Другой берег реки

- Почему ты избегаешь меня? - С чего ты взяла? - Мы видимся только за обеденным столом. И разговариваем только мы с тётей Вики, ты всегда молчишь и киваешь. Почему так? - Хорошо, если хочешь, давай поговорим, - Поуп указал рукой на кровать напротив дивана, чтобы Руни присела. Руни сжала кулаки, как будто собираясь с мыслями, и выпалила: - Переспи со мной. Поуп снова закрыл ладонями лицо, а затем скользнул ими по своим волосам. - Вот поэтому я и избегал тебя. - В смысле? - То, что с тобой произошло... То, как ты просила меня поиграть с тобой в день переезда сюда... Я решил, что будет лучше не появляться лишний раз и не напоминать тебе обо всём этом. - Всё давно в прошлом. Я люблю тебя. - Нет, Руни, ты не можешь любить меня. В тебе говорит алкоголь. - Я пыталась влюбиться несколько раз, но ничей образ так не отзывается в моём сердце, как твой. Ты спас меня 8 лет назад. С тобой, в твоём доме мне спокойно и безопасно. Мне с тобой лучше, чем без тебя. Поуп сделал глубокий вдох и покачал головой: - Нет, Руни, это неправильно. С этими словами он встал с дивана, пересёк комнату и сел на кровать, чтобы снова оказаться на достаточном расстоянии от девушки, которая уже подошла к нему почти вплотную. - Я давно переросла эту травму, поверь, моя любовь с ней никак не связана. - Это не так просто, послушай, я видел девчонок с подобной историей... Это тяжело. - Я хочу переписать эту историю. С тобой... И тут в тишине что-то зашуршало. Поуп поднял глаза и увидел, что Руни стянула через голову своё новое платье. На ней оказалось чёрное кружевное бельё. Высокие чёрные гольфы. У неё такое стройное загорелое тело. Растрёпанные светлые волосы. Она идёт на носочках, из-за чего мышцы её бёдер и ягодиц отчётливее выделяются под кожей. Свет луны серебрит её фигуру. Она говорит шёпотом: -... Посмотри на меня... Неужели я тебе не нравлюсь?.. Неужели ты не хочешь?.. Так маняще, так возбуждающе. Лицо Поупа окончательно превратилось в холодную непроницаемую маску. Мозг судорожно пытался решить, как действовать в этой ситуации: «Она же ещё ребёнок! Нет, совсем не ребёнок... Она не понимает, что делает. Но и ты уже порядком набрался. Оттолкнуть? Сдаться? Прогнать? Расслабиться? Это же не будет считаться преступлением? Со скольки лет в нашем штате начинается возраст согласия?» - Неужели ты не считаешь меня красивой? - с этими словами девушка устроилась на коленях у Поупа, разместив свои ноги с обеих сторон от его бёдер и прокладывая влажную дорожку поцелуев вдоль по линии его челюсти к уху. Под её натиском член предательски твердеет. Глубокий вдох, вскипание крови и хриплый возбуждённый голос: - Ты прекрасна, Руни. Её губы расцвели едва заметной торжествующей улыбкой, и она приблизилась к губам Поупа и поцеловала его. Наверное, этот поцелуй можно было бы посчитать неумелым и импульсивным, но ни один человек в этой комнате об этом и не подумал. Руки девушки гладили торс мужчины под рубашкой. При соприкосновении с тёплыми мягкими руками его мышцы напрягались, а пуговицы медленно и податливо выпрыгивали из своих петелек, чтобы Руни смогла наконец отбросить в сторону его чёрную рубашку. Показатели начали зашкаливать на первых секундах. Освободившись от рубашки, Поуп вернул свои руки на талию Руни. Поцелуями мужчина спустился ниже по её телу, и девушка, изогнувшись от удовольствия, завела руки за спину и расстегнула застёжку лифчика. Его руки и губы трогали её там, где раньше не касался даже взгляд: грудь, талия, ягодицы. Этот диссонанс возбуждал ещё больше, как будто этот секс был между двумя вовсе незнакомыми людьми. Она не знала его так же, как он не знал её. Ему вообще казалось, что эта девушка совсем не имеет отношения к той малышке, которую он приютил 9 лет назад. Потому что он не видел, как она росла. Потому