Дорога

Паша Мама Родиона приехала на второй день. Усталые глаза, бледная, она зашла в палату в сопровождении медсестры. Женщина как-будто чего-то боялась, каждый шаг ей давался с большим трудом. Присела на стул, затем прижала к своим губам руку Родиона. Целовала их с такой нежностью, смотреть на это было невмоготу. Я тихо вышел из палаты, направился к автомату для кофе. В последние дни я только и делаю, что глотаю кофе без меры. Постоял немного у окна, я даже не знаю о чём я тогда думал. Всё стало таким серым, безразличным для меня. Моя жизнь замерла в каком-то непонятном для меня ожидании. Возвращаюсь обратно, даже не знаю сколько прошло с того самого момента времени. — Павел, проходи. Прохожу в палату, медсестры уже в этот момент не было рядом. — — Семён мне всё рассказал, я не знаю как отблагодарить тебя за спасение нашего сына. — Ну что вы, ещё неизвестно кто кого должен благодарить в этом случае. — Сейчас это такая редкость в нашем обществе. Она взглядом прошлась по мне, потом посмотрела на Родиона. — Поехали к нам, тебе отдохнуть нужно, принять ванную, привести себя в порядок. — — Нет, это невозможно, я останусь здесь, рядом с ним. — Ты не волнуйся, сегодня рядом с Родионом побудет медсестра, всё уже договорено. А тебе нужно отдохнуть, иначе я себя не прощу, если и с тобой что-то случиться. Спорить было бесполезно, Галина Валерьевна, так называли маму Родиона была непреклонна. Может она и права, я себя не чувствую, устал, измотан как физически, так и морально. На улице нас ожидала машина с водителем. Парень увидев Галину Валерьевну тут же вышёл из машины, открыл ей дверь. Я сел на заднее сиденье, смотрел в окно. Пытаясь хоть немного запомнить город для себя. Ничто не трогало, не врезалось в мою память. Ничего особенного, город как город. Очнулся когда машина свернула вправо, затем шлагбаум и коттеджный посёлок. — — Вот мы и приехали Павел, сейчас примешь ванну, тебе покажут твою комнату. У входа стояла женщина, красивая униформа, всё как в лучших домах. Дураку понятно, что это прислуга, значит люди способны себе позволить такую роскошь. — — Соня, отведи Павла в его комнату, покажи ему всё, потом стол накрой для нас двоих. Семён Викторович к обеду не приедет, пообедаем вдвоём с Павлом. Было бы это как-то иначе, может сейчас я и шёл бы с открытым ртом. Конечно обстановка, огромный холл, резные лестницы, всё это шикарно. Но сейчас я не придавал этому никакого значения. — Ваша комната Павел, тут ванная, чистое бельё, если вам что-то понадобится, сообщите мне. — Всё хорошо Соня, я разберусь. Хотелось просто освежиться, наконец-то нормально почистить зубы, переодеться в чистое. Принял ванную, видимо я так сильно устал, что чуть не уснул в ней голым. Переодеться? Вот сейчас я понимаю, что такое реальная нищета. Не скажу, что у меня плохие вещи, но среди этой чистоты я чувствовал себя грязным, нищим. На большой кровати лежало чистое белье. Я стоял и никак не мог понять, кому оно предназначалось. Футболка, новые брюки, нижнее бельё. Всё новое, пахнет так вкусно. Перебрал свою одежду, надел по моему мнению то, что более менее прилично смотрится. Спустился вниз, мама Родиона уже сидела за столом, видимо дожидалась меня. Окинула меня своим взглядом, рукой указала на стул. — Тебе не понравилось то что я купила, видимо я не угадала с размером? — Простите, но… — Павел, будь как дома, теперь это и твой дом тоже. Ты. — Галина Валерьевна не надо, я сделал лишь то, что обязан был сделать. — Спасибо Павел, давай обедать. Интересно столько разнообразия на столе, но у меня совсем нет чувства голода. В другой день я наверное был по настоящему счастлив, от такого изобилия. Галина Валерьевна говорила тихо, расспрашивала меня как всё было. Страшно было