Город на семи холмах

      День рождения как персональный Новый год. Можно подводить итоги и строить планы. Саске держит в руке стакан шотландского виски и наблюдает за переливающейся янтарной жидкостью. Итог, да? Он сидит в незнакомом клубе, на побережье Вечного города, Города на семи холмах, именуемого Римом. Музыка и восторженные крики пьяных тел звучно и отчётливо ударяют по мозгам. Он не дошёл до стадии опьянения, при которой на все окружающие звуки будет плевать. Нужно ещё два-три стакана. Или бутылки. Лучше бутылки, конечно. Чтоб не замечать не только долбящую попсу, но и в целом загнаться в собственный мирок, игнорируя происходящее.       Почему Саске сидит в собственный день рождения в клубе? В одиночку пьёт, не желая ни с кем знакомиться? Попахивает алкоголизмом, но вообще он и сам не знает. Хотелось прогуляться по набережной, вдохнуть морской запах, смешанный со свежим ночным воздухом; запечатлеть Итальянские пейзажи на камеру мгновенной печати; посидеть на безлюдном пляже, окуная ноги в прохладную воду. Заходить в клуб в планах на было. Он наткнулся на него случайно, когда забрёл на соседнюю улочку. А теперь сидит за баром, заливая в себя третий по счету бокал. Кусочек лимона в рот, и помаячить улыбчивому итальянцу за стойкой – бармен, давай ещё. И перед лицом через полминуты появляется бутылка, которую юноша (на вид ему лет девятнадцать) открывает на глазах у Саске. На стеклянную поверхность опускается купюра в пятьдесят долларов. Чаевые оставлять всегда приятно. Саске на них не скупится. Особенно приятно наблюдать за чуть удивлённо вскинутыми бровями и благодарной улыбкой.       Саске разворачивается в пол оборота, разглядывая шумный танцпол. Не то, чтобы он чувствовал себя одиноко, но оттенки паршивого состояние неприятно капали на общее нейтральное настроение.       День рождения, всё-таки. Неужели эта бутылка – максимум, что он может позволить себе в такой важный день? Секса хотя бы, что ли. Ну так, для своеобразного разнообразия. Или секс в качестве подарка перестал быть мейнстримом? А впрочем, неважно. Глаза проследили за пышной девушкой, которая не жалела себя и яро отрывалась на танцполе, не попадая в такт музыке. Слух покинул чат, да? Хорошенькая, скорее всего очень быстро выйдет на контакт. Но не его типаж. Далее... Высокая, худенькая, с длинными рыжими волосами и в коротком платьице. Саске нахмурился и сам себе в протест качнул головой. Она, кажется, выше него. Мимо. Что ж такое-то? Может, та, что сидит за столиком около окна и задумчиво смотрит вдаль? Похожа на ту, кто по ночам в одиночестве онанирует на смазливых мальчиков какой-то азиатской группы. Тоже нет. Саске тяжело вздохнул и развернулся обратно. Взгляд наткнулся на бармена, наполняющего его пустой стакан алкоголем. А ведь он не просил. Не то, чтобы этому пареньку стоило расценивать чаевые в сумме почти двадцати долларов как знак внимания, но... Раз уж воспринял, то грех отказываться.       Саске благодарно кивнул и пододвинул бокал к себе.       – Вы так долго тут сидите в одиночестве. Кого-то ждёте? – спросил юноша, сложив локти на барной стойке.       – Нет. Я никого не ждал и не жду. Спиваюсь в одиночестве, да, – он грустно усмехнулся.       – Я Дэнни, – ему приветливо протянули весьма тонкую для мужчины руку. – А Вас как зовут?       – Саске, – он пожал руку в ответ. – Не местный?       Имя английское, внешность тоже не смахивает на типичного жителя Италии. Он привлекательный. Саске судит не по своему вкусу. Это скорее объективная оценка человеческой красоты.       – Местный. Моя мама американка, а папа итальянец. Поэтому получилось непойми что, – Дэнни закусил губу, отведя взгляд на свои руки.       – Я бы так не сказал. Ты очень даже красивый. Уверен, я не первый, кто говорит тебе это за сегодняшний вечер, – задабривать комплиментами во благо себе любимому Саске умеет очень хорошо.       Видел бы мальчик, каким он бывает обычно, а не тогда, когда хочется перепихнуться на одну ночь.       – Спасибо, – Дэнни смущённо улыбнулся. – У Вас необычное имя. Вы из Японии?       Саске задушил в себе желание недовольно скривиться и испортить репутацию приветливого ангелочка, обычно выступающего в верхней позиции. Слышать столько «Вы» по отношению к своей персоне раздражало. Ему исполнилось всего двадцать шесть, а не сорок. Он вздохнул, заливая в себя что-то около двадцати граммов. Сегодня организм не жалеем.       – Давай на «ты», договорились? – Саске выжал максимум, чтобы растянуть на лице добродушную улыбку. – Да, я из Японии. Осака. Бывал там?       – Нет, не был. Хотя всегда было очень интересно посмотреть, какая это – абсолютно другая культура. А Вы... ой, то есть, ты приехал сюда по работе, или просто путешествуешь?       – По работе. Несколько лет уже нахожусь в Италии. Сначала в Милане, а полгода назад перебрался сюда.       – И решил остаться? – в зелёных глазах блеснула искорка надежды.       Да ну, серьёзно? Он же ничего сверх глупого и отчаянного себе там не надумал? Стоит деликатно разъяснить некоторые моменты.       – Пока сижу на месте ровно, – чуть холоднее, чем стоило бы ответил Саске. – Но уезжать не хочется.       – Это да... – задумчиво произнёс Дэнни. – Рим восхитительный город. Через два месяца тебе станет скучно, а через шесть ты не захочешь отсюда уезжать.       Саске ничего не ответил, лишь подцепил пальцами дольку лимона и влил в себя остатки виски.       – Я бы так хотел составить тебе компанию, – грустно продолжил он. – Но боюсь, что в таком случае тебе придётся приютить меня у себя, – подкаты, пробив ногой железную дверь, которую Саске отчаянно сдерживал запертой, прорвались.       А можно просто что-то типа светской беседы, напиться до состояния, при котором нет желания анализировать свои действия, быстрый секс и с утра разбежаться по домам? Нет? Ну пожалуйста.       – Не думаю, что в моей квартире хватит места нам обоим, – усмехнулся Саске. – В тесноте да не в обиде – не мой стиль.       – А какой у тебя стиль? – почти промурчал бармен и пододвинулся ближе, в открытую и с неподдельным интересом рассматривая чужое лицо напротив.       – Хочешь поговорить о моих предпочтениях? – Саске вздернул бровь, смочив кончиком языка тонкие губы. – Уверен, что тебе ничего за это не будет? Я имею в виду твоё начальство.       – Всё в порядке. За флирт с гостями нам ничего не говорят. А насчёт твоих предпочтений... Да. Очень интересно.       – Я бы предпочел обсудить это в более спокойной обстановке. До скольки ты работаешь? – взгляд дрогнул вниз, когда его руки ненавязчиво коснулись длинные пальцы.       – До четырёх. Это поздно, да? – Дэнни озадаченно сжал губы. – Боюсь, ты успеешь найти себе друга за это время.       – Слишком много боишься, – Саске улыбнулся. – Если ты будешь чувствовать себя достаточно хорошо, чтобы поехать ко мне после работы, то не найду.       По правде говоря, ему было плевать, как этот мальчик будет себя чувствовать. Смазливенький, вероятно будет строить из себя недотрогу. Не во вкусе Саске, но лучше, чем ничего.       – О, я буду чувствовать себя отлично... – хотел было договорить Дэнни, но бархатный голос, раздавшийся рядом, не дал этого сделать.       – Бурбон. Два по пятьдесят, – заминка. – Нет, три по пятьдесят.       Дэнни одарил непрошенного гостя недовольным взглядом и тепло улыбнувшись Саске, кинул краткое: «Одну минуту» и исчез из поля зрения. Не со всеми гостями обслуживающий персонал бывает приветлив. Иногда они приходят не вовремя.       Саске уронил голову на стеклянную поверхность и равнодушно просканировал незнакомца. И чего тебе сейчас приспичило? А красивый, зараза... И в этот раз не по меркам общественности, а по личным критериям Саске. Точеный профиль, блондинистая шевелюра и очень, просто запредельно сексуальные и ухоженные руки. «Либо пианист, либо повар, сто процентов» – подумалось Саске.       – Кажется, я запорол вам минутку флирта.       – Что? – Саске нахмурился и поднял голову.       – У кого-то намечается секс, – тихо проговорил мужчина, не отрывая глаз от телефона.       Что, блять? Непонятно, сказал он это сам себе или это было адресовано Саске. Но то, с какой невозмутимостью прозвучал данный вывод... Поразительная наглость.       – А разве это должно тебя волновать? – холодно спросил Саске. – Обойдусь без комментариев бестактных инкогнито.       Блондин усмехнулся, глянув на недовольную моську брюнета. Задел, значит.       – Ты прав, не должно. Но за этим весьма интересно наблюдать. А как ещё развлекаться в клубе, если не так?       – Мало развлечений? Ты не в цирке, держу в курсе. Так что прошу не соваться со своими никому ненужными выводами куда не приглашали, – очередной глоток, почти пустой стакан со стуком поставили на место.       – О, а я был бы не против. Такого опыта у меня ещё не было.       Саске медленно повернул голову, подозрительно прищурился.       – О чем ты?       – Тройничок. Не пробовал? Я думаю, нет. Слышал, в Европе хотят легализовать полигамию.       – Что?       – Сообразительность не самая лучшая сторона, как я посмотрю, – мужчина закусил губу, сдерживая смех.       Господи, что за черт? В буквальном смысле слова. Он не покупал подписку на вебинар по навыкам порчи стабилизировавшего настроения. Саске молчал, потому что это настолько абсурдно, что ответить попросту нечего.       – Мама учила не вести бесед с самолюбивыми наглецами. Я предпочту даже не слушать то, что ты говоришь. Извини, но я хочу провести этот вечер более, чем хорошо, – пояснил Саске, думая, что сделал это достаточно ясно. Он крутанулся на стуле, рассматривая окружающих. Задача найти миленького любовника все ещё в силе.       – Самолюбивый? – максимально паскудная интонация. – С психологией общения явно не знаком. Садись, два.       Саске раздражённо цыкнул и демонстративно закатил глаза. Как ещё поставить точку так, чтобы не подумали, что это запятая?       – Да, самолюбивый. Уверенный в себе человек даже при желании начать диалог не будет кидаться неуместными комментариями, а сделает это по-человечески.       Он ненароком зацепил взгляд коньячных глаз, провокационно стреляющих в его сторону из шумной толпы. Первоклассный вариант.       – По-человечески? Это как? Привет, как дела, что делаешь? Хорошо, – незнакомец заблокировал телефон и отложил его на стол, повернувшись к Саске всем корпусом. – Привет. Мне плевать, как у тебя дела, потому что я едва с тобой знаком. Дальше. Что ты делаешь, я прекрасно вижу, и спрашивать ради того, чтобы спросить – не в моём стиле.       Брови Саске с осуждённой обескураженностью поплыли вверх. Он прекратил лицезрение высокой острой бестии, телепатически заигрывающей с ним, и взглянул на мужчину.       – Так ты ещё и слушал то, о чем мы говорим? Боже, займись личной жизнью, а то мне тебя жалко.       На столе материализовались три стакана, наполненных виски, а Дэнни, печально взглянув на спину Саске, поплелся обслуживать других гостей. Жаль мальчика, но не мы такие – жизнь такая.       – Сказал человек, торчащий в клубе два часа в полнейшем одиночестве, – незнакомец покачал головой, рассматривая золотистую жидкость в бокале. Несколько блондинистых прядей чёлки выпали на широкий лоб, касаясь линии бирюзовых глаз. Предполагаемый любовник в какой-то момент категорически перестал интересовать.       Саске, кажется, потерял возможность отдавать отчёт своим действиям, достигнув той самой стадии раньше, чем планировалось. Потому что другой причины, по которой он не мог оторваться от созерцания этих глаз, не было. Он впервые видит такие, словно нарисованные. С белоснежными бликами, переливающиеся синевой. Глубокие, проницательные и... умные. Да. Мужчина напротив точно не был глуп. Саске мотнул головой. Планку опускать нельзя.       – Значит, ты не только слушал, но ещё и наблюдал. Очень занимательно. Ты в курсе, что я могу подать на тебя в суд за шпионаж?       – Так вот как ты развлекаешься? По судам бегаешь? – обаятельная улыбка расцвела на аккуратных губах.       – Если кто-то нарушает моё личное пространство – да. В Европе с этим строго. По тонкому льду ходишь.       – Играть с огнём мне нравится больше, чем скучная ежедневная рутина.       Забавное антонимическое расхождение фразеологизмов. Саске любит ходить по тонкому льду, а человек рядом предпочитает играть с огнём.       Противоположности притягиваются, верно? Его бы Саске с удовольствием куда-нибудь бы притянул. Или на что-нибудь. Или чтобы его натянули... Но это не принципиально.       – Мне нравится, когда меня не донимают, – мерзкий внутренний ребёнок продолжал капризно отступать.       – Всё, понял. Не вопрос.       Саске фыркнул и повернулся к столу. Слишком большая пауза. Снова выпил. Лимон поднадоел, поэтому в рот полетел кусочек тёмного шоколада.       – Саске, значит.       – Подслушивал всё-таки.       – А я отрицал? – мужчина с усмешкой в глазах посмотрел на Саске. – Вроде нет.       – Ладно, – поворот на сто восемьдесят, позволяющий почти полностью открыться перед собеседником. – Как зовут тебя?       – Наруто. Познакомиться не приятно, я так понимаю.       – Абсолютно, – согласился Саске. – Может, если ты подтянешь навыки по корректному и не отпугивающему поведению при знакомстве, тогда будет более приятно. Сборник выигрышных фраз для заведения друзей принести?       – А у тебя он есть? – Наруто хмыкнул. – Что-то ты не похож на человека, который его прочитал.       – Мне не нужно читать что-то, чтобы быть дружелюбным. По крайней мере, делать вид, – Саске пожал плечами и обновил бокал.       Алкоголя осталось совсем на донышке, вот незадача. А он всё ещё адекватно соображает и в состоянии сам добраться домой.       – Тебе можно не делать вид, потому что сколько бы усилий ты не прилагал, всё равно будешь казаться недовольной сукой. Не пытайся.       Прилетело, словно пощёчина. Не больно, но резко. Сказано по фактам. И возразить нечего. Но тут уже скорее дело чести. Уголки губ еле заметно дрогнули.       – Переходить на личности перестало быть актуальным. А, прости-прости, – Саске мило захлопал ресницами и состроил невинную мордашку, – я совсем запятовал, что ты у нас гуру психологии. Тебе виднее, – снова шот. Тыльной стороной руки он вытер влажные губы.       – Я не перехожу на личности, а говорю на языке фактов. Будешь отрицать? – расслабленная улыбка, позволяющая лицезреть две маленькие ямочки на щеках.       Господи, ну почему такое солнышко? Ты только рот закрой, и всё будет замечательно. И никакие смазливые метисы не нужны. Он определенно в его вкусе. Можно ещё улыбаться прекратить, а то Саске так совсем крышей поедет.       – То, что я недовольная сука – нет.       – А есть что-то, что ты ещё хотел бы начать отрицать? Выстрел на опережение: не советовал бы.       – Жаль, что я не спрашивал твоего совета. Очень хотелось бы начать порицать откровенную наглость с твоей стороны, но я не буду.       – Какой умный мальчик, – язвительно протянул Наруто. – Или ты просто признаешь своё поражение?       – Поражение в чем? – Саске приподнял брови. Виски снова обжёг горло, но уже не так больно, как с самого начала. Привычно. – В любом случае, чтобы это ни было: нет, не признаю. Из принципа, знаешь. Для поддержания здоровой самооценки.       Наруто обнажил зубы в оскале и повторил за Саске, залпом выпивая пятьдесят граммов. Что? Бурбон нужно смаковать? Как-нибудь в следующий раз. Сейчас он хочет побыстрее напиться.       – К твоему сведению, моя самооценка не страдает. А вот на счёт твоей я не уверен.       Саске скептически проследил за телодвижениями Наруто. Извращенец, господи. Порочит культуру алкоголя.       – Я не сделал ничего, что могло бы пошатнуть уверенность в том, что я объективно отношусь к самому себе.       – И чем же это выражается? – мужчина забавно уронил голову набок, играясь с пустым бокалом. Довольный прищур, ожидающий ответа.       Сознание помутнилось, а простой на первый взгляд вопрос готов был перевариваться в голове несколько минут подряд. Нужно сказать что-то, что или отобьёт желание продолжать диалог, а это что-то из ряда тупого, но над этим тоже надо думать, поэтому мимо; или хотя бы прекратить поток назойливых вопросов, что уже более подходит на роль выполнимой задачи.       – Как минимум тем, что я не хожу и не пристаю ко всем подряд, знаешь ли. Это некультурно.       Это не то, что прямо сейчас может прекратить вообще какой-либо поток без разницы чего. Саске предполагал, какие слова вылетят из уст мужчины дальше.       Наруто засмеялся. Заливисто, мягко и мелодично, но так, чтобы никто вокруг не обратил на него лишнего внимания. Саске залип. Где тут кнопочка перемотки? Давайте по новой.       – Саске, я так понимаю, хорошо в голову ударило? Если для тебя словесная перепалка – что-то из рода приставаний, я тебе сочувствую.       Саске скривил губы и отвернулся, сложив локти на стойку. Он помолчит, и тогда диалог прекратится сам собой... Так ведь?       Он потряс бутылку и перевернул её горлышком вниз. Пусто. В стакане тоже пусто. И в кошельке. Тяжёлый вздох. Значит, на сегодня пьянка закончена. Поставив подбородок на руки, Саске заметно погрустнел. Взгляд, как у щенка, получившего тапком по жопе.       – Будьте добры, пять шотов текилы и жареные креветки, – попросил Наруто у бармена, наполняя свой бокал. В этот раз воистину смакующий глоток. Даже причмокнул.       Через минуту перед носом Саске в линию выстроили пять прозрачных наполненных алкоголем рюмок, через три морепродукты и в маленькой корзиночке соль с лимоном и лаймом. Он перевёл на мужчину вопрошающий взгляд.       – Не любишь текилу?       – Люблю. Но я не просил.       – Я угощаю. Ты против?       Саске отрицательно мотнул головой и поднялся, подтягивая двумя пальцами одну из рюмок к себе. Давно он не пил этот увеселительный коктейль. Язык в предвкушении смочил губы.       – Тост говорить отказываюсь. Наруто улыбнулся, потянулся к рюмке Саске и с характерным звоном стукнулся об неё стаканом, залпом опустошая его. Саске, недолго думая, опустил на кончик языка немного соли и повторил за мужчиной, закусывая лаймом.       – Надо было с самого начала текилу брать, – выругался он и обреченно покачал головой.       Саске соскочил с высокого стула, сладко подтягиваясь. Поправил белую футболку на пару размеров больше – в его стиле, и замер, внимательно сканируя зал в поисках жертвы.       Дурак, поверни голову направо и увидишь, что жертва уже как минут двадцать сидит около тебя, сама сует поводок в руку и покорно ждёт, пока на него обратят внимание. Длинные пальцы пятерней прошлись по угольным волосам, почесывая кожу головы. Саске под дулом пистолета в силу своих бараньих рогов не признается, что в компании этого человека ему действительно комфортно. Он обаятельный, забавный, и в конце концов просто красивый... точнее, приятный мужчина. Но он все равно будет продолжать искать лицо, которое можно использовать в качестве приятеля на ночь. Отключить упертость и поддаться желаниям? Нет, не слышали.       Тяжело обременяющие голову мысли пропали, тело расслабилось. На губах невольно растянулась удовлетворенная улыбка, глаза блаженно прикрылись, а бёдра плавно покачивались такт музыке.       – Знаешь, а у меня ведь сегодня день рождения, – внезапно проговорил Саске. – А я действительно провёл его в полном одиночестве.       Наруто, на пару минут потерявший связь с космосом – увлёкся, рассматривая юное дарование перед собой, пару раз проморгался и вернулся в реальность. Что он там сказал? У его друга праздник? А зачем ему эта информация?       – День рождения? – переспросил он и нахмурился.       – Да. Представь себе, – прозвучало без злобы в голосе. Спокойно и с толикой забавы. – Я поддерживаю эту тенденцию уже пару лет. Видимо, иду на рекорд. Не то, чтобы мне от этого плохо. Нет, я не жалуюсь. Просто иногда мне кажется это удивительным. Адекватные люди празднуют с родными и близкими, а я сижу, нажравшийся, в компании совершенно незнакомого мне человека.       