Глава 21
22 апреля 2022 г., 16:29
Анна
Три дня спустя.
— Анна, ты меня слышишь? — Да, пап, слышу. Моя шея затекла лежа на этой неудобной кровати. Папа позвал медсестру и все мои рецепторы и чувства обострились. Я задираю на себе рубашку и вижу шрам на груди. — Значит…значит получилось, так? — спрашиваю у отца. — Да, дорогая, получилось, — папа плакал, сжимая мою руку. — Почему ты плачешь, пап? — я гладила его волосы. — Пап? Он не выдерживает и выходит из палаты, вызывая миллион вопросов. Его реакция на меня не вызвала у меня никакой радости, что-то случилось, вспоминаю последние события, Тимоти увели и я потеряла сознание. — Черт, нет, нет. Я пытаюсь встать, но ничего не получается. — Вам нельзя вставать. — Где мой отец? — Он вышел на воздух. — Что случилось? Скажите мне. Возникли осложнения, так? Питер, скажите мне. — Операция прошла успешно, Анна, вам ничего не грозит, и вашему ребенку тоже. К горлу поступил огромный ком. Что он только что сказал? Ребенок? — Я…жду ребенка? — ладонью накрываю свой живот. — Я…о нет, Тимоти. В палату входит мой отец вместе с Лилиан. — О, дорогая, я так рада, — она обнимает меня и целует в лоб. — Что с вами? Почему вы так себя ведете? Пап? Что случилось? Что-то с Тимоти, да? Молча он передает мне конверт и выводит всех за дверь. Да что такое? Почему все молчат? Конверт был без адресата. Я разрываю его и вынимаю лист, на котором узнаю почерк Тимоти:«Дорогая Анна.
В детстве все меня считали слабым, даже моя мать не верила в меня. Но с тобой я стал тем, кем не считал уже очень давно. Я сделал это ради тебя и нашего ребенка. Теперь ты будешь намного сильней. Мое сердце будет беречь тебя от всякого зла»
Письмо падает на мои колени и я закрываю лицо ладонями. Кричу от боли, от потери самого близкого мне человека. Как он посмел так поступить со мной? Он решил покинуть меня.«Береги себя, и нашего ребенка. Я думаю, что это будет мальчик, нет, я уверен»
Как он может шутить на эту тему, после всего, как он может вообще… — Пап? — Да, что такое? — он садится рядом с моей кроватью. — Он это сделал? — Да. — Зачем ты ему это позволил, зачем? — У меня не было другого выхода. Он не стал меня слушать. Сжимаю письмо в груди и зарываюсь в одеяло с головой. Попросив всех выйти и не приходить, я пролежала так два дня, с собственными мыслями о нем. Я навестила его на нашем семейном кладбище. Он был для меня всем, теперь его не стало. Нам не суждено было иметь счастливого конца. Мы были обречены на другую участь.
