Тёмные глубины

Крик чаек, которые, казалось, нарочно надрывались всё громче, залетел в каюту через приоткрытое окно вместе со свежим морским ветром. Уютное утро выдалось чрезвычайно ранним, но солнечным. Разглядывая солнечные зайчики на тёмной стене, Хван умиротворённо слушал сердцебиение спящего Чанбина, на груди которого и лежал. По неясной причине он всегда просыпался раньше, словно его тело так и не привыкло спать, и он любил это время за возможность беспрепятственно насладиться теплом своего капитана. Да, жизнь для него заиграла совсем другими гранями. Едва ли он мог помыслить, что когда-то станет одним из тех моряков, за которыми раньше охотился. Теперь он помогал Чанбину в его нелёгком ремесле, учился рыбацкому делу и подсказывал, куда лучше не плыть, чтобы не встретить на пути его бывших сородичей. Обретя человеческое тело, Хван имел все шансы потерять душу, став пищей для русалок. — Капитан, мы причалили! — громко известил боцман, и по палубе прокатился топот десятка ног. — Уже?! — Чанбин проснулся резко, словно крик раздался не где-то вдалеке, а практически у его уха. Была у него эта странная способность – спать так чутко, словно кто-то в любой момент мог прийти по его душу. Хёнджину хотелось верить, что это не из-за него. — Скорее, ярмарка скоро откроется! — спешно чмокнув Хвана в губы, Со выпрыгнул из постели и стал быстро одеваться. Понаблюдав за ним пару минут, Хёнджин соизволил проследовать за ним. Пришло время продавать улов. Для этого их рыбацкое судно вошло в порт одного из южных городов большой суши. Хёнджину казались знакомыми эти места, но за жизнь русалки он столько повидал, что те хорошенько перемешались в его памяти. Вместе со всей командой он помог выгрузить всю рыбу на несколько повозок и наконец-то мог провести время в своё удовольствие. Человеческая жизнь всё ещё была полна открытий, поэтому, пока Чанбин отвозил товар своим постоянным покупателям, он любил бродить по рынкам. — Куплю фруктов, я быстро, — предупредил перед уходом Хван, махнув Чанбину, когда тот уже потянул одну из повозок в ближайшую рыбную лавку. — Мне арахиса! — улыбнулся Со, прежде чем тот скрылся из его виду. Как обычно разглядывая диковинные товары на разных прилавках, Хёнджин медленно продвигался в толпе в сторону звонкого голоса, который зазывал всех попробовать «самые сочные дыни на континенте». Торговцы нередко любили приукрашивать ценность своих продуктов, но поравнявшись с фруктовой лавкой, Хёнджин оторопел – великое изобилие самых экзотических фруктов и ягод поразили его взор и желудок. Разглядывая незнакомые плоды, Хван изумлённо охнул: перед ним лежал странный фрукт, похожий на цветок розового цвета. Он и сам по себе был достаточно впечатляющим, но лежащая на прилавке уже разрезанная половинка демонстрировала белёсую мякоть с чёрными семечками, как у киви. Невольно прижав к губам пальцы, Хван уже прикидывал сколько такое могло стоить. — Это драконий фрукт. Тебя угостить? — обратился к нему до боли знакомый голос. Медленно подняв глаза на торговца, который очевидно и заправлял всем в этой лавке, пока его напарник занимался рекламой, Хёнджин увидел перед собой Минхо. Того самого Минхо, который несколько лет назад отбросил хвост и вышел на сушу в объятия своей любви. Минхо, который показал ему, как правильно. Губы Ли растянулись в тёплой улыбке. — Ты, — от шока Хван так и не мог ничего толком произнести. Минхо почти не изменился. Его тёмные глаза по-прежнему ярко блестели, словно камни в его любимых серьгах, тёмные волосы красиво контрастировали со светлой кожей, а черты лица остались точёными, словно у статуи. Хотя, нет. Минхо стал ещё красивее. Что б его! — Тебе хорошо с тёмными, — Ли вытянул руку над прилавком и аккуратно подцепил прядку волос Хёнджина, которая загораживала ему обзор, и немного отвёл её в сторону, чтобы лучше разглядеть лицо приятеля. — Никогда не думал тебя тут увидеть. — Я, — Хван глотал слова, не произнося и слова. Столько всего хотелось ему рассказать, но в шуме ярмарки это было бы слишком сложно. Не место. Тем более со спины к нему любопытно прижался Чанбин и выглянул из-за плеча. Похоже, он сам не заметил, как задержался. — Орехов я так и не дождусь, да? Где мой арахис? Смерив их обоих взглядом, Минхо улыбнулся ещё шире и теплее, чем прежде. В глазах его зажглось понимание, и он быстро насыпал в тканевый мешок горсть арахиса. — Значит, ты встретил орешек, который тебе не по зубам? — передавая мешочек Хёнджину, хохотнул Минхо. — Видимо правду говорят, что на каждого хищника найдётся хищник покрупнее. — Да, меня проглотили, — усмехнулся Хван и отдал орехи ничего не понимающему Чанбину. Он поискал взглядом «хищника», который когда-то проглотил Минхо. Болтун с беличьими щеками тоже почти не изменился, только, кажется, раздался в плечах, но его умение без умолку говорить никуда не делось. Хотелось подольше поболтать с Минхо о прошлом и настоящем, узнать, как тот обжился на суше, но покупатели обступали фруктовый прилавок всё плотнее – нужно было уходить. Чувствуя то же самое, Ли дружелюбно обратился к своему собрату: — Придёшь сюда вечером? Я бы угостил тебя и твоего орешка чем-нибудь вкусным, я научился делать отличное вино. Глянув на Чанбина, глаза которого заинтригованно зажглись на фразе про вино, Хёнджин не мог поверить в реальность происходящего. Его прошлое и настоящее так неожиданно встретились на ярмарке южного города, что он не знал, как правильно реагировать. Ему предстояло ещё немало рассказать Чанбину про своего знакомого, объяснить, как сильно тот повлиял на его жизнь своим решением. Но уже предвкушая приятный вечер в компании дорогих ему людей, Хёнджин улыбнулся: — Конечно. Мы придём.