love to hate me

Даниил наблюдал за его подопечными фигуристками, которые под строгим руководством Этери отрабатывали различные элементы на льду. У кого-то из них не получались прыжки, но упав они вставали и снова прыгали; кто-то обкатывал свои новые программы, стараясь довести их до совершенства. Даниил видел как Этери следила одновременно за всеми, не выпуская ни одну девочку из вида. Она подзывала каждую из них к себе, указывая на сделанные ошибки. Некоторые девочки расстраивались после замечаний тренера, считая, что они сделали все что могли. А кто-то из девочек молча шёл назад на лёд и каталась на пределе своих возможностей. Глейх поймал себя на мысли о том, что скучал по всему этому во время своего так называемого отпуска. Ему не хватало всего этого: непослушных подопечных фигуристов, к каждому из которых нужно найти свой подход; утренних выговоров от Этери за опоздания (не то, чтобы он злоупотреблял этим, но к опозданиям Тутберидзе относилась очень критично); и в конце концов в солнечном Майами ему не хватало льда. Стоило лишь ему окунуться в легкую ностальгию по этой работе, как его мысли прервал голос Этери. — Загитова, ты видела время?! — прокричала Тутберидзе так, что ее можно было услышать в каждом уголке «Хрустального» Даниил сразу оцепенел. Он почувствовал как его тело словно каменеет, заставляя стоять на месте и смотреть на гладкий лёд. «Не смотри на неё…». Мужчина постарался дышать глубже, чтобы успокоить своё сердце, которое бешено заколотилось лишь при упоминании ее фамилии. Он уловил звук шагов позади себя, а затем услышал лёгкий пряный аромат, который имел свойство сводить его с ума. Он знал, что Алина стояла совсем рядом с ним, чувствовал это всем своим телом и каждой чертовой клеточкой. Его пальцы сильнее сжали борт катка. «Не оборачивайся. Она скоро уйдет». — Извините, Этери Георгиевна, — также громко ответила девушка. Тутберидзе плавно заскользила по льду, казалось словно она не едет по нему на коньках, а парит над ним в воздухе. Этери встала практически напротив Глейха, который все еще смотрел вниз на лёд, сжимая бортик так, что казалось способен отломить его. — Я назначила тебе встречу в одиннадцать, — Этери посмотрела на наручные часы. — сейчас же одиннадцать пятнадцать. — Извините, — голос Алины казался таким безжизненным. Он помнил как трясся ее голос раньше, когда она извинялась за опоздания (да и такое бывало пару раз). По ее голосу можно было понять как она волнуется, а сейчас… Сейчас в ее голосе не было н и ч е г о. Этери мельком перевела взгляд на Даниила, но он успел уловить этот секундный момент, потому что затем она продолжила сверлить взглядом Алину. — Даниил Маркович, — обратилась Этери, продолжая смотреть на Алину в упор. «Почему она так пристально смотрит на неё, если обращается ко мне?» Легкие нотки беспокойства закрались в мысли хореографа. Но он тут же попытался избавиться от них. «Нет, она не знает… ничего не знает. Ты просто сходишь с ума , Дань» — … остаётся за главного и потренируй девочек, а нам нужно поговорить, — последние слова были обращены к Загитовой. — Конечно, Этери Георгиевна, все будет сделано, — ответил мужчина, стараясь изобразить уверенность в своём голосе. Этери сошла со льда, сняла свои коньки, и они с Алиной направились в сторону тренерской. Только когда Этери и Алина начали отдаляться от катка, Даниил повернулся и посмотрел в след своей бывшей подопечной фигуристке. Он не мог утверждать, но издалека казалось, что Алина слишком сильно похудела, а ее кожа стала бледного оттенка. Мужчина почувствовал как внутри него зарождается волнение за ее здоровье. «У неё что-то случилось?». Подсознание тут же отвечало ему. «Ты случился, придурок». Он вспомнил тот самый звонок, который заставил его вернуться назад из Майами.

***

Даниил хорошо провёл время в одном из клубов Майами. Он не до конца помнил как добрался до дома. Казалось, что его тащили друзья, а он что-то увлекательно им рассказывал, вися на их шеях. Глейх не помнил сколько алкоголя выпил, да и не хотел помнить. Он взял отпуск и приехал в Майами, чтобы забыться, отпустить ситуацию — это единственное, что ему оставалось. Извиняться или исправлять что-то было уже слишком поздно. В шесть утра его разбудил телефонный звонок. Матеря все на свете, мужчина дотянулся до телефона и посмотрел на имя звонящего — Этери. «Черт, тебе то что надо, я же написал заявление на отпуск и поставил все программы» — Алло? — произнёс Даниил — Здравствуй, Даниил Маркович, есть разговор, — голос Этери звучал жестко и это сразу насторожило мужчину. — Да? Что случилось? — он чувствовал как каждое нервное окончание в его теле начинает работать. — Что ты сделал с Алиной, черт возьми, Глейхенгауз? Казалось, что у Даниила отобрали землю из-под ног. «Неужели с ней что-то случилось?» —Я? Ничего …, — но Этери не дала ему договорить. — Она мне заявила, что не намерена больше работать с тобой, как с хореографом. И попросила нового хореографа поставить ей номер. Даниил не знал, что ответить. Она ушла от него. Нет, не так. Он потерял ее, окончательно. «И это все твоя вина, Глейх!» «Заткнись!» — У нас были некие недопонимания, Этери Георгиевна. К тому же я поставил ей множество потрясающих программ, возможно, она просто захотела попробовать что-то новое. И я не собираюсь ее за это осуждать, — Даниилу стоило больших усилий сдержать спокойный тон. — Значит так, Глейх, возвращайся в Россию в ближайшие даты. Можешь считать, что твой отпуск закончен. — Но, зачем…, — мужчина не успел договорить, как она повесила трубку. «Черт, Алина ушла от меня» «Я это заслужил».

***

Даниил уходил с катка, когда на улице уже стемнело, шёл проливной дождь, который практически лил стеной. Благо, Глейх припарковался сегодня почти у входа, но несмотря на это успел промокнуть пока бежал до машины. Устроившись удобно на водительском кресле, он заметил женский силуэт, который мялся у входа. Даниил не знал, кто из фигуристок там стоит и кто так долго тренировался. Но он решил подъехать к силуэту, который, как ему казалось, не знал куда себя деть. — Давай, запрыгивай! — мужчина открыл пассажирскую дверь и пустил девушку к себе в машину. — Куда…, — Даниил прервался на первом слове, когда посмотрел на свою пассажирку. Алина.