Блинчики

      Кену пришлось научиться готовить по одной причине — Маджиро Сано.       И это была достаточно огромная причина, чтобы проводить битые часы, сгорбившись над — не пойми откуда взявшейся — поваренной книгой. В силу своего ума, Доракен быстро схватывал любой рецепт, достаточно точно мог определить граммы, и без толики смущения зависать часы у плиты, маня запахом сожительниц.       Футболка, штаны и фартук — это было частым зрелищем перед глазами Майки, отчего тот даже провокационно дал слабину, якобы в шутку бросив:       — Эй, Кенчик, будь бы ты девушкой, я бы и женился!       А после… так беззаботно хлопнул по спине своего лучшего друга, затащил руки в карманы, и съебался в комнату, дав Рюгуджи хорошенько додумать его намёк.       Доракен не отличался дедуктивными способностями, а потому намёков он не понимал — проблема была уже для Сано.       Однажды, будучи ещё совсем мальчишкой, Майки заметил, что телосложение Доракена было больше чем у него самого. Конечно, это не огорчало, возможно, наоборот — тот хотел осмотреть каждый сантиметр тела Кена. И, вскоре, это разрослось в какое-то неудержимое желание.       Маджиро никогда не давал слабину перед другими, но мог спокойно расслабиться перед Кенчиком. Спокойствие сменялось его капризами, а ожидание — провалом. Он хотел лишь раз посмотреть на Кена в разъяренном виде, ведь это, очевидно, было сексуально. Только проблема была в том, что… Что бы ни просил Майки, Доракен лишь немного заводился, но находил на всё решение. Невероятный парень…       Потому он и решил немного испытать Рюгуджи, капризно потребовав:       — Буду есть лишь то, что готовит мне Кенчик!       Доракен лишь моргнул, откинул голову, словно задумываясь над словами, и, наконец, спокойно согласился:       — Хорошо.       Настал день, когда в комнате Кена собрались ребята из Тосвы, чтобы отметить завершение удачной потасовки.       Такаши на пару с Такемичи доставали из пакетов выпивку, пока остальные располагались на диване.       Внутрь комнаты уже успели заглянуть и пара привлекательных девушек, но Рюгуджи быстро спровадил их, попросив не мешать. Как говорится — дамам здесь не место.       Вскинув голову, Маджиро откинулся на спинку дивана, встречая пару глаз Доракена, что остановился за диваном.       — Кенчик, может, организуешь нам закусить? Бухла много, но заесть нечем, — попросив, Маджиро по-лисьи улыбнулся, и, под удивлённое «о!», добавил. — Приготовь нам что-нибудь!       Сказать по-правде, Кен не особо хвастался своими новоприобретенными кулинарными способностями, потому для присутствующих это, скорее, было сродни тому, если бы Такемичи одолел один на один Майки — удивительно, не иначе!       — Доракен умеет готовить? — чуть ли не воскликнул Такемичи, но Такаши его сразу же отвлёк, всучив в его руки второй пакет с алкоголем.       Чего уж скрывать, Мицуя тоже удивился, но скучающе потянулся, наконец, освободив свои руки.       — Ага, умеет! — поднимая голову со спинки дивана, подтвердил Сано. — Если подождём, у нас будет не только пара пачек чипсов.       — Мы подождем! — отозвался Нахоя, сидящий рядом со своим братом. Оба открывали стеклянные бутылки с чем-то крепким, явно пока не желая ждать готовки Рюгуджи. Ну и пусть, Майки лишь предложил, но настоящая причина была в другом — он жуть как хотел есть.       Молча стоящий Доракен мог бы смутиться от чрезмерного внимания, но с согласием ответил:       — Майки, у меня не так много продуктов, учти.       — Не беспокойся! Я тебе доверяю! — тут же ответил Сано, отправив того на кухню.       И что, блять, прикажете готовить? Доракен в душе не представлял, что можно было бы приготовить съедобного из того нищенского количества продуктов, что он имел!       Раньше он, конечно, мог включить фантазию, но это было лишь тогда, когда Майки действительно умирал с голода, взвалив на плечи Кена его судьбу. Сейчас же ему дали невыполнимое задание — накормить целое стадо!       Включив мозги, а вместе с ними и плиту, он нашёл муку, пару яиц, соль, сахар и молоко. Должно быть, он действительно настолько отчаялся, что решил приготовить единственное, что пришло ему на ум — блины.       