метохондрия

Ген, конечно, в восторге — соулмейт сам на контакт пошёл. Первый. Но откуда данный индивид узнал, что Асагири на уроках безбожно халявит и бессовестно дрыхнет — интересный вопрос. На который у него ответа не было. То ли у Гена крыша едет, то ли психика в последнее время шалит, но данный факт напрягал. Очень даже. Он понятие «неизвестность» всеми фибрами души ненавидел, отдавая предпочтение стабильности и продуманности. Поэтому, когда первый порыв эйфории был заглушен голосом разума, Ген внимательно оглядел класс и врубил соображалку. «Не может быть, чтоб мы знакомы были», — нервно хихикает парень, прикрывая рот ладонью. В подобный исход не верилось. Потому что Асагири Ген знал, кто чей соулмейт у ребят из класса. «Тогда… совпадение?» — пронеслась шальная мысль. Он нахмурился, пытаясь прикинуть в уме, каковы шансы того, что его родственная душа наугад действовала, и покачал головой. Результат и так, и сяк отрицательным получался. «Черт!» — чертыхнулся чуток расстроенный третьеклассник. Предугадать действия незнакомого человека было сложно. «Хрен с тобой, мистер Х!» — мысленно пропел реплику Асагири, откидываясь на спинку стула и снова читая послание соулмейта. В голове потихонечку вырисовывался будущий план действий, главной целью в котором было раскрытие инкогнито своей родственной души. А для этого стоило постараться! Недолго думая, Ген берёт в руки ручку и пишет, отступив буквально пару миллиметров: «А сталкерить нехорошо!» — и пририсовывает в конце дурацкий смайлик. На лице появляется коварная ухмылка, Асагири прикрывает глаза и довольно потягивается. «Ну, давай поиграем в Кошки-Мышки».

***

Рюсуй никогда не был сталкером. Цукаса клялся и божился, что никогда не влезет в личное пространство дорогого ему человека. Юкио был образцом тактичности… Поэтому эти трое сейчас сидели под окном дома их четвертого товарища и увлечённо спорили. — Не думаю, что это хорошая идея… — неуверенно протянул Юкио, оглядывая глазами небольшой дворик с миниатюрным садом. Факт проникновения на частную собственность, пускай эта собственность их другу и принадлежала, напрягал его. — Юкио, не ссы! — подбодрил товарища Рюсуй, легонько хлопнув того по плечу. Нанами силу никогда не рассчитывал, выкладываясь на все двести в каждом деле, поэтому никто не удивился, когда Юкио после «похлопываний» по плечу чуть не упал. Придержал Юкио заботливый Цукаса, который уже начинал сомневаться в том, что их план по спасению друга, именуемый «разговор по душам», вообще был сейчас уместен. Асагири, конечно, закрылся от них и стал более отстранённым. А ещё… Ген в последнее время был странным. И с этим не могли не согласиться все, кто знал брюнета дольше, чем положенные в японской школе пять минут знакомства с одноклассником в начале года. Асагири часто летал в облаках, по-лисьи ухмылялся, кивая каким-то своим мыслям, и ходил довольный-довольный. Как только от улыбок челюсть не свело? И эта загадочность и недосказанность между друзьями всерьёз напрягала оставшееся трио — они никогда не ссорились всерьёз. А тут из-за любопытства и желания поддержать годы дружбы грозились медным тазом накрыться… Непорядок! — Тогда, может, просто зайдём в гости? — растеряв былую уверенность, предложил Цукаса. Мозговой штурм других вариантов не подкинул, а этот, пусть и был самым обычным, оттого эффективности не терял. — Решено! — воодушевлённо и, как обычно, громко воскликнул Рюсуй, щёлкая пальцами. — Идём за едой, а потом, как и полагается людям культурным, — в гости. Такое развитие событий устраивало всех. Поэтому, кивнув друг дружке, парни аккуратно покинули территорию дома семейства Асагири и направились в ближайший магазин. Им стоило купить много-много чипсов и колы.

***

Сталкер. Сталкер-сталкер-сталкер. Ишигами Сенку в последнее время действительно был похож на чёртового сталкера. И от этого приписка соулмейта ему ещё более забавной казалась. «А сталкерить нехорошо!» — гласила она, вмещая в три слова, девятнадцать букв и один восклицательный знак такую долю ехидства, что… становилось весело. Чертовски весело. Трудности Ишигами никогда не пугали — интриги и загадки он всегда любил. А соулмейт его, походу, был той ещё задачкой. «Становится интересно», — довольно отметил про себя Сенку, ухмыляясь и провожая взглядом скрывшуюся за поворотом фигуру. Ум твердил, что его поведение нерационально и больше напоминает заигрывание мамонтов в брачный период, но… Когда Ишигами Сенку ебали подобные формальности? «Эксперимент» был чертовски интересным, заставляя учёного отбросить на задний план такие формальности, как этикет и принятые обществом устои. Поэтому — и только поэтому — Сенку вообще решил хоть что-то отвечать на упрек соулмейта. «Чуть-чуть можно», — гласила надпись, по-детски шаловливо звуча. А всё потому, что… Асагири Ген был, по мнению Сенку, тем ещё экземпляром.

