Дорога

Паша Было, что я просто засыпал, может это и не было сном. Всё было так как будто я падаю вниз, в пропасть, и остановить моё падение уже никто не в силах. Вокруг меня какая-то непонятная тишина. Пытаюсь открыть глаза, собираясь всеми силами, размыкаю глаза. Ольга сидит, чего-то роется в пакете. Застывает на некоторое время, затем её взгляд падает на меня. Последняя надежда на неё, во рту всё пересохло, я не думаю о голоде, но хоть бы глоток. Живительной жидкости, глоток влаги. Кажусь себе таким жалким, как я пытаюсь ей объяснить, что мне нужно. Нет возможности сказать, рот заклеен наглухо скотчем. Разлепить, освободиться и самому снять, тоже возможности нет. — Чего мычишь, и без тебя тошно. Последняя надежда рушится, да я ничего не могу ответить. Но я всё понимаю, всё слышу. — Ладно, так уж и быть, пока его нет, помогу тебе. Но сразу предупреждаю, надумаешь вырываться, не посмотрю, огрею так, что мало не покажется. Резкий рывок, и на мгновение набираю полные лёгкие свежего воздуха. Хотя откуда здесь свежесть, всё кажется пропахло гнилью и отвратным запахом пота и испражнений. Отхожее место для бомжей, а теперь это моё место, откуда мне наверное уже не суждено выбраться никогда. — Пожалуйста, прошу тебя, дай хоть немного воды. — Воды? Ну я уже подумала горшок тебе принести, хотя для чего? Ты же ничего не ешь, а значит и нужды в нём нет. — Пару глотков, я не вынесу просто, пожалуйста, ради всего… — Хорошо, только перестань ныть, не хватало чтобы Саша услышал, тогда нам обоим пиздец пришёл. Спасибо скотч сняли со рта, так Ольга освободила мои руки, подала начатую бутылку с минеральной водой. О каком побеге может идти речь? Когда я присосался к бутылки, иначе это не скажешь. Если бы я только мог, то залпом осушил бы её до самого дна. Живительная влага, прохлада, которая сейчас утоляло моё нутро. Резкий удар по бутылки, открываю глаза. Злобный взгляд Саши, только вижу его кулак и… Не знаю сколько времени так пошло, я выпал из реальности на какое-то время. Когда смог открыть глаза, увидел, что я опять в том же положении, что и прежде. Саша с Ольгой громко ругались, не стесняясь в своих выражениях. — Дура, ты совсем попутала, он же мог сбежать, и что тогда? — Куда он сбежит? Ты посмотри на него, я вообще боюсь как бы он не откинул копыта. — Такие так быстро не сдыхают, он живучий, ничего с ним не станется. А сдохнет, ну и хуй с ним. — Ха, тогда зачем всё это? Мы сейчас в такой заднице, и как с неё выбраться я не знаю. Хорошо, если всё получится как ты сказал. А если нет, Саша, что тогда? — Всё получится, должно получится, я кое что придумал, это должно сработать. И вот тут началось то, чего я никогда бы подумать не мог. Меня фоткали со всех сторон, прямо так, в таком ужасном виде в каком я сейчас находился. Саша с Ольгой просмотрели фотки, затем Саша ещё что-то сделал, уже не знаю, что. Опять темнота, тело становится ватным, я ничего не чувствую. Может я уже умер, не знаю. Открываю глаза, шорох, шелест пакета, Ольга склонилась над рюкзаком, что-то ищет в нём. — Тихо, начнёшь визжать, прибью. Слишком далеко всё зашло, валить нужно. Я не хочу сейчас оказаться на нарах и провести свои молодые годы в тюряге. Мне и семьдесят тысяч для начала хватит. Самое главное свалить отсюда поскорее, пока Саша не застал меня. А когда он вернётся, возможно я уже буду далеко от этого странного места. Взяла всё что ей было нужно, переложила всё в чистый пакет. У выхода вдруг остановилась, посмотрела на меня с сожалением. — Прости Паша, честно скажу, я была против, но видимо Сашке совсем