Вопреки своей удачи, он не остался без результатов, в идеале замешал тесто и даже откопал в глубине шкафчика пару банок с джемом.       Тем временем, пока Доракен увлекался своим хобби, Майки воздержался от алкоголя, пока Кенчик не принесёт поесть. Сидя в позе лотоса с откинутой на спинку дивана головой, тот скучающе смотрел в потолок. Этот день был очень важен, ведь Тосва смогла отстоять территорию и ещё раз доказать свою власть над Шибуей.       Казалось, совсем недавно они только мечтали создать свою банду, а сейчас встали на вершину поколения гопников. Майки осознавал, что без остальных участников, Свастоны не добились бы таких колоссальных успехов и уважения со стороны других группировок.       Отстоять территорию, добиться возвышенности в мире гопников — не такой геморрой, чем получить действительно то, что желал лидер.       Прикусив губу почти что до крови, Маджиро полностью увлёкся своими суждениями и планами. Тот и не заметил перед своим лицом сияющую улыбку, два выразительных глаза и чёрные волосы. Баджи демонстративно щёлкнул пальцами перед лицом Сано и повертел в руках бутылку.       — Эй, Глава, давай выпьем, — подсев на диван к Майки, Кейске протянул тому бутылку, кажется, с очень крепким алкоголем.       Маджиро лишь отмахнулся, и в своей шутливой манере ответил:       — Как же я могу, когда муженёк мне скоро поесть принесёт?       — А вы с Доракеном чересчур близки, — проницательно усмехнулся Баджи, глотнув из бутылки. — Слишком.       — Кенчик мой лучший друг, — наконец, совершенно спокойно сказал Сано, однако в голосе звучали отголоски любви и привязанности. Кто он без Кенчика?       Порой всем казалось, что оба были намагничены друг к другу и если даже постараться, никто не сможет отодрать Майки от высокой скалы. Скалы, но зато надёжной!       — Я тогда посмотрю, как там Доракен, — отозвался Чифую, собравшись уже встать с места, но, как бы то ни было, Майки был шустрее.       Блондин резко вскочил с дивана, пару раз тряхнул большую белую футболку на себе (у Кенчика стащил), и махнул ребятам в комнате, воскликнув:       — Я сам!       На кухне борделя пахло слишком хорошо, жареные блины выглядели очень аппетитно, масло соблазнительно растекалось по каждому блинчику, а на второй тарелке уже был выложен джем. Доракен понимал, что чересчур ответственное отношение к виду еды — было не очень важно, но он всё равно не мог найти себе занятие, пока каждый блин выжаривался на мелком огне.       На этот раз, он позабыл о фартуке, предпочитая остаться в рубашке — хотя без неё, кажется, он выглядел куда сексуальнее. Мысленно насмехаясь над ситуацией, он думал, что мог бы сидеть себе спокойно и не жарить эти чёртовы блины, отвлекая его от такой важной посиделки. В голове Кена уже поселились мысли о том, что Баджи потихоньку спаивал Майки, и тихо миловался с Чифую.       Возможно, это было бы последнее, что он хотел бы увидеть сегодня вечером...       — Кенчик, вкусно пахнет.       Голос за спиной Рюгуджи застал его врасплох, и тот чуть сильнее ухватился за ручку сковороды (ещё бы чуть-чуть и точно согнул), а после обернулся на источник голоса. Не успел он отреагировать, как один блин уже был ловко перехвачен одним наглецом!       Маджиро оперся о столешницу и тихо пробормотал, словно обиженный ребёнок:       — С тобой и с голода можно умереть.       — Блять, ты чё так подкрадываешься? — отойдя от шока, Кен тихо выдохнул, поправив закатанные рукава.       — Запах на весь коридор нёсся, думаешь, мой пустой желудок мог сопротивляться? А если ты не слышал моих шагов, значит, думал о чем-то важном? — не имея при Рюгуджи ни капли совести, Майки макнул блин в джем, продолжая есть.       — Я думал, Баджи споил тебя, — усмехнулся Кен, — удивительно, что он до сих пор не сделал попыток.       Глаза Майки сверкнули, кажется, он нашёл тот самый момент!       Потянувшись ещё к одному блинчику на столе, тот произнёс, протягивая каждые гласные:       — Кен-чик-ре-вну-ет!       — Нихуя я не ревную! — успев заметить движение руки Маджиро, Рюгуджи развернулся, и, одним движением своей руки, заблокировал действие Сано, схватив того за запястье. — Блины на всех.       — На всех? — взгляд Маджиро угрожающе сверкнул, глядя на лучшего друга.       Вопреки своей ненасытности, Майки пожелал бы съесть всё сам, лишь бы никто не пробовал еду, приготовленную Доракеном. А лучше — съесть и самого Рюгуджи, ведь его он ни с кем делить не собирался.       — Ты сам предложил и отправил меня, забыл? — обеспокоился Кен, отпуская запястье лидера.       Только вот, отпускать руку Маджиро — было явно нежелательно. Рюгуджи не знал, что следующее, что сделает Сано — схватит его за запястье, потянет на себя, и, действительно не рассчитав свои силы, заставит того задеть джем на столе и упасть прямиком на себя!       С громким грохотом оба свалились на пол. Майки тихо хохотнул, жмуря глаза.       — Я не хотел, Кенчик, это реально вышло случайно!       Открыв глаза и прямо посмотрев в глаза лежащего на нём Кена, Майки вновь брызнул со смеху, на этот раз искренне добавив:       — Блять, ну и лицо, Кенчик, сделай попроще!       Дело было в том, что теперь светлые волосы Кена были розовые. Как бы Доракен не хотел рассмеяться, но лежать на лучшем друге с тарелкой джема на голове — было чересчур неловко.       — Смешно? — тихо спросил Кен.       Сдерживая приступ смеха, Майки отрицательно мотнул головой.       — Тогда, почему сдерживаешь смех? — так же тихо добавил он.       Ответа не последовало, были лишь жалкие попытки подавить смех от вида тарелки с джемом на голове Кенчика.       Рюгуджи спокойно вздохнул, оперся руками об полы и сел снимая с себя тарелку. Сделав лишь одно движение, он с равнодушным выражением лица надел тарелку, в которой ещё был джем, на голову своего лучшего друга. Доракен невозмутимо смотрел прямо в глаза Майки, кивнул, и сказал:       — Вот теперь, думаю, мы квиты.       Глаз Маджиро нервно дёрнулся, но лицо выглядело так, словно тот смотрел на своего противника, который только что оскорбил Свастоновцев: равнодушно и с холодком в глазах.       — Кенчик, ты любишь блины? — будто ничего не случилось, поинтересовался Майки.       Доракен же был уверен, что его реакция будет не такой.       — При чем тут блины? Забей и пошли в душ, это всего-то джем.       — Кенчик, ответь мне.       — Да… Да, люблю, — Рюгуджи попытался убрать со своей головы джем, однако он лишь размазал сладость по всем своим волосам. — Ладно, побесоёбили и хва...       Майки резко толкнул Кена рукой, снимая тарелку со своей головы. Доракен упал на спину и ощутил, что упёрся головой о тумбочку. После, его тут же оседлал Глава Свастонов.       — Майки, какого?..       — Однажды я просил тебя приготовить мне блинчики, но ты отказался из-за недостатка навыков. Теперь… ты готовишь их всем командирам — непорядок.       В голосе Маджиро звучали отголоски жадности, хоть глаза его приобрели иной оттенок — ревности.       Как и говорилось ранее, Кен не выделялся дедуктивными способностями, чтобы понять весь посыл слов и действий своего друга. Непривычно поднявшись на локтях, Рюгуджи тихо выругался.       — Приготовь я тебе что-нибудь не то, ты же потом сутки с толчка не слез бы, — усмехнувшись, Кен ещё не до конца понимал свое положение. И то верно, сейчас на нём сидел Маджиро Сано — Глава Тосвы — Лидер, что одним ударом своей ноги отправлял противника в нокаут, при этом ещё и улыбался!       Майки не возразил, только стиснул в руках рубашку Доракена.       — Тогда, дай мне хоть сейчас поесть!       — Пиздец, ты так из-за блинов взбесился? — искренне удивился Кен. — Да ешь сколько влезет, заебёшь же!       В ту секунду Рюгуджи и не осознавал, что буквально дал добро на все замыслы, что поселились в светлой голове его друга. То-ли в наказание или же из-за прихоти, Маджиро вздохнул и положил свой лоб на плечо Кена, даже не собираясь того отпускать.       — Разрешаешь? — тихо выдохнул Майки.       — Ну, ты же от меня не отлипнешь, — усмехнулся Доракен, привычно положив руку на голову Майки. Только тот явно забыл, что волосы блондина были в джеме, а потому он буквально обмакнул в нём свою руку.       