Наруто молчал. У Саске день рождения. Захотелось стукнуть себя по лбу. Пару лет отмечать день рождения в полном одиночестве? Без родственников, друзей или хотя бы приятных знакомых? Вообще никого? Теперь он железобетонно уверен – Саске блефует. Делает вид, будто он крутой и независимый мальчик, которому никто не нужен. Сам придет, сам напьется, сам себя угостит, сам закажет такси и сам же будет держать свои волосы над унитазом после пьянки. Плевать, что они едва знакомы. Это срочно нужно исправлять.       Наруто спрыгнул со стула и закатал рукава рубашки, открывая вид на молочную кожу и выпирающие синеватые вены. Саске невольно засмотрелся на то, как медленно длинные пальцы управляются с пуговицами. Он закусил губу и смущённо отвёл взгляд в сторону. Слишком давно опьяневшее тело не ощущало ласки, чужих прикосновений. Саске элементарно хотел секса. И теперь ему не хотелось тратить время на поиски жертвы. Он, наконец, заметил того, кто мог бы ему помочь. Диджей, в ту же самую секунду включивший какую-то романтичную ненавязчивую мелодию, отлично ему в этом посодействует.       – Потанцуем? – Наруто протянул руку, улыбнувшись.       А есть информация о том, как ему отказать? Потому что Саске ею не обладает. Особенно, когда в нём пропала бутылка виски и три шота текилы. Стоп. Он медленно покосился на последнюю рюмку, одиноко стоявшую на столе.       – У меня есть выбор? – ответив улыбкой, Саске пробежался пальцами по стеклянной поверхности, подхватив рюмку. Опрокинул в себя. Уверенно вытер пальцами взмокшие губы, укладывая свою ладонь в чужую.       – Я мог бы тебе дать, если хочешь.       Саске приоткрыл рот, собираясь возразить, но со стуком зубом захлопнул обратно. Немой вопрос застыл в по-детски растерянных глазах.       Наруто с закушенной губой улыбнулся, наблюдая за тем, как у кого-то разорвалось подключение с сетью. Такие вопросы следует уточнять.       – Выбор, Саске.       Господи, ну конечно. О чем он только думает? Саске устало прикрыл глаза и нетерпеливо потащил Наруто на танцпол. Ему стыдно, он пьян, и достигнул следующей стадии, при которой его сознание даёт сбой по всем системам и бьёт по ярко мигающей красной кнопке: «Похоть, секс, развязность». Та самая, когда вопросы о регулировании своей упертости перестают быть делом принципа.       Уединились они в углу, подальше от большинства людей. Саске не хотел привлекать лишнее внимание. Руки, словно лозы, несмело обвили шею Наруто.       – Должны быть, это странно выглядит, – вполголоса сказал Саске.       То, каким проницательным взглядом его прожигали, впору было называть моральным изнасилованием. Чужие ладони плотно легли на талию и чуть грубее, чем стоило притянули к себе. Разница в росте в жалкие пару сантиметров всё же стала заметна, но не критично.       – Что конкретно? То, что мы танцуем, то, что ты празднуешь день рождения с незнакомцем или то, с какими щенячими глазами сейчас тебя буравит бармен? – задумчиво перечислил Наруто с ухмылкой на лице.       Саске нахмурился и как обычно это бывает, когда не стоит резко поворачивать голову на объект внимания, повернулся. И действительно: мальчишка, разливающий по бокалам вино, огромными печальными глазами, словно его предал муж, с которым они были вместе десять с хвостиком лет, не сводил взора с их пары. Ответной реакции от Саске не последовало: он ещё больше нахмурился и отвернулся, скептически изогнув губы.       – Можешь напомнить мне, в какой момент я решил праздновать, – глаза демонстративно закатились. – Но это не менее странно, чем то, что я прямо сейчас танцую с тобой, хотя полчаса назад договоривался о встрече с этим милым юношей.       – Жестокая конкуренция, – Наруто пожал плечами. – Но ты вроде как ему ничего не обещал, поэтому и ответственности на тебе никакой не лежит. Жаль, если он не понимает, как работают клубные знакомства.       Саске отрицательно мотнул головой – нет, не обещал. Чёрные, кристальные глаза бегали по окружающему их пространству, но смотреть в ответ упорно не хотели.       – Если бы не ты, я бы ждал здесь до четырёх, скорее всего напился бы до звёздочек, а после у меня был бы страстный секс, который я вряд ли бы запомнил.       – Звучит, как благодарность, – снова до чёртиков довольная улыбка, из которой буквально просачивалось природное обаяние.       – Если бы не я, ты бы потерял в этом клубе что-то около трёх часов. Нахождение здесь, я более чем уверен, утомляет тебя не меньше, чем попытки склеить молоденьких барменов посредством добренькой мордашки и дешёвых подкатов.       Саске неэстетично скривил нижнюю губу, как он делал всегда, когда слышал что-то сомнительное в свой адрес и – надо же – в кои-то веки установил с Наруто зрительный контакт. В то время как физический уже доходил до критического уровня.       – Во-первых, я никогда не знакомлюсь, пользуясь дешёвыми подкатами...       – Правда? А я думал, ты носишь с собой пособие по пикап-методичкам.       Саске снова закатил глаза.       – Чтоб ты знал, я предпочитаю пользоваться наделённой мне харизмой. А во-вторых, я вроде как до сих пор теряю с тобой своё драгоценное время.       – Судя по тому, как ты половину ночи готов был терпеливо ждать этого сомнительного сомелье – не такое уж и драгоценное. Наши отношения хотя бы не стоят на месте.       – О, ну конечно, – Саске театрально вскинул руки, задевая пальцами светлые пряди волос. Мягкие. – Феноменальная скорость развития.       В какой момент горячие ладони начали медленно поглаживать бока, заставляя чуть прогнуться назад и коснуться своей грудью чужой – осталось за пониманием Саске. Они танцуют, они чертовски близко и сейчас в сознании упорно душится порыв уткнуться носом в плечо мужчины.       – Ну смотри, – задумчиво протянул Наруто, – полчаса назад мы просто разговаривали. Теперь танцуем. Следовательно, ещё через полчаса мы дойдем до этапа, который со всей серьёзностью можно будет называть полноценными отношениями...       – Или любовниками, – предположил Саске, слабо улыбнувшись и лениво покачиваясь в такт музыке. Да, танцем это было назвать сложно – скорее просто объятия.       – Это уже неважно. Суть в том, что современная ячейка общества активно прогрессирует.       – Не приплетай сюда прогрессивность. Тот факт, что мы в теории можем переспать – не равняется прогрессивности.       – В наших отношениях – равняется. И как я уже сказал, твоя личность в таких условиях развивается гораздо быстрее, чем если бы ты торчал здесь с каким-то малолеткой.       Саске отвёл взгляд. Система снова дала сбой. Если для него двадцатилетний парень – малолетка, то сколько тогда ему? Сорок? Нет, он выглядит максимум на тридцать пять.       Озвучивать мысли Саске не стал.       – Ты что, преподаватель по философии?       – Нет. Риэлтор.       К первой брови подключилась вторая, а скептицизм сменился на озадаченность.       – Ты удивлён? – взгляд скользнул по сконфуженному лицу.       – Немного... Я думал, что ты повар, либо музыкант.       – А по каким критериям ты вешаешь ярлычки? Я вроде как не в фартуке, да и чехла с гитарой за спиной нет.       – Эм... У тебя красивые руки.       Зубы в ту же секунду с силой прикусили язык. Не то, чтобы ему стало стыдно, но вроде как первые за вечер комплименты должны быть более... многообещающими.       – Спасибо, – Наруто улыбнулся.       Вот так просто? Без «а причём тут мои руки» и «прочитай пособие по тому, как правильно делать комплименты»? Золотце. А вообще, да, тот факт, что Саске имеет фетиш на руки, он принял давным давно. Не новость. Реакция правда всегда разная. И то, как прямо сейчас реагирует пьяное податливое тело на чужие объятия, то, как Наруто скользит руками по спине, обвивает талию, сминая в руках футболку – не нормально. Узел возбуждения медленно, но уверенно, словно снежный ком накатывался внизу живота. Саске закусил губу и заострил взгляд на приоткрытых губах. Наруто что-то говорил.       – Саске?       – Да? Извини, я задумался. Что ты говорил?       Ему стало неважно, что он там говорил, когда пальцы коснулись подбородка, чуть приподнимая его так, чтобы у Саске не оставалось ничего, кроме как установить контакт глазами и... покраснеть. Чувствовать и видеть, как тёплые оттенки во взгляде перемешиваются с адским желанием и прыгающими искорками возбуждения – пытка.       Он поддался вперёд, но ему оказали сопротивление, заставляя затормозить в паре сантиметров от губ.       – Я же говорил, – прошептал Наруто, – наши отношения развиваются в геометрической прогрессии.       – Заткнись.       Саске до ужаса хочет этого мужчину. Не смазливого мальчика за баром, не кого-либо ещё, кто отчаянно принимал попытки построить ему глазки и телепатически пофлиртовать. Его. И плевать, что видит он этого человека впервые.       От грубого ощущения чужих губ на своих коротнуло так, что вдоль позвоночника колющим холодком пробежалась толпа мурашек. Ладонь Наруто с нажимом прошлась по хрупкому для мужчины телу, притянув к себе. Хотелось ближе – только ближе уже некуда. Его запах, его мягкие пряди волос, его сильные руки и до сумасшествия накаленное состояние, приправленное страстью и желанием. Сводило с ума.       Наруто переместил пальцы на затылок и настойчиво склонил чужую голову, углубляя поцелуй. Саске поддавался всему, на что его вынуждали. Хочешь ближе – пожалуйста, хочешь более влажно и похотливо или, наоборот, нежно и чувственно – нет проблем. Я сделаю всё, только не останавливайся. Саске окончательно потерял контроль.       Воздух в лёгких стремительно кончался. Саске, с трудом оторвавшись от пухлых губ, тяжело выдохнул, принимая тщательные попытки стабилизировать часто вздымающуюся грудь.       – Я хочу кое-куда отвезти тебя. Можешь считать это подароком на день рождения, – прошептал ему на ухо Наруто. – Я уверен, тебе понравится.       – Куда? Ты же говоришь сейчас не о своей квартире? – Саске чуть отодвинулся, подозрительно рассматривая мужчину.       Наруто засмеялся и покачал головой.       – Нет, конечно нет. Это место куда интереснее, чем моя квартира, – руки отпустили талию и Наруто, ухватившись за тонкое запястье, повёл Саске к выходу, огибая блаженные, ничего не соображающие тела.       Саске плевать, куда его ведут. Глупо и до ужаса наивно верить человеку, которого ты знаешь полчаса. Но верить, почему-то, хотелось.       Оказаться на улице после душного и вонючего клуба – удовольствие, которое не подлежит описанию. Смешанный запах дешёвых духов, пота и сигарет сменились на свежий воздух и бриз близлежащего моря. Саске вздохнул полной грудью и возвел взгляд к тёмно-синему полотну, усыпанного звёздами. Затуманенное сознание, до одури счастливое и возбуждённое, каким давно не было, плясало от бури чувств и эмоций. Ему словно снова пятнадцать.       Наруто стоял рядом, не разжимая руки, и завороженно смотрел на Саске. В первые секунды знакомства потухшие и грустные глаза сейчас светились. По-доброму, радостно и совсем не походили на глаза недовольной суки.       – Идём?       – Да... А далеко ехать? – оторвавшись от неба, спросил Саске и двинулся за Наруто. – Черт, я даже не знаю, кто ты такой. Сколько тебе лет, хотя бы?       Мужчина загадочно улыбнулся. И оказался совсем не похожим на того, кто был три минуты назад на танцполе и с животным желанием сминал его губы.       – Ехать минут пятнадцать. А возраст... – он закусил губу, замолчав.       Пару шагов – и они оказались около серебрянной ауди. Благородно, но в то же время и дерзко. Наруто донельзя удачно подобрал себе автомобиль. Но его официальный внешний вид с трудом сочетался со спортивной красоткой. Был бы он сейчас трезв, назвал бы это преувеличенной пафосностью.       – Какие-то проблемы с этим? – спросил Саске и упал на пассажирское сиденье, когда Наруто учтиво открыл ему дверь.       – Нет, никаких проблем. Просто интересно, сколько ты мне дашь.       Хотелось бы знать, почему не смутило то, что Наруто выпил. Саске судит по степени опьянения, а она не подходила под описание чрезмерно выпившего человека. Чёткие движения, зрачки не расширенные, в отличии от его спутника. Но Саске с ночной бурей в глазах не позволял их разглядеть – всё смешалось в одном цвете.       – Ты молодо выглядишь, – задумчиво протянул Саске, устроив локоть на дверце, а подбородок уложил сверху. – Ммм, нет, не знаю. От двадцати семи и выше, я так думаю.       – Выше – понятие растяжимое, – Наруто завёл мотор. – Давай, предположи. Полезно будет для сознания в состоянии аффекта.       Ауди красиво и бархатно зарычала. Надо же, прямо в точности, как её владелец. Приятно для слуха. Саске почему-то не сомневался в том, что Наруто души не чает в своей машине.       Саске цыкнул и отвернулся к окну.       – Я не настолько пьян, чтобы такая мелочь могла растормошить мой опьяневший организм, – он помолчал. – Двадцать семь? – Саске решил начать с малого.       Наруто отрицательно кивнул головой, не отводя глаз от дороги.       – Холодно.       Саске недовольно скривил губы. Игры в «горячо-холодно» ему не нравились. Но, видимо, его желания сейчас не учитывались. Самое время идти ва-банк.       – Сорок, может быть? Сорок два? – с опаской спросил Саске.       – Горячо.       – Что? Боже, я не думал, что ты настолько старый, – возмущённо пробурчал он, с осуждением покосившись на водителя.       Давненько у него не было любовников за тридцать.       – Тридцать пять, – Наруто улыбнулся, заметив на бледном лице оттенки облегчения. – Надеюсь, что мейнстрим называть людей в моём возрасте старыми, больше не актуален.       – По сравнению со мной ты старый,– протянул Саске, наблюдая за пейзажом за окном.       – А тебе...?       – А сколько дашь? – игриво усмехнулся Саске и запрокинул голову, с закушенной губой стрельнув глазами в сторону мужчины.       Наруто проанализировал Саске внимательным прищуром и сжал губы. Если он выглядит молодо, но все прекрасно понимают, что он мужчина в самом рассвете лет, то с Саске сложнее. Молодой человек, совсем не глупый и вовремя умеющий включать дурачка. Пил неплохой коньяк, значит, деньги есть – либо богатые родители, либо хорошая работа. Но на восемнадцать он с трудом тянет и приглашал бармена к себе. Значит, живёт один. Значит, что-то около двадцати пяти.       – Двадцать шесть, – выстрел навскидку.       – Блять, ты либо следишь за мной, либо до ужаса проницателен, либо умеешь читать мысли. Фу, – Саске скривился, – вылезь из моей головы.       Скорее он призывал к действиям сам себя, потому что Наруто из его головы вылазить не хотел. Засел крепко накрепко и сидит там целый вечер, участвуя в сценах сомнительного содержания не для детских глаз.       Блондин искренне засмеялся то ли от явно изумлённых и широко распахнутых глаз, то ли от того, что попал в яблочко.       – Моё наличие в твоей голове – только твоя инициатива, – на полтона ниже сказал Наруто, постукивая пальцами по кожаному рулю. – Вариант с проницательностью я бы одобрил, но не хочу подверждать твои догадки о моём самолюбии. А слежка и вовсе не входит в число моих интересов.       Саске в который раз за сегодня пытается словить сигнал с сетью, потупив взгляд на одной точке где-то на панели управления. Он вообще выпивал? Слова настолько легко вылетают из чужих губ, абсолютно трезво и буднично... Может, он пил сок? Ну Саске же не настолько в стелечеку. Помнит, что упоминали бурбон. Он тогда ещё был трезв, как стеклышко.       – Бред какой-то, – тихо проворчал он и откинулся на спинку сиденья, теребя пальцами плетёный фиолетовый браслет на запястье. – Не поверю, что ты просто угадал.       – Если тебе легче поверить в то, что я действительно умею читать мысли – пожалуйста, – Наруто усмехнулся, – твоё дело. А вообще, сталкер, имеющий способности к телепатии – лучший сталкер.       Саске подозрительно покосился на водителя. Такие шуточки неадекватный мозг воспринимает крайне остро.       – Я вообще ничего не хочу, – буркнул он и снова отвернулся к окну.       Ложь как защитная реакция на правду. Потому что Саске хотел. Верить во что-либо не очень, а вот кого-то конкретного – очень даже да. Можно разложить его прямо на этом чертовски удобном чёрном кресле с коричневыми вставками – суть роли не играет. А можно отвезти домой, в тёплую кроватку и без разницы, в чью. Лишь бы пахло также хорошо, как и в салоне авто – кипарисом и мятой. Саске закусил губу и мысленно застонал, хотя очень хотелось завыть в голос, как волк на луну. Как давно он не испытывал такую колоритную гамму из чувств и эмоций. Пожалуй, оставить незнакомого малолетку, жаждущим близкого знакомства с ним, в баре, а самому втихоря сбежать с каким-то риэлтором, оказалось лучшей идеей на сегодняшний вечер.       Вздымающиеся волны под светящейся полосой полной луны несмело касались босых ног. Саске стоял, закатывая чёрные джинсы по колено, и с особым удовольствием вдыхал свежий морской воздух. Кожу щекотала прохладная вода, пока Саске, управившись с тканью, завороженно рассматривал остро проведённую вдоль моря линию горизонта.       Когда частички алкоголя под воздействием холода и свежести выветрелись из одурманенного тела, Саске понял, почему решил остаться. Рим... под каким предлогом этот чудесный город, чьи пляжи напоминают райское наслаждение, можно оставить? Кристально чистая вода, бурльщая под пальцами пена и тишина. Лишь звуки моря и шелест высоких деревьев под напором насильного ветра. Этот пляж – подарок, который ему так щедро и безвозмездно подарил до ужаса красивый незнакомец. Рим – подарок, который Саске полгода назад подарил самому себе.       Наруто хватило двух минут, чтобы отморозить чувствительную кожу ног и довести её до покраснения. Поняв, что это не то, чем ему бы сейчас хотелось заниматься, он умостился на песочке в пару метров от Саске и вытянул ноги вперёд, любуясь всем, что попадало под обзор: новоиспечённым знакомым с нереально стройной и тонкой фигурой, кажется, от природы, и волнующимся морем. Признаться честно, в данную секунду море волновало его меньше всего. Нет, его голова не была забита спермотоксикозными мыслями о том, как он берёт это создание в каждом уголке своего дома и в разных позах. Саске красивый. По-особенному красивый, загадочный и очаровывающий. Длинные ноги, волосы цвета вороного крыла, тонкие руки, которые впору было называть эстетично-костлявыми из-за выпирающих костей в области локтей и запястий.       Саске вышел из воды с полным удовольствием на лице и аккуратно присел рядом с Наруто, улегся на песок. Плевать, что одежда испачкается. Плевать, что земля прохладная.       – Спасибо, – прошептал он. – Нет, правда, спасибо. Это чудесный подарок. Я нахожусь в Риме уже полгода, но нормально посетить пляж ни разу не получилось.       Наруто через плечо взглянул на юношу и улыбнулся, возведя взгляд туда же, куда и он – к небу. Звёзд, которые двадцать минут назад они наблюдали возле клуба, сейсас видеть не приходилось. Небо затянуло чёрными тучами.       – Я рад, что тебе понравилось. На звание подарка правда тянет не очень, но...       – Учитывая то, что мы знакомы от силы час – очень даже тянет, – возразил Саске. – Кстати, ты ещё оплатил мне алкоголь. Так что отличный набор.       Наруто тихо засмеялся и как-то резко посерьёзнел, закусив губу. И почему он не взял с собой алкоголь? Сейчас бы помог согреться и стать более расслабленным.       – А что насчёт тебя? – внезапно спросил Саске и поднялся, опираясь на собственные руки позади себя.       – Ммм? – промычал Наруто, заострив внимание на собственном внешнем виде.       – Как ты оказался в Риме?       Он чертыхнулся, когда понял, что его чёрные брюки и белая рубашка максимально испачканы. Перед тем, как сесть в машину, нужно хотя бы снять и отряхнуть, иначе весь завтрашний день придётся драить машину от песка, который, предположительно, будет абсолютно везде.       Вопрос, заданный Саске, пришёл с опозданием, а потому, принимаясь расстегивать пуговицы, что в данном положении дел могло показаться очень двусмысленным, Наруто задумался.       – Я приехал сюда пять лет назад, когда понял, что моя профессия в курортных городах по типу Рима очень востребована.       