Дорога

Родион Просыпаюсь от шума в доме, слышны громкие голоса, некоторые я слышу впервые. Пытаюсь сам перебраться в коляску, но одному мне это сделать не под силу. Есть большая вероятность снова оказаться на полу. А травмировать психику матери ой как не хочется. Она и так натерпелась из-за меня, то что произошло со мной. — Кто-нибудь, помогите мне. Первым заходит Павел, за ним мама. Смотрю на парня и не узнаю его. Бледный, глаза расширены до предела. — Что происходит, что за шум в доме? Мам, подай мне стакан, очень пить хочется. Мама протягивает свою руку к стакану, как дикий вопль Павла останавливает её. — Да вы чего сегодня, всё с ума посходили что ли? Павел, что с тобой? Павел ничего не отвечает, забирает стакан, уходит, возвращается через минуту, протягивая мне стакан с водой. — Я чистую воду набрал, держи. — А та что по твоему грязная была? Оба молчат как партизаны, перевожу взгляд то на Павла, затем на маму. Удерживаю её за руку. — Мама, что происходит? Почему вы все молчите, что случилось? — Сынок, слишком много вопросов, я и сама ничего не поняла до сих пор. — Павел, может ты знаешь, что случилось? Павел кусает губы, смотрит на меня виноватыми глазами, того и гляди парень сейчас слезу пустит. Мне помогли перебраться в коляску, когда я выкатил её из своей комнаты, увидел Ольгу. Да, та самая девушка, что мне как-то раз делала массаж. Рядом с ней какой-то молодой парень, скорее всего ровесник Павла. Папин охранник, его нельзя было узнать, всегда удивлялся ему. При его-то формах, как он умудряется надеть на себя рубашку. Стоит ему напрячь мускулы, как она треснет по швам. Ходячий шкаф, кочёк, не иначе. Павел тихо прошёл к своему рюкзаку, поднял его с пола, закинул лямку на плечо. — Гриша, выведи их на улицу, думаю они поняли всё. Следом за Ольгой и тем парнем двинулся и Павел. — Папа, что происходит, объясните же кто-нибудь. Павел?! Да что происходит? Павел остановился, затем тихо обернулся, чёрт, я не могу смотреть в его глаза. Мне так больно, что готов кричать от боли. — Павел, тебя это не касается. — Но Семён Викторович, я в какой-то степени тоже виноват, и это будет самым верным решением сейчас. — Я сказал, тебя это не касается. Строгий голос отца заставил парня остановиться, но и двинуться куда либо Павел сейчас не решался. Он стоял, оглядывая нас всех по очереди. Ничего умного в голову не приходит, как подкатить коляску к нему, взять его за руку. — Павел, пожалуйста. Вернись обратно, пойдём в твою комнату. Тебе успокоиться нужно. Мы вернулись в комнату Павла, тот присел на край кровати, руками сжал опущенную голову. Пальцы дрожат, хочу его обнять, успокоить, но боюсь, что Павел опять не так меня поймёт. Паша поднимает голову, слеза скатывается по его щеке. Пожимает плечами, пытаясь улыбнуться мне. — Ты же ничего не знаешь, а я чуть ли не согласился … — Паша ты чего? У тебя просто шок, ты устал, тебе нужно отдохнуть. Ну хочешь я сам буду пытаться делать всё сам. У меня получится, вот увидишь, только не надо слёз. Я не могу смотреть на тебя, когда ты в таком состоянии. — Прости, прости меня Родион. Паша руками коснулся моего лица, смотрел прямо в мои глаза. Он затих на некоторое время, а потом поцеловал. Всё так же нежно, с такой осторожностью, что я замер, боясь пошевелиться. — Давай ты сейчас приляжешь, скажу Соне чтобы она принесла тебе тёплого молока. Отдохни, попытайся уснуть, а я буду рядом, хорошо? Парень так ничего не ответил, он прилёг на кровать, прижал колени к своему животу, обнимая их своими руками. Смотрел сквозь меня, слезы медленно скатывались вниз, падая на покрывало. Так страшно мне ещё никогда не было. Самое главное