Ситуация выходила из-под контроля, Майки так хотел сбежать от собственных мыслей, хотел закрыться в ванной, включить ледяной душ и смыть с себя все грязные желания по отношению к своему другу. У которого, на минуточку, и не встанет на такого как Маджиро!       Наверное, Кен предпочитал красивых девушек, как сестра Майки, но никак не член между ног низкого бунтаря. Обидно.       Взвесив все «за» и «против», Маджиро поднял голову, уверенно заглянул в глаза Кенчика, и, застав того врасплох, медленно поёрзал бёдрами на паху Рюгуджи.       Доракен распахнул глаза. Это движение… он точно не ошибся?       Уловив во взгляде друга растерянность, Майки сказал:       — Возьми один блинчик, — Сано вновь сделал движение бёдрами по паху Кена. — Может, ты накормишь меня?       — Майки.       Кен не ошибся — это то самое движение бёдрами, чтобы возбудить своего партнёра.       Какого хуя?       — Кенчик? — улыбнулся Майки.       — Ты!..       Договорить Рюгуджи не дали, Майки снова проехался на паху Доракена, ощущая, что у него начало набухать.       Это была победа!       Маджиро чуть склонился к лицу Кена и повторил:       — Возьми один блинчик…       Повисла тишина. Майки больше ничего не предпринимал, ведь член Доракена уже был возбужден. Маджиро можно было назвать одним единственным словом — дьявол, не иначе! Его взгляд, точно взгляд хищной птицы, что нашла жертву, приковав на ней своё внимание.       Со стороны, Доракен явно выглядел устрашающе, но в душе он хватался за каждую крупицу объяснения такого поведения.       Это была явная провокация! Возможно, проверка… Проверка, мать её, которую он благополучно проебал, возбудившись от своего лучшего друга! Который, ко всему этому, хорошо так ощущал его член своей задницей.       — Майки, ты меня испытываешь? Не смешно, слезь с меня.       Но и на эти слова у Маджиро был ответ.       — Ты как целка, которую возбуждают, а после ломается, стремаясь дойти до конца, — с досадой отозвался Сано.       — В смысле, блять, целка?       Рюгуджи был оскорблён таким заявлением. Его испытывают.       Но всё когда-нибудь заканчивается, как и сейчас. Громкий голос Чифую вывел обоих из своих размышлений:       — Доракен, Майки, что у вас там?       В одночасье оба сменили положение тел, хотя, честно говоря, Сано бы предпочёл остаться верхом на Рюгуджи.       Доракен развернулся, словно матрёшка, спиной к двери, пока Майки поднимал тарелку, с которой все ещё стекал джем.       Когда вошёл Чифую, то первым делом, он обратил внимание на джем, который был по всей кухне. Он пару раз моргнул и сложил руки на груди.       — Мы услышали грохот, подумали, что вы тут драться собрались, — Чифую оглядел фигуру Кена, что сидел спиной к нему, не в состоянии подняться на ноги — член у него огромный, сразу заметят!       Майки махнул поднятой тарелкой и хохотнул:       — Нет, мы нечаянно джем уронили!       — На голову? — подняв бровь, поинтересовался Чифую.       — Ага! — улыбнулся Маджиро, однако внезапно почувствовал запах, и тут же выпалил в сторону Кена. — Блять, блины горят, Кенчик!       Рюгуджи поднял голову, вскочил на ноги, и, открыв крышку сковороды, громко так сматерился, заставив вошедшего Чифую подскочить.       — Что, подгорел? — Чифую убрал руки с груди и направился к плите, однако Майки, воспользовавшись ситуацией, вложил ему в руки целую готовую тарелку с блинами, серьёзно посмотрев в глаза товарища.       — Вот, ешьте, мы тут сами разберёмся! — приказным тоном произнёс Глава.       Чифую пару раз моргнул, глянул на спину Доракена, после вернув взгляд на Майки.       — Хорошо, только смыть с себя джем не забудьте, не возвращайтесь в таком виде.       После того, как Чифую ушёл с кухни, Рюгуджи был не в очень хорошем расположении духа. С возбужденным членом, тот пытался отодрать от сковороды подгорелый блин, благо плиту он уже отключил.       — Майки, ты нахуй так делаешь? — огрызнулся Кен. — Что на тебя вообще нашло?       Майки подошёл к Рюгуджи сзади и стукнулся своим лбом о его спину.       — Кенчик, давай я тебе подрочу?       — Совсем ебанулся?       — Нет, — со вздохом отозвался Сано, обхватил талию Кена и провел рукой по набухшему члену через штаны. — Ты можешь представить, что это делает красивая девушка.       