учить её и это учение было настоящей армией. Как ей было трудно, но теперь она готова постоять за себя и других. Она не хочет, чтобы кто-то ещё пострадал от руки её отца. Воинская часть недалеко от её дома, километра три минимум. Она должна успеть. Она тяжело дышит. Ей трудно бежать, она устала после продуктивного дня, но останавливаться нельзя, ведь крыша необходимого здания уже виднеется на горизонте.

***

Майор приземлился на стул у своего письменного стола, исподлобья поглядывая на солдата. — Морок Владислав Владимирович, значит... Его глаза сверкнули голубым огнём и Мороков Владислав проглотил образовавшийся ком в горле.

***

Девушка надвигалась к военной части. Двери, на удивление, были открыты. Да, у них стояла охрана, но не зря же Алёна выучила один приём. Она часто встречала в фильмах, которые смотрела с отцом, как люди по полу проскальзывают через охрану. И ей очень это понравилось. Понравилось до такой степени, что она научилась делать так же. И до сегодняшнего момента ей этот навык был бесполезен. Алёна нагнулась и в лежачем положении обошла охрану. Всё-таки, все её усердные старания не были напрасными. Мужчины, естественно, не могли не заметить девушку. Она знала, что они погоняться за ней, выкрикивая угрозы в её адрес. Но кому, как ни ей, было знать, что в коридоре стояло множество тумбочек, стульев и столов. Она считала их бесполезными и только портящими общую картину, но сейчас она в момент поменяла своё мнение на другое. Разумеется, охранники легко обходили и перепрыгивали все вещи, которыми Алёна пыталась преградить путь. И они уже начали наступать ей на пятки, шептать в самое ухо. Но она не сдавалась. — Ага! Попалась! — Ай! Мужчина со смуглым лицом схватил девушку за её медную косу и начал оттаскивать её обратно к выходу, где уже передаст в руки начальства. — Пустите меня! — Ну уж нет. Заветная дверь, до которой оставалось буквально три метра, начала отдаляться. Неужели, она вот так просто сдаться?.. Неужели, она ничего не предпримет и смиренно примет всю свою участь?.. Нет. Она этого не допустит. Глазами она зацепила самую ненужную по её былому мнению вещь — шкаф с книгами. Её глаза сверкнули озорством. Казалось, что она вот-вот скажет «поиграем?» Цель есть. Дело за малым. Алёна за секунду вытащила из своего сапога недавно заточенный нож. Он мог разрезать падающую на него бумагу, без всяких затруднений, значит, и со следующей своей жертвой справится беспрепятственно. Она, недолго думая, прислонила острое лезвие к своим волосам, за пару мгновений обрезая их. Охранник, почувствовав облегчение, обернулся. Девушка уже направлялась к тому самому шкафу. Она слышала, как он отбрасывает её длинную косу и мчится вслед за ней. Но до двери два метра. Она успеет. Алёна прикладывает тонну усилий, чтобы преградить путь к себе огромным двухметровым шкафом. — Не уйдёшь! Девушка с громкими криками скинула небольшой стеллаж перед собой именно в тот момент, когда её едва не схватили. Рыжеволосая, ни на секунду не задерживаясь, развернулась передом к заветной комнате, неожиданно врываясь в неё. — Верно. — Иван что-то отметил в своём блокноте и улыбнулся. — Всё хорошо. Молодец. Он встал, похлопал подчинённого по плечу и направился к входной двери, где стояла его дочь с коротко остриженными волосами. Алёна окинула отца непонимающим взглядом, но всё равно приняла стойку и серьёзное выражение лица. — Он твой. — Его ладонь мягко легла на девичье плечо, что вогнало девушку в смятение и мелкую дрожь. Рыжов отошёл назад, к двери, и напоследок сказал. — Жду в машине. Алёна быстро кивнула и Иван оставил двух молодых людей наедине. Алёна не была готова к разговору. Она пусть и выросла на военном воспитании и твёрдой рукой своего отца, но сейчас она не в силах даже глаз поднять. Не то, что заговорить. Но вот тянется его рука. Медленно. Мучительно медленно. Она поднимает взгляд, где на неё смотрят пара сверкающих сапфиров. Его рука маняще призывала прикоснуться к ней, ощутить его энергию, его тепло. И девушка не была вольна контролировать это желание. Она протянула свою руку в ответ, медленно переплетая их пальцы. Янтарные глаза соприкасаются с голубыми, и остановить это невозможно. Она смотрит на него, он — на неё. Слова будут излишни, потому они молчат, наслаждаясь только одним зрительным контактом, одним только присутствием. Внезапно, эту тишину разрезает пронзительный крик майора: — Алёна-а-а-а! Девушку заметно передёрнуло от этого, после чего она виновато улыбнулась. — Упс. Кажется, со шкафом я переборщила.