Глаза Саске невольно зыркнули на длинные пальцы, медленно расстегивающие рубашку. Что ты, блять, делаешь? Дыхание затаилось. То, с какой невозмутимостью делал это его спутник, вероятно, не означало чего-то, отчего стоило бы возбудиться. Но голодный организм Саске так не считал.       – До двадцати лет жил в Японии, затем до тридцати колесил по Америке и Европе, а теперь решил обосноваться тут. Знаю, что есть ещё огромное количество городов, которые, наверное, позволили бы зарабатывать ещё больше, но Италия... – он загадочно усмехнулся, – она останется в сердце навсегда. Даже если я когда-то уеду отсюда.       – Ты женат? – Саске перевёл тему слишком резко, сам осекаясь на свой же вопрос. Интересует ли это его? Был бы трезвым – сказал бы нет. А сейчас да.       – Нет. Был бы я сейчас тут, с человеком, с которым в теории могу переспать? – снова усмехнулся Наруто, но уже не загадочно, а очень даже понятно: ехидно и игриво.       – Мало ли, – Саске пожал плечами и посмотрел на небо. – Мне доводилось встречаться с теми, кто просто хотел спать со мной, а потом шёл домой и целовал свою жену и обнимал детишек. Фу, – он поморщился, – мерзость.       – Семейная жизнь? – иронично спросил Наруто, взглянув на Саске.       – Нет. Я не хотел бы иметь ту самую рекламную счастливую жизнь в тридцать лет, но не то, чтобы был её противником. А вот поведение этих плотоядных хищников – да. Мерзкие, старые хрычи, желающие молодое тело, в то время как их жены носятся со спиногрызами, в попытках одновременно работать, заниматься домом и пытаться воспитать детей. Просто абсурд.       – Понимаю, – кивнул Наруто и закончил с пуговицами. Он приподнялся на колени и стащил рубашку, пару раз с силой встряхнув её. Вид будет пожеванный, но зато песка не будет по всему салону.       – Не то чтобы я интересовался знакомствами с такими индивидуумами. По молодости бывало, знаешь. Ха, наверное, так говорят только люди преклонного возраста.       Саске сглотнул, наблюдая, как под кожей напрягаются и переливаются мышцы сильных рук... Преклонного возраста? Да ты вообще себя видел, слепота? Талия шире, чем у него, не кажущаюся чем-то смазливым или чересчур тонким. Красивое мужское тело, как и предполагалось ранее. Зря Саске, конечно, затисался зрителем этого сомнительного выступления. Он не собирался нетерпеливо набрасываться на него и принимать попытки заставить заниматься прелюбодеянием прямо на этом пляже, хоть и безлюдном, но...       – Ты замерз? – спросил Саске, когда глаза случайно заметили покрасневшие ноги и кончики пальцев. – Я думаю, достаточно моря на сегодня.       – Предлагаешь поехать ко мне? – с улыбкой спросил Наруто.       – Ко мне, к тебе – без разницы. У меня маленькая квартира, но уютная.       – А у меня большая, но там одиноко.       – Тогда поехали в мою уютную квартиру.

***

      Если бы Саске сказал, что совсем не рад внезапной встрече с красивым незнакомцем, он бы соврал. Если бы стал отрицать, что жалел о согласии провести свой день рождения на море, и последующее времяпрепровождение в виде приятной беседы под дождем в одном из круглосуточных кафе, тоже был бы лжецом. Ему понравился незнакомец с добродушной улыбкой и в чем-то глуповатыми шутками, но такими искренними, что Саске смеялся над каждой из них.       Если бы кто-то решил заглянуть в окно квартиры, единственной, в которой горел свет, он бы увидел человека с волосами цветом вороного крыла и с удивлённым в приятном смысле лицом, потому что слушал не без пошлого смысла рассказы другого человека. Человека, полной ему противоположностью. И возможно кому-то бы показалось это неправильным или отталкивающим, но для них этот разговор был одним из самых приятных за последнее время.       – Вот так я впервые стал искать кому-то квартиру за секс, – рассмеялся Наруто, допивая коньяк. Не закусывал.       – И что? – с интересом спросил Саске. – Надеюсь, это была не единоразовая акция?       – Вообще-то, так оно и получилось.       – Обидно.       – Я бы так не сказал. Мне было двадцать лет, я только начал свои первые потуги в риэлторском деле, поэтому когда такая роскошная (как мне тогда казалось) взрослая женщина с толстым кошельком предложила мне взаимовыгодное предложение, я с радостью согласился. Естественно, не думая о том, что это больше походит на развод.       Саске в который раз за вечер, одуревший от количества выпитого, громко засмеялся. Это было совсем не свойственно ему, и если бы Наруто это знал, посчитал бы это за комплимент. Но Наруто знал Саске всего ничего.       – А ты? Как так получилось, что ты несколько лет подряд не празднуешь такой день?       Саске неодобрительно фыркнул и наполнил бокал себе и своему компаньону.       – Я праздную, но один. Не всем нужна компания.       – А я думаю, что всем. Хочешь сказать, тебе не нравится наша компания?       Саске промолчал. Он хотел громко заявить о том, что ему и одному было бы хорошо, или в компании малолетки, с которой можно было бы неплохо поразвлечься, но ком в горле не позволил.       – Нечего сказать? – Наруто усмехнулся. – Не делай вид, будто ты самодостаточный и крутой парень, которому никто не нужен. Даже диким животным нравится быть в компании и получать любовь и ласку...       – А мне это не нужно.       – Правда? – Наруто ухмыльнулся и подсел ближе к Саске. – Может быть, ты просто забыл, каково это? – он медленно коснулся пальцем чужой щёки и заправил выбивающуюся прядь за ухо. – Или вовсе никогда не ощущал этого?       Саске лишь нахмурился. Не двигаясь, он тяжело дышал, словно кот, который чувствовал опасность рядом, и внимательно следил за движениями блондина. Глаза у него бегали, словно мыши по подвалу.       – Нервничаешь? – улыбка не сходила с лица Наруто. – Вот и я об этом.       – Я вовсе не нервничаю...       – Нет, ты делаешь именно это. Строишь из себя самоуверенного парня, который может склеить любого человека, на которого тебе в принципе плевать, но как только это делает человек, который тебе симпатичен, ты замираешь, словно я приставил тебе нож к горлу. Я не прав?       Саске отвел взгляд и сжал стакан с коньяком. Отвечать он не стал. Ком в горле снова помешал.       – Возможно, я понял тебя неправильно. Но когда со мной целуются, я воспринимаю это как симпатию.       – Я не говорил, что ты мне не симпатичен. Мы просто разговаривали, а потом это пришло к откровенному издевательству надо мной.       – Это неправда, – Наруто по-доброму захохотал. – Я вовсе не хотел над тобой издеваться. Я просто сказал что-то, что мне показалось очевидным о тебе. Мне хочется узнать тебя, Саске.       – Я тебя останавливаю? – Саске высоко поднял брови.       Наруто кивнул. И понял одну важную вещь: открыться этому человеку физически гораздо проще, чем морально. Ему нужно время. Но секс – пожалуйста, прямо сейчас и без всяких экивоков.