Кен вздрогнул от касания, и резко положил свою руку на руку Майки, бросив дело с блинами.       — Красивая девушка? Уж ты-то знаешь мои предпочтения, да? — саркастично бросил Кен. — Прекращай, я справлюсь сам.       — Ты так не хочешь, чтобы тебе дрочил я? — угрюмо бросил Маджиро. Он провёл рукой немного вверх, задевая резинку на штанах, собираясь чуть приспустить их.       Уловив движение, Доракен ловко перехватил Майки за руку и развернулся на него.       — Не в этом дело!       Майки был застигнут врасплох! Его щеки покраснели, и тот стоял словно маленький невинный котенок, съежившись, подумав, что Кен сейчас разозлится.       Однако реакция Кена была более чем сдержанной, лишь набухшая плоть выдавала его со всеми потрохами.       Без лишних слов, тот поднял Майки на руки, придерживая того за бедра и быстро повёл его в ванную.       Майки был сбит с толку:       — Кенчик, что ты делаешь?       — Значит, всё время ты меня только и провоцировал, — серьёзно сказал Рюгуджи. — Ебать, да у тебя хорошо получалось.       — Что? — Глава Тосвы распахнул глаза. — Что ты сказал?       Одним движением руки, Доракен открыл дверь в ванную, отпустив Майки, и закрыл её за собой, щёлкнув замок.       — Ты серьёзно думаешь, что подрочи ты мне один раз, всё будет нормально? — на одном дыхании выпалил Рюгуджи.       Это было очевидно. Майки не сомневался, что после подобного, их дружбе придет конец. Он действительно отчаялся, печально улыбнулся, и отвёл взгляд в сторону.       — Я понимаю, — невесело пробормотал Сано. — Мы дружим не один год, это было не очень круто с моей стороны…       Честно говоря, Кен сам охуел от такого заявления. Он всегда был сдержан по отношению к Майки, и даже если не понимал его намёков, то все равно считал, что роднее его, у него никого нет. Да дело было не в том, что он в реальности считал Маджиро своим лучшим другом, а в том, что у него действительно вставал на своего лучшего друга.       Примерно год назад, Кен был уверен, что Майки всегда относился к нему лишь как к лучшему другу. Со стороны, Доракен замечал очень частые шутливые подкаты в сторону Баджи, Такемичи, и умудрился совсем неубедительно подкатить к самому Доракену, кинув, что будь бы тот девушкой, он бы женился.       И как тогда он должен был на это реагировать!? Кен был уверен в том, что это одна очередная шутеечка их Главы, но никак не ожидал, что все дойдёт до дрочки на кухне.       Замечая безмолвие Кена, Маджиро посмотрел на него спокойным взглядом, собираясь что-то сказать, однако Доракен встал на колено перед Майки, и обхватил его тело своими руками.       — К-Кенчик?...       — Майки, если мы перейдём порог дружбы, я не смогу быть твоим другом, — спокойно прошептал парень.       — Я… знаю, прости.       — Нет, ты не понял, — перебил его Кен. — Я буду хотеть тебя ещё больше, чем хочу сейчас.       — Что?..       — Я хочу тебя, — Рюгуджи вздохнул, прижавшись носом к шее друга. — Если ты хочешь, я не буду сдерживаться.       Казалось, Майки действительно впервые в жизни потерял дар речи. Тот открыл было рот, но так ничего и не произнёс. Единственное, что вывело его из состояния шока — это губы Доракена на его шее: тот не смог сдержаться и чуть прикусил его кожу, тяжело выдохнув.       У Майки затряслись ноги, он чуть согнул их в коленях, но Доракен хорошо держал Сано руками, посадив его на своё колено.       Не отстраняясь от шеи своего лучшего друга, Доракен горячо прошептал:       — Блины нам, значит, не поесть?       Выражение лица Майки было до чёртиков растерянным. Тот, конечно, представлял нечто подобное, но никогда не думал, что однажды его фантазии воплотятся в реальность!       — Кому нужны эти блины... Ах! Сано чуть сгорбился, но не отстранился от Доракена. Рука Кена проскользнула в чужие штаны, через тонкую ткань боксеров, касаясь члена.       Маджиро возбудился слишком быстро. Кен мог бы довести его до оргазма лишь одним поглаживанием, но тот хотел продлить этот момент, взяв от ситуации всё, что только можно.       Майки был очень жадным, потому не постеснялся попросить:       — Делай… делай так ещё, — он упёрся лбом о плечо Рюгуджи и тихо застонал.       