я понять не могу, что произошло, с чего вдруг Павел на себя не похож. Ещё пару часов назад, он смеялся, радовался, улыбался. А тут такой резкий контраст, что я теряюсь как быть. Позвал Соню, попросил её приготовить тёплое молоко для Павла. Девушка ушла, вернулась спустя пару минут. — Как он там? — Тссс, мне кажется Павел уснул. Пока Павел спал я отправился в кабинет отца, там сейчас было жарко. Крики мамы, отца, ничего не разобрать пока, что именно происходит у нас дома. Стоило мне появиться как все замолчали. — Кто-нибудь объяснит мне, что сегодня произошло? Кто этот парень, что бы рядом с Ольгой, и почему здесь Гриша? — А тут ничего объяснять сынок, папа в своём репертуаре как всегда. Он же не может жить, чтобы всё не проверить, кто есть кто. — Мне это пришлось сделать, я не хочу чтобы возле нашего сына находился не понятно кто. — Ты пробил Павла по своим каналам? Ну зачем папа? — Да при чём тут Павел вообще? Да если бы не его честность и преданность тебе, кто знает как бы сейчас всё было. — Ничего не понимаю. Папа вкратце объяснил мне всю ситуацию, как всё было на самом деле. Теперь я стал немного понимать, почему у меня было такое ужасное недомогание. Почему Павел забрал стакан, принёс чистую воду. Это же он ради меня, он снова спасал меня. Во второй раз, парень рискуя своей жизнью спасает меня. Ну и дела, скажу я вам. Да я даже толком ничего не знал. Что Павел всю свою короткую жизнь провёл в детском доме. Что его попросту кинули с квартирой, вот почему мы тогда оказались на одном рейсе, в том ужасном автобусе. Стечение обстоятельств, а может судьба свела нас вместе? Когда я вернулся в комнату Павла, парень ещё спал. Ему и так сегодня пришлось нелегко, заступаясь за меня. Разбитая и чуть припухлая губа, чёрт, за что спрашивается? Сижу в своём кресле, так хочется быть рядом с ним. Прижать его к себе, сказать самые простые слова на свете. Ты нужен мне, никому я не позволю тебя обидеть. Но нет, всё что я сейчас могу, это быть рядом. Видимо от моего пристального взгляда Павел и проснулся. Посмотрел на меня, затем на дверь комнаты. — Всё хорошо, тебе не стоит волноваться. — Их отправили в полицию? — — Да нет, думаю они сейчас далеко отсюда, где-то на сотом километре от Подольска. С Гришей не забалуешь, а начнёшь рыпаться, в миг рога поотшибает. — Поздно уже, а ты здесь. Давай я тебя отвезу в твою комнату? — Ок. Сильно ноги дрожат, никогда такого не было, а сейчас так больно. — Неудивительно, столько времени в коляске провёл. Ты устал, такое напряжение для тебя. В моей комнате, Павел помогает мне перебраться в кровать, когда я поднялся. Да я стоял на своих ногах. Меня трясёт, но я твёрдо стою на ногах. В какой-то момент не удержался, Павел успевает меня подхватить, обнял и прижал к себе. — Ты это видел, Паша ты видел, я сам стоял? — Тсс, всех в доме перепугаешь. Тебе же говорили, что всё у тебя нормально, просто нужно время для восстановления. Первая попытка, но во мне столько радости, хоть я и быстро выдохся, но это была большая надежда. Надежда, что я снова смогу ходить, быть полноценным человеком. Видимо и Павел был в шоке, он целовал меня снова и снова. Ради его поцелуя я готов стоять вечность. Прижимать его к себе, просто быть рядом с ним. — Я так устал сегодня. Паша улыбается, сейчас я готов отдать всё, что у меня есть, ради его красивой улыбки. Парень помог мне прилечь, затем укрыл одеялом. Поправил мои волосы, потом наклонился и поцеловал. — Приятных снов мой герой. Павел повернулся и направился к выходу. А сердце так и рвётся наружу, во мне всё кипит. Каждая клеточка моего организма трепещет от радости. — Павел! И тебе приятных снов.