***

      Если бы кто-то заглянул в окно квартиры, единственной, в которой тускло горел свет, он бы увидел, как один парень с волосами цветом вороного крыла медленно, но уверенно опускается на колени перед человеком с небесно-голубыми глазами, в которых, несомненно, пляшут черти. Смотрит в глаза дерзко, но его выдают покрасневшие щеки и дрожащие руки.       – Нервничаешь? – усмехнулся Наруто.       – Заткнись, – буркнул Саске и опустил взгляд на расставленные ноги мужчины.       Сглотнул ком, который беспокоил его весь вечер, затаил дыхание, расстегивая чужую ширинку и думая о том, что, наверное, посмотреть банальный американский ужастик и уснуть на плече этого парня было бы идеей получше.       Наруто не думал ни о чем. Он лишь смотрел на блеск в темных глазах и следил за пальцами, которые так приятно двигались, что впору было завыть. Но не сдержался он лишь после того, как Саске, смочив сухие губы языком, поддался вперед, чтобы похабно открыть рот и пройтись губами по всей длине. Грудная клетка Наруто вздымалась часто, сердце билось учащённо, а взгляд возводился к потолку.       Ни звуков, ни шепота, – Саске оказался более тихий, чем шелест листьев. И Наруто это не могло не расстраивать. Он громко смеялся, шумно существовал и не мог передать словами, насколько сильно его разочаровывали такие люди, как Саске. И Наруто по своей сильной и нахальной натуре любил выбивать из таких людей максимум громкости.       Первое, что удивило Саске – резкая смена положения. Он плохо понял, как с положения сидя на коленях он оказался подмятым под блондина, но успел только охнуть. Второе – это то, что он сделал что-то не так. В голубых глазах напротив читались претензия и желание что-то доказать. Саске поднял брови в немом провокационном вопросе, пока Наруто одной рукой держал узкие запястья, а другой поглаживал контуры плоского живота.       – Прости, может быть тебе покажется это грубым, но...       – Меньше текста, будь добр, – проворчал Саске и томно выдохнул, когда почувствовал на своей шее поцелуй.       – Мне не нравится, что ты молчишь.       – Мне надо было стонать во время того, как я отсасываю тебе? Ты конечно ничего, но не переоценивай себя.       Наруто тихо засмеялся, обжигая дыханием тонкую и белоснежную кожу, чем вызвал у Саске табун мурашек вдоль всего тела.       – Я не это имел в виду... Ты очень тихий.       – Это очень интересная претензия в мой адрес, которую я возьму на заметку, но может быть мы продолжим?       Наруто разочарованно сжал губы и молча кивнул, медленно спускаясь губами к острым ключицам. Саске, к его разочарованию, лишь тихонько вздыхал.       Сначала в угол полетала темная футболка, затем кожаный ремень и в конечном счете они оба оказались без одежды, разгорячённые и жаждущие внимания друг от друга. Но если Наруто распускал руки по максимуму, стараясь коснуться губами каждого участка чужого тела, то Саске на такое внимание оказался скуп. Он лежал со вскинутыми руками вверх и терроризировал глазами натяжной потолок, пока его новоиспечённый любовник уже краткими поцелуями спустился к низу живота. Предполагая, что Саске не особо получает удовольствия от простых прикосновений, рука Наруто проникла под спину брюнета и резко развернула его на живот. Губы медленно, но уверенно спускались ниже, начиная с лопаток и, по идее Саске, должны были закончить на бедрах, но этого не произошло. Язык блондина точно знал, что делал, и явно делал это не впервые, потому что заветный первый стон из Саске всё-таки выбили. Тихий, гортанный стон в подушку. Наруто победно улыбнулся и смочил пальцы смазкой, которую владелец квартиры предварительно положил под подушку. И наверняка пожалел об этом очередной раз, как жалел и о том, что в принципе пригласил этого риэлтора сюда, потому что Саске, по своим ощущениям, оказался совершенно к этому не готов.       Если бы он знал, как хорошо ему может быть лишь от этих длинных, чертовски приятно двигающихся пальцев, он бы совершенно точно оставил эту затею на потом. И думал он об этом каждую минуту, потому что каждая минута казалась ему пыткой.       До тех пор, пока пальцы не исчезли, не послышался лязг ремня и пока теплые, сильные руки не легли на его бедра. Они ласково поглаживали, но сильно сжимали, оставляя за собой покрасневшие следы. И только Саске удалось забыться, только следам волнения стоило пропасть, как его до испуга внезапно перевернули на спину, волевым движением раздвинули ноги и закинули их к себе на плечи, не позволяя Саске забыться.       – Секс – это для двоих, поэтому даже не пытайся, – прошептали ему в губы и затем совсем не добродушно впились в них невыносимо горячим поцелуем.       И Саске забылся. До боли в руках сжимал изголовье дивана, громко давал знать людям за стенами о том, что эту ночь он проводит чудесно. Наплевал на внутреннюю слабость, волнение и вечное желание быть одному. Сильное тело, сильные воля и характер выглядели гораздо сексуальнее, чем смазливое личико и флирт в баре. Конечно не обошлось и без тихого смеха в плечо, стоило Саске один раз услышать свой, как ему казалось, нелепый стон и в дальнейшем стараться вести себя тише. Соседи не поймут. А вот Наруто это интересовало мало, и связано это было совершенно не с тем, что он здесь не живет. Наруто отдавался полностью, и Саске это понял сразу. По его лицу, полному удовольствия, по его блаженной улыбке и постанываниям, каких блондин не стеснялся, по громким и хлестким шлепкам по худощавой заднице, и конечно же по глазам, которые жадно рассматривали извивающееся под собой тело.       Если бы кто-то взглянул в окно, в котором как и во всех других окнах не горел свет, он бы увидел двух мужчин, категорически друг от друга отличавшихся. Увидел бы их лежащих в обнимку, но с такими разными выражениями на лицах, словно у одного случилась радость, а у другого неудача. Но Саске показывал свои переживания лицом, а Наруто, улыбаясь, чутко поедал себя изнутри. Он бы увидел, как людям, которые невообразимо сильно отличались друг от друга, может быть так хорошо вдвоем. Но они об этом даже не думали.       Их интересовали только собственные чувства.