Кен сам очень переживал, делая что-то подобное, но когда полностью убедился, что Майки не был против, да к тому же, сказал это через рот, Доракен не остановился.       Быстро пробежав взглядом по ванной, Кен заметил закрытую корзину для вещей, куда и посадил возбужденного парня. Одной рукой Кен стянул с него штаны, заставив своего лучшего друга покраснеть — Кен впервые видел Майки в таком виде.       — Кенчик!.. Что… что ты собрался делать? — Маджиро растерялся ещё сильнее.       Кен серьёзно посмотрел на него, отвечая:       — Отсосу тебе.       — Кенчик, нет!       — Майки, да, — кивнул блондин, в одно движение руки освободив возбужденный член.       Маджиро быстро закрыл глаза, его лицо полностью покраснело, а сам тот был возбужден до предела. И стоило Доракену нагнуться, полностью взяв в рот чужой член, Майки прикусил губу, теперь-то кусая её до крови.       Он остро чувствовал, как губы Кена скользили по всему основанию его плоти, как ловко тот водил языком по члену, вплоть до головки, и в конце проводил по уретре кончиком языка.       Рюгуджи, кажется, очень хорошо уместился между ног друга, держась за его ягодицы и работая своим ртом. Как бы это не выглядело, но они делают это действительно в борделе! Плюс был в одном: если спалят, можно не оправдываться. Да и в принципе можно не оправдываться, Рюгуджи для себя уже решил, что всё, что будет касаться его отношений с Майки, будет касаться лишь их и никого другого.       Член был горячим, словно раскалённое железо, Кен очень хорошо чувствовал языком, как пульсировали вены, как из головки сочилась смазка, и как Майки держал его за голову, задавая ритм. Доракен скользнул языком по уретре, прекрасно понимая, что эта небольшая шалость может довести Сано до оргазма. Вот только, Майки действительно был слишком жаден.       Глядя на отсасывающего друга, Маджиро готов был поклясться, что от одного только вида мог бы уже кончить. Да и он нестерпимо желал излиться. Одна мысль, что это могло бы быть на один раз, заставляла его держаться до последнего, пока не станет больно.       Вот только, когда Кен остановился, он поднял взгляд на Майки, и облизнул свои губы, понимая подвох:       — И долго ты будешь изводить себя своей силой воли?       Лицо Маджиро с новой волной заалело, и тогда он нервно усмехнулся:       — Неужели челюсть устала? Это слишком тяжело для тебя?       Кажется, это был весьма серьёзный вызов. Взгляд Доракена посуровел, хотя мысленно он понимал, что Сано всего-то был жадным. Жадным настолько, что не хотел делить ни с кем даже блинчики.       — Вот ведь, — бровь Кена дернулась и тот расплылся в улыбке, обнажая свои белоснежные зубы, — мелкий засранец.       Следующее, что сделал Кен, заставило Майки задохнуться воздухом. Движения Кена были резкими, невыносимо быстрыми, непонятно что он делал — высасывал из Майки жизнь или доводил до оргазма, но у него получилось одним своим языком заставить Сано содрогнуться всем телом, и бесстыдно кончить.       В идеале надо было бы отстранить голову Доракена от горячей плоти, но Кенчик не позволил этому случиться, лишь плотнее прижался губами к головке. Да и сам он был весьма удовлетворён. Конечно, кончил от того, что отсасывал член — невообразимое поражение для того, кто в целом никогда не проигрывал.       К счастью — они были в ванной, к несчастью — одежды сменной здесь не было… Майки оказался единственным, кто был чистым, потому после такого соития был весьма бодр: с улыбкой забежал в комнату, стянул пару футболок и шорт, после чего, тактично проигнорировав пьяные взгляды Командиров, вернулся в ванную.       — Гони сотку, — Баджи протягивает ладонь в сторону Чифую, который хмуро кладёт деньги победителю.       — Как ты вообще это понял… — фыркнул Мацуно, откидываясь на спинку дивана.       — Его лицо светилось так, словно Кен ему всё же отсосал.       — Может он не…       — Да по его лицу всё видно, — перебил друга Баджи, откусывая блинчик. — Не один год его знаю.       Это были блинчики, с которыми Майки не хотел делиться, но больше блинчиков, Сано не хотел делить Кена.