что он не взял на себя роль её отца, а предпочёл практически исчезнуть из её жизни. Наверное, это в итоге и позволило решиться - переступить черту. Обо всех нюансах они подумают утром. В неловкой тишине, лицом к лицу с фактами. - Пусть утро никогда не настанет - хриплым шёпотом проговорил Поуп, и Руни решила, что речь об удовольствии, которое он получает и не хочет прекращать. А может, Поуп и сам имел это в виду. Девушка двигалась у него на коленях, имитируя половой акт. Держась одной рукой за плечи мужчины, второй она подцепила пряжку ремня и требовательно прохныкала: - Сними. Поуп быстро приподнял её за талию и посадил на кровать рядом с собой, а сам встал и снял разом всю оставшуюся одежду. Секунду помедлив, посмотрев на Руни с высоты своего роста, он вернулся на кровать и прижал своим телом девушку к матрасу. Проложив последнюю дорожку поцелуев вдоль её тела к линии трусиков, Поуп остановился, выпрямился, сдвинул в сторону чёрный атлас белья и вошёл. По обоим телам прошёл лёгкий и приятный электрический разряд. Мозг совсем перестал соображать и уступил место чему-то бессознательному, животному. Мужчина двигался медленно, ловя каждый вдох и выдох своей партнёрши, ища на её теле чувствительные точки и нежно касаясь их руками. Девушка на каждое движение подавалась бёдрами вперёд, чтобы углубить проникновение, и тихо постанывала в такт движениям. С ускорением темпа изменилась и поза: Поуп выпрямился, подхватил её ноги, заставив обвить ими свою талию, и приподнять её бёдра над кроватью. Теперь ритм влажных шлепков стал гораздо быстрее, а стоны Руни ярче и громче. В какой-то момент она с силой рванула ноги из рук Поупа, прижала их руками к груди и затряслась мелкой дрожью. Сладкая тягучая боль удовольствия ударила мужчину в пах, он толкнулся членом в кулак всего один раз и с рваным выдохом кончил. Двое смотрели друг на друга долгие несколько секунд, восстанавливая дыхание и понемногу возвращаясь из сладкой неги в реальность. Слишком много тяжёлых мыслей могло обрушиться на них, если бы Поуп не сделал неожиданный даже для самого себя ход: он просто расположился рядом с девушкой, которая по-прежнему лежала, прикрыв глаза и ловя последние лёгкие волны оргазма в теле, обнял её, потянув к себе, и закрыл глаза. Следом он почувствовал изящную тёплую ладонь на своей груди и тёплое дыхание прямо в той точке, где под кожей и рёбрами стучало сердце. Поуп натянул на них одеяло, и оба уснули довольно быстро, сладко и безмятежно. *** Утро действительно оказалось тяжёлым. Похмелье мутило голову и тело, но Поуп преодолел себя и встал с кровати. На полке рядом с книгами стояли графин с водой и стаканы. По пути к ней мужчина надел бельё, джинсы и носки - рубашка оказалась в ногах у спящей девушки, там, куда Руни её бросила в порыве страсти. Он наполнил один стакан водой и осушил его большими глотками. Прислонив стакан к подбородку, он остановился и стал задумчиво разглядывать спящую в его кровати девушку. Руни Майерс. Девятнадцать лет. Она, наверное, должна была вырасти заучкой с очками на носу, окружённой горами книг, краснеющей при одной мысли о мальчиках. Но она превратилась в сногсшибательную женщину, такую уверенную в себе, сильную, горячую. Которая теперь спит в моей постели. Находясь в своих мыслях и бездумно уставившись в одну точку, Поуп не заметил, что девушка проснулась, прикрыла одеялом обнажённую грудь, села на кровати и нахмурилась. Её тихий и строгий голос разрушил утреннюю тишину: - Ты жалеешь о том, что произошло ночью? Поуп слегка вздрогнул и сфокусировал на Руни свой взгляд. Во второй стоящий на полке стакан он налил воды из графина, подал Руни и вернулся обратно к книжной полке. - А ты? Руни посмотрела перед собой и запустила одну руку в волосы. - Я прекрасно отдавала себе отчёт в своих