***

Сидя на кухне у Гена, четверо товарищей предавались размышлениям о вечном. Проще говоря, друзья пытались найти ответ на крайне занимательный вопрос — откуда, чёрт возьми, соулмейт Гена знает Гена. А если поточнее сформулировать — откуда данный Мистер Х в курсе того, что Ген в свободное (и не очень) время делает. Мозговой штурм результатов не приносил, поэтому напряжённая аналитическая деятельность не прекращалась. Разве что на перерыв для колы и чипсов. — Посуди логично, — ухватившись за мелькнувшую на периферии мысль, начал вещать Рюсуй. — Ты писал шпоры вчера. Надпись появилась вчера. И светануть ты ею мог, исходя из этого, только сегодня! — воодушевлённо продолжил парень, осознавая, что, чисто теоретически, к истине они подбираются. Вернее, подползают. Миллиметровыми шажочками, но всё же… — Рюсуй дело говорит, — согласился с другом Юкио, для подтверждения своих слов дважды кивнув головой. — Значит, если ты с ним не был знаком до этого, соулмейт мог увидеть тебя в коридоре. — Ну да, — решил не оставаться в стороне Цукаса, подбрасывая больше объяснений к их теории, — твою «татуху» на полруки сложно не заметить, Ген. — Не ехидничай, Кас, — беззлобно огрызнулся Ген, заправляя длинную прядку за ухо. — Я полночи эти шпоры писал, и всё ради хорошего балла! — Ну да~, — подтрунивая друга, подхватил Рюсуй. — Именно поэтому шпоры ты писать на руке решил. — Вы сами мне втирали, что соулмейт у меня малолетка, раз ни черта не пишет! Откуда я знал? — возмущённо вскрикнул Асагири, для пущей грозности привстав и опираясь руками на стол. Парень нахмурился и окинул друзей недовольным взглядом. — «Да мелкий он у тебя, вот и не пишет», «не вырос ещё» и так далее. Не это вы мне говорили? — Говорили… — уже как-то совсем не весело протянул Рюсуй, вперившись взглядом в пол. Он за эти «подбадривания» теперь сам себя винил, ведь, если бы он не знал, что ему Франсуа родственной душой Судьба избрала, то… Ходил бы как в воду опущенный. А Ген так и ходил. Все три года с момента достижения пятнадцатилетия. Потому что хотелось своего личного «долго и счастливо». А взамен ему Судьба какие-то тесты да викторины подкидывала. — Ген, но мы же как лучше хотели, — решил воззвать к гласу разума Цукаса. Получалось откровенно плохо, хоть друг и сел обратно на стул, скрестив руки на груди. — Как тебя из депрессии прикажешь вытаскивать? Чем могли, тем и отвлекали. Асагири вздохнул, понял, что сморозил глупость. Причём обидную глупость, исходя из того, как поникли его друзья. Юкио и Рюсуй вообще ему в глаза смотреть теперь не хотели… «Веду себя, как кретин, ей богу!» — отчитал себя мысленно Ген, делая глубокий вдох. Определённо стоило извиниться. — Простите, психанул, — сказал Ген, поднимая руки вверх и признавая свою неправоту. Обижать друзей Асагири действительно не хотел, поэтому на слова не скупился: — извините, реально, был не прав. Как малолетка истерю, знаю, но… простите, я на нервах. — Прощаем, — нестойким хором протянули парни и переглянулись. Улыбки хоть и получились немножко натянутыми, но свою функцию исполнили — ребята приободрились и разговор стал возвращаться в прежнее русло. А именно к теме «что делать Асагири Гену с его таинственным незнакомцем». — Есть тут у меня одна идея, — неуверенно протянул Юкио, оглядывая взглядом замершего друга. — Даже две, так сказать. Теперь уже остановились все. Рюсуй даже прекратил жевать чипсину, чтобы не издавать лишних звуков и не тревожить Юкио. Тот кивнул в знак благодарности и продолжил: — К малолеткам мы вернемся позже, Ген. Ну а сейчас… А ну-ка заправь свою прядь за ухо.