вспоминать, старался избегать острых моментов, зачем женщине опять такой стресс. После обеда я поднялся к себе, помню как лёг, попросил у бога помочь Родиону. Дальше туман, просыпаюсь когда солнце понемногу стало освещать стены комнаты. Это я проспал почти сутки, даже не просыпался ни разу. Просто лежал некоторое время тихо, закрывал глаза, снова проваливался в сон. Но он уже не был таким крепким как раньше. Послышались тихие шаги за дверью, потом пару раз постучали. — Павел, вас ждут на завтрак. — Спасибо Соня, сейчас спущусь. Завтракали почти молча, я не знал, что сказать. А нужно ли в таком случае что-то говорить вообще? Семён Викторович поднялся из-за стола, затем подошёл к Галине Валерьевне, поцеловал её. — Семён?! Тот посмотрел на неё, затем на меня. — Павел, это тебе на мелкие расходы, думаю ты знаешь как ей пользоваться? Он положил на край стола конверт, в нём карта на моё имя, пин код доступа к карте. — Зачем? Я не могу это принять, у меня есть деньги, не стоит. — Пожалуйста не спорь, мы всё решили, ты не должен ни в чём нуждаться. Семён Викторович ушёл, он спешил на свою работу. Мы ещё какое-то время сидели молча. Затем я поднялся из-за стола, не знаю как ей сказать, но я хочу вернуться в клинику к Родиону. — Павел, я прошу тебя, настаиваю, переоденься пожалуйста. Мы же от всей души, это то маленькое, что мы должны сделать. — Хорошо Галина Валерьевна. — Я буду ждать тебя здесь, потом нас отвезут в клинику. Тот же водитель, та же знакомая дорога в клинику. Палата, Родион всё так же лежит, писк аппаратуры, шкала монитора, ничего не изменилось. Только вот мне показалось, что я не видел Родиона целую вечность. Во мне всё перевернулось с того самого раза, почему-то сейчас я совсем мало думаю о Сашке. Он как-то незаметно ушёл на второй план. Я что совсем не люблю его? Да нет, наверное я просто устал, вот и не думаю о нём. Пытался найти себя, разобраться в себе самом. Галина Валерьевна присела рядом с Родионом, снова поцелуи, она говорила с ним, пыталась смеяться. Сколько же сил и нежности в этой уже немолодой женщине. Чтобы не мешать им, я вышёл на улице, немного прогулялся по скверу. Вернулся обратно в палату спустя пару часов. — Нам пора возвращаться Павел, часы приёма окончены. — Как возвращаться? Нееет, я не могу, можно я останусь с ним? Галина Валерьевна долго смотрела на меня молча, смотрю на её влажные глаза, у самого сердце сжалось от боли. — Родиону повезло, что у него есть такой преданный ему друг. Хорошо, но завтра ты будешь у нас дома, это не обсуждается. И вот мы снова одни, я рядом с Родионом, рассказываю ему, что со мной произошло. Пытаюсь смеяться, я не знаю почему я всё ему рассказывал. Наверное так мне было легче, говорить с ним, так как будто парень просто спит, а не под аппаратом искусственного дыхания. Ночь в клинике, потом приехала Галина Валерьевна. Снова ухожу, чтобы оставить их одних. Сижу на скамейке в сквере, почему-то все мысли о нём, а не о своём Сашке. Скорее бы всё это закончилось, может и я стану снова прежним. Конечно стану, увижу своего Сашку и забуду обо всём. Главное чтобы Родион выздоровел, поправился, а всё остальное не имеет никакого значения. Снова возвращаюсь в палату, Галина Валерьевна поцеловала Родиона. — Павел, нам пора возвращаться домой. — Вы идите, я сейчас вас догоню. Она вышла из палаты, я постоял некоторое время молча. Меня всего трясёт, не понимая своего состояния. Присел на стул, прижимая к своему лицу руку Родиона. — Прости меня, но меня ждут, я завтра обязательно вернусь к тебе. И вот тут я сделал то что не могу понять. Я поцеловал его в губы, и всё это было совсем по другому. Не как друга, а… Закрываю глаза, что я делаю с собой, с парнем? Запутался сам в себе, ничего не понимаю в этой жизни.