крышу сорвало, раз решился на такое. Если тебе повезёт и ты останешься жив, не ищи меня, так будет лучше для всех. А теперь мне пора валить отсюда, удачи тебе. Ну да, удача мне сейчас не помешает, но откуда её взять? Саша вернулся спустя около часа, хотя я уже ничему не уверен. Время со мной сыграла в злую шутку, так что я сейчас мало в чём ориентируюсь. Он зашёл в комнату, огляделся, потом посмотрел на рюкзак, что как и прежде стоял в углу. Бросил пакет, затем бросился к рюкзаку, вывалил всё на пол. — Вот тварь, нельзя никому верить, сука… Полный набор брани, что уши вянут. Вот правду говорят, человека полностью за всю жизнь невозможно узнать. Теперь и я видел Сашу совсем с другой стороны. Острые грани нового парня, которого прежде я никогда не знал и не видел. — Ну и хуй с тобой тварь, чтоб тебя дальнобойщики отпёрли во все твои раздолбанные дыры. Может и к лучшему всё, всё равно я ни с кем не собирался делиться. Ха, даже так, да парня вообще переклинило на деньгах. Все мечты, мысли о лёгкой наживы не дают ему спокойно жить. Насмотрелся западных боевиков, решил сам попытать удачу. Включил на короткое время телефон, проверить почту скорее всего. Даже то, что он ничего не произнёс, а лишь улыбнулся, стало понятно, для него есть хорошие новости. — Ну вот и всё, что и требовалось доказать. Подошёл ко мне, присел на корточки рядом, со звериной ухмылкой всматриваясь в мои глаза. Потом пальцами сжал моё лицо, ранки тут же разрывались, чувствую как кровь стекает по моим губам. — Трахнуть бы тебя напоследок. Он посмотрел на меня, скорчил такую рожу, как будто сейчас на него вывалили целый таз дерьма. — Блядь, ну и воняет от тебя, даже желание пропало сразу. Хотя зачем я себя марать стану о такое дерьмо? Скоро я смогу снять такую шлюху, о которой никто и мечтать не может. Он отошёл, вернулся на своё место, положил под голову рюкзак, закрыв глаза. Прошло не более минуты как он резко поднялся. Зло посмотрел на меня, от ужаса чуть не теряю сознание. — Не смотри на меня так, не пожалею. А будешь зыркать, прибью, лучше не зли меня. Мне нужен отдых, чистые мысли и свежая голова, так что завали свои глаза, чтобы я даже не чувствовал твоего взгляда. Конечно для меня сейчас лучше не злить его, и так всё плачевно для меня. Закрываю глаза, хочется просто всё забыть на мгновение, представить себя совсем в другом месте. Острая боль в боку, пошевелится нет сил, снова тишина и полный мрак. Когда я очнулся было тёмно, пытаюсь что-то разглядеть, но это почти невозможно. Понял одно, я один, рядом никого нет. Дверь закрыта, когда ушёл Саша не знаю, и по ходу он больше не возвращался обратно. Сейчас мне реально стало страшно за себя, если я и думал о смерти, чтобы избежать боль и унижения, то сейчас… Меня качает, с силой пытаюсь открыть глаза, что-то сказать. Но я так слаб, что слова обрываются на полуслове. — П и и и ть… Слышу чей-то голос, который мне совсем не знаком, затем писк, все силы на то чтобы открыть глаза. Белые стены, где я сейчас нахожусь не понимаю. Сквозь сон, может бред, я не могу уверенно сказать, что это. — Парень сильно обезвожен, капельницу, нужна поддержка его организма. Сейчас он всё равно спит, так что приходите завтра. Надеюсь ему станет лучше. С кем говорили, и что сказали потом мне уже было всё равно. По моему телу медленно проходит тепло, проваливаюсь в неизбежность. Всё о чём я тогда мог ещё подумать, что всё закончилось, и я умер. Бред, снова боль, унижение, всё это снова и снова проносится у меня на глазах. Если я умер, почему же так нестерпимо больно мне сейчас?