действиях. Несмотря на алкоголь. - Тут Руни снова перевела взгляд на мужчину и твёрдо продолжила говорить. - И я понимаю, что у нас не будет семьи, детей, и жили они долго и счастливо, вот это всё... но это того стоило. Я не жалею. Поуп вздохнул, посмотрел под ноги и слегка улыбнулся. - Мне тоже было хорошо с тобой. С этими словами он наконец забрал с кровати чёрную рубашку, накинул её и вышел из комнаты, по дороге застёгивая пуговицы. Кажется, это исчезновение никак не отозвалось в душе девушки: она так привыкла наблюдать, как он говорит короткую фразу, разворачивается и уходит. Наверное, это такой стиль жизни. Стиль общения с людьми. Вставать так же стремительно, как Поуп, ей не хотелось, и Руни легла обратно в кровать и стала разглядывать потолок. Что она чувствует после вчерашнего секса? Опустошение? Нет. Гармонию и благоденствие? Тоже нет. Похоже, это что-то типа нормы. Да, именно, всё произошло нормально, так, как должно быть. А дальше? Она никогда, ни в один из моментов своей жизни не знала, что будет дальше. Она так привыкла к нестабильности. Кажется, жизнь всегда ей преподносила самые разные сюрпризы. Как, например, этот: из приоткрытого окна доносится крик Поупа. Он звал её спуститься на улицу. Руни почти безучастно натянула лифчик и платье и побрела во двор. Поуп ждал её с какими-то бумагами в руках. - Твой подарок на день рождения готов. Вот документы на дом. Это дом твоих родителей, он отремонтирован и готов к переезду. А здесь подтверждение от университета Оклахомы о зачислении на первый курс. Глаза Руни становились шире с каждым произнесённым словом. Она даже не уверена, что почувствовала радость. Шок и какая-то истерика наполнили её и стали выливаться из глаз слезами. - Не могу поверить, ты... Спасибо! Это потрясающий подарок! Я... Она бросилась обнимать Поупа, уткнулась лицом в его плечо и слегка намочила ткань своими слезами. Поуп улыбался, но на объятия не ответил: его руки оставались крепко прижатыми к телу. В этот день дом наполнится суетой. Руни собирала вещи, миссис Скрэмбл помогала, Поуп же занимался своими обычными делами у сарая и не лез в эту хлопотную канитель. К вечеру всё было готово. Тётя Вики получила от Руни записку с её новым адресом и приглашение заходить в любое время дня и ночи, а затем отбыла домой, как обычно перед сном. Девушка в последний раз проверила все вещи, вместе с Поупом перетащила их на плавучий мостик и наконец, кажется, впервые за день остановилась. - Спасибо тебе. Ты подарил мне жизнь, после того как её чуть не отобрали. Всё, что у меня есть, куплено тобой, подарено тобой, заработано тобой. Я бесконечно тебе благодарна. В прозрачных очках Поупа отражался закат, его лицо было бледнее обычного, но на лице сияла та же улыбка, что и утром. - Деньги ты найдёшь на кухне в ящике со столовыми приборами. Отныне ты свободна, малышка. Секунду поколебавшись, Руни приподнялась на носочки и коснулась губами губ мужчины. Чувствовалось, что он тоже раздумывал, как отреагировать наиболее верно, но затем просто запустил обе руки в золотистые, спутанные от ветра волосы и жадно смял податливые губы девушки. Она погладила руками его спину, и, как только его мышцы стали напрягаться от прикосновений, Поуп разорвал поцелуй. Руни быстро развернулась и вбежала на плавучий мост: - Я всегда буду ждать тебя. У себя. И нажала кнопку. Плавсредство потихоньку двинулось к другому берегу реки. Вдаль от острова, который так долго был её домом. «Как всё романтично заканчивается. Как в том фильме "Старик умирает, девушка остаётся жить". Но я не умер. И я никуда не денусь из твоей жизни: буду присматривать, чтобы тебя никто не обижал. Пока не буду уверен, что ты сама сможешь постоять за себя. Так что ничего не заканчивается, малышка. Я люблю тебя, Руни, и всегда буду любить».